А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Обмен убийствами" (страница 19)

   Познакомьтесь: Крис Хольц

   Крис Хольц считал, что малейшее проявление слабости неизбежно ведет к утрате авторитета. Необходимо действовать решительно и твердо, сломить своего противника и заткнуть ему рот, заглушив мольбы о пощаде. В конце концов, если этот человек не сделал Крису ничего плохого, то ему и бояться нечего. Только слишком много берущие на себя негодяи вынуждены будут заплатить за свою наглость дорогой ценой, но она всегда соответствует содеянному. Пусть себе ноют и умоляют, пощады они не дождутся. Эти жалкие трусы от страха мочились в штаны и даже испражнялись, но ему было на это наплевать, потому что если он отпустит негодяя, дружески потреплет его по головке и посоветует больше никогда так не поступать, в следующий раз тот снова затеет против него какую-нибудь пакость, а этого Крис допускать не намерен.
   – Дело есть дело. Признайся, ведь это ты взял деньги. Так как я точно знаю, что это ты их взял, и нечего тебе тут разыгрывать невинность. Понял?
   В данном случае он обращался к мистеру Уоррену Кейзу, владельцу охранной фирмы «Элит-A» и поставщику швейцаров для ночного клуба «Аркадия», привязанному к старой скрипучей кровати в мастерской Криса. Кейза раздели догола, а руки и ноги накрепко привязали к боковинам кровати, что его вряд ли удивило: он уже почти десять лет состоял в группировке Криса, а следовательно, отлично его знал.
   – Крис, ради Бога! – завопил он. – Я ничего не сделал, поверь мне!
   Крис рассмеялся. Ему вторили три других человека, стоящих возле кровати: Большой Майк, Фитц и Слим Робби.
   – Видите, ребята, – обратился к ним Крис, сокрушенно покачивая головой, – этот кретин принимает меня за дурака У меня на лбу разве написано, что я доверчивый идиот?
   – Нет, босс, – угодливо ответил Фитц.
   – Господи… Боже, Боже… Прошу тебя, умоляю… – Хотя Кейз был здоровяком и тоже не отличался мягким характером, сейчас униженные просьбы так стремительно срывались у него с языка, что невозможно было разобрать ни слова. Впрочем, его никто и не слушал, дело зашло слишком далеко.
   – Крис, а может, его попытать? – с готовностью предложил Слим Робби, глядя на покрытое потом, искаженное от страха лицо Кейза.
   – Хорошая мысль, Роб, пожалуй, так и сделаю. Это сэкономит нам время и в данном случае будет особенно приятным.
   Кейз дернулся, но был так крепко связан, что едва только пошевелился.
   – Крис, прошу тебя! Клянусь, я ничего не сделал. Честное слово! Клянусь жизнью своих детей…
   Казалось, Криса это огорчило.
   – Жизнью детей, говоришь? Напрасно ты это сказал, Уоррен, тем более я точно знаю, что ты виноват. Не понимаю, почему бы тебе просто не признаться. Рано или поздно мы все равно выбьем из тебя признание. Так не лучше ли было бы избавить нас от хлопот?
   Но Кейз продолжал отчаянно настаивать на своей невиновности, только раздражая Криса. Его поведение напомнило ему о прошлой истории с Джоном Калински. До самого конца тот паршивый ублюдок клялся, что не брал у Криса ни пенни, тогда как на самом деле надул его почти на две тысячи фунтов в купюрах и в бриллиантах. И Крис довольно долго верил лживому подонку, но наконец доставил себе удовольствие, на глазах у Калински насилуя его девчонку и уговаривая того потерпеть, так как следующим будет он сам. Сейчас он вспомнил, что Калински здорово раскис, от него отвратительно воняло мочой и калом. Да, некоторые совершенно не имеют чувства собственного достоинства.
   Наконец Крису надоело играть с Кейзом в приятного парня, и он решил принять более суровые меры. Он взял со стула запачканный пятнами крови передник и стал надевать его, медленно и демонстративно, не обращая внимания на слезные мольбы Кейза. Затем подошел к верстаку, всю поверхность которого занимало множество различных инструментов. Здесь он остановился, высматривая подходящие орудия для пытки, выбрал дрель «Бош», работающую на батарейках, отличный немецкий инструмент, куда лучше дрели «Блэк энд Декер». Сняв ее с подставки, он некоторое время подбирал сверло, затем остановился на сверле толщиной в три миллиметра. Он не хотел, чтобы Кейз вдруг отдал концы, пока он не выпытает у него всю правду. А там будет видно.
   Вставив сверло в гнездо, он включил мотор, с удовольствием прислушиваясь к визгу дрели. Он несколько раз включил и выключил дрель, и несчастный пленник снова беспомощно задергался, обливаясь жгучими слезами.
   – Неплохо выглядит, верно, Уоррен? Это самый лучший тевтонский завод по производству инструментов. Строительная техника, понимаешь? Это сверло способно войти в бетон словно в масло, даже нажимать не нужно. Не то что у его дешевых халтурных конкурентов. Только представь, как легко оно входит в человеческую плоть. В твою плоть.
   С этими словами он приблизился к кровати и остановился рядом, глядя сверху вниз на искаженное лицо Кейза.
   – Бога ради, Крис, я клянусь. Я в жизни не думал тебя обманывать. Я не брал от тебя ни на пенни больше того, что мне полагалось. Честно. Ради моих детей, умоляю тебя. Не мучай меня!
   – Признайся, Уоррен, от тебя ничего другого не требуется. Признайся, что взял мои деньги, и тогда, может быть, я тебя отпущу.
   Он снова запустил дрель.
   – Но, Крис, я их не брал, не брал, клянусь всеми святыми…
   Крис прижал сверло к его лицу и проделал дырку в его правой щеке. Кровь брызнула на лицо, на грязный матрас и на передник Криса. Еще несколько секунд он держал там дрель, пока она не превратила в месиво всю правую сторону лица Кейза, стараясь не слишком нажимать, чтобы не задеть язык, затем извлек ее с куском плоти, намотавшимся на сверло. Он выключил дрель, снял кусок плоти со сверла и швырнул его в лицо Кейзу.
   – Это твое, – спокойно сказал он.
   Кейз кашлял и задыхался отхлынувшей в горло крови. Кое-как повернув лицо, он выплюнул ее на подушку, после чего его вырвало розовой жижей.
   – Какой ужас, – усмехнулся Фиш, делая вид, что брезгливо морщит свой расплющенный нос.
   Крис усмехнулся:
   – Ерунда, это я только разогреваюсь.
   Он попросил Большого Майка погромче включить радио.
   – А то у нас начнется дикий визг, – пояснил он.
   Помещение заполнили оглушительные звуки «Возьми меня» в исполнении ветеранов-рокеров восьмидесятых годов. Кейз смотрел на Криса расширенными от ужаса умоляющими глазами. Он открыл рот, пытаясь что-то произнести, может быть, признаться, но Крис уже не мог отказать себе в удовольствии. Этот подонок упирался, у него был шанс все рассказать, но он не воспользовался им, и теперь дорого за это заплатит, ему уже не отвертеться.
   Крис вскочил на кровать, вопя и хохоча в предвкушении наслаждения, и упер сверло в левое колено беспомощной жертвы. Некоторое время кость сопротивлялась, но затем подалась, и сверло победоносно прошло сквозь нее, как нацисты сквозь Польшу. Крису пришлось отвернуть лицо, когда осколки кости полетели во все стороны, а Кейз орал так громко, что заглушал пение когда-то знаменитого норвежского певца Мортена Харкета; впрочем, голос старины Мортена и не был очень сильным.
   Наконец сверло пронзило кость насквозь и врезалось в матрас. Крис вытянул сверло, чувствуя острое сексуальное наслаждение. Он помедлил, вкушая его, затем набросился на другую коленную чашечку, подобно волку на только что убитую добычу, упиваясь криками жертвы и запахом крови.
   К тому моменту, когда он изуродовал и это колено, Кейз потерял сознание, а Мортена сменили современные американские рокеры «Меркьюри рев». Крис подумал, что предпочел бы норвежцев, ведь их песня напоминала ему о юности. Когда-то под звуки «Возьми меня» он изнасиловал одну девчонку, взял ее силой и одолел.
   – Приведите его в чувство, – приказал Крис, глядя на кровь, стекавшую со сверла на кровать.
   Фитц сунул под нос Кейзу нюхательную соль. Сначала он никак не подействовала, но затем несчастный зачихал, задергался и открыл глаза.
   – О Боже, – еле слышно простонал он, и глаза его снова закрылись.
   Крис вытер сверло носовым платком и заметил, что кровь забрызгала ему джинсы, отчего еще больше разозлился. Кейз еще недостаточно заплатил. Не вина Криса, что этот сопливый слабак теряет сознание и не может достойно принять заслуженное наказание.
   Он подошел к Кейзу с другой стороны кровати, приставил сверло к остававшейся здоровой щеке, на этот раз с силой нажимая на него и расширяя отверстие. Теперь жертва не издала ни звука, только голова ее едва перекатывалась из стороны в сторону, наконец Кейз стал кашлять и стонать.
   – Все-таки это ты спер мои деньги, Уоррен?
   Кейз молчал, лежа с закрытыми глазами, затем его снова вырвало. Крис помрачнел.
   – Я сказал, это ты спер мою наркоту? – Потом с бешенством заорал: – Ты спер мои деньги, мерзкий грязный подонок? Отвечай? Сволочь, я с тобой разговариваю, так что изволь мне отвечать!
   А затем его окатила волна бешенства, и с искаженным жуткой усмешкой лицом он вонзил сверло в левый глаз Кейза, как раз в тот момент, когда в мастерскую вошла девушка и сообщила, что собирается дождь.
   Некоторое время спустя, когда они пили пиво и размышляли, вызвать ли к Кейзу доктора или залатать то, что от него осталось, самим, Слим Робби сделал интересное замечание:
   – А если он говорил правду и это не он тебя ограбил? Крис пожал плечами:
   – Наплевать. Все равно этот лысый идиот никогда мне не нравился.

   Четверг,
   десятью днями раньше

   Гэллен

   – Ваше постоянство начинает настораживать, – усмехнулся Джо Риггс, провожая нас с Беррином в тесноватый офис «Тайгер» и приглашая в дальнюю комнату с распахнутым настежь окном. Стоящий на столе вентилятор тщетно пытался разогнать спертый, жаркий воздух. Всего около одиннадцати утра, а жара царила невероятная, это был ее последний натиск перед давно ожидаемым дождем.
   Риггс сходил за стулом для Беррина, затей уселся напротив нас за маленьким столом, заваленным бумагами. На этот раз он не предложил нам выпить.
   – До прошлой недели за всю мою жизнь меня ни разу не навещала полиция, ведь, как вы наверняка знаете, за мной не числится никаких преступлений. А сейчас это уже ваш третий визит за пять дней.
   Он вовсе не выглядел встревоженным, просто интересовался, почему мы снова пришли.
   – У нас в расследовании всплыли название вашей компании и имена ваших сотрудников, – с улыбкой пояснил я. Беседа велась очень вежливо и прилично.
   Риггс был человеком мощным, с мускулистыми руками, украшенными татуировкой. Он носил густые усы и обладал едва заметным акцентом жителя предместья Лондона; в нем сразу угадывался бывший военнослужащий. Не обязательно офицер (хотя, как мне было известно, он имел офицерское звание), поскольку в его облике и манерах отсутствовали определенный лоск и властность, но наверняка военный. Думаю, женщинам могла казаться привлекательной его грубоватая и мужественная внешность. Он выглядел закаленным и здоровым, и лицо у него было честное и открытое, хотя, как полицейский, я знал, это еще ничего не значит.
   – Итак, чем на этот раз я могу вам помочь?
   – Нас интересует ваш партнер, мистер Айверсон.
   – Вы уже нашли его?
   – Полагаю, ваш вопрос означает, что вы с ним так и не виделись? – вставил Беррин.
   – Ваше предположение верно. Я понятия не имею, где он находится. Я не видел его с прошлого четверга. Он должен был появиться в офисе в пятницу, но так и не пришел. Он позвонил, сказал, что чувствует себя не совсем здоровым, и это был наш последний с ним разговор.
   – Ваша фирма поставляет охранников, верно? – задал вопрос я. – Телохранителей на всякие там торжества и для бизнесменов.
   – Верно, я говорил вам это в понедельник.
   – А вы поставляли вышибал?
   Он покачал головой:
   – Нет.
   – Почему? По-моему, это весьма прибыльное дело. В вашем районе много всяких баров и ночных клубов, где часто происходят драки.
   – Для этого есть другие, специальные, компании.
   – Я слышал о них.
   – Послушайте, мистер Гэллен, не обижайтесь, но я человек занятой. Особенно после того, как Макс ушел, так сказать, в самоволку. Поэтому буду вам очень признателен, если вы объясните цель вашего визита.
   – Вы знаете Шона Мэттьюза? – спросил Беррин.
   – Никогда о нем не слышал.
   – А Роя Фаулера? – поинтересовался я, и мне показалось, будто у него в глазах что-то промелькнуло, но я не был уверен на все сто процентов.
   – Нет, про него я тоже не слышал. – Он сел прямо и сложил руки на столе. – Полагаю, я имею право знать, в чем тут дело?
   – Мы обнаружили на заднем сиденье машины, принадлежащей мистеру Айверсону, пятна крови мистера Фаулера. Вот поэтому мы о нем и спрашиваем.
   – В самом деле? А вы в этом уверены? – Я взглядом дал ему понять, что в противном случае мы не пришли бы к нему. – Дело в том, что я никогда не слышал про этого парня, и на Макса это совершенно не похоже. Я не стану отрицать, он парень крутой, но никак не убийца.
   – Откуда вам известно, что мистер Фаулер убит?
   Он остановил на мне слегка недовольный взгляд. В первый раз за наши встречи мне показалось, он не очень хочет помогать полиции.
   – Я этого не знал, – твердо произнес он, – а только предполагаю. Вы сказали про пятна крови на заднем сиденье машины… звучит, не очень-то обнадеживающе, верно?
   – Но вы все-таки думаете, мистер Айверсон не способен на убийство? – спросил Беррин, отрываясь от своего блокнота.
   – Это определенно не в его характере, – спокойно повторил Риггс. – Впрочем, сбивать с ног полицейских тоже не в его характере.
   – Он не казался вам странным в последнее время? – предположил я.
   – В каком смысле?
   – Ну, не беспокоило ли его что-либо?
   – Мы с ним партнеры по бизнесу, но в последнее время реже общались в свободное от работы время и не делились своими проблемами, как раньше. Дело в том, что когда-то мы с ним были довольно близкими друзьями, но, как ни странно, с тех пор как стали вести одно дело, немного отдалились. В общем, я не замечал в нем ничего необычного, но, думаю, не увидел бы, тревожит его что-нибудь или нет. Он всегда был довольно замкнутым и сдержанным. И скрывал свои эмоции.
   Мы потолковали с ним еще минут десять, стараясь выжать из него намек на возможные мотивы для убийства Фаулера, но он не мог или не хотел подать нам какую-либо идею на этот счет. По словам Риггса, Айверсон был совершенно нормальным парнем, который не полез бы в какие-нибудь сомнительные дела. А тем более не стал бы болтать о них.
   – От Эрика Хорна ничего не слышно? – наконец поинтересовался я.
   – Ни словечка.
   – Вам не кажется, что он как-то с этим связан? – задал вопрос Беррин.
   – С чем – этим? – Риггс невозмутимо поднял брови. – Я не видел Эрика недели две, если не больше. Еще до того момента, как исчез Макс. Сожалею, но больше я ничем не могу вам помочь.
   Мы с Беррином встали.
   – Итак, благодарю, мистер Риггс, что уделили нам время. Если Макс Айверсон свяжется с вами, очень прошу, посоветуйте ему прийти к нам. В любом случае мы его разыскиваем и непременно найдем. И чем дольше он скрывается, тем больше у нас оснований предполагать, что он причастен к исчезновению Роя Фаулера, а возможно, и к кое-чему похуже.
   – Обязательно, – пообещал он, провожая нас к выходу. – Я не хочу, чтобы у него были неприятности.
* * *
   Когда мы шли по Холлоуэй-роуд в сторону Хайбери-Корнер, Беррин признался, что не очень верит Риггсу.
   – Он напомнил мне Фаулера, когда мы разговаривали с ним в первый раз. Изображал полное желание содействовать, а на деле ничего существенного не сказал.
   – Точно.
   – К тому же мне кажется, он лжет. Вид у него был очень искренний, но, похоже, он заговаривал нам зубы. Особенно когда он проболтался про убийство.
   – Значит, ты думаешь, ему известно о том, что стало с Фаулером? Он кивнул, продолжая размышлять:
   – Да, у меня сложилось такое впечатление. А у вас?
   – А у меня сложилось впечатление, что каждый раз, когда мы допрашиваем кого-либо в связи с этим делом, мы словно натыкаемся на каменную стену, никто не хочет или не может помочь, а у нас не хватает улик сломить это сопротивление. Думаю, пора нам подойти к этому делу иначе.
   – Как именно?
   – Пока не знаю, – сказал я, но у меня начинала вырисовываться одна идея.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 [19] 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация