А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Клад Наполеона" (страница 10)

   Матвей вспомнил рассказ наркодилера Виталия.
   Без сомнения, именно с этим элегантным стариком он несколько раз встречал Надю. Наверное, какой-нибудь родственник, хотя вряд ли близкий…
   Еще раз взглянув на старика, Матвей увидел, что по его морщинистой щеке медленно сползает слеза. Горюет, значит, любил он девушку. А больше-то никто и не плачет. Красотка с белыми длинными волосами достала платочек, но это у нее соринка в глаз попала, толстушка перемигивается с низеньким парнем, который в своих широченных штанах похож на клоуна, только носа красного не хватает. Две другие девчонки стояли молча, и видно, что откровенно скучают. И эта, постарше, кажется, родственница, глядит поверх могилы невидящими глазами, не слушая батюшку.
   Наконец все закончилось. Двое смурных мужиков споро опустили гроб и зарыли могилу. Священник подошел к старику, темноволосая женщина встрепенулась и тоже сделала шаг к ним, раскрывая сумочку. Старик отрицательно покачал головой и мягко отвел ее руку, после чего заплатил священнику сам.
   Ребята попрыгали через канаву и пошли по дороге прочь. Загомонили, кто-то даже засмеялся тихонько. Тетушки озабоченно хлопотали возле могилы, перекладывая венки и букеты. Старик и молодая женщина о чем-то тихо разговаривали.
   Матвей перепрыгнул через канаву вслед за ребятами и зашагал к выходу. На душе было муторно.
   Во-первых, похороны всегда навевают тоску. Во-вторых, похоже, он совершенно зря потратил время. У него дела в полном запустении, а он, вместо того чтобы заняться работой, теряет время на кладбище в компании старух!
   Нужно поскорее уезжать отсюда, и так полдня проволынил.
   Но оказалось, что выезд перегородил автобус с похоронной полосой. Из него долго выгружались какие-то люди – эти похороны в отличие от Надиных были многолюдными. Наконец все ушли, и Матвей смог выехать. Тут же шарахнулась из-под колес женская фигура, и Матвей нетерпеливо посигналил. Притормозил, пропуская женщину, и узнал ту самую Надину родственницу.
   – Простите, – он опустил стекло, – вас подвезти?
   Он думал, что она откажется, но она неожиданно согласилась и села в машину. Матвей взглянул на нее искоса. Сейчас она выглядела хуже, чем у могилы, – под глазами залегли глубокие темные тени, губы были скорбно сжаты, и даже нос красный. Похоже, она все-таки плакала. Не перед всеми, не напоказ, а потом, оставшись одна. Что же, такие вещи можно только уважать.
   – Вы ведь тот самый человек, который… – она не закончила фразу, но тон был вовсе не вопросительный.
   – Ну да, – Матвей невольно насторожился, – я тот самый Матвей Громов, который нанял на работу вашу… кого? Кем вам приходилась Надя?
   – Она – моя двоюродная сестра, – нехотя ответила женщина, – но вам-то какая разница? Простите… – она, видимо, сообразила, что сидит в его машине, а стало быть, нужно проявить минимум любезности, соблюдать хотя бы внешние приличия.
   – Надя вам рассказывала обо мне? – спросил Матвей, преодолев неожиданную неловкость. В конце концов, он ехал на эти похороны с определенной целью, и вот сейчас появилась возможность хоть что-то выяснить.
   Пассажирка взглянула на него с удивлением, верно, подумала, что он – самовлюбленный тип, который уверен, что все женщины только им и интересуются.
   – Нет, мы не виделись до того, как она… до того, как ее не стало, – сдавленным голосом сказала она, – я была за границей, приехала только два дня назад… Если бы я знала, куда она собирается, я бы ее непременно отговорила…
   – Если бы я знал, что все так кончится, я бы вовсе не стал этим заниматься… – пробормотал Матвей, – но все же, кто вам сказал, что я – это я?
   – Никто не говорил, – теперь в голосе ее появились насмешливые, иронические нотки, – среди ребят ходят какие-то слухи – Надю и Костю нанял какой-то богач на джипе, денег у него куры не клюют, не знает, на что бы их потратить, вот и задумал поднять клад со дна озера, а потом их убили…
   – Ох уж этот Костик! – Матвей скрипнул зубами, вспомнив свою встречу с Виталием. – Было бы лучше, если бы ваша сестра вообще никогда его не знала!
   – Это точно, – согласилась его пассажирка, – и высадите меня вот здесь, у метро.
   – Послушайте! – мгновенно рассердился Матвей. – Незачем смотреть на меня с таким презрением! Я и так постоянно виню себя за то, что случилось. Но, в конце-то концов, их никто не гнал туда силой! Никто не заставлял! Я предложил им эту работу, назначил цену, и они согласились. Да, конечно, я проводил работы без разрешения властей и только тут нарушил закон! У них было отличное, современное оборудование и даже страховка!
   – Как будто помогло им это оборудование! – перебила она, повысив голос.
   – Вот именно, – глухо ответил Матвей, – вы же не думаете, что это я их перестрелял, чтобы деньги за работу не платить…
   – А что, у милиции такая версия? – удивилась она.
   – Да не у милиции, – вздохнул Матвей, – есть тут некоторые особо одаренные личности… Вот поэтому я и хочу разобраться, в чем же там дело…
   – Мы метро проехали… – протянула она.
   – Куда вас отвезти? – спохватился Матвей и предложил неожиданно для себя: – Может, заедем куда-нибудь, поговорим?
   – Лучше домой, – ответила она, подумав, – я ведь сейчас у Нади живу… Хоть вспомним ее…
   Он незаметно поглядел на часы. Время катастрофически убегало, однако сейчас хоть появилась возможность кое-что узнать. Сестра Нади производит впечатление женщины вменяемой, она не станет рыдать и бросаться на него с бессмысленными упреками, вроде бы они уже все выяснили.
   – Меня зовут Вера, – сказала Надина сестра, правильно истолковав его взгляд, – Вера Истомина.
   Ехать было совсем недалеко, и уже возле самого дома Матвей сообразил, что едут-то они на поминки, и спросил, не нужно ли купить чего-то к столу.
   – Все у меня есть, – голос у Веры невольно дрогнул, – не нужно беспокоиться.
   Квартирка была небольшая, но очень светлая и чистая, даже на невнимательный мужской взгляд.
   – Вы извините… – Вера нисколько не смутилась, просто констатировала факт, – там – Надина комната, а там я сейчас живу, не успела даже чемоданы разобрать. Так что придется на кухне, если вас это не смущает…
   – Годится, – кивнул Матвей.
   В конце концов, он пришел не для того, чтобы за столом рассиживаться. Сейчас попробует выяснить кое-что, а если не получится, то нужно распрощаться с этой Верой как можно быстрее и заняться наконец собственными делами.
   Кухонька тоже была светлая и чистая, без всяких дамских рюшечек-финтифлюшечек. На окне обычные жалюзи, на подоконнике никаких фарфоровых собачек и кошечек. На стене перед столом висела большая керамическая рыба. И еще настенный календарь с яркой фотографией морского дна.
   Вера быстро накрывала на стол. Там появились французский сыр, французское вино и коробка французских трюфелей. Еще какие-то яркие коробочки и ваза с виноградом.
   – Вино откройте, – Вера протягивала ему старинный штопор с двуглавым орлом на ручке, – на поминки полагается водка, да только у меня все что есть…
   – Из Франции вернулись? – догадался Матвей, ловко открыв белое бордо.
   – Да… думала с Надюшей эту бутылку выпьем… она сыр очень любила… с виноградом…
   Тут она не удержалась, и слезы полились из глаз. Матвей не сделал попытки ее утешить – не от равнодушия, а понял, что она никакого утешения не ждет. Да и как тут можно человека утешить? Сестра умерла, что же тут сделаешь. Еще долго она плакать будет.
   Они помянули Надю, не чокаясь. Матвей плеснул себе немного вина – за рулем все-таки.
   – Эти ребята… – начал он, осторожно подбирая слова, – я так понял, ни с кем из них Надя особенно близко не дружила? А родственники у нее, кроме вас, есть еще?
   Он понимал, что начал расспросы слишком быстро и вопросов задает слишком много, но ждать больше не мог. Вера никак не выразила своего недовольства.
   – Понимаете… – она грустно вздохнула, опустила глаза. – Надя была человеком… особенным, что ли. Нет, вы не подумайте, что со странностями…
   – Да я и не думаю! – удивился Матвей. – Я же ее видел – хорошая была девушка, работящая и умница…
   – Все это так. Но ее родители…
   Матвей запоздало задал себе вопрос, где же Надины родители, отчего их не было на похоронах.
   – Так что там родители? – поторопил он Веру.
   – Родители у нее люди очень занятые, – с горечью сказала Вера, – они все время что-то строят – то плотину в Африке, то мост в Венесуэле, то аэродром в Перу, то электростанцию где-то еще на другом краю света. Как начали это дело лет пятнадцать назад, так с тех пор и в России-то ни разу не были. Хотя нет, полтора года назад мать приезжала, когда бабушка умерла…
   Вера выпила еще вина и начала рассказывать, задумчиво посасывая виноградинку.
   Отец у Нади был хорошим специалистом, но с перестройкой работу потерял, как и многие его сослуживцы. Поэтому, когда ему предложили выгодный контракт в Штатах, он ни минуты не сомневался.
   Контракт заключался на полтора года, мама не захотела расставаться с мужем так надолго, а может, нашлись и еще какие причины. Вроде бы бабушка говорила, что контракт этот устроила Надиному отцу старинная его приятельница, с которой они учились когда-то в институте. Бабушка потом всегда расстраивалась, что сама посоветовала своей дочери, то есть Надиной маме, не пускать дело на самотек, лететь в далекую Америку вместе с мужем и, по выражению бабушки, «висеть на нем, как часы на стенке».
   Наде шел тогда седьмой год, осенью она уже собиралась пойти в школу, и, конечно, не было никакого резона срывать девочку с места и везти в неизвестность. Тем более что бабушка чувствовала себя относительно здоровой, бодрой и обожала внучку.
   В общем, родители вылетели в Штаты.
   Матвей и при первом упоминании об Америке поморщился, а сейчас не выдержал и скрипнул зубами. Вера покосилась на него удивленно, но продолжала рассказ.
   По прошествии полутора лет контракт Надиному отцу продлили. Работодатели были очень довольны способным и чрезвычайно трудолюбивым специалистом. Мама прилетела на две недели, чтобы забрать кое-какие вещи – документы, книги, еще какие-то безделушки на память.
   – Тогда еще была жива моя мама, – пояснила Вера, – ее сестра родная. Она-то сразу сообразила, что Надины родители решили за границей надолго обосноваться, если не навсегда. Забирай тогда ребенка, говорит, что ты девочку на бабку повесила. Все-таки не молоденькая она, болеет вон… Опять же дочке родители нужны, а то как сирота… на собрания в школу и то я хожу…
   – Правильно… – кивнул Матвей, сам того не желая увлекшись рассказом.
   Но Надина мама ответила своей сестре не то чтобы резко, а как-то равнодушно, даже не то чтобы равнодушно, а непонимающе. Сейчас у них там, в Штатах, трудное положение, объяснила она охотно, все дело в том, что муж ее начал делать карьеру гораздо позднее, чем другие специалисты. Американцы к сорока годам уже очень многого достигают, конечно, те, кто хочет чего-то достичь, а не неудачники. Надин папа не хочет быть неудачником, поэтому ему приходится работать за троих. Он очень занят и не может уделять дочке никакого внимания. А она, мама, тоже нашла себе приличную работу по специальности, так что сидеть с Надей у нее никак не получится. Это ведь не у нас, в России, там больничный по уходу за ребенком не дают. Денег они присылают достаточно, бабушка с внучкой ни в чем не нуждаются. Так что вопрос решен. На ближайшие два года Надя остается здесь.
   Надя потом рассказывала Вере, что она никак не могла маму узнать. Мама приехала совсем не такая, какой ее помнила дочка – обычная женщина, в меру полная, в меру болтливая, любила у телевизора посидеть, чайку с пирожными попить… Теперь мама стала спортивной, энергичной, сильно загорелой, шумной. Зубы у нее были неестественно белыми, и от этого казалось, что их слишком много.
   И еще мама все время громко смеялась, даже Надя понимала, что не всегда к месту.
   Так и пошло. Через два года папе предоставили новый контракт, теперь уже в Мексике, потом – в Руанде или где-то еще, всего не упомнишь…
   Все это было так далеко от России, родители больше не приезжали – что зря деньги да время тратить. Бабушка с Надей и вправду ни в чем не нуждались. На лето мама оплачивала им путевки в приличный санаторий в средней полосе – отдых на всем готовом, еще и подлечиться старушке можно. А что подрастающей девочке нужна именно мама, чтобы ходить куда-нибудь всем вместе, чтобы делиться своими переживаниями, обсуждать увиденные фильмы и спектакли да просто поболтать вечером за чашкой чая, – это все сантименты, как считали родители, главное – работа.
   – Понимаете, бабушка тут, наверное, тоже немножко виновата, – Вера тихо вздохнула и налила себе еще вина. Матвей отказался – не может, за рулем. – Бабушка все время повторяла при Наде, что родители ее бросили, горевала очень, виноватой себя чувствовала. Но вот внушила девчонке, сама того не желая, что та какая-то ущербная. У всех детей родители есть, а у нее нету. Уехали они далеко-далеко, а Надю тут бросили, как ненужную вещь.
   Помню как-то разразился скандал. Перевели Надю в другую школу, когда ей двенадцать лет исполнилось. Подростки жестокие, кто-то стал насмехаться, что у нее вообще родителей нету, подкидыш она. А про Америку все врет. Надя девочка смирная была, но тут в драку полезла. Дошло до директора. Та оказалась умной женщиной, сумела как-то конфликт погасить, с бабушкой поговорила, маму даже мою вызвала. А что толку? С тех пор Надя еще больше в себе замкнулась.
   Матвей снова незаметно взглянул на часы. Кажется, пора уходить, ничего нужного он тут не узнает. Однако пьет эта Вера неслабо, второй бокал допивает, а есть ничего не ест, сыр даже не открыла. Сейчас развезет ее, начнет плакать по своей неудавшейся жизни, сестру жалеть, а он-то что тут делает?
   – Я к чему все это рассказываю? – встрепенулась Вера.
   «Вот именно, – подумал Матвей, – к чему?».
   – Вот вы спросили, были ли у Нади близкие. Я вам и отвечаю, что из родственников здесь осталась одна я, если не считать тетю Лиду и тетю Зою, вы их видели на кладбище. Какие-то они четвероюродные нам всем тетки, я, честно говоря, вечно их путаю. Вроде бы, которая похудее, та – Лидия. А потолще – Зоя, но, может, и наоборот…
   – Это неважно, – не выдержал Матвей.
   – Да, – согласилась Вера, – совершенно неважно. Моя мама умерла шесть лет назад, потом я сразу замуж вышла и уехала. Понимаете… мы с Надей в детстве не очень дружили, потому что разница большая, восемь лет…
   «Стало быть, если Наде было двадцать один, то ей сейчас двадцать девять…» – неизвестно зачем подсчитал Матвей и тут же одернул себя: ему-то какое дело, сколько этой Вере лет? Тем более что выглядит она и того старше…
   Вера задумчиво уставилась в пустой бокал и снова закусила сочную виноградину. Матвей внезапно почувствовал, что очень хочет есть. С утра он только легко позавтракал, пообедать не успел – на кладбище торопился. А сейчас уже четвертый час, живот подвело. А этой Вере и невдомек. Сыр на стол выставила да коробочку даже не открыла, не нарезала. Хлеба и того нету.
   Матвей развернул конфету. Шоколад растаял от жары, он вымазал пальцы и еще больше разозлился. Вера ничего не заметила и продолжала рассказ.
   Надя выросла, в институт поступила. С родителями она по-прежнему не виделась. Казалось бы, дочка взрослая, если самим в Россию лететь не хочется, можно ее к себе пригласить, но у Надиных родителей всегда находились какие-то неотложные дела, да и постоянного дома не имелось, они вечно кочевали по миру, перелетали из страны в страну, с континента на континент, строя плотины, электростанции, аэродромы и мосты. Но и никогда не жалели на дочку денег. То есть захотела она учиться плавать с аквалангом – пожалуйста, вот тебе отдых на Сейшелах, живи, плавай на здоровье, ни в чем себе не отказывай. Или курсы французского языка – да ради бога, только потом предъяви бумажку, что курсы эти окончила «на отлично». Тогда в следующий раз в соответствующей просьбе родители не откажут.
   – Ну-у… – протянул Матвей, – что тут плохого? Кто бы мне так помогал, когда я учился…
   Он вспомнил, как они с Митькой постигали науку управлять фирмой. Все на бегу, наскоком, методом проб и ошибок, потому что некогда было за партой сидеть. Дело требовало полной отдачи, и необходимые знания приобретались тут же, можно сказать, не отходя от кассы. А у Митьки еще была семья…
   Во рту стало приторно от размазавшейся, раскисшей конфеты. Он налил себе еще вина, чтобы избавиться от тошнотного вкуса. Вера оживилась, наблюдая, как вино льется в бокал, сверкая на солнце, заглянувшем в окошко.
   «Точно, напьется», – неодобрительно подумал Матвей, он не любил пьющих женщин.
   – В общем, про родителей мы все выяснили, – торопливо сказал он, боясь, что его собеседница отключится раньше времени, – а друзья? Были у нее близкие друзья, парень к примеру?
   – Раньше был кто-то, но так, ничего серьезного, – вздохнула Вера, – а сейчас точно никого, она бы мне непременно написала. Надя бабушку очень любила, в последний год старалась чаще дома бывать, а потом, когда бабушка умерла, оказалось, что все друзья-приятели как-то отдалились.
   Матвей тоже вздохнул. Мог бы и сам догадаться, что у Нади парня нету. Какой мужчина отпустит свою подругу одну с тремя мужиками? За месяц всякое может случиться. Не один, так другой девушку уведет, не другой, так третий…
   Похоже, дело дохлое. Надя была нелюдимой и одинокой, ни с кем не делилась мечтами и планами. Могла бы сестре рассказать, если, конечно, эта Вера не врет, что у них в последнее время сложились доверительные отношения.
   Матвей задал последний вопрос только по привычке доводить любое дело до конца:
   – А вот этот старик, что был с вами на похоронах, он вам кто?
   – Дядя Алик? – Вера улыбнулась.
   Улыбка не украсила ее лицо, сразу видно было, что улыбается она с трудом, через силу. Губы вроде бы сложились в улыбку, а глаза никак не хотели.
   – Так кто такой дядя Алик? – не отступал Матвей.
   – Это бабушки нашей старинный приятель, они с детства знакомы. Он одинокий, с бабушкой часто общался, Надю с младенчества знает. Очень теперь страдает, как бы не заболел.
   Матвей вспомнил, как плакал старик у могилы. Вряд ли Надя могла ему что-то сказать про то, что уезжает на озеро искать клад. Даже точно не сказала. Старые люди очень мнительные, этот дядя Алик наверняка разволновался бы, начал ее отговаривать… Нет, Надя ничего ему не говорила.
   Одним словом, полный прокол. Никто никому ничего не говорил, а между тем злоумышленники узнали обо всем заранее и успели подготовиться, этого типа в санаторий послать.
   Вера снова выпила.
   – Надолго к нам вернулись? – спросил Матвей, поднимаясь из-за стола. – Дела тут, наверное, с квартирой разобраться и вообще… Если какая-то помощь нужна…
   – Я навсегда вернулась! – с излишней горячностью сообщила Вера. – Слышите – навсегда! И никуда больше отсюда не уеду. Мы с Надей договорились, что я здесь буду жить. Ну, так я и буду!
   – Да ради бога! – Матвей пожал плечами. – Живите где хотите, зачем так волноваться?
   – Это бабушкина квартира… – пробормотала она, утомленно прикрывая глаза, – я имею право…
   – Угу, значит, для вас все удачно сложилось, как только вернулись – так сразу квартира свободная…
   Он сам не знал, как у него вырвались эти слова, наверное, был сильно зол. И голоден, и жалел потраченного зря времени.
   Вера встрепенулась и посмотрела на него. В широко расставленных глазах, казалось, смотревших на мир с детским искренним удивлением, теперь застыла обида. Матвею стало стыдно, и от этого он еще больше разозлился.
   «Это тебе, голубушка, за то, что с первых слов начала: «Вы – тот самый, который…» Она, конечно, хотела сказать: «Из-за которого погибла моя сестра…»
   Ох, и любят у нас виноватых искать! И ярлыки навешивать тоже любят! Ох, не в добрый час явилась ему мысль клад на дне озера искать!
   В общем, поговорили. Нехорошо как вышло – пришел, нахамил женщине…
   – Я пойду! – отрывисто сказал Матвей. – У меня дел много. Вы… прилягте, отдохните тут. Завтра все будет не так страшно.
   Она ничего не ответила, даже не шелохнулась. Матвей вышел из квартиры и захлопнул за собой дверь.
   Вера долго сидела на кухне, чертя пальцем на столе какие-то запутанные узоры. На улице посигналила машина, Вера очнулась от своих невеселых мыслей и увидела пустую бутылку на столе, нераскрытый сыр и разбросанные косточки от винограда. На фантике от шоколадной конфеты сидела невесть как просочившаяся в дом большая муха, отливавшая зеленым блеском.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация