А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Преподобный Сергий Радонежский: Жизнеописание, молитвы, святыни" (страница 1)

   Елена Владимирова
   Преподобный Сергий Радонежский. Жизнеописание, молитвы, святыни

   К великому заступнику преподобному Сергию Радонежскому прибегают в любой беде и в любом затруднении. Православные верят, что он имеет особую благодать помогать в молитвах о даровании смирения и укрощения гордыни, самомнения и кичливости. Ему молятся о развитии ума у детей, помощи в учении, о сохранении жизни воинов на поле брани.

...
ДНИ ПАМЯТИ:
   25 сентября (8 октября) – преставление;
   5 (18) июля – ОБРЕТЕНИЕ МОЩЕЙ;
   6 (19) июля – СОБОР РАДОНЕЖСКИХ СВЯТЫХ.
   24 августа (6 сентября) ПРАЗДНУЕТСЯ ЯВЛЕНИЕ БОГОРОДИЦЫ ПРЕПОДОБНОМУ СЕРГИЮ

   ЖИЗНЕОПИСАНИЕ ПРЕПОДОБНОГО СЕРГИЯ РАДОНЕЖСКОГО

   Во главе многочисленного сонма русских святых стоят три великих подвижника: преподобные Антоний и Феодосий Печерские и преподобный Сергий Радонежский. Святые Антоний и Феодосий возсияли при начале христианской эпохи в киевских пределах нашего отечества. Святой Сергий через три века после Антония и Феодосия озарил московские пределы.
   Настоящий очерк жизни Преподобного Сергия составлен на основании его древнего жития, принадлежащего его ученику и монаху Троице-Сергиевой Лавры преподобному Епифанию.
   Преподобный Сергий, в миру носивший имя Варфоломей, родился 3 мая 1314 г. в селе Варницы, недалеко от Ростова, в семье служилого человека Ростовских удельных князей по имени Кирилл, который был весьма уважаем и даже входил в совет князя. У будущего основателя Троице-Сергиевой Лавры были старший брат Стефан и младший – Петр.
   Еще до рождения Варфоломея было чудесным образом определено, что он станет великим угодником Божиим. Мать его, будучи беременна им, пришла однажды на воскресную литургию в церковь. И вдруг, к изумлению всех присутствовавших, находившийся в ее чреве младенец три раза прокричал громким голосом: перед чтением Евангелия, перед пением херувимской песни и при возглашении священником: «Святая Святым».
   Младенчество и детство Варфоломея были также ознаменованы чудесными проявлениями на нем благодати Божией. В продолжение сорока дней от рождения до крещения младенец заставил свою мать соблюдать пост, т. к. не прикасался к ее груди, если она в скоромные дни принимала мясную пищу. Спустя немного времени после крещения, будущий угодник Божий сам явился великим постником: по средам и пятницам он отказывался от молока матери и в эти дни оставался без пищи. При этом младенец не хотел питаться и молоком других женщин, кроме самой матери, поэтому напрасно мать искала для него кормилиц более богатых молоком, чем она сама.
   В семь лет Варфоломей был отдан родителями в ученье грамоте. Вместе с Варфоломеем учились грамоте и его братья Стефан и Петр. Но в отличие от братьев, которые учились грамоте хорошо и успевали в учении быстро, Варфоломей оказался малоспособным к учению, его часто наказывали учителя, ругали родители, а товарищи смеялись над ним. Варфоломей часто со слезами молился Богу втайне, чтобы Он дал ему «разумение грамоты», и молитва его была услышана.


   М. Нестеров. Отрок Варфоломей

   Однажды отец послал Варфоломея в поле искать лошадей. В поле Варфоломей увидел незнакомого старца, который стоял под дубом и вдохновенно молился. Он приблизился к старцу и стал ждать окончания его молитвы. Закончив молитву, старец благословил отрока и спросил его, чего он ищет и чего хочет. Варфоломей отвечал, что более всего и пламенно он желал бы получить разум к ученью грамоты, и просил старца помолиться о нем Богу. Старец, воздев руки, сотворил молитву и по окончании ее вынул из кармана некий сосуд и подал мальчику из него тремя перстами как бы частицу от просфоры, повелев вкусить ее и обещая, что вместе с этим дается ему от Бога разум к учению. После этот старец уже намеревался отправиться в свой путь, но Варфоломей очень просил его посетить дом своих родителей, и тот согласился. В доме Кирилла, прежде чем сесть за предложенную отцом трапезу, старец, взяв с собой Варфоломея, пошел в бывшую у него домовую часовню, чтобы отпеть часы. Во время пения часов он заставил Варфоломея говорить псалом, и когда тот сказал: «Я не умею, отче», отвечал ему: «От сего дня Господь дарует тебе уменье грамоты». Пообедав с родителями Варфоломея и уверив их, что Господь даровал им ребенка, который ради добродетельного жития будет великим перед Богом и перед людьми человеком, старец вышел от них. Родители Варфоломея пошли провожать его, но он внезапно стал невидим, из чего они и поняли, что то был Ангел Божий.


   Крещение Варфоломея, нареченного впоследствии Сергием

   Жития святых представляют нам немалочисленные примеры того, как сердца избранных Богом людей воспламеняются благодатной ревностью о спасении с самой ранней юности, с тем, чтобы не потухая гореть до глубокой старости. Варфоломей, будущий Преподобный Сергий, принадлежал к числу этих избранников Божиих. Менее чем с двенадцатилетнего возраста он начал стараться жить жизнью подвижника, которую не оставлял до самой смерти: начал держать строгий пост, так что по средам и пятницам совеем не вкушал пищи (как делали тогда особенно благочестивые взрослые), а в прочие дни питался хлебом и водой; начал усердно посещать храм Божий для молитвы и дома проводить на молитве целые ночи; усердно читать святые книги.
   Когда Варфоломею было около пятнадцати лет, родители его вынуждены были переселиться из Ростова.
   Зимой 1327–1328 г. получил в Орде великое княжение Русское удельный Московский князь Иван Данилович Калита и успел до такой степени снискать расположение хана, что тот, спустя год по даровании ему великокняжеского престола, отдал ему в подчинение и соседнее с Москвой княжество Ростовское. Известный суровым нравом Калита стал жестоко угнетать жителей Ростова, и многие решились бежать из города, чтобы искать себе пристанище в других местах. Среди них был и отец Варфоломея Кирилл. Кроме тяжелого насилия Московского его заставило покинуть Ростов еще и то, что из человека богатого и знатного он стал жалким бедняком, которому неудобно было оставаться там, где он жил в богатстве. Местом для своего нового жительства отец Варфоломея избрал соответствовавший его скромному положению небольшой городок Радонеж, находившийся в Московской области. Городок отдан был великим князем в удел его младшему сыну Андрею, а для привлечения в него новых жителей переселенцам были обещаны многие льготы и большое послабление в податях и повинностях.


   М. Нестеров. Видение отроку Варфоломею

   В этом городе прошло отрочество Варфоломея, и, достигнув двадцатилетнего возраста, Варфоломей, уже давно решивший посвятить себя Богу в иночестве и уже давно по жизни своей бывший строжайшим иноком, начал просить родителей о дозволении постричься в монахи. Родители ничего не имели против его намерения, но попросили сына не оставлять их в старости и подождать с пострижением до их кончины.
   После смерти родителей Варфоломей принял решение не идти для монашествования в какой-либо монастырь, а удалиться в пустыню и пошел к своему брату Стефану в Хотьков монастырь, чтобы пригласить его быть своим товарищем в пустынножитии. Братья вышли из Хотькова монастыря, чтобы в окружавшем его лесу искать себе место для пустынного жития и решились, наконец, остановиться там, где стоит теперь Лавра, и именно на месте Троицкого собора.
   Братья сначала соорудили себе шалаш, помолились Богу и начали вырубать деревья, чтобы поставить себе келию и маленькую церковку, которую освятили во имя Святой Троицы. После освящения церкви братья начали пустынножительствовать. Но вскоре Стефан, не в силах вынести все тяготы пустынного жития, ушел в Москву, в Богоявленский монастырь.
   Оставшись один, Варфоломей прежде всего позаботился о том, чтобы стать настоящим монахом, т. е. чтобы получить монашеское пострижение. В одном из приходов, окружавших его пустынь, он нашел игумена-старца Митрофана и привел его к себе, чтобы старец постриг его в монахи. Митрофан постриг его, и в честь святого того дня, в который совершено было пострижение, дал ему имя мученика Сергия. Преподобный Сергий принял монашество в возрасте двадцати трех лет; следовательно, если он родился в 1314 г., это было в 1337 г.
   В пустыни, в совершенном уединении, Преподобный Сергий прожил от двух до четырех лет. Поселившись среди зверей, Преподобный Сергий научился жить с ними в мире. Мимо келии его бегали стаи волков, но ему вреда не причиняли; проходили иногда и медведи и также не беспокоили его. А один из медеведей стал часто посещать преподобного: видя, что зверь приходит не с злым умыслом, а в надежде получить угощение, Сергий начал делиться с ним своей скудной трапезой, оставлял ему на пне хлеб, причем пополам делился с ним и в том случае, когда самому едва хватало. Ежедневные посещения медведя продолжались более года.
   Время пустынно-уединенной жизни Преподобного Сергия проходило в молитве внешней церковной, состоявшей в отправлении всего круга служб дневных, за исключением литургии, – в молитве внутренней или умной домашней, в непрестанном богомыслии, в чтении Слова Божия и труде. Нет сомнения, что очень невелика была библиотека книг Преподобного Сергия. Что касается телесного труда, то он должен был вырубать лес около своей церкви и келии, чтобы образовать около них полянку для огорода.


   М. Нестеров. Юность Преподобного Сергия

   Пищу Преподобного Сергия во время его уединенного пустынножития составляли хлеб и вода. Воду он брал из источника или ключа, недалеко от которого стояла его келия; откуда брал он хлеб, доподлинно не известно, но вероятно, его приносил или присылал младший брат преподобного Петр, который оставался жить в Радонеже.
   Постепенно к Сергию присоединились другие монахи, и всем приходящим он помогал строить келии и обустраиваться на новом месте. Пока он жил в пустыни один, он нуждался только в хлебе, который, как мы сказали, вероятно, доставлял ему младший брат. Но когда в его пустыни образовался монастырь, нужно стало церковное вино для служения обеден, восковые свечи для служения всяких церковных служб. Иногда не доставало и того, и другого, так что служение обеден приходилось откладывать, а петь заутрени приходилось вместо свеч с лучиной. По свидетельству преподобного Иосифа Волоколамского, в монастыре Сергиевом в первое его время писали книги, нужно подразумевать – богослужебные, не на пергамене или бумаге, а на бересте.
   При всей возможной ограниченности потребностей доводилось иногда испытывать нужду и самому преподобному. Один раз, когда он уже был игуменом монастыря, у всей братии случился крайний недостаток пищи, а у него самого совсем не стало ни хлеба, ни соли. Три дня он переносил голод, но на четвертый день, будучи не в состоянии больше терпеть его, взял топор и пошел к одному старцу, по имени Даниил, у которого был лишений хлеб и который вместе с тем нуждался в плотнике. «Я слышал, старче, – сказал Сергий Даниилу, – что ты желаешь пристроить сени к своей келии; чтобы не быть праздным, я пришел к тебе поставить сени». – «Действительно, я желаю пристроить сени в келии, – отвечал Даниил, – давно приготовлен у меня для этого и лес, и только жду из села плотника; а что касается до тебя, – прибавил он Сергию, – то боюсь, что ты слишком дорого возьмешь с меня за работу». Сергий отвечал, что он много не возьмет, а лишь те гнилые хлебы, которые есть у него, и прибавил, что он сделает ему сени лучше всякого плотника. Даниил вынес Сергию решето гнилых хлебов (т. е. наломанных кусков хлеба) и сказал: «Вот, если это хочешь получить за работу, то с удовольствием дам, а больше не могу ничего дать». Сергий отвечал, что этого более чем достаточно, и, сказав Даниилу, чтобы возьмет хлебы только когда сделает дело, принялся за работу. Целый день он работал, и к вечеру были готовы сени. Тогда взял он от Даниила заработанные хлебы и утолил ими голод.
   Вступив в управление своей родной обителью, преподобный, поучая братию, избегал многословия; его речь обнаруживала глубокое знание Священного Писания, дух и смысл которого он постигал не только умом, но и сердцем. Оттого все его поучения, при своей простоте и кратости, были проникнуты особенной силой и властно действовали на сердца слушателей. В одной из рукописей ХVII в., принадлежавшей Новгородской Софийской библиотеке, есть такое поучение Преподобного Сергия: «Внимайте себе, братие, всех молю, прежде имейте страх Божий и чистоту душевную и любовь нелицемерную, к сим и страннолюбие, и смирение с покорением, пост и молитву. Пища и питие в меру, чести и славы не любите, паче же всего бойтеся и поминайте час смертный и второе пришествие». Он учил не столько словом, сколько своим примером. К великому утешению братии, каждый день совершал он Божественную литургию. Никакая усталость, никакие дела и заботы не могли помешать ему первым являться в церковь ко всякому Богослужению, и выходил он из церкви всегда последним. В продолжение всей службы Божией он стоял как свеча и отнюдь не позволял себе прислоняться к стене, «что знаменовало, по выражению святителя Московского Филарета, мысль, в Богомыслии водруженную, и дух, непобеждаемый леностию тела». Сидения в церкви не допускал никогда.


   А. Васнецов. Скит

   Одним из правил порядка, установленного Преподобным Сергием в своей обители, требовалось, чтобы после повечерия братия не ходили из келии в келию и не беседовали друг с другом, кроме крайней нужды, когда, например, нужно было побывать зачем-нибудь у самого игумена; каждый в своей келии должен был заниматься молитвой и рукоделием. Преподобный сам строго наблюдал за исполнением этого правила. Иногда, поздно вечером, особенно в долгие осенние и зимние ночи, заботливый игумен, совершив свою келейную молитву, тихо обходил все келии и через маленькие окошки замечал, кто чем занимается. Если инок стоял на молитве, или занят был своим рукоделием, писал, читал святую книгу, или же погружен был в размышление о грехах своих, – святой игумен радовался, благодарил за него Бога и молился, чтобы Господь подкрепил труженика в подвиге спасения. А если слышал он беседу непозволенную, то ударял в дверь или в окно и удалялся. Наутро же призывал к себе провинившихся, кротко вступал с ними в разговор об обязанностях монашеских и, не обличая прямо, говоря будто о других, склонял их к смиренному признанию в прегрешении.


   Миниатюра из Серпуховского Высоцкого монастыря

   Не только желающих монашествовать привлекал Сергиев монастырь, но и миряне приходили к нему, благодаря молве о чудесных знамениях, в которых проявляла себя благодать Божия. Эти благодатные знамения открылись молитвенным изведением источника в пустынном овраге у стен обители, но преподобный Епифаний, жизнеописатель Сергия, повествует и о других, более разительных чудесах угодника Божия.
   В первое время существования монастыря случалось по несколько дней терпеть голод всей братии. Братия питалась, главным образом, подаяниями; но Преподобный Сергий не благословлял ходить для сбора милостыни по селам и деревням, а наказывал принимать лишь ту милостыню, которая будет принесена в монастырь. Иногда оскудевало приношение милостыни и братия терпела голод по два дня и более. Тогда поднимался между братией ропот на игумена, Сергий вразумлял и увещевал малодушных уповать на милость Божию. Это твердое упование преподобного на милость Божию и не посрамляло его. Раз братия оставались без пищи в продолжение двух дней. Нашелся в братстве один, который возмутил всех против Сергия указанием на то, что последний не дозволяет им выходить в мир для собирания милостыни. Братия пришли к преподобному и говорили ему, что, будучи не в состоянии долее терпеть голод, завтра намереваются окончательно уйти из монастыря. Преподобный обратился к роптавшей братии и еще не кончил говорить, как стоявший на воротах монах прибежал и известил собрание, что неизвестными прислано множество телег с хлебом.


   Покровский Хотьков монастырь

   Преподобный Сергий имел своим намерением подвизаться в совершенно удаленной лесной чаще. Но в окрестности его монастыря начали селиться миряне; он не мог этому воспрепятствовать; и таким образом монастырь его оказался окруженным человеческим жильем на более или менее близком расстоянии. Спустя лет десять от его основания, начали селиться со всех сторон его крестьяне-земледельцы. Заселение местности шло так быстро, что в весьма непродолжительное время она изменилась до неузнаваемости: где недавно был один сплошной дремучий лес, виднелись села и деревни, окруженные обширными полями и отделяемые лишь перелесками. И дорога из Москвы в северные города, шедшая ранее вдали от монастыря, была приближена к самому монастырю. Однако первоначальная пустынность монастыря послужила образцом для последующих ревнителей подвижничества к устроению пустынных общежитий.


   Преподобный Сергий Радонежский

   С заселением окрестностей монастыря Преподобного Сергия настало в монастыре, по свидетельству жизнеописателя, вместо первоначальной скудости великое изобилие, ибо соседние жители с величайшим усердием начали снабжать братию всем необходимым: «И начаша, – говорит о них Епифаний, – посещати и учащати в монастырь, припосяще многообразная и многоразличная потребования, имже несть числа».
   Старший брат Преподобного Сергия – Стефан, оставивший его в пустыни, удалился в Москву и поселился в Богоявленском монастыре. Среди монахов монастыря он застал Алексия, будущего митрополита, с которым подвизался некоторое время. Строгой жизнью он приобрел расположение великого князя Симеона Ивановича, который приказал постричь его в иеромонахи, сделать игуменом монастыря и со всеми своими старейшими боярами избрал Стефана в свои духовные отцы. Что заставило Стефана отказаться от жизни в Москве, игуменства монастыря и духовничества великому князю, неизвестно, но скорее всего, желание более строгой монашеской жизни. Стефан привел с собой младшего сына Иоанна, в ту пору двенадцатилетнего мальчика, с тем, чтобы и он стал монахом Троице-Сергиева монастыря. Постриженный Сергием с именем Феодор, он прославился как основатель Московского Симонова монастыря и скончался в сане епископа Ростовского с титулом архиепископа.
   Преподобный Сергий ввел пустынножитие в двояком смысле – одиночного подвизания в пустыни и строения в отдалении от людских жилищ целых монастырей, которые отныне ставились если не в пустыни, то, по крайней мере, в отдалении от жилищ. Преподобный Сергий имеет еще и иную весьма важную заслугу относительно нашего монашества, благодаря которой он справедливо называется отцом нашего северного, или московского, монашества времен монгольских и послемонгольских, а преподобные Антоний и Феодосий Печерские называются отцами нашего южного, или киевского, монашества времен домонгольских. Он ввел в монастырях общинножитие, или общежитие.
   Истинное монашество должно быть самым строгим общинножитием, так чтобы у монахов не было совершенно ничего собственного, а все было общим, келии их не имели никаких запоров.
   С введением в монастыре общежития была со всей строгостью устроена там и монашеская жизнь. В Симоновском монастыре племянника Преподобного Сергия Феодора заведены были порядки, взятые из Троице-Сергиевого монастыря. О Симоновском монастыре преподобный Иосиф Волоколамский говорит: «Обычай бяше того монастыря (в первое время) таков: в келиях не ядяху, ниже пияху, ниже вне монастыря исхождаху без благословения настоятелева, ниже отрочата в монастыри живяху, ниже на дворцех (монастырских службах и заведениях, находившихся за стенами монастыря), но вся бываху у них по свидетельству божественных писаний и общежительных преданий». Царь Иван Васильевич Грозный в своем обличительном послании в Кирилло-Белозерский монастырь, отзываясь с общей великой похвалой о бывшем у Троицы крепком житии, в частности говорит, что довольно долгое время после смерти Преподобного Сергия соблюдаем был его учениками оставленный им завет не выходить за ворота монастыря.
   Одушевляясь древним примером преподобного Феодосия Печерского, Преподобный Сергий Радонежский ввел в своем монастыре общежитие. Желавших монашествовать в его монастыре Сергий не тотчас постригал в монахи.
   Братия Сергиева монастыря занималась в своих келиях молитвой, рукоделием и чтением святых книг, т. е. отеческих творений. Так это должно быть и по древним законоположениям о занятиях монахов. Но чтение книг возможно возможно только с тем условием, чтобы они были в монастыре. Следовательно, если Преподобный Сергий одобрял чтение книг его монахами, то значит он заботился о приобретении и об изготовлении книг или о составлении монастырской библиотеки. Князь Серпуховский Владимир Андреевич, сын Андрея Ивановича, двоюродный брат великого князя Дмитрия Ивановича Донского и его знаменитый сподвижник в Куликовской битве, пожелал взять у Преподобного Сергия для основания монастыря в своем Серпухове ученика его Афанасия. Преподобный не нашел возможным отказать в просьбе своему князю, но отпустил от себя Афанасия с великим сожалением, и это потому, что он был книжный доброписец. «Бе Афанасие, – говорит жизнеописатель, – в добродетелех муж чуден и в божественных писаниих зело разумен и добросписания много(а) руки его и доныне свидетельствуют, и сего ради (бе) любим зело старцу» (т. е. Преподобному Сергию).
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация