А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Владыка времени" (страница 11)

   Она улыбнулась.

   Перед сном Глеб вышел, чтобы позвонить Ольге, и наткнулся на Настю.
   Она сидела на подоконнике и откровенно скучала.
   – О, Глебушка! Ну наконец! – обрадовалась она появлению парня. – А я тебя ждала!
   – Правда? – Глеб усмехнулся. Полученное воспитание мешало ему отшить Настю, однако красавица уже начинала ему надоедать.

   По правде говоря, у него никогда не складывалось с девчонками. Он их не понимал – вот и все! В детском доме одна из них, Лена, выбрала его в кавалеры и молчаливо ходила за ним. Глеб был единственным, кто долгое время умудрялся не замечать этого, пропуская ее влюбленность, а заодно все шутки и перешептывания за своей спиной. Тогда его увлекала только учеба и, конечно, истории Хохлика. Но Лена не сдавалась.
   – Я хочу с тобой дружить, – как-то сказала она.
   Глеб ни тогда, ни сейчас не представлял, как тяжело дались эти слова девчонке, как много насмешек она вынесла за время своего робкого, но отчаянного ухаживания.
   – Извини, мне некогда, не мешай, – ответил он.
   А на следующий день Лену будто бы подменили. Она стала громко смеяться над Глебом, натравливая на него одноклассников. Именно она придумала ехидное прозвище, которым Глеба вскоре стал звать весь класс. Звездный мальчик. Вроде даже лестно, однако когда это произносят нарочито писклявым противным голосом, смысл меняется.
   Хуже всего было то, что Лена попала в десятку. Глеб и вправду воображал себя звездным мальчиком – тем самым, из уайльдовской сказки. Ложась спать на холодные полусырые простыни, он любил думать, что где-то есть его родители… Совершенно необыкновенные. Сначала, лет в пять он думал, что они король и королева, затем считал их пришельцами из другой, более великой цивилизации и наконец был готов принять их космонавтами или просто гениальными учеными.
   Этот миф он долгое время не рассказывал никому и даже не понимал, как Ленка догадалась. Может, виной тому зачитанная книга сказок, что до сих пор лежала в его тумбочке между подаренной Хохликом «Жизнью двенадцати цезарей» Светония и «Камо Грядеши» Сенкевича.
   С тех пор девчонок Глеб опасался и по возможности избегал. Вплоть до появления Ольги. Но Ольга, разумеется, это совсем другая история.

   – У тебя нитка на плече! – Настя положила руку на плечо Глеба, то ли снимая нитку, то ли прижимаясь к нему.
   Ее губы были кокетливо приоткрыты. Кажется, девушка не сомневалась, что он сейчас прильнет к ним с поцелуем. От нее пахло какими-то сладкими духами.
   И в этот момент Глеб вдруг увидел Александру. Она стояла у перил и смотрела на них.
   «Какое нелепое положение!» – подумал Глеб, а Александра, будто опомнившись, круто развернулась и скрылась в дверях своего номера.
   – Извини, поговорим завтра, я устал. – Глеб осторожно, словно живую мышь, снял с плеча Настину руку.
   – Ну как знаешь! – хмыкнула она ему вслед, и Глеб подумал, что за прошедшие четыре года, похоже, так и не научился выстраивать отношения со своими ровесницами. Несмотря на все уроки психологии.

   Глава 10
   Nightmare

   Низкие своды подвала нависали над головой, словно давя на нее всей своей тяжестью. Спертый воздух с трудом проникал в легкие.
   Глеб задыхался, чувствуя, как по спине течет липкий противный пот.
   Кап-кап-кап – монотонно стучала сочащаяся со стен старой кирпичной кладки вода, собираясь у ног парня в мутноватую лужицу.
   Было холодно, ужасно холодно. И этот холод казался иным, не таким, как обычно – он проникал до самых костей… нет, что там – до самого сердца, словно хватая его ледяными когтистыми руками.
   Глеб уже давно не помнил, чтобы ему было настолько страшно.
   Страх был живым. Он дышал Глебу в затылок, клубился по углам рваными кусками паутины, отвратительно шевелящимися под ветерком…
   Постойте… здесь есть ветер? Значит, есть и выход.
   Стараясь не обращать внимания на предательски заколотившееся сердце, Глеб сжал зубы и шагнул вперед.
   Первый шаг дался с огромным трудом, словно он шел по болоту, преодолевая сопротивление. На миг Глебу показалось, что он и вправду попал в трясину, и сейчас она жадно затянет его в темное нечто, где нет ни неба, ни воздуха, ни жизни…
   – Сме-е-е-ерть…. Сме-е-е-ерть… – послышался тихий, лишенный всяких эмоций шепот… То ли пророча, то ли предостерегая.
   Глеб остановился, чувствуя, что ноги налились свинцом.
   Но не зря же он пришел сюда?! Не зря в него верят и Евгений Михайлович, и товарищи. Может ли он струсить, спасовать? Нет! Никогда! Уж лучше действительно смерть! Он никогда не станет вновь бессильным и слабым, вечным лузером, каким был когда-то! Поэтому выбора нет – только вперед.
   «Ну, держись, еще шаг. Я знаю, ты можешь!» – подбадривал себя Глеб.
   Холодный ветер дохнул прямо в лицо, но парень лишь упрямо наклонил голову и медленно двинулся вперед. Шаг. И еще шаг…
   Двери похожи на хищно раззявленный рот. Войти в них страшно, назад – пути нет.
   И Глеб вошел, давно держась только на собственной воле, с усилием управляя негнущимся, словно деревянным, телом.
   – Сме-е-е-ерть… – снова прошелестел голос.
   И Глеб увидел, что из темноты на него глядят провалы глаз. Комната, в которую он попал, была полна старой смерти, которая теперь тянула к нему множество своих костлявых рук.
   У смерти были погасшие глаза и когтистые, обтянутые сухой желто-белой кожей руки.
   – Ты наруш-ш-шил запрет-т, – раздался глубокий вздох, отразившийся от мрачных стен подземелья, – ты останеш-ш-шься с нами! Так захотела Книга!
   Десятки когтистых жестких рук вцепились в него со всех сторон, сжали грудь и горло, перекрыли дыхание. Глеб хотел закричать, но не смог. Он задыхался, понимая, что умирает. Теперь ему действительно не спастись!.. Кто же знал, что умирать – это так больно!..

   Вздох, еще один судорожный вздох. Воздух, поступивший в его легкие, показался Глебу сладким, как мед. Нет, гораздо слаще меда.
   Грудь болела, сердце бешено отбивало ритм, словно барабан, призывающий в атаку… Но он был жив… Жив – и это главное!..
   Над Глебом склонился Северин, на лице – беспокойство, смешанное с удивлением.
   – Глеб, что-то случилось?
   Глеб еще не мог говорить, поэтому едва заметно помотал головой. Боль и холод медленно отступали, с неохотой оставляя свою добычу, каким-то чудом отвоеванную у прожорливой смерти.
   – Ты хрипел и метался, словно тебе было очень плохо, – сочувственно сказал Северин. – На вот, попей, у меня минералка есть.
   Глеб глотнул. Никогда вода не казалась ему такой живительной и вкусной.
   – Спасибо, – хрипло сказал он, – теперь мне действительно лучше.

   Северин уже давно заснул, сладко посапывая во сне, а Глеб все ворочался с боку на бок. Мысли о страшном и странном сне грызли его, как голодные собаки кость.
   С одной стороны, Глеб прекрасно понимал, что сон вполне объясним естественными причинами – волнением, вызванным приближением к разгадке; страхом допустить ошибку; общим тревожным состоянием… В общем, Глеб мог найти десятки разумных и обоснованных объяснений, но где-то глубоко в подсознании жил древний панический страх. «Это не к добру», – нашептывал он во влажном мраке ночи.
   Глеб не боялся снов, но в последнее время ему снились уж очень странные сны, особенно подробные и до ужаса реальные… Даже сейчас, стоило вспомнить медленный перестук капель, старую кирпичную стену подвала или прикосновение ледяных призрачных рук, как сердце испуганно вздрагивало, а тело напряженно замирало.
   Но может ли Глеб спасовать из-за какого-то сна? Разумеется, нет! Не зря в него верит и Евгений Михайлович, и товарищи. Может ли он струсить? Нет! Никогда!
   Тут Глеб вспомнил, что точно так же думал и во сне – как раз перед тем, как все началось
   – Бред! Никакой мистики нет и быть не может, – зашептал он, уткнувшись носом в подушку.
   На соседней кровати беспокойно завозился Северин.
   «Спокойно!» – велел себе Глеб и, хотя на душе было по-прежнему неспокойно, проверенная система сработала, и ему удалось заставить себя заснуть.
   Остаток ночи прошел без сновидений.

   С утра они собрались позавтракать в кафе при гостинице.
   Компания Кирилла, полночи распевавшая песни, еще спала, так что можно было спокойно разговаривать за чашкой кофе и свежими блинчиками с джемом.
   Сейчас, при ярком солнечном свете, Глеб уже почти забыл о своем кошмаре, тем более что посетил он, похоже, его одного.
   Динка так вертелась, демонстрируя нетерпение, что не нужно было вопросов, чтобы понять: у нее есть новости, и, судя по всему, перспективные.
   – Ну, рассказывай, – сказал Глеб, когда все уселись за стол со своими тарелками.
   – Ответ пришел! – доложила довольная Дина. – У нас есть карта! И угадайте, что на ней?
   – Клад? – предположил Северин, отпивая кофе.
   – Ну почему сразу клад?! – обиделась девочка. – Но, считай, что путь к кладу. Под кремлем и центральной частью города действительно есть пустоты, похожие на подземелья. Остается только спуститься туда…
   Глеб вздрогнул, вдруг припомнив подземелье из сна. А он-то думал, что все уже забылось!
   – И как это сделать? Может, у них тут экскурсии устраивают: «Тайными тропами Александрова»? – пошутил Северин.
   Глеб посмотрел на Сашу, она упорно избегала его взгляда и, похоже, не была расположена к общению. Может, тоже плохо спала?
   – И на этот вопрос у меня есть ответ! – возликовала Дина, ощущающая себя героиней дня. – Вот посмотрите, – она придвинула к друзьям свой маленький ноут, – ход тянется под жилыми домами. Есть идея, что где-то там может быть запасной выход…
   – Но дома эти явно построены плюс-минус в наше время, – наконец, подала голос Александра. Она ничего не ела и только гоняла по тарелке ни в чем не повинный кусочек блина.
   – А я считаю, Дина права. В любом случае надо осмотреться, – решил Глеб.
   Александра промолчала и демонстративно отвернулась.
   Глеб почувствовал досаду. Ну вот, опять что-то не то. И как понимать этих девчонок?! Хорошо, что Ольга не такая. Она, похоже, единственное исключение из своего племени – по-настоящему женственная и нежная, а еще удивительно открытая и искренняя. Таких больше нет.
   Дальше завтрак шел в молчании. Каждый думал о своем, вновь и вновь задавая себе вопрос: неужели получилось? Неужели все оказалось так легко, что даже не верится, и теперь они всего в одном шаге от тайны?!
   Наконец, с едой было покончено, и ребята вышли на улицу.
   День выдался сумрачный. Небо было густо заштриховано тучами, вот-вот грозящими прорваться стремительными дождевыми потоками.
   Ребята еще раз медленно обошли кремль. С одной стороны – дорога, с двух других – частные, совсем деревенские, дома, с третьей – футбольное поле.
   – Здесь раньше были крепостные валы, – пояснил Глеб. – Нам туда – за них. Судя по Динкиной карте, главный ход вел именно в ту сторону, что, в общем, и логично.
   За полем действительно начинался жилой квартал. Глеб и Дина вели группу, то и дело сверяясь с картой.
   – Где-то здесь, – сказал Глеб, останавливаясь.
   Они оказались рядом с довольно старым домом, стоящим за покосившимся забором. Весь двор зарос сорной травой, а дом выглядел развалюхой.
   – Кажется, нам повезло, и у этого дома нет хозяина, – обрадовался Глеб.
   Северин медленно покачал головой:
   – Ты не прав. Здесь кто-то живет. Старый одинокий человек.
   – Но как, Холмс? – процитировала известный фильм Динка.
   Северин неожиданно смутился.
   – Сам не знаю, – пробормотал он. – Ну, всякие мелочи. Вон у крыльца галоши стоят, а в окне старая марлевая занавеска. И то, что двор не ухожен, выдает, что владелец стар и устал от жизни. Видите, у него даже собаки нет.
   – А ты и вправду неплохой сыщик, – улыбнулся Глеб. – Что ты еще заметил?
   – Ну, ничего особенного… – Северин нахмурился. – Хотя, постойте. Посмотрите на фундамент…
   Глеб перегнулся через забор.
   – Да, у тебя отличное зрение, – проговорил он через какое-то время. – Теперь и я вижу, что фундамент намного старше дома. Вернее, дом был построен на очень старом фундаменте… Что же, пожалуй, у нас есть некий шанс…
   – Смотрите, да это наши соседи! – послышался вдруг громкий голос Кирилла.
   Он и его компания, среди которой, к счастью, не было Насти, вынырнули откуда-то из дворов и теперь бодрым шагом двигались к ребятам.
   – Ну что, культурологи, – громыхал Кирилл, – архитектурные достопримечательности рассматриваете?
   – Хотят добавить новый архитектурный объект в список ЮНЕСКО, – пошутил кто-то из его компании.
   Глеб напрягся. Как же они не вовремя! Совпадение? Или все же нет?..
   – Привет, – кивнул он, подавая для пожатия руку Кириллу. – Нельзя судить о великом, не зная малого. Это пусть туристы, кроме кремля, ничего не видят, мы люди разносторонние, а этот дом, зря смеетесь, выглядит интересно.
   Кирилл приблизился к забору и уставился на покосившееся строение.
   – Ммм… – наконец, пробормотал он. – Середина девятнадцатого века, а фундамент, видно, и того старее. Однако вид крайне запущенный, давно стоит без ремонта.
   Глеб был полностью согласен с этим заключением. Кирилл сразу определил все верно, значит, не стоит сбрасывать его команду со счетов… кто знает, на какой стороне они играют… Страшная мысль мелькнула в его голове. А что, если Настя все-таки не зря заговаривала с ним вчера? Если все это – тщательно продуманная операция?
   Глеб улыбнулся – весело и беззаботно, хотя был далек от каждого из этих чувств.
   – Да я вижу, ты профессионал! – поддел он Кирилла.
   – Так, любитель, – усмехнулся тот. – Мы тоже не только штаны протираем… Вот я, кстати, подумал. Вы – ребята необычные, умные, интересные, – он поочередно оглядел всех – от Глеба до Динки, – почему бы нам не объединиться?
   – Прости, у нас своя задача. – Глеб развел руками, демонстрируя собственное бессилие.
   – Ну что же, – легко согласился Кирилл. – Как хотите. Пойдемте, – обратился он к своим, – а то гляди как сейчас ливанет…
   Глеб, недовольный происходящим, тоже собирался предложить своей компании уйти от дома, когда скрипнула дверь и на пороге показался старик. Невысокий, очень худой, в грязной рубахе военного образца и обтрепанных галифе. Он недоверчиво покосился на ребят, стоящих у его забора, и двинулся к ним:
   – Чего стоите? А ну пошли отсюда!
   – Дом у вас хороший, – попытался все же наладить контакт Глеб.
   Но старик даже не стал его слушать.
   – Проваливайте, говорю! – крикнул он, угрожающе взмахнув сухой жилистой рукой, на которой по-стариковски выступали узлами сизые вены.
   – Пойдемте, – смирился Глеб.

   Вернувшись к гостинице, Глеб пошел общаться со словоохотливой администраторшей и, слово за слово, немного расспросил ее о других постояльцах. Простодушная женщина, не знакомая с европейским законом о секретности персональных данных, даже посмотрела на карточке фамилию Кирилла.
   Лично Глебу эта фамилия оказалась незнакома, однако он попросил Динку пробить ее в Интернете, а также позвонил Евгению Михайловичу с досрочным отчетом, чтобы обратить его внимание на предполагаемых конкурентов.
   Динка, радуясь заданию, погрузилась в виртуальность, а сам Глеб отправился думать. Лучше всего ему думалось на ходу.
   Вот и сейчас он шел по улице, не замечая ничего вокруг, и перебирал варианты решения. Конечно, многое зависело от того, что удастся найти Динке и пробить по своим каналам Евгению Михайловичу. Если Кирилл и его команда опасны, нужно будет принять меры и на время свернуть свою деятельность по поиску Библиотеки. Если они те, за кого себя и выдают, – то есть простые активисты-любители, тоже не стоит сбрасывать их со счетов, но продолжать работу можно… Динка сняла данные у дома старика. Если туннель проходит там близко к поверхности, то сохраняется вероятность, что в самом доме есть выход. Возможно, старый, засыпанный, забытый… Но если найти его, добраться до сокровища уже легче, чем копать (ага, посреди города, что непременно вызовет вопросы и встречу с милицией или с администрацией). Но как проникнуть в дом? Первый выход, который напрашивается в голову – договориться со стариком, заплатить ему денег, убедить, что все это делается на пользу науке и государству. Так-то оно так, да только договоришься ли с ним? Навряд ли. Он не производит впечатление сговорчивого. Но что же остается? Решение принимать Глебу, и только ему. Легко делать выбор во время тренинга, играя в моделирующую игру. Реальность – другое дело. Второй выход – усыпить старика на все время, пока они будут находиться в его доме. Это тяжело. Это незаконно. Это, в конце концов, подло. Но есть ли у Глеба выбор? На одной чаше весов старик, который при этом не пострадает – просто хорошо выспится, на другой – значимое открытие и польза, которую принесет Книга. А старика можно отблагодарить – оставить ему денег, он вообще не поймет, что происходило…
   Глеб остановился. Ну почему решения нужно принимать именно ему? Может, обсудить все с группой? Пусть друзья разделят с ним груз ответственности и тяжесть вины… Нет!.. Парень помотал головой. Он не может поступить так со своей командой. Евгений Михайлович назначил Глеба главой группы, а значит, вся ответственность должна лежать на нем. Пусть ни Саша, ни Северин, ни тем более Динка не будут запятнаны этим. Если не найдется другого пути, придется действовать так, как он решил. И он один будет отвечать за это – и перед людьми, и перед совестью. Только он.
   Приняв решение, парень успокоился и огляделся. На улице не было ни души, а вокруг пучились пузырями лужи, лил дождь. Глеб даже не заметил, когда он начался, как и то, что и футболка, и джинсы уже мокры насквозь – хоть выжимай.
   – «Вот какой рассеянный с улицы Бассейной!» – процитировал Глеб Маршака и улыбнулся.
   Ему вдруг стало удивительно легко.
   Он весело шел по лужам, как в детстве, поднимая каскады брызг, и уже забыл о стоящей за спиной тени ночного кошмара.
   Однако в холле гостиницы его ждал новый сюрприз. В высоком кресле, лицом к входу сидела Анастасия. Глеб поморщился: вот кого он не хотел видеть сейчас, и даже думал отступить обратно на улицу, под дождь, но девушка уже заметила его.
   – Привет! А я тебя жду! Пойдем выпьем по коктейльчику! – предложила она, улыбаясь какой-то кошачьей вкрадчивой улыбкой.
   – Извини, не могу сейчас. – Глеб ткнул в свою мокрую одежду, надеясь на отсрочку, но девушка нахмурилась.
   – Я ждала тебя! – сказала она так, словно сам факт ее ожидания обязывал теперь Глеба ко многому.
   – Ну хорошо, – он сдался, осознав, что просто так от нее не отделаешься.
   Настя грациозно встала с кресла и, крепко ухватив его под ручку, повела в сторону бара, где взгромоздилась на высокое кресло, положив ножку на ножку и не забыв бросить влюбленный взгляд на собственное отражение в стеклянной витрине.
   Глеб сел на стул рядом и попросил кофе – хоть немного согреться после долгой прогулки. Настя заказала клубничный «Мохито».
   Некоторое время они молчали. Глеб – грел пальцы о чашку, Настя потягивала из трубочки коктейль и косилась на него, видимо, ожидая инициативы.
   – Глеб, – выдохнула она наконец, легко прикасаясь к его руке, – ты очень симпатичный парень, и мне…
   – Не надо, – прервал ее Глеб, понимая, что если она сейчас признается ему в любви, а он оттолкнет ее – потому что не может не оттолкнуть, во-первых, потому, что есть Оля, а во-вторых, потому, что не чувствует ничего к этой красивой, похожей на куклу Барби, девушке.
   Анастасия закусила губу, взглянула, как полоснула хлыстом.
   – Но у тебя же ничего нет с этой вашей… – она состроила серьезно-надменное лицо, очевидно пародируя Александру.
   – Нет, – Глеб покачал головой.
   – Неужели ты из этих, голубых?
   Настя все никак не могла поверить, что кто-либо может остаться равнодушным к ее чарам.
   – У меня есть девушка. И я люблю ее, – ответил Глеб, не желая продолжения этой нелепой и мучительной сцены.
   – Ах так… Ну да… Поэтому ты не с ней, а со своими… этими, друзьями!
   Глеб одним глотком допил кофе, отставил чашку и положил деньги – за кофе и за «Мохито».
   – Прости, мне пора, – твердо произнес парень.
   Оглянувшись уже у лифта, он увидел, что Настя задумчиво на него смотрит, а бармен наливает ей второй коктейль.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация