А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Эгнор" (страница 6)

   – У нас магии нет, я ничего про нее не знаю, – и удивился. Рона совсем не интересовали машины, самолеты, компьютеры.
   – Знаешь, если бы ты передо мной не сидел, я не поверил бы ни одному слову. И мой тебе совет – больше никому про себя не рассказывай. Потом легенду тебе придумаем. – По крайней мере, Жизнью ты точно инициирован, – после паузы добавил он, – но по ауре этого не скажешь – она как у самого обычного человека, это еще одна причина тебя скрывать. – Рон поднял вверх палец. – Если не сожгут, то запрут и будут изучать. Маги у нас любопытные. – И невесело усмехнулся. – Значит, так. Пока поживешь здесь, наберешься сил. Агна расскажет подробней о нашем мире. Она знахарка и моя подруга. Прошу не обижать, – посерьезнел он, – здесь надежно, но если что, спрячет. А мне пора. Кстати, каким оружием тебя чуть не убили?
   Я взял с сундука кобуру, вытащил из нее запасной магазин, выщелкнул патрон и показал Рону.
   – Вот этой пулей. Она вылетает с большой скоростью, когда порох внутри патрона сгорает. Самого оружия нет, его вытащили из этой кобуры и из него же в меня стреляли. Как видишь, сила огромная – насквозь меня прошила.
   Не знаю, что Рон понял из этой смеси «французского с нижегородским», но уважительно взял патрон в руку, повертел и вернул назад.
   – Скажи Агне, пусть спрячет все это. Я приеду послезавтра. До встречи. Служба все-таки, – с сожалением вздохнул он. – Да, из дома не выходи пока, хорошо?
   – До свидания, Рон. Понял, не выйду. – И сморщился. Надоело заключение.
   Когда раздалось удаляющееся цоканье копыт, я сидел на своей шконке. «М-да… попал так попал. А если он захочет меня сдать? Ну нет! Так думать нельзя! Верить надо людям, верить. Несмотря ни на что» – это вспомнился Сан Саныч. С такими успокаивающими мыслями начал тренироваться.
   Через час пришла Агна.
   – Здравствуй, Агна.
   Она вздрогнула, удивленно посмотрела на меня и заулыбалась.
   – Наконец-то! Рон приносил лингвор? Достал все-таки. А я пилила его: давай учить постояльца языку, а он все отмахивался – подожди, говорит, скоро лингвор обещали, не путай его, на чистую лучше усвоится. Как я устала! Живу с гостем, а поговорить не с кем. Ты не думай, я не болтушка какая, но все равно поговорить иногда страсть как охота. Я же одна здесь. Спасибо, Рон заезжает, да деревенские иногда заходят, перекидываемся парой слов. Ой! Ну вот, заболтала, – и весело засмеялась, – давай знакомиться. Я Агна Римпис, знахарка.
   – Егор. – Я тоже невольно улыбался, глядя в смеющиеся серые глаза Агны.
   – Просто Егор?
   – Да, Рон попросил ничего про себя не рассказывать, извини.
   – Даже так! Ладно, – по тону было понятно, что Рону придется несладко, – будто я не знаю, что ты из портала вывалился. А мне что можно тебе рассказывать?
   Тут уже засмеялся я:
   – Все! Введи меня в курс дел. Про графство, про соседние страны, про людей, про все, что знаешь. Представь, будто я ни о чем не имею ни малейшего понятия. Совсем.
   – Знаю я немного, и последние сплетни до меня поздно доходят, ты ж понимаешь, – засмущалась она. – Давай сядем за стол, я сейчас принесу перекусить.
   Принесла медовый сбитень и пирожки с грибами. Мы сели за стол. Начала, как лектор, мне оставалось только направлять.
   – Наше графство Флок, маленькое и очень спокойное. Граф никого из соседей не принимает, ни с кем не воюет. Он бы вообще в монастырь ушел, но епископ Парсен не дает. Как же! Такого лакомого куска лишиться, сынок-то графа церковников не слишком жалует, потому и живет в столице. Столица наша Русток, и герцогство так же именуется. Герцог – сюзерен нашего графа. Вот тот воюет постоянно, с соседними баронствами. Они пока вольные, а у герцога губа не дура, хочет под свой вассалитет их подвести, но пока безуспешно. Недавно вытребовал у графа почти всю дружину, а у нас степь рядом. Не дай Спаситель кочевники налетят!
   Ты кушай, кушай, или не вкусно? Дальше? Деревень в графстве не много, около двадцати, хуторов число – не знаю, я не мытарь. Народу тоже не знаю сколько… может, тысяч двадцать, включая и старых и малых. Город один – Гаранд, да какой город – городок, тысяч пять жителей – разбежались многие. Там же и замок графа.
   Да церковники большую власть взяли! Жгли налево-направо: и чернокнижников, и просто на чье имущество лапу наложить. А народ? Народ у нас набожный всегда был. Храмы в каждой деревне и часовенки в хуторах, а недавно и монастырь открыли, это уже епископ. Начинали костры в деревнях закладывать, но тут народ возроптал. Да нет, до бунтов не дошло – пожаловались в герцогство, и церковников поприжали.
   Живут в целом хорошо, грех жаловаться. Землю арендуют у графа и еще налоги платят. А какие бы ни были – все равно большие! Церковь Спасителя. Нет, не являлся никакой «сын Божий», что ты! Я тебе лучше легенду из «священных свитков» перескажу, как помню:

И жили люди все лучше и лучше,
И маги великие были среди них.
И ленились люди все больше и больше,
И перестали молиться и жертвовать Богу,
И забыли законы его, и погрязли в грехах,
И возгордились маги, возомнив себя равными Богу,
И призывали в мир демонов, из чужих миров,
И сами ходили по мирам чужим,
И создавали чудовищ богомерзких.
И не стерпел Бог,
И наслал на землю и огонь, и потоп,
И изверглись вулканы, и низверглись горы,
И погибли все маги и многие люди.
И впали выжившие в дикость.
И напомнил Бог законы свои,
И впредь повелел соблюдать их
И сказал, что придет сам, как Спаситель,
И спасет души праведные,
А неправедные низвергнет демонам.
И спасенные будут жить вечно
И в блаженстве и в радости,
А у демонов гореть в пламени вечно, не умирая.

   Вот примерно так. У нас все это в детстве учат. Сама-то? Даже не знаю… руины вон по всей земле лежат, и творится в них непонятно что, но и богатств и артефактов, какие нашим магам не снились, – полно, а что в те времена случилось – кто знает. Может, и Бог наказал, а может, и сами древние маги доигрались. Мы же только недавнюю историю знаем, а кристаллы с записями, что в руинах находят, расшифровать не могут. Только схемы с заклинаниями используют, и то не все. А не работают многие, или секрет какой неизвестен.
   Демоны? Чернокнижники их призывают, те им силы дают, но, говорят, душу забирают. И маги с ними борются, и церковники молитвами изгоняют, Спаситель им тогда силу дает. А самих чернокнижников сжигают, а то живучие они. – И вдруг она внимательно посмотрела на меня. Что-то решила: – Нет, не вижу в тебе черноты, да и Рон тебя проверял.
   Нечисть появляется, но сама не видела. В основном животные измененные, но бывает и не пойми что, и магией некоторые владеют. Это все рядом с руинами. Рон лучше расскажет, он же охотником был, в руины ходил вместе с мужем моим покойным. Ты не думай! Мы с Роном только недавно сошлись, а мужа я уже пять лет как потеряла. Детей Спаситель не дал. И у магов-лекарей была, бесполезно. Служители говорят, что в наказание мужу за руины, но я не верю: вон у других охотников и семьи, и дети, это Рон всю жизнь бобылем.
   Он из благородных: младший сын бедного барона из дальнего баронства. Наследство ему не светило, и какая-то несчастная, романтическая история случилась, не говорит, паршивец, какая, – Агна любовно улыбнулась, – так вот, ушел из дома на службу в войско какого-то графа, дослужился до полусотника и ушел в наемники. Там, случалось, и сотней командовал, а потом в охотники пошел. Два года уже как остепенился и устроился у графа егерем. Из-за меня, конечно! Я же местная, а мы переписывались с ним после мужа… он мне тело его привез… тогда и познакомились. – Она отвела грустный взгляд в сторону. – У них, у охотников, закон такой – семьям помогать, вот он и высылал мне деньги. Ну и я в ответ письма писала. А под конец и приглашать стала. А что, графство тихое, егерь требовался, а так как граф не охотится, то работы, считай, и нет. Только зверям не давай расплодиться и следи, чтоб без графского разрешения лес не рубили и не браконьерничали, вот и вся служба. Только платит, скряга, мало, поэтому и не шел никто. А Рон взял и согласился, для его возраста служба. Ему уже за шестьдесят. Да, да, это выглядит он на сорок, да и здоровьишком Спаситель не обидел, – слегка смутилась Агна. – Ну все, хватит на сегодня.
   Она встала, потянулась.
   – Пойду травки Славке подберу, скоро прийти должна. Так что в доме сиди. Ужин принесу.
   – Слушай, а книги у тебя есть? Желательно по истории или по магии.
   – А ты разве маг? Ну конечно, маг Жизни, да?
   Я пожал плечами, всем видом показывая, что вопрос к Рону. Она ехидно произнесла:
   – Рыцарский роман устроит? Больше ничего нет.
   Пришлось соглашаться и на это. Хотелось просто проверить, умею ли я читать. Помимо полезной информации, конечно.
   Книга оказалась вполне привычного вида и открывалась в «правильную» сторону. Толстая. Переплет плотный, по виду из кожи. Без замочка. Потертая. Листы бумажные, толстые, желтоватые. Шрифт крупный, печать неровная, и буквы похожи на прописные. Страницы не пронумерованы, но, судя по толщине книги, страниц на двести крупного шрифта. Книга называлась «Любовь и верность», автор Магдалус ор’Ромус. Дворянин, что ли? Не западло им, значит, если так. Как оказалось, читать мне было трудно: буквы все знаю, но слова и тем более словосочетания не залетают сразу, а приходится осмысливать с непривычки. Почти по слогам. Но ничего, дело тренировки. До ужина успел прочитать едва одну треть.
   Дело происходило в империи Иверия за тысячу лет до падения Варгуса (уточнить, какой сейчас год), в этой самой столице. Тогда и страсти были сильнее, и любовь вернее, и подлецы подлее, и вообще все было возвышенней. Жил тогда благородный рыцарь Ролдус, и полюбил он благородную деву Изольну, но злодей-чернокнижник тоже на нее глаз положил. Создал ужасного дракона (я офонарел, когда понял это слово), и тот унес ее в черную башню. Рыцарь, естественно, кинулся спасать. Начал мочить врагов. Например, одного злого мага зарубил, защитившись амулетом. Я сделал зарубку на память.
   И пока все, ужин подоспел.
   Кормили уже давно по-человечески, без всяких бульончиков и отваров. Была каша типа гречневой с маслом, мясные нарезки и зелень. И вино! Ужинали вместе с хозяйкой.
   Из красивой напевной речи хозяйки я понял, что на дворе стоит июнь две тысячи девятого от падения Варгуса. Была такая империя в незапамятные времена: «От моря до моря». И как водится, распалась и была завоевана кочевниками. Тогда же вошла в силу церковь Спасителя, а из бывшей империи образовалось много независимых карликовых государств с единым языком и религией. В виде небольшой страны на побережье Западного океана сохранилась и сама империя с тем же гордым названием Иверия и с той же столицей – Варгусом. Там, как я понял, периодически собирается «конклав» епископов для выбора Первого секретаря Собора Епископов и Совет Глав Государств для… не знала она для чего. Никаких «папских» полномочий у Первого секретаря не было, он больше финансами заведовал. Видимо.
   А за высокими Северными горами находилось обширное царство Батвия, государство чернокнижников, где «души демонам продавали и людей резали налево-направо». Для магической «силы», как я уже понял. Как оно существует уже несколько тысяч лет с такими порядками, Агна не знала и не задумывалась над этим, а мне вот стало любопытно.
   Больше всего меня, привыкшего к нашим описаниям Средневековья, поразила практически всеобщая грамотность населения. Оказалось, что при всех храмах Спасителя есть школы, куда в обязательном порядке ходят все дети. Объяснялось это просто: у любого человека лет в шестнадцать – двадцать мог открыться Дар. «И что, такого дылду учить читать и писать?» – не удержался я. Агна поразилась моему удивлению и спросила: «А у вас разве не так?» Здесь и газеты во многих городах выходили.
   Дар мог быть разной силы, и возникал он далеко не у всех. Например, моя хозяйка была видящей, то есть обладала самым слабым Даром. Она видела ауры и формирующиеся заклятия, немного «чувствовала силу», но сама управлять стихиями не могла, поэтому и пошла в знахарки – знание аур растений, людей и животных очень помогали ей в этой профессии.
   Дар, как понятно из контекста, местное название способности к магии.
   – Все, хватит. Стемнело уже. Спокойной ночи, Егор.
   – Спокойной ночи, Агна.
   Как опухла моя бедная голова от обилия сведений! И вина давно не пил. Спать, только спать.

   С утра, позавтракав, начал тренировку. Ходил, приседал, нагибался, растягивался. Попрыгал и поотжимался – еще тяжело, но все легче и легче. Это радовало. До чертиков захотелось на улицу. Месяц взаперти! Плюнул на запреты: «Авось никто не увидит» – и вышел на крыльцо.
   Свежий воздух просто опьянил! Стояла утренняя прохлада, роса только сошла. Хорошо-то как! Спустился на травку, до ужаса потянуло разуться, но стерпел. Двор небольшой, почти весь занят двумя строениями из некрашеных досок: летняя кухня, над трубой которой курился дымок, и сарай. Агна, наверное, где-то в них. А кругом лиственный смешанный лес черт его знает из каких деревьев. Кустов почти нет, зато «трава по пояс». Тихо шумит листва от свежего ветерка, и яркая, сочная зелень кругом.
   Подумал: «Я люблю тебя, лес!», и он мне ответил. Легкое, почти незаметное шевеление крон, колыхание травы. Мне словно передалось вековое спокойствие и безразличное добродушие. На секунду ощутил себя частью целого, и сразу отпустило: «Вот и верь после этого лесу» – и в голос весело рассмеялся.
   – Я люблю этот мир! Эй! Я даже не узнал, как тебя зовут! – прокричал от избытка чувств.
   «Э-г-н-о-р», – прошелестела листва.
   «Здравствуй, глюк!» Вот это накатило! Что значит месяц без свежего воздуха, надо нарикам знакомым рассказать, и упал на траву, раскинув руки. Хорошо, как в трансе. Даже лучше. Как будто я есть целый Мир, пусть даже на секунду. Непередаваемо!
   – Ты что орешь! Зачем вышел! – подбежала разъяренная Агна.
   – Как называется этот мир?
   Ничто не портило настроение.
   – Что?
   – Как называется этот мир?
   – Ты о чем?! – И ответила, уже успокоившись: – Да так и называется – Эгнор, что ты меня пугаешь?
   Точно! Я же знал: по-иверски «мир, как земля и пространство, планета» звучит как Эгнор. То же, что по-русски Земля. Я успокоился и немножко расстроился.
   – Не могу уже взаперти. Видишь, силы есть, заниматься надо на свежем воздухе.
   – Послушай, – ласково обратилась ко мне Агна, – мы договаривались, что, пока ты у меня, из дома не выходишь. А потом Рон заберет тебя и увезет в такое замечательное место, где можно хоть сутками гулять! Пойдем домой, я вина дам. – И потянула за руку.
   – Агна, все. Я уже выздоровел. Отпусти. – Я встал. – Может, пробегусь в лесу вокруг дома?
   – Будь серьезней, что ты как маленький. Иди в дом. Мы все сильно рискуем. Я за вином.
   Я потянулся со вздохом и изящно поклонился.
   – Для вас все, что угодно, моя госпожа. – Развернулся и взбежал на крыльцо. – Прощай, свобода! – И зашел в дверь.
   Агна смотрела мне вслед и улыбалась. Вдруг резко нахмурилась: «Не к добру такие перепады, как бы, не дай Спаситель, беды не вышло» – и пошла за вином.
   Время приближалось к полудню. Я сидел и читал «Любовь и верность», попивая неплохое вино. Рыцарь с невероятными трудностями подбирался к башне чернокнижника, попутно мысленно сочиняя сонеты любимой. И тут услышал стук копыт нескольких лошадей. Встал, открыл погреб и подошел к окну во двор. Осторожно выглянул и замер, готовый в любой момент сорваться. И снова стал собранным, как тогда, дома, «потом разберусь», отогнал промелькнувшую мысль о навязчивости такого состояния. Агна вышла из летней кухни. Звук приближался. «Куда вышла!» – и со злостью вцепился в подоконник, чтоб не выбежать самому. Во двор влетел Рон с двумя оседланными лошадьми.
   – Агна, Егор, собирайтесь. Все вопросы потом.
   Спрыгнул и обнял Агну.
   – Агнушка, слава Спасителю, ты не в лесу, пожалуйста, быстро переодевайся и бери самое необходимое. Возможно, мы сюда не вернемся. Ну что ты, родная, все будет хорошо! Только сейчас надо поспешить. – И поцеловал оторопевшую Агну. – Егор!
   Я уже был на улице. Мне и брать было нечего. Джинсы, футболка, кроссовки, ремень. Кобуру с запасной обоймой Агна выбросила. Она уже очнулась и забежала в дом.
   Действительно молча. Рон был одет по-военному: под курткой кольчуга, на перевязи слегка изогнутый узкий меч в простых ножнах, кинжал. К седлу был приторочен арбалет и какие-то вьюки. Навьючены были и две оставшиеся лошади. Рон хмуро посмотрел на меня и махнул рукой:
   – У тебя же ничего нет.
   – Я верхом не умею!
   Он замер. Резко шагнул ко мне и чуть нагнулся, глядя прямо в глаза.
   – Ничего, привяжу к седлу, – произнес раздельно, а я ужаснулся, увидев плотно сжатые губы и холодные неподвижные глаза. Явно злой и взведенный, как пружина. Таким я его еще не видел.
   – Еду брать? – Агна была одета в такой же, как у Рона, костюм, набитая холщовая сумка через плечо и кинжал на поясе.
   – Бери, только быстро. – И уже мне: – Садись на вороного, он спокойней, – и взял коня за уздечку.
   Я, конечно, видел ковбойские фильмы. Взялся за луку седла одной рукой, потом представил, как буду садиться, и перехватился другой. Точно так же с ногами. Вставил нужную ногу в стремя и со второго раза забрался. И этот считается спокойным конем! Рон подтянул стремена по размеру и связал мне ноги длинной веревкой под животом коня. Потом что-то сделал с седлом, и передняя лука опустилась вперед.
   – Ложись на гриву, обними коня за шею и держись крепче. Да отпусти поводья, они тебе не нужны.
   Я послушно выполнил эти распоряжения.
   «А ведь, пожалуй, не упаду… да что, в конце концов, случилось?! От кого бежим? И Агну тоже берем», – подумал, но промолчал, помня взгляд Рона.
   Мы тронулись в путь. Сначала шагом, потом рысью и, наконец, легким галопом. Вскоре свернули на лесную дорогу и поехали медленней. А потом мне стало не до отслеживания пути. Бедная моя задница!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 [6] 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация