А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "От создателей Камасутры" (страница 21)

   Я всегда придерживалась мнения, что в человеке к старости обостряются основные черты его характера. Например, если в молодости и в зрелые годы человек был немного скуповат, но здравый смысл удерживал его в пределах разумного, можно не сомневаться, что после шестидесяти пяти это качество превратится в патологию. Человек, склонный к плаксивости, изведет всю семью своими жалобами и нытьем. А уж завистливые, вечно недовольные, сварливые жены к пенсии превращаются в настоящих фурий. Как образец, сидевший через проход от меня. Проводив на тот свет супруга, они начинают разъезжать в транспорте, посещать магазины и любые места скопления народа, лишь бы найти повод, чтобы выплеснуть клокочущую в них ядовитую злобность. Родственники, само собой, всячески избегают общения с подобными «милыми» бабушками, так что основной удар падает на их случайных жертв.
   Когда мы после посадки покидали самолет, кто-то наступил мне на край сари, да так, что я чуть не ткнулась носом в пол. Разумеется, это была она! Когда я обернулась, старушка улыбнулась мне счастливой пакостной улыбкой, как бы говоря: «Ну что, получила?» Я уже приготовилась кинуться на нее, но Джамш, поставив меня на ноги, обратил к старушке свои ласковые очи и, взяв ее за локоток, промурлыкал: «Ничего, ничего, вы устали, наверное, в дороге? Пойдемте, я вас провожу. Вас встречают? Осторожно, порог!» Бабка настолько обалдела, что позволила довести себя до зала ожидания, а прощаясь с Джамшем, передавшим ее с рук на руки усталому мужчине лет пятидесяти, стоявшему с обреченным лицом у терминала, она кинулась ему на грудь со слезами: «Спасибо, сынок, счастья тебе, милый. Прости старуху и жене твоей передай – пусть не сердится!» И она виновато взглянула в мою сторону.
   Я чуть нижнюю челюсть не вывихнула от удивления. Общение Джамша с этой бабушкой продолжалось минут пятнадцать, не больше.
   Не меньший шок испытал ее родственник. Подойдя к старушке, чтобы взять ее сумку, он, видимо, по привычке, втянул голову в плечи и приготовился выслушать ее тираду о себе самом, о сервисе в самолете, о пилотах, болтанках и прочих прелестях путешествия. Но вместо этого старушка чмокнула его в щеку со словами: «Бабар, милый, спасибо, что встретил. Как Прем, Хема, дети? Ничего, я сама. У тебя усталый вид. Приедем, ты сразу ложись, тебе надо выспаться перед работой». Одурелый родственник пропустил переродившуюся даму вперед и обернулся к Джамшу.
   – Вы ей что дали? Транквилизатор или гашиш? Может, поделитесь секретом? Это тетка моей жены. Она живет с нами, – шепотом поделился с Джамшем Бабар.
   – Никаких секретов. Побольше любви и сочувствия, – ласковым голосом посоветовал ему мой спутник.
   – Ага, так я и поверил! – хохотнул дядька. – Надо будет травку попробовать, – пробормотал он себе под нос, направившись к выходу. – Давно бы отравил ее, да эта гадина никак завещание не составит. Еще отдаст все имущество Брахману! – добавил он напоследок.
   – Люди, люди! – покачал головой мой великий миротворец и потянул меня в гущу толпы.

   Глава 23

   – Давай поедим, а потом поспим где-нибудь. Когда наш рейс?
   – Рано утром.
   – Ну вот, купим билеты, поедим и поспим, да, поспим, – повторила я то же самое уже раз в пятый, потому что Джамш бессмысленно слонялся по аэропорту. А времени, между прочим, – час ночи! Вторая ночь без сна для моего не очень молодого организма оказалась слишком большим испытанием. – Ну, пошли в кафе, а? – ныла я, как маленький ребенок.
   – Подожди, – в который раз повторил он, протискиваясь через группу сонных туристов из Японии.
   – Ну, сколько можно? Давай хоть сядем, меня уже ноги не держат. Вон какие уютные кресла и свет такой мягкий, как раз выспимся!
   – Я должен встретиться с человеком, который передаст нам документы, – почти беззвучным шепотом промолвил он.
   – Паспорт? Мне? Класс! А этот куда девать?
   – А этот уже уехал.
   – Куда?!
   – Понятия не имею. Я его в какой-то баул засунул, стоявший на багажной ленте.
   – Умница! И когда твой приятель объявится?
   – Он уже здесь.
   – Так пойдем! Что мы, как ненормальные, взад-вперед по залу бродим? Вы где договорились встретиться?
   – Подожди… Встреча через пятнадцать минут.
   – Я ничего не понимаю! Если встреча через пятнадцать минут, почему мы уже битый час туда-сюда мотаемся? Могли бы поесть спокойно. Хотя бы посидеть. А если он уже здесь, то какого лешего нам еще пятнадцать минут по залу болтаться?
   – Он здесь с момента нашей посадки. Проверяет, нет ли за нами хвоста.
   – Целый час?
   – На карту поставлены наши жизни. Ты забыла, что ты украла? Да за эти документы Сингх, – почти беззвучно выдохнул Джамш, – с нас кожу тоненькими ремешками с живых снимет, даже если вернет свои бумаги обратно!
   Я скептически ухмыльнулась, потом посмотрела ему в глаза, и усмешка стекла с моего лица, как мыльная пена. С этой минуты я внутренним взором наблюдала лишь одну ужасную картину: как с меня сдирают тоненькие полосочки кожи, как кожуру с яблока, я ору диким голосом, а окровавленное мясо сочится сукровицей на оголившихся участках моего тела… Меня затошнило, голова закружилась. Меня заколотило в ознобе. Я почти в бессознательном состоянии переставляла ноги, крепко вцепившись в Джамша. Он был единственной преградой между мною и Кровавым Махараджей.
   Наконец, мой спутник заметил, что со мной творится что-то не то.
   – Успокойся. Пока что нас еще не нашли. И, даст бог, не найдут. Я просто страхуюсь. Все, заканчивай истерику – он погладил меня по голове, нажал на какую-то точку за ухом, и меня сразу перестало колошматить и окутало какой-то сонливой вялостью.
   Вскоре мы остановились возле закрытого справочного окна, неподалеку от ресторана индийской кухни и от туалетов. Здесь постоянно толпился народ, подходя к стенду с информацией и к стойке местной авиакомпании, кажется, «Индиан Эйрвейс». Через пару минут подошел и спиной к нам остановился индиец в светлой рубашке, среднего телосложения. Лица его я, естественно, не разглядела. Он положил на край стойки папку и вытянул шею, пытаясь разглядеть верхние строчки на стенде, задел локтем папку, и она упала, по полу рассыпались конверты и бумаги. Джамш наклонился и помог мужику собрать его имущество. Тот кивнул и, отвернувшись, начал что-то записывать на каком-то буклете.
   – За вами следят, – вдруг послышался его тихий голос. – Встречал того типа во время посадки. Вон тот, он стоит рядом с дамой в зеленом. Бородатый, неряшливый, в пестрой темной рубахе. Слева во рту – золотая фикса.
   Я завертела головой, вернее, попробовала это сделать, но Джамш крепко прижал меня к своей груди, да так, что ни вздохнуть, ни охнуть я не могла.
   – Стой смирно. Не вертись. Он с нас глаз не сводит, – прошипел мне в ухо новоявленный Штирлиц. Со стороны мы, наверное, смотрелись, как страстно прощавшаяся парочка.
   – Ходил за вами минут пять, кажется, сверялся с фотографией, – продолжал как ни в чем не бывало специалист по документам. – Потом он снял вас на телефон, издали, вряд ли получилась хорошая четкость, и отправил снимок по ММС, а минут через пятнадцать ему позвонили. И вот тут он сел вам на хвост всерьез.
   – Спасибо, – прошептал Джамш. – За мной должок.
   – Нет проблем. Сами справитесь?
   – Да.
   И индиец, подхватив свою папку, удалился как ни в чем не бывало.
   – Ой! Он же нам документы не отдал! – рванула я за ним.
   – Не суетись, – меня вновь «зафиксировали» в объятиях, прижав к стальной груди. – Документы уже у меня.
   – Как это?!
   – Он уронил, я поднял. Хватит об этом! Надо избавиться от «хвоста».
   – Убьешь его? – с замиранием сердца спросила я.
   – Нет. Я кто, по-твоему? Махараджа? Просто выведу его из строя. Видишь – туалет на ремонте?
   – Да.
   – Иди туда, как будто по делу.
   – А ты?
   – И я сзади пойду. Иди, не оборачивайся.
   Я пошла.
   Туалет отделялся от зала своего рода пластиковой ширмой, на которой висело объявление о ремонте обеих его половин, мужской и женской.
   Перед тем как зайти за ширму, я не утерпела и обернулась через плечо. Джамш стоял ко мне спиной и звонил кому-то по телефону. Я отвернулась, но шаг замедлила. Может, не идти туда? Туалет-то закрыт, этот бородатый сейчас пойдет за мной и грохнет ни за что ни про что.
   Я поколебалась, делая вид, что роюсь в сумочке, и все-таки пошла. Джамш меня еще ни разу не подвел. Если бы он хотел меня бросить, уже сто раз бы это сделал. Не идет следом за мной – значит, так надо. И я твердым шагом двинулась к туалету, на всякий случай прихватив по пути осколок мрамора, валявшийся на полу, строители облицовывали им стены. Но ночью их, понятно, тут не было. Войдя в туалет, я замерла, прислушиваясь. Через пару секунд раздались шаркающие шаги. Ну, вот и он! Я притаилась в темноте – света, естественно, тут не было, а зажигать его я не собиралась. Темный силуэт, крадучись, вошел в уборную. Ждать, пока он оглядится, я не стала, врезала ему по кумполу каменюкой и вздохнула с облегчением. Он рухнул на пол. Но за ним высилась другая, более внушительная фигура! Их двое! Елки! Где камень?! Я его уронила! Я застонала от отчаяния.
   – Ш-ш! – прошипел Джамш. – Это я! Хотя, кажется, я мог и не торопиться, – он наклонился, вынул из кармана фонарик и осветил упавшее на пол тело. Оно не шевелилось. Джамш взял его за шею. – Пульс есть. Хорошо, что не насмерть.
   – Что мы с ним сделаем? – хрипло спросила я. Все-таки я очень перетрусила.
   – Сейчас подумаем, – он порылся в карманах не пришедшего в себя бандита и извлек мобильник. – Та-ак! Посмотрим последние звонки. В ноль пятнадцать он звонил на какой-то номер, как раз минут через двадцать после нашей посадки.
   – А кому?
   – Не знаю. Написано – Маюр. «Павлин» означает на хинди. Наверное, это кличка… Смотрим дальше. Еще через пятнадцать минут он отправляет ММС, уже на другой номер. В телефонной книжке его нет… И еще минут через пятнадцать раздается звонок ему, уже с третьего номера. Интересно!
   – Что все это значит? – я разве что не подпрыгивала от волнения.
   – Это значит, что нами заинтересовались всерьез. Посмотрим на фото, – взглянув на картинку, он присвистнул.
   – Что там еще? – Я вырвала из его рук телефон.
   – Как ты думаешь, можно тебя узнать на этой фотографии?
   Четкость снимка была вполне приличной, мы с Джамшем как раз продирались через очередную группу пассажиров, спешивших на посадку, я была изображена в четверть оборота, Джамш – в фас.
   – Да вроде можно, – неуверенно ответила я.
   – Посмотри внимательно, постарайся взглянуть на снимок непредвзято. Если бы эту фотографию увидели твои знакомые, они бы тебя сразу узнали?
   Я взглянула еще раз. Действительно, несмотря на качество изображения, вряд ли с уверенностью можно было бы сказать, что это я. Несколько измененная линия бровей. Более пухлые губы, размытая линия черных волос, видневшаяся из-под края сари.
   – Наверное, да. Хотя скорее нет, – заколебалась я.
   – А человек, плохо с тобой знакомый, сумел бы опознать тебя?
   – Да нет, вряд ли.
   – Вот именно. И тем не менее, сделав этот снимок, он уже не отставал от нас, наоборот, плотно приклеился и явно ждал прибытия подкрепления.
   – С чего ты взял?
   – Он все время посматривал то по сторонам, то на мобильник, то на часы. Явно нервничал.
   – И что с того? Может, он в туалет хотел или опаздывал куда-то?
   – Не говори глупости! – оборвал меня Джамш. Сейчас он был похож на служебную собаку, взявшую след, сердитую из-за того, что ее отвлекают по пустякам. Впрочем, нет. Собака – животное домашнее, а Джамш больше походил на дикого зверя. Волк, вожак стаи, идущий по следу добычи.
   Я зябко передернула плечами: его ипостась в образе садху мне нравилась больше.
   – Что могло вызвать у того типа такую реакцию? – Я глупо вытаращилась на него. – Только одно. Они узнали меня, – заявил Джамш.
   – Тебя? – удивилась я. – Но откуда они тебя знают?
   – Инцидент в поезде случился в Карнатаке, полиция этого штата, как ты знаешь, не совсем надежна. После происшествия наверняка были опрошены свидетели и, возможно, составлены наши фотороботы. С их помощью могли установить мою личность. А могли и не установить. Это в лучшем случае. В худшем – они выяснили, где ты пребывала с момента бегства. Навели справки обо мне, и теперь в опасности не только мы оба, но и моя семья.
   Я прикрыла рот рукой.
   – Джамш, прости меня! Я не хотела! Честное слово. Давай вернем ему эти документы, и пропади оно все пропадом!
   – Возврат документов ничего не решит. Он не успокоится, пока не порежет нас на мелкие кусочки, медленно, постепенно. – По его тону я поняла, что это не художественное преувеличение, а констатация факта. – Не переживай. На самом деле, я думаю, у них есть только фоторобот.
   – Твой приятель сказал, что этот тип, – я ткнула ногой бесчувственное тело, – все время посматривал на какое-то фото. Давай поищем у него в кармане?
   – Молодец, – серьезно похвалил меня Джамш и обшарил карманы начавшего приходить в себя паразита. – Кажется, что-то есть.
   Он вытащил из заднего кармана брюк сложенный вчетверо замусоленный листок.
   – Отлично! – с облегчением выдохнул Джамш, протягивая мне находку.
   Это действительно были наши фотороботы, довольно-таки похожие на оригиналы.
   – Теперь все в порядке? – обрадовалась я.
   – Почти. Подкрепление он все-таки вызвал. Надо подумать, что с ним теперь делать? Бросить здесь? В принципе до утра его здесь вряд ли кто-нибудь найдет, мы к тому времени уже будем далеко. С другой стороны… Оставим здесь, ладно… Только для пущей надежности… – он нагнулся к застонавшему мужику и, приподняв его голову, куда-то там нажал, после чего наш «приятель» снова отрубился. – Ну вот. Теперь можно уходить со спокойной душой. Раньше чем часов через семь он не оклемается.
   – А нам что теперь делать?
   – Ты сейчас же переоденешься. Только не в брюки. В них тебя видели в поезде.
   – Тогда в другое сари? – я вытащила из рюкзака краешек сари из ярко-лилового шелка.
   – Пойдет. Смой макияж и надень очки.
   – Ладно. Пойду поищу работающий туалет.
   – Нет. Переодевайся прямо здесь. И давай посмотрим на наши новые паспорта.
   Он подошел к стене и щелкнул выключателем. Вспыхнул свет. Проморгавшись, я, наконец, разглядела убранство этого помещения.
   Голые стены, в угол составлены мешки со строительными смесями и коробки с плиткой, по одной стене рабочие уже начали ее выкладывать. С другой стороны торчали выходы труб. Но ни раковин, ни унитазов не было. Под потолком победно сияла лампочка Ильича.
   – Как тут можно переодеться? И уж тем более смыть макияж? – возмущенно воскликнула я.
   – Ничего. Я помогу, подержу вещи. А смывать – не краситься, тут зеркало не нужно. У тебя есть какая-нибудь жидкость?
   – Да, – угрюмо ответила я.
   Минут через десять я кое-как переоделась и, смочив платок тоником для лица, начала протирать щеки.
   – Ну, как? – повернулась я минут через пять к Джамшу.
   – О Господи! – шарахнулся он от меня. – Что это ты наделала?!
   – Что? В чем дело? Размазалось? – Я машинально огляделась в поисках зеркала. Но откуда ему здесь было взяться?
   Кончилось тем, что Джамш лично завершил очищение моей физиономии от грима, ополоснув напоследок мое лицо минералкой.
   – Ну, вот! Чистая и румяная, – он с довольной улыбкой оглядел результат своих трудов. – А теперь давай посмотрим наши новые документы. – И он вынул из кармана тонкую книжицу, открыл ее и уставился на мое новое изображение. Потом прищурил глаз и уставился на меня.
   – Дай-ка мне! – не выдержала я, вырывая у него паспорт. – Я теперь – еврейка? – Паспорт был израильский, на имя некой Рахиль Ицхак.
   – Что-то не устраивает? – усмехнулся Джамш.
   – Да ведь я на иврите ни бе, не ме, ни кукареку! – возмутилась я.
   – Таможенники тоже, – улыбнулся он.
   – А-а! – дошел наконец до меня смысл его коварного плана.
   Я вновь взглянула в паспорт. Фото принадлежало женщине примерно моих лет. С очень бледной кожей, волнистой линией бровей, серо-зелеными глазами – спасибо и на том, – с тонким, чуть загнутым носом. Губы тоньше моих, с каким-то капризным изломом, овал лица, к счастью, отчасти скрыт вьющимися светло-рыжими волосами, подстриженными «каре». Белесые брови и ресницы навевали ассоциации с итальянским ренессансом. Такой типаж понравился бы Боттичелли.
   Беда была в том, что со мной он имел крайне мало общего.
   Я молча протянула паспорт Джамшу.
   – Так. Отлично. Сейчас ты отправляешься в салон и красишься в рыжий цвет. Заодно сделай завивку. Знаешь, такой кудрявый шар из волос в духе семидесятых.
   – Зачем? Я что, в цирк поступаю, клоуном?
   – Соответствующий макияж нанеси, – как ни в чем не бывало продолжал он, – купи по пути в салон необходимую косметику.
   – А ты?
   – Придется мне побриться, – он вздохнул. – И подстричься… – в настоящий момент волосы Джамша волной спадали по его спине почти до пояса.
   – Может, не стричься? – сочувственно спросила я.
   – Нет. Надо!
   – Ничего, волосы – не зубы, отрастут, – утешила я его.
   Через час милая пухленькая парикмахерша развернула меня лицом к зеркалу и, сглотнув комок в горле, попыталась улыбнуться.
   – По-моему, неплохо. Очень оригинальный цвет, – сказала она заискивающим голосом.
   – Да, цвет оригинальный, – не могла не согласиться я.
   Лейла, так звали мастерицу, все выполнила в точности. Цвет волос теперь соответствовал снимку, форма головы – тоже. Золотисто-оранжевый шар прически покачивался при малейшем моем движении, пуская симпатичных зайчиков в зеркала. В сочетании с ярко-цикламеновым сари, украшенным золотым шитьем, моя прическа выглядела бесподобно! Поблагодарив девушку, я попросила у нее разрешения накраситься перед зеркалом и принялась за дело.
   Когда я по окончании этого творческого процесса повернулась лицом к залу, все присутствующие дружно вытаращились на меня. При виде такой «красоты» у особо нервных парикмахерш из рук попадали расчески и ножницы.
   И было отчего! Я выщипала брови в тоненькую линию, придав их очертаниям максимальное сходство с бровями госпожи Ицхак, нанесла на лицо бледный, почти белый тональный крем – продавщица в магазине аэропорта все на полках перерыла, пока не нашла такой не востребованный в этих широтах оттенок. Поверх крема я нанесла пудру очень светлого тона. Чтобы добиться нужного впечатления, ниточки бровей я подвела бежево-золотистым карандашом. Ресницы мне пришлось накрасить карнавальной тушью золотистого оттенка. Других светлых оттенков в продаже тут, естественно, не было. Довершила этот шедевр визажа светло-морковная помада.
   В определенном ракурсе лицо мое теперь казалось абсолютно «лысым» – безбровым и без ресниц.
   Золотой шар на голове, «лысая» физиономия, ярко-цикламеновое сари – главное, чтобы меня не арестовали за нарушение общественного спокойствия!
   Едва я успела смириться со своей новой внешностью, как распахнулась дверь парикмахерской и внутрь как будто ворвался свежий морской бриз, оживив своим дуновением застоявшуюся атмосферу салона.
   Это был Джамш. Высокий, стройный, в синих джинсах, в расстегнутой у горла белой рубашке, в темно-синем пиджаке, гладко выбритый, аккуратно и модно подстриженный, с идеальной укладкой – он являл собою воплощение мужской красоты и силы. Что там Брэд Питт, Том Круз или Ричард Гир – они померкли все рядом с этим смуглым красавцем!
   Все без исключения дамы, пребывавшие в салоне, невольно заерзали, поправляя локоны, доставая помаду, одергивая юбки, блузки и стреляя прицельным огнем пламенных взоров в это божество мужского пола.
   Но божество, одарив всех чарующей улыбкой, направилось ко мне, взглянуло оценивающе на результат нашего с Лейлой совместного творчества и со словами: «Очень мило!» – поцеловало мне руку.
   Вздох общего женского разочарования заглушил звук захлопнувшейся за нами двери.
   Думаю, наш с Джамшем дуэт еще с месяц-другой останется главной темой их обсуждения, под заголовком: «Красавец и чудовище».
   Мы неторопливо пересекали зал аэропорта по пути к стойке «Джет Эйрвейс», и за нами оставалась широкая просека из остолбеневших от удивления ночных пассажиров. Мой новый имидж произвел настоящий фурор!
   – Ты не думаешь, что это уже чересчур?! – спросила я у поддерживавшего меня под локоток Джамша.
   – Нет. Тебя сейчас родной муж не узнает, – довольно ответил он. – Не беспокойся. В самолете переоденешься. – И Джамш тряхнул пакетами, которые он держал в руке.
   Заплатив две тысячи четыреста рупий за билеты до Леха, мы взглянули на часы и решили, что пора и перекусить.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация