А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Голые" (страница 1)

   Меган Харт
   Голые

   Эта книга не была бы написана без постоянной поддержки моих родных и друзей. Спасибо всем вам. Особая признательность The Bootsquad за ободрение и мотивацию продолжать работу, когда было бы гораздо легче играть в симуляторы. Также благодарю свою лучшую подругу навек Лори, которая продолжает убеждать меня не бросать писательскую деятельность, потому что ей хочется читать все новые и новые книги. И наконец, спасибо всем, кто спрашивал меня, будет ли отдельный роман об Алексе Кеннеди, – эта книга для всех вас.
   Я могла бы писать, не слушая музыку во время работы, но я рада, что не должна этого делать. Вот неполный список того, что составляло мой плей-лист в период написания «Голых». Если вам понравятся эти песни, пожалуйста, поддержите артистов, приобретя альбомы с их музыкой.
   Джастин Кинг, Reach You; Келли Кларксон, My Life Would Suck without You; Лорна Валлингс, Taste; Hinder, Better Than Me; Staind, Everything Changes; Сара Бареллис, Gravity; Том Уэйтс, Hope I Don’t Fall in Love with You.

   Глава 1

   – Алексу не нравятся девушки, – будто предупреждая, сообщил Патрик.
   Краешком глаза я продолжала рассматривать незнакомца, мысленно помещая его в кадр ежегодной вечеринки Патрика по случаю Рождества и Хануки. Алекс был прелестнее, чем букеты вдохновленных Мартой Стюарт[1] пуансеттий и сверкающие китайские фонарики, – впрочем, как и все присутствующие здесь мужчины. В друзьях у Патрика водились самые сногсшибательные парни, которых я когда-либо видела. Серьезно, это сборище напоминало съезд потрясающе сексуальных мужиков! После предостережения Патрика я снова взглянула на Алекса, уже более внимательно – главным образом для того, чтобы немного поддразнить хозяина вечеринки. Его было так легко вывести из состояния равновесия!
   – Так это его имя?
   Патрик тихо неодобрительно фыркнул:
   – Да, это его имя.
   – Алекс… как?
   – Кеннеди, – ответствовал Патрик. – Но он не из…
   – Поняла.
   Я прижала губы к краю бокала, нагрев его. Густой, пряный аромат красного вина носился под моими ноздрями. Я могла бы посмаковать этот восхитительный вкус на кончике языка, но все же не сделала и глотка.
   – Так ему не нравятся девушки, да?
   Патрик скривил губы и скрестил руки на груди.
   – Да. Господи, Оливия, прекрати пялиться на его задницу!
   Я неодобрительно подняла бровь, передразнивая выражение лица Патрика. Это была моя старая привычка, я вечно копировала приятеля, зная, что это бесит его до чертиков. Похоже, и этим вечером мне удалось довести Патрика до нужной кондиции.
   – Зачем еще ты приглашаешь меня на свои вечеринки, как не для того, чтобы пялиться на мужские задницы?
   Патрик обиженно пыхтел, дулся и хмурился – правда, недолго, до того момента, как он, должно быть, вспомнил нечто, вызвавшее вокруг его рта напряженные складки. Потом друг не без усилий придал лицу безразличную гладкость, и его пристальный взгляд проследовал за моим через столовую и дверной проем. Алекс стоял спиной к нам, опершись одной рукой на каминную полку в гостиной. В другой руке он сжимал стакан «Гиннесса». Алекс держал пиво все то время, что я наблюдала за ним, но мне так и не удалось заметить, чтобы он сделал хотя бы глоток.
   – И ты чувствуешь особую потребность указать мне на его ориентацию… почему? – Я пригубила вино и с подозрением уставилась на Патрика.
   Тот пожал плечами:
   – Просто хотел удостовериться, что ты знаешь об этом.
   Я огляделась, заметив полдюжины мужчин, лихо справлявшихся с закусками и напитками без помощи хозяина, потом снова посмотрела через дверной проем в гостиную, где еще дюжина мужчин или болтала, или танцевала, или флиртовала. Девяносто девять процентов присутствующих были геями, а представители оставшегося процента подумывали о том, чтобы влиться в гомосексуальные ряды.
   – Полагаю, я и без того знаю достаточно, чтобы даже не мечтать о возможности потрахаться на одной из твоих вечеринок, Патрик.
   И прежде, чем я успела отпустить еще парочку язвительных комментариев, пара сильных мускулистых рук крепко обхватила меня сзади за талию, и чей-то упругий живот прижался к моей спине.
   – Давай сбежим отсюда вместе и посмотрим, сколько времени пройдет прежде, чем он заметит, что мы удрали, – произнес низкий голос прямо мне в ухо.
   Я вывернулась из объятий, не сумев удержаться от смеха, когда растительность на чьем-то лице пощекотала мочку моего уха, и обернулась.
   – Патрик, а ты не сказал мне, что пригласил на свою вечеринку Билли Ди Уильямса[2]! О, погоди-ка… Билли Ди никогда не надел бы такой свитер! Здорово, Тедди!
   – Эй, подруга, не смей потешаться над этим свитером! Мама Макдональд прислала мне сей выдающийся предмет одежды, и ее мальчик Патрик получил точно такой же. – Тедди задорно подмигнул Патрику. – Разница в том, что я – настоящий мужчина, и у меня хватает смелости носить его.
   Меня заключили в объятия, стиснули, поцеловали и похлопали по попке – все это было проделано в мгновение ока, после чего Тедди перешел дальше, чтобы обрушить те же знаки внимания на хозяина вечера. Патрик, все еще дувшийся, сильно ударил здоровяка Тедди и даже отпихнул его, но тот лишь рассмеялся и взлохматил волосы друга. Патрик нахмурился и пригладил взъерошенную шевелюру, но вскоре сменил гнев на милость и позволил Тедди чмокнуть себя в щеку.
   Я покачала бокалом, жестом показав на Патрика:
   – Он пытается уговорить меня не пялиться на задницу.
   – Что-о-о? А я-то думал, мы все собрались здесь, чтобы пялиться на мужские задницы!
   Тедди потряс своей пятой точкой, я – своей, мы столкнулись задами и залились тем видом смеха, что обычно привносит нотки разудалого веселья в праздничную атмосферу. Патрик наблюдал за нами, снова скрестив руки на груди и подняв бровь. Покачав головой, он с укоризной бросил:
   – Простите меня за то, что пытаюсь быть другом!
   Мы с Патриком дружили довольно давно. Когда-то, много лет назад, нас даже связывало нечто большее. Патрик думал, что общее прошлое дает ему право настырно опекать меня, и я позволяла ему это, потому что… ну хорошо, потому что просто обожала его. А еще потому, что в моей жизни никогда не было слишком много любви, и мне не хотелось отказываться хотя бы от маленькой ее порции.
   Тем не менее нынешнее проявление заботы казалось чрезмерным даже для Патрика. Мы с Тедди озадаченно переглянулись. Я пожала плечами.
   – Сгоняю-ка я на кухню, принесу еще вина, мои милашки, – вызвался Тедди. – Вам что-нибудь прихватить?
   – У меня все есть. – Я приподняла свой бокал, все еще наполовину полный.
   Патрик отрицательно покачал головой. Мы вместе проследили, как Тедди пробирается через толпу. Только когда он оказался вне пределов слышимости, я обернулась к бывшему бойфренду:
   – Патрик, если ты пытаешься сказать не в самой деликатной форме, что трахал того незнакомого мне парня…
   Резкий, отрывистый хрип, слетевший с уст Патрика, настолько отличался от его обычного смеха, что от изумления я потеряла дар речи. Друг решительно тряхнул головой:
   – О нет! Только не его!
   От меня не укрылось смущение, с которым Патрик поспешил отвести взгляд. Этот жест дал понять гораздо больше, чем если бы кто-то рассказал мне всю историю – тут, очевидно, слова были не нужны. Черт! Здесь даже не требовалось много наблюдать, чтобы прояснить ситуацию.
   Усмешка сбежала с моего лица. Патрик никогда не делал тайны из своей личной жизни, и я слышала больше историй о мужчинах, с которыми он спал, чем хотела. Патрик был не из тех, кого отвергают – по крайней мере, такие казусы случались с ним нечасто. Сейчас мне оставалось лишь наблюдать, как краска заливает лицо друга, медленно подползая к его прекрасным высоким скулам.
   Я снова бросила взгляд через всю комнату, в направлении Алекса Кеннеди.
   – Он бортанул тебя?
   – Тсс! – зашипел Патрик, хотя музыка и болтовня звучали так громко, что никто не мог нечаянно нас подслушать.
   – Ничего себе!
   Губы Патрика сжались еще крепче.
   – Да замолчи ты, наконец!
   Я в который раз посмотрела на Алекса Кеннеди, который все еще стоял в гостиной, опершись рукой на каминную доску. Теперь я заметила отутюженные стрелки на его черных брюках, обратила внимание на то, как аккуратно мягкий черный вязаный свитер облегает его широкие плечи и узкую талию. Что и говорить, этот Алекс умел носить одежду, впрочем, как и остальные мужчины, присутствующие здесь. Издали я могла видеть его темные глаза и длинноватые светло-каштановые волосы, которые выглядели так, будто он много раз проводил по ним рукой – или только что скатился с кровати. Чтобы выглядеть хорошо, подобные волосы требуют множества средств и усилий, и его шевелюра не была исключением. У меня возникло ощущение, будто красота черт Алекса сильно преувеличена, и на самом деле он не был таким уж прекрасным. Нет, объект моего изучения был, безусловно, очень мил, но, если бы Патрик не прицепился с этим своим «не смей даже смотреть», я бы, вероятно, взглянула на Алекса один раз, может быть, другой, но никогда не обратила бы на него внимание снова.
   – Как так вышло, что я никогда прежде его не встречала?
   – Он не здешний, – ответил Патрик.
   Я опять оглянулась на мужчину, которого, повинуясь столь отчаянному желанию приятеля, мне стоило игнорировать. Алекс, казалось, был увлечен разговором с одним из друзей Патрика, их лица были напряжены и серьезны. Эти двое явно не заигрывали. Стоявший напротив Алекса человек гневно пил, его горло интенсивно работало.
   Мне не нужно было поднимать руки, соединять большой палец одной руки с большим пальцем другой, а указательный – с указательным, чтобы изобразить границу фотографии, композицию которой уже мысленно составляла. Мое сознание делало это автоматически в то же самое время, когда наполнялось подробностями истории двух незнакомцев. Вспышка, щелчок… Я не захватила свою фотокамеру, но все же могла представить этот снимок. В уме я вставила Алекса в кадр – чуть сместив от центра и немного не в фокусе.
   Проворчав что-то себе под нос, Патрик пихнул меня локтем в бок:
   – Оливия!
   Я снова взглянула на него.
   – Перестань быть этакой наседкой, Патрик! Ты думаешь, я – идиотка?
   Он нахмурился:
   – Нет. Я не думаю, что ты – идиотка. Я просто не хочу…
   Именно сейчас, в самый неподходящий момент, вернулся Тедди, и предостережение Патрика скрылось за натужной, неестественной улыбкой. Я тут же узнала ее, да и один взгляд в его глаза сказал о многом. Я не видела чего-то подобного довольно давно, но реакция друга была мне отлично знакома. Патрик что-то скрывал.
   Тедди бросил руку на плечи Патрика и притянул друга ближе, прижавшись к его щеке.
   – Пойдем-ка. Поднос с сыром опустошили, и у нас почти не осталось вина. Двинем на кухню, милый, и я дам тебе небольшое угощение.
   До появления в своей жизни Тедди Патрик никогда не оставался ни с кем дольше, чем со мной. Несмотря на это, а возможно, как раз из-за этого, я обожала Тедди. Я знала, что Патрик любит его, хотя почти никогда не говорит об этом. И потому, что я любила Патрика, мне очень хотелось видеть его счастливым.
   Мрачный взгляд Патрика вновь пронзил пространство комнаты, метнувшись в сторону Алекса и обратно, ко мне. Я подумала, что друг мог бы рассказать и побольше, но вместо этого он лишь покачал головой и позволил Тедди увести себя. Ну а я… я бросила еще один вожделенный взгляд на очень аппетитную, просто превосходную задницу Алекса Кеннеди.
   – Ливви! Веселых праздников! – раздался совсем рядом голос Джеральда, еще одного друга Патрика и человека, который уже не раз позировал мне.
   Я сделала несколько портретов для портфолио Джеральда, а он взамен согласился на использование этих снимков в фотобанках, которые требовались для моего бизнеса по графическому дизайну.
   – Когда же ты соберешься сделать еще несколько моих фото, а?
   – Когда ты сможешь приступить?
   Джеральд усмехнулся, обнажив идеальные белые зубы, и расплылся в обольстительной улыбке, обычно свойственной гетеросексуалам – к числу которых, увы, не относился.
   – Только свистни, явлюсь по первому твоему зову.
   Мы поболтали несколько минут о том о сем, после чего Джеральд сгреб меня в охапку, сжал в объятиях, поцеловал – и поспешил бросить, отправившись на поиски более интересного собеседника, какого-нибудь обладателя члена. Ничего страшного, я вполне обходилась одна. Чтобы чувствовать себя здесь как дома, мне совершенно не требовалось заботливое квохтанье Патрика: я знала большинство его друзей. Некоторые из недавних знакомых смотрели на меня с любопытством – как на пережиток прошлого, женщину, с которой Патрик был перед тем, как сменил ориентацию, – и все-таки были достаточно дружелюбны. Конечно, этому благостному настрою весьма способствовало потребленное спиртное. Ну а те друзья, что знали нас с Патриком еще по колледжу, искренне смеялись, вспоминая славные времена, когда мы были парой. Старые приятели с удовольствием предавались ностальгии – без плохо скрываемой вспышки жалости, которая так часто мелькала в глазах нынешних друзей Патрика, геев. И этому тоже немало помогала выпивка.
   С бокалом в руке я пробралась к шведскому столу, чтобы нагрузить свою тарелку всевозможными деликатесами. Порезанные квадратиками индийские лепешки наан соединились с острым хумусом, кубики сыра окунулись в клюквенно-медовую горчицу, рядом на тарелке устроились несколько фиолетовых виноградин, все еще державшихся на стебле. Что и говорить, Патрик и Тедди знали толк в вечеринках, и даже в субботу после Дня благодарения в моем желудке оставалось место для аппетитных закусок, которые они обычно подавали. Я размышляла, что же попробовать – ломтики ростбифа с кровью, лежавшие рядом с покрытыми хрустящей корочкой французскими булочками, или из желания сохранить тонкую талию – земляничный салат с грецкими орехами, когда легкий хлопок по плечу заставил меня обернуться.
   – Эй, подруга!
   Я замерла с булочкой в руке, хлеб завис на полпути к моей тарелке. Соседку Патрика, Надю, я прекрасно знала. Она вечно в лепешку готова была расшибиться, лишь бы мне угодить, хотя явных причин для проявления такого радушия не было. Каждый раз я думала, что навязчивые попытки Нади подружиться объяснялись не симпатией ко мне, а каким-то ее интересом, и сегодняшний вечер только подтвердил эти подозрения.
   – Мне бы хотелось познакомить тебя с Карлосом. Моим бойфрендом. – Прелестная улыбка красовалась на лице Нади. Оно было самым обыкновенным, ничем не примечательным, но в подобные моменты меня так и тянуло ее сфотографировать. Удивительно, как одна улыбка могла преобразить человека!
   – Очень приятно, – пробормотал Карлос, скосив глаза на вкуснющие закуски, но рука Нади держала его прямо-таки железной хваткой, не давая возможности схватить хоть кусочек.
   – Рада с вами познакомиться, Карлос.
   Надя устремила на нас двоих выжидающий взор. Мы с Карлосом бегло, оценивающе осмотрели друг друга, его темные глаза пробежали по моему лицу и встретились с моим пристальным взглядом. Карлос оглянулся на Надю, цепко державшую его под руку. Ее кожа казалась прямо-таки белой на фоне смуглости бойфренда. Думаю, мы с ним отлично понимали, чего хотела Надя, но никто из нас не собирался ей потакать.
   …Я не осознавала себя чернокожей до второго класса. О, конечно, я всегда понимала, что моя кожа темнее, чем у моих родителей и братьев. Да и черты моего лица были другими. Близкие никогда не скрывали, что меня удочерили, и мы праздновали не только мой день рождения, но и дату, в которую я стала частью их семьи. Я никогда не чувствовала себя обделенной вниманием, скорее наоборот, меня купали в любви. Холили и лелеяли. Даже баловали – двое братьев намного старше меня и родители, которые, как я узнала позже, пытались своей чрезмерной заботой компенсировать то обстоятельство, что их брак трещал по швам.
   Я всегда считала себя особенной, но до второго класса совершенно не понимала, что… другая, не такая, как окружающие.
   Дезире Джонсон перешла в мою школу в Ардморе из какого-то учебного заведения, расположенного ближе к бедной части Филадельфии. На голове Дезире красовались сотни крошечных косичек, заплетенных прямо от линии роста волос и закрепленных у концов пластмассовыми заколками. Она носила футболки с блестящими золотистыми надписями и спортивные штаны из мягкого велюра, а кроссовки казались потрясающе белыми и просто огромными для размера ее ноги. Дезире была другой, не похожей на остальных, и мы все в изумлении уставились на это чудо, вошедшее в наш класс.
   Тем утром учительница, мисс Диппольд, объявила, что у нас появилась новенькая, не преминув заметить, как важно по-доброму относиться к новым ученикам, особенно тем, кто кажется «не таким, как все». Мисс Диппольд прочитала нам рассказ о Зике, пони с полосками, который оказался вовсе и не пони, а зеброй. Даже во втором классе я сразу уловила мораль истории и угадала, чем она закончится.
   Но я никак не могла предвидеть, что мисс Диппольд прикажет мне подвинуть свою парту, чтобы Дезире могла сесть рядом. Я, разумеется, подчинилась, вне себя от восторга – еще бы, ведь меня выбрали, чтобы помочь новенькой девочке! Возможно, это произошло потому, что на той неделе я стала лучшей в классе по правописанию, и теперь мое имя красовалось на стенде достижений, давая мне привилегию уйти на каникулы раньше остальных? Или мисс Диппольд заметила, как я одолжила Билли Миллеру свой лучший карандаш, когда он снова забыл свой дома? Так или иначе, но я бросилась рьяно двигать в сторону парту, которая царапала пол, снимая с полированной деревянной поверхности стружки, чтобы Рэндалл, школьный дворник, мог поставить рядом еще одну парту и стул для Дезире.
   На самом деле учительница посадила нас рядом вовсе не по одной из этих причин – об истинном смысле ее намерений я бы вовек не догадалась…
   – Ты будешь сидеть на этом месте, – сказала мисс Диппольд, когда новенькая устроилась за своей новой партой. – Дезире, это – Оливия. Уверена, вы станете лучшими подругами.
   Заколки Дезире защелкали друг о друга, когда она повернула голову, чтобы смерить взглядом мои плиссированную юбку, гольфы, туфли с ремешками-перемычками и пряжками. А еще мои волосы, эти спутавшиеся тугие кудряшки, убранные назад с помощью строгого ободка. Мою шерстяную кофту на пуговицах.
   Для второклассницы Дезире была довольно дерзкой и языкатой.
   – Вы что, издеваетесь? – выпалила она.
   Глаза мисс Диппольд удивленно заморгали за ее огромными очками в роговой оправе.
   – Дезире? Какие-то проблемы?
   Девочка устало, по-взрослому вздохнула:
   – Нет, мисс Диппольд. Со мной все в порядке.
   Позже, прямо перед обедом, я наклонилась к Дезире, чтобы мельком взглянуть на рисунки, которые она сделала в своем блокноте. Главным образом это были завитки и круги, заштрихованные карандашом. Я показала Дезире свои собственные каракули, не столь замысловатые, как у нее, и объяснила:
   – Я тоже люблю рисовать.
   Дезире глянула на мои рисунки и фыркнула:
   – Угу.
   – Возможно, именно поэтому мисс Диппольд и решила, что мы подружимся, – терпеливо предположила я, не оставляя настойчивых попыток разговорить новенькую. – Потому что нам обеим нравится рисовать.
   Брови Дезире взлетели так высоко, что, казалось, достали до линии роста ее волос. Она оглянулась на остальных: наши одноклассники уже вовсю бесились, предвкушая сэндвичи с говядиной и большую перемену. Дезире снова посмотрела на меня, потом взяла мою руку и положила рядом со своей. На фоне бледно-серых парт наши пальцы выделялись, словно тени.
   – Мисс Диппольд ничего не знала о том, что я люблю рисовать, – сказала моя новая знакомая. – Ты ведь понимаешь, она имела в виду, что мы обе такие.
   – Какие – такие?
   Теперь Дезире сердито вздохнула и закатила глаза, раздражаясь из-за моей непонятливости. Да и тон ее стал совсем другим.
   – Потому что мы обе – черные.
   Настал мой черед быстро моргать, пытаясь переварить сказанное. Я обвела взглядом класс, вдруг заметив море белых лиц. Кейтлин Карузо тоже удочерили, она была родом из Китая и выглядела непохожей на остальных детей. Но Дезире оказалась права. Она обратила внимание на то, что мне давным-давно стоило знать.
   Я была черной. Это открытие потрясло меня настолько, что лишило дара речи на весь оставшийся день, пока я не пришла домой и не достала все наши семейные альбомы, чтобы бегло, страница за страницей, просмотреть фотографии. Я была черной! Я была черной всю свою жизнь! И как я умудрялась не замечать этого раньше?
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация