А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Мраморное сердце" (страница 5)

   Заметка № 4
   Тайна хранителя

   – Они всегда завидовали мне! – говорила я, быстро шагая по узенькой римской улочке. – Им всегда хотелось, чтобы я казалась неудачницей, а они на моем фоне выглядели лучше, чем есть!
   Дис не подтверждал и не возражал. Он просто молча шел рядом со мной.
   В конце концов я не выдержала и, остановившись, обернулась к нему:
   – И что ты о них думаешь?
   Он равнодушно пожал плечами:
   – Ничего. И ты забудь. Такие друзья тебе не нужны. Тебя ждет иная участь.
   Благодаря его спокойствию моя злость разом испарилась.
   – Ты прав, – я перевела дыхание.
   И действительно, из-за чего я волнуюсь? Разве мне нужны друзья? Разве мне вообще кто-либо нужен, кроме Диса? Он такой спокойный и надежный, рядом с ним легко, и мне кажется, он понимает мои желания даже без слов – стоит мне устать или проголодаться, он тут же находит скамейку в парке или место в кафе; стоит захотеть пойти дальше – и он поднимается и подает мне руку за полминуты до того, как я успеваю озвучить свою мысль. Должно быть, мы идеально подходим друг другу, а значит, будем навсегда вместе, и никто не сможет разлучить нас.
   – А куда мы пойдем? – спросила я скорее для порядка. Мне было все равно, куда идти, лишь бы с Дисом.
   – Немного прогуляемся, – ответил он, – а потом ко мне. Я покажу тебе свою коллекцию.
   Сердце глухо стукнуло в груди. Я была рада и смущена одновременно. То, что он пригласил меня к себе – вернее, даже не пригласил, поскольку ни на секунду не сомневался в моем согласии… – означает нечто большее, чем просто просмотр коллекции, или не означает?..
   У меня еще никогда не было близких отношений. Мой последний парень Сашка как-то пытался предпринять определенные шаги по этому поводу. Помню, мы даже долго целовались в его комнате на ужасно неудобном кожаном диване, но потом, когда он захотел расстегнуть на мне джинсы, я сбежала и отключила мобильник. Сашка перезвонил на следующий день и говорил со мной так, будто ничего не произошло. И в следующую встречу мы опять гуляли по Кускову, обсуждали новинки кинопроката и ходили в «Шоколадницу». Он не напоминал о произошедшем ни словом и ни разу не пытался повторить. Сначала я была этому рада, потом даже недоумевала и в конце концов решила, что не интересую его как девушка. В общем, опыта у меня не было никакого.
   Я почувствовала, что кровь приливает к щекам. А вдруг это я дура и приглашение посмотреть коллекцию надо понимать совершенно буквально?
   Я украдкой взглянула на своего спутника. Его твердый, словно высеченный из мрамора античный профиль оставался спокойным. Понять, о чем Дис думает, не представлялось возможным. Его лицо не отражало ни смущения, ни волнения, ни радости – красивое лицо уверенного в себе человека, видевшего в этой жизни если не все, то почти все.
   Смутившись еще больше, я отвела взгляд и поняла, что мы снова пришли к Колизею.
   – Я хочу показать тебе былую славу Рима, – сказал Дис. – Ты ведь еще не была внутри?
   Мне показалось, что спросил он для порядка, прекрасно зная, что нет, не была.
   В кассы стояла очередь, однако мы прошли, минуя охранника, сразу внутрь. Видимо, у Диса имелись здесь свои связи. Поднявшись наверх, мы остановились у проема. Теперь почти невозможно было понять, где арена, где подсобные помещения.
   – Вон там – царская ложа. Скамейки сохранились только там, – пояснил Дис, указывая на ложу из белого камня.
   У моего уха щелкали фотоаппараты и звучала разноязыкая речь – туристы спешили урвать свой кусочек античной истории.
   Я пригляделась – выглянувшее из-за туч солнце вдруг ослепило меня, попав прямо в глаза. А когда я моргнула, картинка изменилась. Я и Дис сидели на скамье над овальной сценой, где была насыпана гора, имитирующая уголок дикой природы. Я в подробностях видела, как гладиаторы с короткими мечами бьются против диких зверей. Огромный лев с желто-черной гривой как раз сейчас ударил гладиатора тяжелой лапой, и человек упал, заливая песок кровью.
   – Что это? – прошептала я, поворачиваясь к Дису, и только тут поняла, что изменился весь Колизей.
   Теперь здесь поднимались скамейки, на которых сидели люди, одетые в длинные тоги и плащи. Между рядами ходили торговцы, предлагая какие-то лепешки и вино, а над нашими головами был натянут огромный тент.
   Люди кричали, размахивали руками.
   – Посмотри там, в императорской ложе. Это Тит Веспасиан из рода Флавиев. При нем был открыт Колизей, – сказал Дис.
   Я невольно перевела взгляд на императорскую ложу и увидела усталого человека с круглым, изборожденным морщинами лицом. Он сидел, сложив на коленях пухлые руки, и казался погруженным в собственный мир, происходящее на сцене его не интересовало.
   – Но как?.. – начала я и замолчала, потому что странная картинка вдруг исчезла. Передо мной были все те же развалины, среди которых, словно муравьи, пришедшие терзать труп слона, сновали туристы.
   – Что как? – заботливо переспросил Дис.
   – Нет, ничего, – я потрогала рукой голову. Вроде не слишком горячая, однако расценивать только что увиденное иначе как бред невозможно. Бред или галлюцинация, навеянная состоянием двойной влюбленности – в Рим и в Диса. – Пойдем отсюда.
   – Хорошо, – Дис подал мне руку, на которую я с радостью оперлась, чувствуя, что меня шатает, словно после солнечного удара.
   Мы двинулись к выходу, и тут я увидела на ступеньках кошку. Бродячую тощую кошку. Она тоже заметила нас, и по ее спине пробежала крупная дрожь. Животное на секунду замерло, словно превратившись в собственное изваяние, а затем стремглав бросилось прочь. Меня буквально захлестнуло нереальным ужасом, исходившим от маленького зверька. Но кого же он испугался? Кроме нас с Дисом, поблизости никого не было.
   Мне вспомнились популярные сейчас вампирские романы. Животные реагируют подобным образом на вампиров. Но Дис никак не мог быть вампиром – во-первых, потому, что спокойно ходит при солнечном свете, а во-вторых, потому, что вампиров вообще не существует, это сказка для восторженных тринадцатилетних девиц. Из этого возраста я давно вышла.
   – Ну что, пойдем? – спросил Дис, заглянув мне в глаза.
   Его глаза казались целыми вселенными, там запросто можно было заблудиться, и я, конечно, тут же забыла и о кошке, и о странном видении.
   Мы подошли к дороге, и перед нами остановился высокий серебристый автомобиль. Совершенно не разбираюсь в марках, но даже у меня создалось ощущение, что стоить он должен недешево.
   – Вот и мой шофер, – объявил мой спутник, открывая передо мной дверцу.
   – Твой кто? – переспросила я, начиная подозревать, что что-то у меня с головой все-таки не в порядке.
   – Мой шофер, – терпеливо пояснил Дис, – помнишь, я говорил тебе, что живу в прошлом и не слишком разбираюсь во всяких современных штуках.
   Усаживаясь на кожаное сиденье, я подумала, что что-то пропустила. Я никогда не задумывалась о социальном положении Диса. Теперь, бросив взгляд на его одежду, я подумала, что это элегантное черное пальто, сменившее мягкую кожаную куртку, может быть хоть от Диора, хоть от Лагерфельда – я в этом абсолютно не разбиралась. Следом за тем пришла мысль, что моя-то куртка явно не от Диора и куплена в скидочном магазине за две тысячи рублей, джинсы тоже с распродажи, а о ботинках – пусть очень удобных, но уже изрядно сбитых и поношенных – и говорить нечего. Внезапно я почувствовала себя неуютно и постаралась незаметно подобрать ноги. Конечно, запоздало: Дис уже имел все шансы заметить состояние ботинок и наверняка заметил, если он вообще обращает внимание на такие вещи.
   – Не беспокойся, все хорошо, – сказал он, как всегда прочитав мои страхи, и взял меня за руку.
   Стало легче.
   Машина, ловко маневрируя, промчалась по заполненным римским улицам и выехала в окраинные районы.
   – Скоро будем. Мой дом в пригороде. Не люблю суету и шум.
   Я кивнула. То, что Дис, оказывается, богат, меня порядком расстроило. Только в детстве можно верить в милую сказку про Золушку и принца. Что может быть общего у меня, ютящейся с родителями в крохотной двухкомнатной хрущевке, с человеком, у которого есть личный шофер и, готова спорить, собственная вилла? Но я же сижу сейчас рядом с ним. Значит, нечто все-таки есть?..
   Тем временем автомобиль остановился у высокой металлической ограды, шофер нажал на пульте кнопку, и ворота медленно отползли в сторону. Я взглянула в лобовое стекло, и у меня захватило дух: дорога шла резко вниз, под уклон, уводя к далекому дому, расположенному в низине, словно в чаше.
   Еще минута – и мы уже оказались у подъезда. От скоростного спуска захватило дух, и моя рука дрогнула, когда я выходила из машины.
   Вилла Диса была двухэтажной, с рядом классических колонн, поддерживающих передний портик здания. Нечто в античном стиле и, насколько я могла судить, выстроенное довольно давно. Может быть, в семнадцатом веке, а может, и того раньше. Я не специалист, не могу судить об этом.
   Подъездная аллея, ведущая к дому, была усажена высокими кипарисами, а у стены коттеджа цвели мелкие алые розы. И это в январе, когда в Москве толстым слоем лежит снег, а деревья одеты в прочный ледяной панцирь!
   – Выходи, – Дис сделал приглашающий жест, раскрывая передо мной дверь, и я, мгновение поколебавшись, ступила на черно-белый мозаичный пол.
   Внутри было прохладно – почти так же, как на улице, слабо, но приятно пахло незнакомыми благовониями.
   На второй этаж вела широкая лестница, возможно мраморная, по бокам которой стояли изваяния прекрасных обнаженных девушек, держащих в раскрытых ладонях шарообразные светильники.
   Этот дом не казался мне домом – скорее уж музеем, мне с трудом представлялось, что некто может быть его хозяином и единовластным владельцем.
   Я замерла посреди огромной прихожей, вдруг подумав о том, что Дис слишком молод, чтобы являться обладателем всех этих сокровищ. Скорее уж его родители, какие-нибудь владетельные итальянские князья, происходящие из древнего рода и помнящие своих предков едва ли не со времен Гая Юлия Цезаря. Но что они скажут, увидев, кого привел их сын?!
   – Не волнуйся, родителей нет, – произнес Дис со странной улыбкой.
   Я вздрогнула, хотя могла бы уже привыкнуть к тому, что он, похоже, имеет полный доступ к моим мыслям. И что значит «нет» – они здесь вообще не живут или просто уехали?
   Он провел меня через ряд комнат в странное помещение с мозаичным полом и деревянными скамьями, обложенными подушками.
   – Здесь все устроено по древнеримскому обычаю. Римляне на пирах не сидели, а именно возлежали. Ты оценишь, насколько это удобно. Устраивайся, а я пока принесу тебе чего-нибудь освежающего.
   Я, оставив куртку в прихожей, уже начала мерзнуть в этом странном холодном доме и, опустившись на одну из скамеек, с удовольствием завернулась в лежащий тут же темно-синий пушистый плед. И вправду удобно.
   Тут появился Дис и поставил на стоящий передо мной низкий столик металлическое блюдо, на котором стоял бокал воды и лежал разломанный на четыре части гранат. Это был удивительно крупный плод, с светло-бурой, местами потрескавшейся кожицей и темно-вишневыми, крупными зернами, через сочную мякоть которых едва просвечивала косточка.
   Я осторожно взяла четвертинку граната. Вся обстановка навевала мысли об античности.
   – После того как бог подземного царства Аид похитил Персефону, он дал ей съесть несколько гранатовых зернышек, чтобы она не забыла царство смерти и вернулась к нему, – задумчиво процитировала я и, подняв голову, встретилась со взглядом Диса.
   Его глаза были мрачны и настойчивы. Я почувствовала себя неуютно, словно исходящие из них невидимые лучи пронизывали меня насквозь, не оставляя в душе ни единой потаенной частички.
   – А ты бы съела гранат, зная, что после этого навсегда останешься со мной, в моем царстве? – спросил Дис, и я не заметила на его губах ни тени улыбки.
   – Я…
   Я смотрела в его глаза, чувствуя, что меня тянет к нему, словно магнитом. Мое сердце разрывалось от любви, и в то же время мне было страшно. Любит ли он меня? Дорожит ли мной? Дис ни разу не сказал мне об этом, да я и не требовала, готовая щедро одаривать его своей любовью, думая, что одной большой любви с избытком хватит на двоих. Но так ли это? Холод пронзил меня с головы до ног. Что же это со мной происходит! Опять игра воображения? Выходит, римский климат вреден для меня, если у меня с головой вдруг начались такие проблемы. Да полно, конечно, Дис шутит – немногие умеют шутить вот так, с непроницаемым выражением лица. Возможно, он даже ждет, что я испугаюсь. Не на ту напал!
   – Конечно, – широко улыбнулась я. – Ради тебя я готова на все! Даже съесть этот гранат!
   Я набрала целую ладонь темных, как капельки драконьей крови, зерен и разом положила их в рот.
   – Ну вот. Теперь тебе уже никуда не деться, – Дис подошел ко мне, и его губы прижались к моим – обжигающе-властно.
   Мы уже целовались с ним, гуляя по городу, но этот поцелуй словно выжег на мне клеймо. Я не понимала, что происходит. Мне хотелось быть как можно ближе к Дису и в то же время оказаться как можно дальше от него.
   – Пойдем, тебе нужно переодеться, – Дис, помогая подняться с ложа, подал мне руку. Она была холодной, словно мрамор, и твердой, как гранит.
   Я поднялась со скамейки, чувствуя, что еще сильнее замерзла. Помню, перед Новым годом мы с девчонками полдня провели на катке. Пришли заснеженные, промороженные, как сосульки, но с румяными щеками, смеющиеся – и тут же помчались на кухню делать глинтвейн. У Наташки как раз оказался пакет полусухого вина и набор для глинтвейна – с трубочкой корицы, несколькими крупными, пахнущими полузабытым летом изюминками, с ювелирными звездочками гвоздики… Мы пили глинтвейн, от которого слегка кружилась голова, и нам было тепло и весело, хотя за окном крепчал студеный ветер и проносились снежинки, словно спешащие на свидание с землей. Тогда было тепло. А теперь, в Риме, когда за окном цветут розы и спеют, наливаясь соком, ярко-оранжевые круглобокие апельсины, – холодно. Смертельно холодно.
   Дис оглянулся на меня, едва заметно сдвинув на переносице брови, и я поспешила подойти к нему.
   – Но зачем переодеваться?
   Я понимала, зачем, но все-таки спросила. До сих пор знакомые парни вовсе не обращали внимания на шмотки. Дис – другой. Может, потому, что избалован роскошью, а может, ему как коллекционеру и ценителю прекрасного приятнее смотреть на дорогие и стильные вещи. Мой любимый писатель Оскар Уайльд тоже однажды отличился в этом плане, заказав для побиравшегося под его окнами нищего стилизованные лохмотья у известного портного. Вероятно, у Диса такое же чувство прекрасного.
   – Я приготовил для тебя платье… подходящее для этого места. Переоденься.
   И никаких тебе «пожалуйста».
   Вздохнув, я направилась в комнату, которую мне указал Дис, и едва не задохнулась от восхищения, увидев лежащее на кровати платье.
   Платье было длинным, из какой-то особой материи – мерцающей, как лунный свет, нежной и тонкой, словно лепесток цветка. Кажется, оно было выполнено в античном стиле – со множеством складок и изящным золоченым поясом под грудью.
   Я поискала ярлычок, ожидая увидеть на нем название какого-нибудь известного даже мне модного дома, но не обнаружила – этикетки не было вообще. Вероятно, платье шилось на заказ, а учитывая тонкость работы и наличие драгоценных камней, украшавших пояс, стоило оно немыслимых денег. К нему даже страшно прикасаться, не то что надевать на себя.
   Однако Дис высказался весьма однозначно, я представила, как он воспримет то, что я ослушалась его, и все сомнения тут же вылетели из головы.
   Сняв свою одежду, я надела платье, приготовленное для меня Дисом. Оно льнуло к телу, словно лаская. Кроме кровати, в комнате был туалетный столик с огромным зеркалом. Тоже старинным, как и многие вещи в этом доме. Я подошла к зеркалу и, взглянув на свое отражение, едва поверила собственным глазам. Недаром говорят, что одежда меняет человека. Это казалось волшебством – из обычной московской девушки я вдруг превратилась в сказочную фею. Платье необыкновенно шло мне, а глаза благодаря ему сделались еще ярче и загадочнее, чем обычно. Я взяла лежащую на столике расческу и привела в порядок растрепавшиеся волосы. Удивительно! Так хорошо я не выглядела никогда.
   Еще не веря себе, я протянула руку к зеркалу и коснулась пальцами протянутой руки незнакомки, смотревшей на меня из глубины стекла. Неужели это все-таки я?
   Едва дыша от волнения, я вышла в холл, где меня дожидался Дис. Он, сидя в глубоком кресле, читал какую-то книгу, но при моем появлении встал и внимательно оглядел меня.
   – Я так и думал, как раз впору, – сказал он, протягивая мне руку, – ну, теперь ты выглядишь здесь на своем месте. Пойдем, стол к обеду уже накрыли.
   И все. Трудно сказать, чего я ожидала от него, но только не такого безразличного приема.
   Входя вместе с ним в огромную столовую, я чувствовала, что мое радужное настроение меркнет. Он называл себя хранителем и коллекционером. Неужели я для него – один из его экспонатов, теперь получивший достойную оправу и наделенный правом спокойно занимать свое место на полке.

   За обедом мы молчали, сидя друг напротив друга за длинным столом. Тарелки, ножички, приборы, бокалы… Я едва ли могла разобраться со всем этим, к тому же была слишком занята своими мыслями о наших с Дисом отношениях, чтобы воздать должное стоящим на столе блюдам. Дис тоже почти не ел, с задумчивым видом отщипывая янтарные виноградины.
   – Почему ты не пьешь? – вдруг спросил он, пододвигая ко мне кубок с темно-вишневым, почти черным вином.
   Я машинально взяла кубок и пригубила. Вино оказалось совершенно необыкновенным – немного терпким, вяжущим самый кончик языка и вместе с тем раскрывающимся сложным ароматным букетом. Я не большой знаток вин, но это, сразу видно, было особенным.
   – Не слишком старое, всего двадцать лет выдержки, но вполне приличное, – откомментировал Дис.
   Кокетничает? Называть двадцатилетнее вино не слишком старым, на мой взгляд, явный перебор. Но Дис уже не смотрел на меня. Нет, не похож он на хвастливого нувориша. Скорее действительно коллекционер, ценитель древностей. Для него двадцать лет не срок, хотя ему самому наверняка не так давно исполнилось двадцать.
   – Я обещал показать свою коллекцию. Немногие видели ее, – произнес Дис, когда я, допив вино, отставила от себя кубок.
   – Да, пойдем, – я поспешно встала и последовала за ним.
   По стенам коридора горели светильники, воссоздавая обстановку прошлых времен, и мне показалось, будто мы и вправду перенеслись в прошлое.
   Бесконечная лестница уводила вниз, под землю. Выходит, особняк не двухэтажный, как виделось снаружи, а, словно айсберг, скрывает в себе подземные этажи.
   – Вот здесь самое сердце моего дома.
   Сначала мне показалось, что ступеньки обрываются тупиком, и только вглядевшись, я поняла, что перед нами закрытая дверь.
   Дис остановился и приложил к ней руку.
   Вот так-то – прошлое прошлым, а системы защиты и сенсорные панели он наверняка использует суперсовременные и знает о них гораздо больше, чем о банкоматах.
   Дверь тяжело, словно с усилием, отползла в сторону, скрывшись в стене, и мы шагнули в комнату.
   Я не заметила, чтобы мой спутник включал свет, собственно, привычного света в помещении и не было, но я прекрасно все видела, как будто сама тьма излучала мягкое ненавязчивое свечение.
   Помещение было вытянуто – противоположная от нас стена терялась где-то вдали – и напоминало зал крупного музея. У стен в нишах стояли статуи и висели картины, в центре комнаты располагались стеллажи, очевидно с книгами.
   Я пошла вдоль стен. Одна из скульптур показалась мне смутно знакомой: грозный бородач на троне в венке из оливовых ветвей, в одной его руке – небольшая женская фигурка в древнегреческом одеянии, в другой – скипетр. Накидка, статуя и венец были сделаны из желтого металла, скорее всего золота, лицо, руки и торс – вырезаны из кости.
   – Это Зевс? – спросила я, с любопытством разглядывая изваяние, кстати, не слишком большое, примерно в половину моего роста.
   – Да, – Дис слегка улыбнулся. Видимо, то, что я обратила внимание на эту скульптуру, доставило ему удовольствие. – Работа Фидия. Когда его пригласили в Олимпию для того, чтобы он изготовил статую для нового храма, мастер сделал первую пробную модель прежде, чем приступать к работе в натуральную величину. Та статуя, что стояла в храме, была бы слишком велика для моего скромного жилища, а эта как раз вписалась в коллекцию.
Чтение онлайн



1 2 3 4 [5] 6 7 8 9 10 11

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация