А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Откройте принцу дверь!" (страница 16)

   Что-то в ее речи показалось мне знакомым: дама сыпала слова быстро и звонко, как горох в решето.
   – Да кто тут ездит, кто ездит? – надрывалась тетка в ядовито-розовой косынке, повязанной крест-накрест, так что над головой из концов платка получились рожки.
   – Ваш, между прочим, сын Виталий на своем джипе! – ответила ей первая. – Хотя собрание жильцов постановило, что машины не должны подъезжать к подъездам! Для этого стоянка имеется, вот пускай он свой джип на стоянке и ставит!
   – А если на стоянке вечно места не хватает? Виталик много работает, и когда с работы приезжает, все места уже заняты!
   – Знаю я, как он работает! Какая это работа в два часа ночи заканчивается? Каждую ночь от его шума просыпаюсь! И не только я, он всему дому спать не дает!
   – На стоянке никогда места нет! – вступила в разговор третья женщина, с высоким плаксивым голосом. – Даже если не поздно с работы приезжаю, вечно все занято, некуда «Лексус» приткнуть…
   – А вы, Римма Платоновна, лучше бы вообще помалкивали! – перекинулась на нее первая женщина. – Когда на собрании деньги собирали на благоустройство территории, так вы прямо в слезы – я, мол, нищая пенсионерка, а сами на «Лексусе» разъезжаете, и курточка у вас, как я погляжу, от Армани… Нищие пенсионерки в такой дорогой одежде не разгуливают!
   – Вас моя курточка не касается! Что хочу, то и ношу! У вас денег не занимаю! – огрызнулась плаксивая тетка, но тут же стушевалась и больше не встревала в общий разговор.
   – Вы, Алевтина Романовна, вечно воду мутите! – гнула свое «розовая косынка». – Норовите за общественный счет в рай въехать!
   – Я? – задохнулась от возмущения Алевтина Романовна, поскольку это была именно она, я узнала ее по голосу. С одной стороны – мне явно везло, с другой – судя по курточке от Армани, которую она опознала на соседке, у тетки явно глаз – алмаз, она живо меня рассекретит. Однако нужно попытаться к ней подольститься.
   – Это наглая ложь! – возмущалась Алевтина. – Все знают, что я очень много делаю для дома! Председатель нашего ТСЖ объявил мне на прошлом собрании персональную благодарность!
   – Из благодарности шубу не сошьешь, – хохотнул низенький кривоногий дядька, отиравшийся рядом с группой дам, – нам бы чего посущественнее…
   – Ах, оставьте, Егор Васильич! – вскипела Алевтина. – Вечно вы со своими шутками! Вы бы лучше за своей техникой следили, а то по утрам напор воды всегда слабый.
   – Моетесь много! – Дядька отошел на всякий случай подальше. – Чаю много пьете, вот напор и слабый!
   – Вы извините, – я решилась выйти на поле боя, – но пока вы спорите, розы засохнут…
   В доказательство своих слов я показала на кусты, сваленные кучей. Те листья, что торчали из пакетов и вправду поникли.
   – Вот видите, все из-за вас! – вскричала Алевтина. – Нужно скорее сажать!
   – Только у дорожки! – стояла на своем «розовая косынка».
   – Только на газоне! – надрывалась владелица неприкаянного «Лексуса».
   – Только здесь! – перекрывало все мощное контральто Алевтины Романовны.
   Я ее понимала – приятно летним вечером выйти на балкон и полюбоваться розовыми кустами. Вдохнуть тонкий аромат, умилиться на новые бутоны… Разумеется, Алевтина хотела иметь общественные розы под своими окнами.
   Невольно я вспомнила свои розы, которые сейчас, наверное, стоят во всей красе. Две чайные, темно-красный куст, и у самого дома – белая, с огромными цветами, а еще плетистая на опоре и сиреневая, почти голубая, сорта «Голубая луна»…
   – У дорожки нельзя сажать розы, – сказала я тихо, потому что от воспоминаний перехватило горло, – видите, на упаковке написано «Парковая», значит, вырастет куст под два метра, будет мешать, его машины станут задевать, придется выкапывать, и роза погибнет. У детской площадки – та же история, да еще дети могут пострадать – розы-то колючие.
   – Еще неизвестно, кто больше пострадает, – пробурчала тетка в розовой косынке.
   – Возле самого дома – слишком жарко, – продолжала я, – а там – наоборот – тень постоянная, тоже плохо. Розы нужно сажать на солнце, но чтобы был свежий воздух, так что ни у дома, ни у забора место для них не подходит.
   – А вы-то кто такая, что вмешиваетесь в чужой разговор? – вякнула было хозяйка «Лексуса».
   – А это специалист по розам! – вдруг заявила Алевтина Романовна. – Дорогая, что же вы опаздываете, мы вас давно ждем!
   – Мы никого не вызывали! – протянула «розовая косынка».
   – Это я попросила ее приехать! – Алевтина порывисто обняла меня и незаметно ущипнула в бок.
   Я напустила на себя умный вид и прочитала местным жительницам короткую лекцию о розах, о том, как их сажать и как за ними ухаживать. Это было совсем нетрудно, поскольку я все это давно изучила на практике. Получалось, что лучше всего розы будут себя чувствовать именно на том месте, где хотела бы их видеть Алевтина Романовна. И она пришла в восторг, и слушала, буквально глядя мне в рот. Тетки, сраженные моим апломбом и эрудицией, сникли и ни во что не вмешивались.
   Под моим руководством Васильич выкопал три ямы и даже сбегал домой за картошкой – по старинному бабушкиному рецепту полагается положить под корни нарезанную сырую картофелину.
   Дебаты прекратились, инцидент был исчерпан, Алевтина глядела именинницей, причем больше оттого, что удалось победить в споре и поставить на своем.
   – Дорогая, вы не представляете, как я вам благодарна! – воскликнула она, когда тетки удалились с недовольно поджатыми губами, и поле боя осталось за нами.
   – Не за что, – я сделала вид, что смущена, – такой пустяк.
   – Да вы просто классный специалист!
   – Да, я окончила Академию цветоводства и ландшафтного дизайна, – осторожно соврала я.
   Но Алевтина и не подумала спрашивать у меня диплом. Она даже не поинтересовалась, откуда я так своевременно взялась в их дворе, что я там делала и для чего вмешалась в их с соседками дружескую, с позволения сказать, беседу.
   – А в комнатных цветах вы тоже разбираетесь? – она задала вопрос вроде бы мимолетом, но в глазах мелькал огонек сильной личной заинтересованности.
   – Конечно! – снисходительно усмехнулась я. – Комнатные цветы тоже входят в программу академии.
   Тут я почти не врала – в том смысле, что бабушка очень любила цветы, они занимали в нашей маленькой квартирке много места. Очевидно, сад – это у меня от бабушки…
   – Дорогая! – Алевтина взяла меня под руку, да так крепко, как будто цепью приковала. – Я вам так благодарна, мы должны познакомиться поближе и поговорить!
   Что ж, поговорить я согласна, это как раз то, что мне нужно от Алевтины Романовны. Но, судя по всему, я ей тоже для чего-то понадобилась, так что, развивая достигнутый успех, я покачала головой, потом достала мобильный телефон и углубилась в ежедневник, задумчиво шевеля губами. На самом деле там не было записано никаких дел – никому я не была нужна. Никто не ждал моего звонка с затаенным нетерпением, никто не назначал мне встречу, никто не проверял электронную почту по пять раз на дню с тайной надеждой – обещала сделать все через два дня, а вдруг успела уже сегодня? Никто не давал строгого наказа секретарше, что если позвонит такая-то, то есть я, то соединять немедленно, без расспросов и проволочек.
   Словом, никто не искал моего общества – ни по делу, ни для удовольствия. И ждал меня дома только осиротевший дог Бонни, и он же, судя по всему, является на данный момент единственным близким мне существом.
   Тем не менее я просветлела лицом и сказала, что, конечно, очень занята, но минут сорок смогу выкроить для общения с такой милой женщиной, как Алевтина Романовна. Она зашла домой переодеться, а затем мы направились в небольшое, но уютное кафе, где Алевтину Романовну официантка приветствовала, как родную. Я на всякий случай представилась Альбиной, и мы скрепили знакомство солидной порцией кофе со взбитыми сливками и двумя кусками пирога со свежей малиной.
   – Альбиночка, – начала Алевтина вкрадчивым голосом, – вы такая умелая, такой знающий специалист, не можете ли вы реанимировать монстеру?
   – Монстеру? – удивилась я. – А что с ней случилось? По-моему, это растение умертвить вообще невозможно, разве что соляной кислотой поливать…
   – Понимаете… одна моя знакомая, очень приличная женщина, директор фирмы по ремонту. Кстати, если вам нужно…
   – Пока нет, спасибо. Так что там с монстерой?
   – У нее самой квартира тут же, на Васильевском, – начала Алевтина обстоятельные объяснения, – потолки, конечно, высокие, однако монстера сильно выросла за последнее время. Прямо как в сказке – не по дням, а по часам. Пришлось даже лесенку такую в горшок вставить – для поддержки. И такая махина, конечно, очень мешает нормально жить. А куда ее денешь? На помойку нести жалко.
   А тут как раз рабочие закончили ремонт в одном офисе, и она, моя знакомая, решила туда монстеру пристроить. Подарить на новоселье. Там места много, под цветок целый угол отгородили. И все довольны. Только была у них корпоративная вечеринка по окончании ремонта, и начальник, понимаете, выпил, да и залез в этот горшок с монстерой – благо лесенка в кадке стоит, чтобы удобнее было.
   – Это же надо так нажраться! – в полном восхищении высказалась я, едва не выпав из образа.
   – Да уж, – согласилась Алевтина, – эти мужчины… Так возьметесь? Тогда я вам дам телефон того офиса…
   – Я бы с радостью, – начала я, осторожно подбирая слова, – но сейчас у меня важное дело. Понимаете, мне срочно нужен адвокат.
   – Вы разводитесь? – с любопытством спросила Алевтина. – По бракоразводным процессам найду вам человека…
   – Да нет, – я вздохнула, – это такая длинная история… В общем… С чего бы начать…
   – Вы нечаянно сбили машиной пьяного или старушку? – предположила Алевтина. – И этой беде я помогу, у моих знакомых есть родственник в милиции…
   – Да бог с вами! – испугалась я. – Что вы такое говорите! Упаси бог! Мое дело иного рода. Нужен адвокат по наследству, причем наследство за границей…
   Я аккуратно подводила Алевтину Романовну к нужной теме. Она оказалась дамой весьма понятливой, судя по всему, ее кредо было «ты – мне, я – тебе». Этим Алевтина Романовна жила. Так что сейчас она живо сообразила, что в обмен на реанимацию несчастной монстеры потребуется ответная услуга.
   – Дорогая моя! – снова закричала она так, что я едва не поперхнулась кофе. – Вы не представляете, как вам повезло! У меня как раз есть то, что вам нужно! Есть такой адвокат!
   – А он надежный? – Я подпустила в свой голос толику недоверия.
   – Мои близкие знакомые буквально на днях имели с ним дело! Очень солидные люди!
   Я навострила уши – речь шла явно о супругах Ланских. Однако внимательно следила за своим лицом, сохраняя маску решительного недоверия, чтобы Алевтина не заметила, что меня интересует вовсе не адвокат, а история с Ланскими.
   Глаз-то у Алевтины алмаз, но и я не подкачала, так что она заторопилась, стремясь меня заинтересовать.
   – Там такая история… – начала она, понизив голос и оглянувшись по сторонам, – прямо детективный роман! Они живут вдвоем тут недалеко, на Васильевском, родители умерли, детей нет и вообще никаких родственников. Такая приятная пара, муж прилично зарабатывает – солидные, обеспеченные люди.
   Я невольно отметила, что Алевтина, говоря о Ланских, не употребляет прошедшего времени, стало быть, не знает про их смерть. Это к лучшему, в противном случае она была бы гораздо осторожнее и не предложила мне адвоката. Но вообще-то женщина она недалекая, это уж точно. Ну сами посудите – меня она первый раз в жизни видит, познакомились на улице. Что с того, что я разбираюсь в розах? А может, я маньячка или мошенница? Она же смело рекомендует меня знакомым людям по поводу злополучной монстеры! И люди мне доверятся. Ну, допустим, я порядочный человек и не собираюсь их обворовывать, да в офисе это будет трудновато. То есть – тьфу! – я вообще не собираюсь туда идти. Алевтина меня совсем запутала.
   Она, между тем, продолжала скороговоркой:
   – Значит, живут они себе, и вдруг приходит им письмо из этой юридической коллегии – так, мол, и так, у мужа объявился какой-то дядя за границей…
   – И он умер? – вклинилась я.
   – В том-то и дело, что нет! – торжествующе сказала Алевтина. – Он пока еще жив, но тяжело болен и хочет познакомиться со своими родственниками, чтобы определить, достойны ли они того богатства, что он им оставит.
   – А что, большие деньги? – Теперь я уже не скрывала своего интереса, это могло насторожить Алевтину.
   – И не говорите! – Алевтина зажмурила глаза. – Мне Нелечка намекнула – страшно сказать, несколько миллионов евро. Вот уж повезло людям!
   Я тут же подумала, что не очень-то им повезло. Вернее – очень не повезло, и теперь не нужно им никакого наследства, они и что имели – потеряли.
   – Все было обставлено в строжайшей тайне! – блестя глазами, полушепотом сообщала Алевтина. – Дядя предупредил, что у него не только они на примете, есть еще какая-то родня там, за границей… Сами понимаете, они заторопились – как бы жирный кусок не уплыл.
   – Да откуда он взялся, дядя-то этот? – Я спохватилась, что в голосе звучит слишком много волнения, но Алевтина ничего не заметила, она и сама была на взводе.
   – Нелечка мне мало что рассказала. Знаю только, что этот дядя – родственник со стороны мужа, она вообще его никогда в жизни не видела. А муж, кажется, в детстве… в общем, я не знаю. Вроде бы дядя этот не то сидел, не то скрывался – в семье про него старались не вспоминать. И вдруг оказывается, что он не только живет за границей, но еще и успел накопить там много денег. Вот повезло людям!
   Я напряженно соображала. Дядя, несомненно, имеется в наличии, если о нем в семье знали. Но для чего ему было нужно, чтобы Ланские приехали к нему при жизни? Захотел осчастливить племянника, которого он видел в далеком детстве? Да еще эта срочность, все втайне… Хотя какая тайна, когда его жена все выболтала Алевтине! Правду говорят, что у некоторых женщин язык как помело!
   Но если Борис с женой погибли случайно, то отчего такая срочность с Иваном? Маловероятно, что ему вдруг стало плохо за столиком в кафе, с утра был совершенно нормальный мужчина. Эта зараза подсыпала ему что-то в кофе и похитила. Но зачем?
   Володька в сердцах говорил иногда, что в голове у меня вместо мозгов солома – я, мол, не могу сообразить элементарных вещей. Конечно, он преувеличивал, как все мужчины, однако я никогда не спорила, я и правда не гений мысли. Но в последнее время приходится много думать, с непривычки даже голова болит. Вот и сейчас, что-то от меня все время ускользает, я никак не могу догадаться. Ладно, сосредоточимся на мелочах. Нужно узнать, куда отвезли Ивана, хоть что-то выяснить про таинственную адвокатскую контору.
   – В общем, они улетели, – продолжала Алевтина, – я им еще для собачки нашла первоклассного кинолога. Борис очень привязан к своему бордосскому догу, даже лететь никуда не хотел. Ну, я помогла людям, отыскала специалиста, собаку ему спокойно можно доверить.
   Ага, отыскала. Небось, как со мной, на улице познакомилась. А люди ей доверились, пустили бы в квартиру подозрительную девицу. У нее явно были нечестные намерения. Тут я сообразила, что теперь все трое мертвы – и Ланские, и подозрительная девица в коже. А вот, кстати, ей-то что было нужно у них в доме?
   – Кстати, вам не нужен кинолог? – спросила Алевтина. – Она скоро освободится. Классный специалист по выучке крупных собак, они ходят у нее как шелковые!
   – Мне нужен адвокат, – сухо напомнила я.
   – Ах да, конечно! Я могу вам дать адрес конторы – это на улице Марата, дом пятьдесят шесть, за круглым рынком, да вы найдете…
   – Спасибо вам огромное! – Я поняла, что больше выдоить из Алевтины ничего не удастся.
   – Так я могу рассчитывать на вас по поводу монстеры? – всполошилась Алевтина, видя, что я собралась уходить.
   Я с чистой совестью дала ей номер мобильника Альбины, моей свекрови. Неродной свекрови, ведь она приходилась моему мужу мачехой. Ну, если мы с ее сыном разведемся, а так оно и случится в самое ближайшее время, то Альбина станет мне бывшей свекровью, и можно вообще о ней забыть. В отношении монстеры, как, впрочем, и всего остального, с Альбины где сядешь, там и слезешь, уж я-то знаю.
   А вот интересно, кто сейчас подает ей кофе в постель? Неужели та самая Ольга? Ни за что не поверю!

   Улица Марата начинается от Невского проспекта и тянется далеко, до самого ТЮЗа и недавно открытого океанариума. Чтобы не проскочить нужный дом, я решила прогуляться пешком.
   Вроде я совсем недалеко ушла от Невского проспекта, но окружающая обстановка совершенно переменилась, как будто я попала в другой город или даже в другое время.
   Начать с того, что шумное многолюдье прилегающих к Невскому кварталов сменилось настороженной тишиной и безлюдьем. Да и та немногочисленная публика, которая здесь встречалась, оставляла самое неприглядное впечатление. «Синяки» торчали возле подъездов группами по двое, по трое, переговариваясь о чем-то своем. Шли по своим делам подозрительные субъекты с воровато бегающими глазами. Бомжи рыскали в поисках пустых бутылок и пивных банок. Если навстречу и попадались отдельные прохожие приличного вида, они старались скорее прошмыгнуть в подъезд или сесть в машину, не задерживаясь на улице. Это был самый настоящий Петербург Достоевского, в котором мало что изменилось за полтора века.
   Я миновала круглый рынок на углу Марата и Разъезжей и увидела широкое мраморное крыльцо, которое вело к застекленной двери с криво висящей табличкой: «Европейская юридическая коллегия». Номер дома не совпадал, но Алевтина могла и перепутать.
   Ниже названия были указаны часы работы.
   Поднявшись по ступенькам, я подергала дверь.
   Она была заперта, хотя, если верить вывеске, сейчас был самый разгар рабочего дня.
   Из-за двери доносился хрипловатый мужской голос, который, безбожно фальшивя, напевал:

Жил на свете капитан,
Он объездил много стран,
И не раз он бороздил океан…

   Оглядев дверь, я не увидела звонка и поэтому громко постучала в стекло.

Раз пятнадцать он тонул,
Погибал среди акул… —

   неслось из офиса.
   Я постучала снова, еще громче.
   – Ну что стучишь? – отозвался тот же голос. – Я тебе щас так постучу! Видишь же, что закрыто!
   – Я ищу юридическую коллегию… – жалобно проговорила я сквозь дверь.
   – Ищи ветра в поле!
   Дверь открылась, и передо мной появился коренастый дядька лет шестидесяти, с широким обветренным лицом, окаймленным короткой шкиперской бородкой. Из-под черной матерчатой куртки, которую так и хотелось назвать бушлатом, торчал ворот тельняшки. В общем, это был настоящий морской волк.
   Окинув меня заинтересованным взглядом, он проговорил:
   – Ну, заходи, коли пришла!
   Я с опаской вошла внутрь и оказалась в пустом просторном помещении, которое когда-то наверняка было приемной офиса. Впрочем, от тех счастливых времен остались только два офисных стула с расцарапанной обивкой и небольшой столик, на котором голубой электрический чайник соседствовал с пакетом сушек.
   – Чай будешь? – осведомился морской волк, придвигая мне стул.
   – Мне бы про юридическую коллегию узнать! – протянула я, оглядываясь по сторонам. – Она что – переехала куда-то?
   Время катастрофически поджимало – пока я тут распиваю чаи, Ивана, может быть, уже пытают. Хотя он точно не знает ничего интересного, за это я ручаюсь. Да еще неясно, та ли это контора, которая в свое время имела дело с Борисом Ланским.
   – Так тебе как – с сахаром? – спросил морячок, игнорируя мой вопрос.
   – Лучше без, – ответила я, подумав, что за чаем морской волк может разговориться.
   – Правильно, – одобрил он, наливая в большую фаянсовую кружку крепчайшую заварку. – С сахаром пить – только чай портить! Надо без сахара и покрепче!
   Я пригубила чай и осторожно отставила кружку: такой крепкий, напиток мой организм попросту не выдержит.
   Морячок, не заметив моего маневра, отпил огромный глоток из своей кружки и с хрустом раскусил сушку крепкими, желтоватыми от никотина зубами.
   – Так что насчет юридической коллегии? – напомнила я.
   – Закрылась! Видишь же – никого нет!
   – Ну, вы-то есть…
   – Я не в счет, я сторож! Я человек привычный. А кроме меня, здесь никто не уживается! – Он развел руками и, доверительно понизив голос, добавил: – Я тебе так скажу: это место нехорошее! Здесь ведь сперва похоронная контора была, «Вечный покой», так после нее разве можно открывать что-то другое? Это же заранее ясно: не будет толку! Одно слово – гроб! Все, кто после здесь был, позакрывались! Как похоронщики съехали, хозяин сдал помещение под парикмахерскую. Ну, та всего месяц проработала, закрылась со скандалом…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация