А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Последний ученик да Винчи" (страница 21)

   – Та, у которой тысяча лиц!
   Незнакомца словно подменили. Он спрятал нож, угодливо склонился перед Старыгиным и проговорил на ломаном английском:
   – Пойдемте, господин! Скоро начнется! Простите мою грубость, но вы знаете, как мы должны быть осторожны!
   – Все верно, – кивнул Старыгин, разглядывая того, кто только что чуть не лишил его жизни.
   Это был араб лет пятидесяти, со смуглым, изрытым оспой лицом и густыми, коротко подстриженными усами. Выпуклые глаза светились в темноте, как глаза ночного хищника.
   Араб развернулся и вошел в калитку, сделав Старыгину знак идти следом.
   Они быстро миновали ночной сад, полный свежести и благоухания, вошли в высокую дверь, покрытую тонкой изящной резьбой. За этой дверью оказался просторный холл, вымощенный цветной узорной плиткой и освещенный несколькими медными фонарями, укрепленными на кованых кронштейнах.
   – Сюда, господин! – проговорил проводник и открыл низкую, окованную медью дверцу.
   За ней оказалась лестница, круто уходящая вниз. Старыгин на секунду задержался на верхней площадке, подумав, не делает ли он большую ошибку, следуя за этим подозрительным человеком. Впрочем, если бы тот хотел убить его, он мог бы сделать это раньше, на улице перед входом в сад…
   – Идемте же, господин! – окликнул его проводник. – Скоро начнется!
   Старыгин быстро зашагал по лестнице.
   Вскоре она закончилась, и начался длинный сводчатый коридор, по сторонам которого виднелись многочисленные темные помещения.
   Судя по всему, Дмитрий Алексеевич оказался в большом подвале под одним из старинных каирских дворцов.
   Проводник уверенно шел по коридору, изредка сворачивая то в одну, то в другую сторону. Было видно, что он очень хорошо знал дорогу. Старыгин пытался запомнить все эти повороты, но очень скоро сбился и понял, что без провожатого он отсюда не выберется.
   Наконец, проводник остановился перед высокой запертой дверью, обитой чеканной медью. Он несколько раз ударил в дверь подвесным молотком, отчего под сводами подвала раскатился густой долгий звук.
   Возле двери стоял открытый шкаф с резными дверцами черного дерева. В этом шкафу висели несколько длинных черных плащей с капюшонами. Повинуясь все тому же внутреннему голосу, Старыгин протянул руку, взял один из плащей и надел его, низко опустив на лицо капюшон.
   Гулкий звук от ударов проводника затих. Дверь распахнулась, и на пороге появился высокий широкоплечий человек в таком же, как у Старыгина, черном плаще с капюшоном.
   – Кто стоит на пороге? – произнес он по латыни.
   – Перевозчик душ! – отозвался на том же языке проводник.
   – Принимаю от тебя заботу об этой душе! – проговорил человек в плаще и отступил в сторону.
   Старыгин склонился, чтобы его лицо не было видно из-под капюшона, и вошел в дверь.
   За ней оказался огромный, ярко освещенный зал, похожий то ли на бальный зал дворца, то ли на внутреннее помещение собора. Каменные стены покрывала тонкая, удивительно искусная резьба, на высоте более десяти метров вдоль стен проходила узкая деревянная галерея. Окон в этом зале не было, но в противоположной от входа стороне находился огромный витраж, подсвеченный изнутри тусклым красноватым светом. Витраж изображал изогнувшееся перед прыжком чудовище – полуящерицу, полузмею, покрытого сверкающей чешуей монстра со второй, маленькой головой на хвосте. То самое чудовище, которое было изображено на картине в Эрмитаже.
   Обе пасти монстра были приоткрыты, и из них высовывались два красных раздвоенных языка. Чудовище смотрело, кажется, прямо в глаза вошедшему в зал Старыгину, и в этих глазах читался весь ужас, вся ложь, весь бесконечный цинизм мира… Дмитрию Алексеевичу показалось, что он заглянул в ад.
   Изображенное на витраже чудовище так привлекло его внимание, что он не сразу заметил наполнявших зал людей.
   Их было много, наверное, несколько сотен, но огромное помещение вмещало всех, и каждый человек здесь держался обособленно, самостоятельно, никто не разговаривал, все сторонились друг друга, как будто каждый хранил свою собственную страшную или постыдную тайну. И при том, что они не разговаривали друг с другом, зал наполнял ровный, неумолчный гул, как если бы каждый человек безостановочно говорил сам с собой или повторял одну и ту же нескончаемую молитву.
   Как и Старыгин, все были одеты в длинные черные плащи, и капюшоны скрывали лица присутствующих. И во всех фигурах, в том, как напряженно они держались, как медленно перемещались по залу, повернувшись в одну и ту же сторону, чувствовалось нетерпеливое и вместе с тем настороженное ожидание. Все присутствующие чего-то ждали и в то же время чего-то страшились.
   Старыгин медленно двинулся вперед, стараясь ни с кем не сближаться, старательно обходя облаченные в длинные плащи фигуры.
   Там, в дальнем конце зала, под витражом, изображающим древнее чудовище, находилось что-то вроде алтаря, на котором виднелась огромная книга в черном кожаном переплете. Возле алтаря на каменных плитах тускло светилась жаровня из кованой меди, и над ней курился голубоватый дымок, медленно расползавшийся по залу. Позади алтаря, возле самой стены, стоял громоздкий саркофаг из черного камня.
   Двигаясь к алтарю, Дмитрий Алексеевич случайно бросил взгляд на стену и разглядел покрывавшую ее каменную резьбу.
   Он никогда не видел ничего подобного. Вся стена была покрыта переплетающимися, извивающимися чудовищами – василиски, амфисбены, мантикоры и другие адские создания сражались между собой, совокуплялись, пожирали друг друга, перетекали одно в другое, превращались в новых, еще более чудовищных монстров. Вот василиск с чудовищным хвостом амфисбены, вот другой – с двенадцатью когтистыми лапами, а у этого выросли за спиной кожистые крылья летучей мыши…
   Старыгин вздрогнул и отвернулся от стены, пораженный и взволнованный страшной фантазией древнего мастера.
   Неожиданно в высоте над головами присутствующих раздался долгий, протяжный, тоскливый звук, напоминающий колокольный звон, но чем-то неуловимо от него отличающийся. Этому звуку ответили хриплые голоса труб.
   Все присутствующие затихли и замерли, дружно повернувшись в сторону алтаря.
   На возвышении за алтарем появился еще один человек. Так же, как остальные, он был одет в длинный черный плащ с капюшоном, закрывающим лицо, но в его фигуре, в его осанке чувствовалась уверенность и сила.
   Старыгин понял, что это – тот же самый человек, которого он видел в Риме, в святилище под катакомбами святой Присциллы, тот, кого Азраил называл Повелителем.
   Звуки труб смолкли, и Повелитель поднял руку, требуя внимания. Впрочем, совершенно излишне, все взоры и так были прикованы к нему, все присутствующие внимательно ловили каждое его слово.
   И тогда он запел.
   Старыгин внутренне был готов к тому, что произойдет, потому что помнил сцену в катакомбах, но все равно странная песня, что зазвучала в каменных стенах святилища, невольно захватила его. Напоминающая католический хорал, но несравненно более древняя и мрачная, она наполнила его тоскливым предчувствием чего-то ужасного и неминуемого и вместе с тем вызвала желание присоединиться к мрачному хору, стать одним из посвященных, слиться с ними… Казалось, стены расступились, вокруг раскинулась безграничная степь, по которой бежали люди с пылающими дымными факелами, то ли кого-то преследуя, то ли от кого-то убегая, и Старыгин был одним из них…
   Он почувствовал пьянящий ритм этого бега, его голова кружилась, казалось, еще немного, и он утратит самого себя, утратит собственное «я», сольется со своими попутчиками, со своей стаей…
   Он встряхнул головой, сбросив жуткое наваждение, и огляделся. Все окружавшие его люди были захвачены пением, они раскачивались в такт мелодии, у некоторых упали капюшоны, и стали видны лица – мужские и женские, старые и молодые, но одинаково опустошенные, с полузакрытыми глазами…
   Старыгин повернулся к алтарю и увидел Повелителя. Он один не пел; начав эту древнюю песню и убедившись, что все присутствующие подхватили ее и подпали под ее власть, он замолчал и теперь медленно обводил взглядом зал, как бы проверяя свою паству. Вот он повернулся в сторону Дмитрия Алексеевича. Лица его по-прежнему не было видно, но из темноты, скрывающейся под капюшоном, блеснули яркие, внимательные, все замечающие глаза. Старыгин приоткрыл рот, делая вид, что подпевает своим соседям, и всей своей фигурой изобразил опьянение древней музыкой. Тем не менее подозрительный взгляд Повелителя задержался на нем и только через бесконечно долгую секунду переместился дальше.
   Оглядев свою паству, Повелитель отступил в сторону и бросил на тускло рдевшую рядом с алтарем жаровню несколько крупных красноватых зерен. Струящийся над жаровней сизый дым стал гуще. Старыгин почувствовал его сладковатый, дурманящий аромат и невольно задержал дыхание.
   Пение прекратилось так же неожиданно, как и началось. Несколько секунд в зале царила напряженная, гнетущая тишина, затем люди зашевелились, как бы оживая или просыпаясь после тяжелого, мучительного сна, полного кошмаров.
   И тогда, не давая им опомниться, Повелитель заговорил:
   – Братья! Вы верно и преданно служили мне. Нет, не мне – вы служили нашему общему Повелителю, более древнему, чем сама Земля. Ваше служение не пропадет напрасно, каждому из вас воздастся сторицей. Как было предсказано, вы станете равны богам. Безграничная власть, бесконечная жизнь, полная невиданных радостей и наслаждений – вот что ждет вас. Остальные же, те, кто молился своим слепым богам или жил, закрыв глаза и не задумываясь о завтрашнем дне, – будут ввергнуты в пучину ада! – И Повелитель показал на стены зала, покрытые чудовищной резьбой.
   По рядам прокатился одобрительный гул.
   Выждав, когда все затихнут, повелитель снова поднял руку и продолжил:
   – Я не раз повторял вам эти слова, и вы вправе спросить: когда же? Нам надоело ждать!
   Ряды слушателей задвигались, раздались голоса:
   – Нет, мы готовы ждать! Мы верим тебе, Повелитель!
   Человек перед алтарем взмахнул рукой, как опытный дирижер, и тут же снова наступила тишина.
   – Да, ожидание было слишком долгим. Тысячу лет верные служители Великой Силы ждали, когда наступит это мгновение. Многие поколения преданно несли свою службу и сходили в могилу, так и не дождавшись, так и не получив воздаяния. Но вам повезло несравненно больше, потому что великий миг наконец настал! В наших руках все три святыни: Образ, Кровь и Ключ!
   По рядам прокатился глубокий, взволнованный вздох. Все застыли в немом ожидании.
   Старыгин сжал руки и невольно вскрикнул: неужели они захватили Машу и сейчас произойдет что-то страшное, что-то непоправимое?
   К счастью, никто не обратил на этот крик внимания: все были слишком захвачены тем, что происходило перед алтарем. Кроме того, его крик могли принять за проявление радости в преддверии давно ожидаемого чуда.
   Повелитель повернулся и широко взмахнул рукой.
   Этот человек был настоящим мастером театральных эффектов.
   Сразу после его взмаха за алтарем, на стене, расположенной под витражом с изображением древнего чудовища, распахнулось небольшое окно, за которым оказалась ярко освещенная картина.
   «Мадонна Литта». Та самая картина, за которой Старыгин колесил по двум континентам. Та картина, из-за которой ему пришлось бросить свою спокойную, налаженную жизнь.
   – Образ! – пробежал по залу восхищенный крик. Люди в черных плащах двинулись вперед, стремясь приблизиться к алтарю, к тому, что должно произойти на их глазах.
   – Образ! – подтвердил повелитель и снова повернулся к залу, сжимая в руке какой-то продолговатый темный предмет.
   Вглядевшись в этот предмет, Старыгин узнал каменную призму с изображением Исиды, найденную им в подземелье возле пирамиды Хефрена.
   – Ключ! – как один человек, воскликнули все присутствующие.
   – Ключ! – повторил Повелитель и так повернул каменную печать в своей руке, чтобы каждый в зале смог ее разглядеть.
   – Но где же кровь? – в страстном нетерпении выкрикнул кто-то из первых рядов.
   Повелитель словно ждал только этого выкрика, послужившего сигналом для следующего действия разыгрывающегося на глазах потрясенных зрителей спектакля.
   – Вот она! – воскликнул он, подняв руку и хорошо рассчитанным взмахом указав на что-то, находящееся высоко над головами присутствующих.
   Все участники действа обернулись и подняли головы, чтобы проследить за этим жестом. Старыгин точно так же, как все, повернулся и увидел, что по узкой резной галерее, опоясывающей зал на большой высоте, двигаются два человека в таких же, как у всех прочих, черных плащах. Несмотря на эти длинные и бесформенные одеяния, было видно, что первый из двух людей – женщина, а идущий следом за ней – мужчина, причем мужчина удивительно высокий и худой, так что плащ висел на нем, как на вешалке, и развевался, обметая длинные худые ноги.
   Несмотря на худобу, фигура мужчины излучала нечеловеческую силу и болезненную, лихорадочную энергию. Женщина же, напротив, двигалась как автомат, опустив голову и безвольно переставляя ноги.
   – Вот она, та, кого мы так долго искали! Сосуд священной королевской крови, та, кто поможет снять древнее заклятье и открыть для нас двери рая, врата могущества!
   Слова Повелителя потонули в криках радости. Весь зал ликованием встретил приближающихся по галерее людей.
   Старыгин подумал, как тонко и безошибочно организовано это действо. Появление новых персонажей над головами зрителей, на галерее, многократно усилило психологический эффект. Однако он почти не сомневался, что женщина в плаще – это Маша, и не мог понять, почему она послушно идет туда, где ее ожидает неизвестная участь, а скорее всего – смерть.
   Двое новых участников действа медленно, как во сне, спустились по узкой ажурной лесенке и очутились за алтарем, рядом с Повелителем. Тот повернулся и резким жестом сбросил капюшон, закрывавший лицо женщины.
   Старыгин издал стон, заглушенный радостными восклицаниями его соседей. Как он и ожидал, это была Маша.
   – Вот она! – прокричал Повелитель, перекрывая шум зала. – Вот она, наследница великих королей, чья кровь откроет для нас священные врата! Вот она, та, которой суждено завершить наше тысячелетнее ожидание! Поклонитесь принцессе, дети мои!
   Все присутствующие, как один человек, упали на колени. Старыгину пришлось сделать то же самое, чтобы раньше времени не привлечь к себе внимание Повелителя или кого-нибудь из его подручных. Опустившись на колени, он осторожно передвинулся вперед, стараясь оказаться как можно ближе к алтарю и к главным героям трагедии.
   Шум в зале постепенно затих, и воцарилась напряженная, звенящая тишина. Именно ее ждал Повелитель, чтобы приступить к следующей части своего плана. Он поднял руку, требуя внимания, хотя каждый человек в этом зале и без того не сводил с него глаз, и без того задерживал дыхание, чтобы не пропустить ни одного слова.
   И вдруг, когда он уже готов был заговорить, внезапное вмешательство нарушило настороженную тишину зала.
   Высокий человек, стоявший за его спиной, резким движением сбросил с головы капюшон, открыв лицо, узкое и худое, как профиль на стертой от времени старинной монете, и шагнул вперед, уставившись на Повелителя своими разноцветными глазами.
   – Повелитель! – воскликнул он хриплым, взволнованным голосом, дрожащим от напряжения, как туго натянутая струна.
   – Что тебе, Азраил? – недовольно откликнулся Повелитель, повернувшись к своему подручному, как к докучному насекомому, отвлекающему его от важного дела.
   – Повелитель! – повторил Азраил, сделав еще один шаг. – Верно ли я служил тебе?
   – Ты служил не мне, – ответил ему недовольный голос из-под капюшона. – Ты служил Иной Силе и Высшему, тому, у чего нет имени и названия!
   – Да, это так, но я исполнял каждое твое слово! Я был послушным орудием в твоих руках!
   – И чего же ты хочешь за свою верную службу? – в голосе Повелителя явственно прозвучала насмешка.
   – Позволь мне совершить великий ритуал! Позволь пролить кровь и вставить ключ в замок Вечности!
   – С Вечностью нельзя торговаться, – отозвался Повелитель. – Но Иная Сила, чью волю я исполняю, милосердна, и я позволю тебе сделать то, о чем ты просишь!
   – Благодарю тебя, Повелитель! – воскликнул Азраил и упал на колени перед алтарем.
   – Встань и приготовься, – приказал ему Повелитель.
   Азраил сбросил с плеч длинный плащ, оставшись в черном облегающем костюме, еще больше подчеркивающем его удивительную худобу, и взял в руки широкий каменный нож, лежавший на алтаре между страницами книги. По залу, как легкий ветер по траве, пробежал взволнованный шепот.
   – Приготовьтесь и вы, братья! – воскликнул Повелитель. – Скоро произойдет то, чего мы ждали тысячу лет!
   Он перевернул страницу лежавшей на алтаре книги и начал читать молитву на незнакомом Старыгину языке, казавшемся древним, как само время.
   С каждым словом этой молитвы свет в зале понемногу тускнел, и когда прозвучало последнее слово, большая часть помещения погрузилась во тьму, только главные действующие лица предстоящей трагедии и алтарь с лежащей на нем книгой были ярко освещены тревожным багровым светом. И еще ярко горел подсвеченный изнутри витраж, особенно злобные глаза чешуйчатого монстра.
   – Приступай! – приказал Повелитель, повернувшись к Азраилу.
   Тот схватил за плечо безвольно стоящую девушку и подвел ее к стене, на которой была укреплена картина. Свет тут же переместился, ярко осветив лик Мадонны. Азраил поднял каменный нож… но тут Старыгин, вплотную подобравшийся к алтарю, схватил огромную книгу в черном переплете и бросил ее в голову разноглазого убийцы. Азраил злобно вскрикнул, покачнулся и выпустил девушку. Старыгин в два прыжка подскочил к ней, схватил за руку и потащил прочь от алтаря. Маша не сопротивлялась, но и не помогала своему спасителю, она только безвольно переставляла ноги и смотрела прямо перед собой пустыми, лишенными жизни глазами.
   Повелитель выкрикнул какое-то непонятное слово, и из незаметной до того двери выскочили двое людей в одинаковой монашеской одежде. Они бросились к Старыгину, вырвали Машу из его рук и в мгновение ока связали реставратора обрывком грубой веревки.
   Азраил выпрямился, встряхнул головой и шагнул вперед, униженно проговорив:
   – Прости меня, Повелитель! Я понял, что недостоин…
   В ответ ему раздался спокойный, немного насмешливый голос:
   – Я уже сказал тебе, что Иная Сила милосердна! Продолжай!
   Азраил снова шагнул к девушке, взял ее за руку и подвел к освещенной картине. Он поднял каменный нож… Старыгин напрягся в руках монахов, но те держали его как в стальных тисках.
   – Помни, что принцесса послужит нам на всех этапах Церемонии! – напомнил Повелитель.
   Азраил кивнул и полоснул широким ножом по Машиной руке. Девушка дернулась и негромко вскрикнула. Струя крови брызнула на картину, окропив нежное лицо Мадонны. Старыгин скрипнул зубами, не в силах помешать происходящему.
   Азраил провел лезвием ножа по холсту, собрав с него кровь, и повернулся лицом к алтарю. Повелитель протянул ему каменную призму с изображением Исиды. Приложив черный камень к окровавленному лезвию, Азраил произнес несколько непонятных слов и подошел к каменному саркофагу. Только сейчас Старыгин разглядел рельеф, высеченный на темной каменной поверхности этого саркофага.
   Это было условное, но полное силы и выразительности изображение женщины, кормящей грудью младенца – Богоматери, Исиды, Мадонны, Древней Матери, Той, у которой тысяча лиц.
   Азраил вставил каменную призму в отверстие, проделанное в передней стенке саркофага. В зале снова наступила напряженная, торжественная тишина. Повелитель встал перед алтарем и снова запел свою странную, гипнотическую песню. Ее тут же подхватили сотни людей, которые, казалось, только этого и ждали.
   И под этот древний, удивительный аккомпанемент Азраил повернул каменный ключ в скважине.
   Тут же раздался страшный скрежещущий звук, и с потолка зала обрушился огромный кусок камня. Участники церемонии продолжали петь, как будто ничего не заметили, и только несколько человек замолчали – замолчали навеки, погребенные каменным обломком.
   Но на этом катастрофа не прекратилась. В разных углах зала слышался треск и грохот, и по стенам зазмеились многочисленные трещины. Тут и там рушились колонны, куски каменной облицовки обваливались, убивая и калеча облаченных в черные плащи людей. Стоны раненых смешивались с торжественным пением, но Азраил, не поворачиваясь к залу и, кажется, ничего не слыша, продолжал церемонию.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация