А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Человек человеку – кот" (страница 1)

   Андрей Плеханов
   Человек человеку – кот
   Повесть-сценарий для голливудского кинофильма

   Заставка

   Изображение очень резкое, почти черно-белое, со слабыми оттенками зеленого, синего и красного цветов. Камера скользит вдоль пола, между ногами людей. Люди ходят, стоят, сидят. Преобладают мужские ноги в брюках, носках, ботинках. Ботинки в основном черные, носки серые. Взгляд снизу вверх, и видно, что помещение – большая лаборатория. Ряды столов с компьютерами, мигающие экраны. Изображение движется вперед, натыкается на женские ноги в колготках. В поле зрения неожиданно появляется кошачья лапа с выпущенными когтями – поднимается, бьет по ноге. Женский вопль сверху:
   Лиз: Черт, черт, черт!!! Он опять порвал мои колготки, это невыносимо! Харри, уберешь ты своего кота? Клянусь, в следующий раз я оболью его горячим кофе!
   Камера скользит вверх, в поле зрения появляется огромное мужское лицо, оно занимает половину экрана. Это человек, похожий на Брюса Виллиса (варианты: похожий на Джоржа Клуни, Патрика Свэйзи, Тома Хэнкса). Изображение раскачивается из стороны в сторону и зритель понимает, что кота, глазами которого видит камера, держат за шиворот.
   Харри (укоризненно): старина, я же предупреждал: не трогай мисс Мартинес. Чем тебя не устраивают ее ноги?
   Изображение молча раскачивается, поворачивается к мисс Мартинес. Появляется изображение латиноамериканской девушки – лет 25, красивая, похожа на Дженифер Лопес. Светлые мелированные волосы.
   Лиз: Харри, с тебя пять баксов за колготки!
   Харри: Почему так дорого? В прошлый раз было четыре!
   Лиз: В следующий раз будет десять! (резко поворачивается и уходит).
   Харри: Тедди, дурачок, понимаешь, что ты теперь заслужил?
   Изображение слегка кивает.
   Харри: Три часа карцера. Нет, четыре!
   Камера несется вдоль лаборатории, теперь вид с высоты человеческого роста. Усмехающиеся лица сотрудников. На несколько секунд фиксируется лицо афроамериканца лет сорока, с очень темной кожей, толстыми губами.
   Джо: Тедди, мои соболезнования. Понимаю тебя, старина. Я сам неравнодушен к этим ножкам.
   Приближается дверца шкафа, открывается, изображение летит внутрь шкафа. Звук захлопнувшейся дверцы, дикий кошачий вопль, темнота.
   Идут титры: название фильма, фамилии режиссера, актеров и т.д.

   Действие 1

   Та же лаборатория. Харри сидит за компьютером, не отрывая взгляда, пальцы его с сумасшедшей скоростью бегают по клавиатуре. Рот слегка приоткрыт – видно, что он очень увлечен.
   Титры: Лаборатория Галлахера, Талса, штат Оклахома. 25 сентября 2005 года.
   Лиз быстро подходит к Харри, Харри оборачивается, глаза его расширяются, он нажимает на кнопку и экран компьютера со щелчком закрывает белая пластиковая шторка.
   Лиз: Секреты?
   Харри: Точно. Полная конфиденциальность. Правительственное задание.
   Лиз: Ты это видел, Харри? Ты должен посмотреть! (показывает пальцем за спину Харри).
   Харри поворачивает голову назад, в этот момент Лиза нажимает на кнопку, шторка вжикает и уходит вверх, на мониторе видно застывший фрагмент из 3-d shooter’a.
   Лиз: Так-так, опять играешь…
   Харри (смущенно): О’кей, небольшой перерывчик выдался…
   Лиз: Сейчас устрою тебе перерывчик. Как насчет землетрясения?
   Харри (оживляется): Что, новая версия «Quake»?
   Лиз: Не валяй дурака. Как тебе это?
   Сует под нос Харри распечатку – рулон клетчатой бумаги, частично размотанный.
   Харри: О Боже! Это что, шутка? Лиз, скажи, что ты шутишь.
   Лиз: На этот раз нет.
   Харри: Пик Галлахера! Глазам не верю. Где?
   Лиз: В Суздал. И не один пик, целых три за последние пять часов.
   Харри: Боже! Не может быть. Ведь это означает, что у нас не больше трех суток! А дальше что?
   Лиза: Ты сам знаешь что – тектонический сдвиг.
   Харри (вскакивает с места, лицо его покрыто крупными каплями пота): Где это – Суздал? Что за чертово место?
   Лиз: Суздал – это город в России. Небольшой старый город.
   Харри: Русские уже знают?
   Лиз: Шутишь?
   Харри: А Галлахер?
   Лиз: Будет знать через две минуты. Идём!
   Оба срываются с места и быстрым шагом идут, почти бегут вдоль лаборатории. Изображение спускается вниз, теряет цвета, снова становится полем зрения кота. Колготки на Лиз светятся матово, призывно.

   Действие 2

   Большое помещение, камера скользит вдоль длинного стола, за ним сидит два десятка людей с серьезными лицами (среди них – половина военных в генеральских мундирах, три женщины, два афроамериканца и один явный гей). На стене – огромный экран, на нем вспыхивает зелеными огоньками карта Евразии. Перед экраном стоит высокий мужчина в штатском, красивый, кудрявый, семитской внешности, с виду – Джефф Голдблюм.
   Титры: Белый Дом, Вашингтон.
   Камера активно наезжает на президента. Президент – Харрисон Форд (варианты: Майкл Дуглас, Майкл Фокс, Джорж Вашингтон).
   Президент: Господин Галлахер, будьте добры, введите нас в курс дела.
   Галлахер: Как вы уже знаете, господа, наша лаборатория, финансируемая государством, занимается проблемами активности земной коры. Мы ведем круглосуточный мониторинг земной поверхности с шести спутников, работающих по специальной программе НАСА. Мы фиксируем сигналы в гамма-три-ноль-пятнадцать-сверхнизковысокочастотном диапазоне, и благодаря этому можем предсказывать различные тектонические явления, в частности, землетрясения, с вероятностью до девяноста шести целых триста пятидесяти семи процентов…
   Президент: Очень интересно, господин Галлахер… Нельзя ли покороче?
   Галлахер (волнуясь, протирая очки, скороговоркой): Мы уловили три пика Галлахера в течение последних суток.
   Президент: Понятно. И что?
   Галлахер: Пик Галлахера – явление уникальное, гипотетическое, до сих пор нами не наблюдавшееся. Это предсказатель глобального тектонического сдвига. Через трое суток, точнее, через шестьдесят восемь часов, по линии 40 долготы произойдет гигантский разлом Евразии – от Черного до Белого моря.
   Дама афроамериканской внешности (своему соседу, негромко): Черно-белое море? Это где? Я про такое не слышала. Где-то в Сибири?
   На карте позади Галлахера объемное изображение Европы ломается пополам, куски континента отходят в разные стороны на довольно большое расстояние.
   Первый генерал (второму генералу, вполголоса): Похоже, русские крепко вляпались. Может, это и к лучшему?
   Второй генерал (первому, в четверть голоса): Похоже, все мы вляпались. Опять придется спасать мир.
   Гей (сам себе, в октаву): Опять… Как надоело! Только что пробурили и взорвали этот чертов метеорит, теперь новая напасть. Какой бюджет это выдержит? (Теребит серебряное колечко в ухе).
   Президент: Это действительно серьезно?
   Галлахер: Более чем.
   Президент: Чем это грозит американскому народу? Мы, кажется, довольно далеко от России.
   Галлахер: Соединенных Штатов не станет, их просто смоет цунами. Все живое на материках смоет. Вот, смотрите.
   Он взмахивает рукой и на экране появляется изображение гигантских волн. Они захлестывают Кремль и собор Василия Блаженного, потом валят набок Эйфелеву башню, наконец, с грохотом рушат небоскребы Манхэттена. Зрелище очень реалистичное – грохот, пена, брызги, здания, рушащиеся как картонные домики, тысячи маленьких фигурок тонущих людей.
   Лица генералов суровеют, мощные челюсти их героически сжаты. По лицу Президента молча течет слеза. Дамы и гей плачут, сморкаются в носовые платки.
   Президент (шепотом): Боже, спаси Америку.

   Действие 3

   Вертолет кружит над православными церквями, камера спускается ниже, показывает покосившийся деревянный забор, металлический облупленный киоск, длинную очередь. Хмурые люди в кирзовых сапогах пьют пиво из кружек с отбитыми краями.
   Титры: Суздал, Россия, дистрикт Vladimirskaja Oblast.
   Вертолет садится на пустыре недалеко от киоска, ветер поднимает в воздух охапки желтых опавших листьев. Вытянув шею и пронзительно кудахтая, бежит курица.
   Из вертолета выпрыгивает генерал Иван Драгин (ростом выше двух метров, с красным обветренным лицом, в фуражке и военной шинели с погонами, в серых перчатках), за ним – секретный агент Дж. Дж. (далее для краткости – просто Дж.), к ним присоединяется десять автоматчиков в камуфляжной форме, подъехавших на русском джипе «УАЗ». Начинается дождь. Все новоприбывшие идут к очереди.
   Дж. (вынимает из кармана черного плаща фотографию): Вот он, третий справа.
   Генерал Драгин подходит к человеку из очереди, отдает честь.
   Драгин (на русском языке): Ви будьете товаришч Павлофф?
   Титры: Pavloff?
   Тимофей: (по-русски): Да, блин, я.
   Титры: It’s me, sir.
   Тимофей выглядит как русский актер Vladimir Mashkov (варианты: Evgeny Mironov, Oleg Menshikov). Его мужественное лицо сильно небрито, под левым глазом фиолетовый синяк. Он плохо одет, пьян.
   Дж.: (по-русски): Тимофей, здрастфуйт. Как вашье драготсьенно здоровие?
   Титры: Hi Timmy. You’re looking like a piece of shit.
   Тимофей (на хорошем русском): Хреново мне. Страдаю с бодуна.
   Титры: I’m hanging over. Bloody hair of the bloody dog.
   Дальше все русские говорят по-английски с небольшим славянским акцентом.
   Драгин: Гражданин Павлофф, я прибыл по поручению двух президентов – России и США. Для вас есть важное правительственное задание.
   Тимофей (икает): Как насчет освежиться?
   Драгин брезгливо морщит нос, Дж. понимающе кивает головой.
   Дж.: Упаковка «Миллера». Холодного. Пойдет?
   Тимофей: Черт вас побери, что ж вы раньше молчали?!
* * *
   Те же, находятся в русском командном центре. Перед Тимофеем стоит шесть пустых бутылок из-под «Миллера». Он пьет из горлышка седьмой, закрыв глаза. Крупным планом – небритый кадык.
   Дж.: Тимми, тебя еще не пробрало?
   Тимофей (открывая глаза): Кажется, пробирает… (трясет головой). Уже лучше. Я чувствую, как холодный огонь течет по моим жилам. Пива не хотите, товарищ генерал? (протягивает бутылку Драгину).
   Драгин: Обойдусь. Поторопитесь, гражданин Павлофф. Через час нас ждет президент.
   Тимофей: Круто! Что там у вас стряслось? Можете сказать в двух словах?
   Дж.: Тектонический сдвиг.
* * *
   Приемная президента России. Двенадцать человек стоят в большом, роскошно украшенном зале, среди них – Тимофей, генерал Драгин и агент Дж. Появляется человек небольшого роста в черном костюме, походка его легка и энергична. Человек имеет внешность В. Путина. Это президент.
   Президент России (с энтузиазмом жмет руки всем присутствующим по очереди): Рад вас приветствовать, господа. Очень приятно. На самом деле это важно. И мы, безусловно, постараемся в полном объеме. Пройдемте, господа.
   При слове «пройдемте» Тимофей вздрагивает и оглядывается.
   Совещание идет одновременно в США и России, связь посредством телемоста. На стене – большой экран, показывающий Галлахера.
   Галлахер (с экрана): Под городом Суздал на глубине девятисот метров находится природный тоннель длиной около трехсот метров. Одним своим концом тоннель выходит в точку предполагаемого тектонического разлома, другим концом соединен с подземной пещерой карстового происхождения.
   Драгин (негромко, возмущенно): Откуда они это знают?! Это секретные данные!
   Дж.: Спокойнее, коллега. Какая разница – откуда. Сейчас нужно работать всем вместе и забыть о старых разногласиях.
   Тимофей: Ик! (икает)
   Галлахер: По нашим подсчетам, если удастся пройти через тоннель и зацементировать в точке предполагаемого разлома полость объемом около десяти кубических метров, то срок глобальной катастрофы отодвинется как минимум на сто лет.
   Драгин: Так просто. А мы думали, что-то серьезное…
   Тимофей (шепотом, в сторону): Козел.
   Драгин: Это про кого?
   Тимофей: Что – про кого?
   Драгин: Козлом кого назвали?
   Тимофей: А, козлом-то? Вас.
   Драгин: А вот за козла ответишь, фраер…
   Президент России: Потише, господа. Потише.
   Галлахер: Проблема состоит в том, что ширина тоннеля на всем протяжении не превышает двадцати сантиметров. Так что человек проползти через него не сможет.
   Драгин (поднимает руку): А вот есть предложение! Тоннель надо пробурить пошире. Для Вооруженных сил России это не проблема.
   Президент России (шепотом): Ну и козел…
   Галлахер (вежливо): Господин Драгин, я повторяю еще раз – это зона тектонической нестабильности. И любая сильная вибрация, в частности, бурение, может вызвать немедленный сдвиг плит земной коры, со всеми катастрофическими последствиями.
   Драгин: А, понятно. Так бы сразу и сказали. А может, направленным взрывом тогда? Докладываю, что у нас есть соответствующие квалифицированные специалисты.
   Все за столом (тихо, по-русски): Точно козел!
   Все за американским столом (тихо, по-английски): What a stupid goat!
   Президент России: А что если использовать робота? На самом деле, насколько мне известно, существуют механизмы, способные проделать подобную работу…
   Галлахер: Существуют. Но к сожалению, господин президент, на подготовку такого робота понадобится минимум неделя. У нас же в запасе всего два с половиной дня. Потом будет поздно.
   Галлахер: У нас есть хорошее предложение: через тоннель может пройти небольшое домашнее животное, несущее на себе полезный груз.
   Оба президента одновременно: Крот?
   Галлахер: Нет, господа президенты, кошка. Точнее, несколько кошек, потому что одна не сможет доставить достаточное количество груза.
   Американский генерал Макгрейт (чем-то похож на Драгина): Извините, я чего-то не понимаю! Вы же сами сказали, что нужно зацементировать десять кубометров объема. Если одна кошка на себе утащит даже килограмм цемента, то все равно это сколько кошек понадобится? И потом, кто там бетон будет готовить, в этих ваших пещерных пустотах? Сами кошки? И бетономешалку они не смогут доставить – это я вам говорю как специалист в области строительства сложных военных объектов.
   Галлахер: Бетон не понадобится, господин генерал. Кошки понесут на себе специальный материал – всего его нужно около четырех килограммов. Когда он окажется в нужном месте, мы произведем дистанционный пуск, произойдет химическая реакция, и все десять кубометров заполнятся пеной – легкой, но невероятно прочной. Даю гарантию, что эта пена зафиксирует тектоническую точку в стабильном состоянии на десять лет. А дальше у нас будет время, чтобы предпринять более радикальные меры.
   Дама за столом президента Америки (решительно встает): Я протестую! Это негуманно! Несчастные, бедные, беззащитные кошечки! Представьте, как они будут страдать в этой ужасной темноте! Когда эта ваша пена будет вспениваться, кошечки непременно пострадают! Их задушит насмерть, они не вернутся!
   Гей за столом президента: Да, да, это незаконно! Мы не можем на это пойти, пока не получим письменного согласия животных.
   Дж. (громко, уверенно): Это не проблема, все уже решено, письменное согласие животных обеспечим. Плюс пожизненная пенсия всем близким родственникам кошек-рейнджеров.
   Президент России: Все участвующие в операции животные будут награждены орденами и медалями.
   Тимофей: …Посмертно.
   Галлахер (поднимает руки): Господа, не волнуйтесь! Ни одно животное не пострадает. После того, как кошки прибудут в пещеру, полезный груз автоматически отстрелится с их спин и они вернутся по тоннелю обратно.
   Дама (закатывает глаза): Отстрелится! О Боже, какое варварство!
   Галлахер (с легким раздражением): Ну хорошо, не отстрелится. Отвалится. Упадет. Осыпется. Сделаем все, что вы захотите. У нас мало времени, господа, нужно решать проблему.
   Президент России: Извините, но все это звучит достаточно, я бы сказал, нереально. Я немножко разбираюсь в поведении животных, у меня у самого есть две собаки… или три… Мне кажется, что кошка – слишком э… как это сказать… недисциплинированное создание, чтобы адекватно, в полном, я бы сказал, объеме выполнять возложенные на нее государством задачи.
   Драгин (вытягиваясь на месте и отдавая честь): Товарищ Президент России, разрешите доложить! Специально в вышеуказанных целях мы нашли и привлекли крупнейшего специалиста нашей родины в области кошковедения – Тимофея Павлоффа.
   При словах «нашли и привлекли» Тимофей Павлофф вздрагивает и оглядывается.
   Дж.: Для нас большая честь – работать с самим господином Павлоффым. Возможно, это лучший специалист на планете в области бихевиористики кошачьих…
   Президент Америки (улыбается, демонстрирует безупречные зубы): О, очень приятно, профессор Павлофф! В каком университете вы работаете?
   Тимофей: Пардон, я не профессор.
   Президент России (улыбается, стараясь не демонстрировать зубы): А кто?
   Тимофей: Клоун. Бывший.
   Президент России (деликатно кашляет в кулак): Понятно… Что ж, очень интересно. А каков сейчас род вашей деятельности?
   Тимофей: В основном бутылки собираю.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация