А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Капризный ангел" (страница 1)

   Барбара Картленд
   Капризный ангел

   От автора

   На карте Европы нет такого государства, как Оберния. Это целиком вымышленная страна. А вот дворец баварского короля Людвига под названием Линдерхоф произвел на меня, когда я посетила его в прошлом году, точно такое же потрясающее впечатление, как и на мою героиню Тильду. Он действительно прекрасен и похож на сказку. Единственное, в чем я погрешила против истины в своем романе, – так это перенесла Линдерхоф поближе к Мюнхену. На самом деле любимое детище баварского короля находится значительно дальше от города.

   Глава 1

   1879
   Пыхтя и изрыгая клубы дыма, поезд медленно подошел к платформе железнодорожного вокзала в Виндзоре. На перроне, обычно пустынном, когда туда прибывает королевский состав, на сей раз было полно людей. В толпе выделялись несколько солидных джентльменов. Судя по их парадным, шитым золотом мундирам, это были придворные, прибывшие для встречи принцессы Присциллы и ее дочери.
   На площади перед вокзалом гостей уже поджидала королевская карета. Дамам помогли сесть, и карета покатила к замку.
   – Прошу тебя, Тильда! Пожалуйста, будь предельно собранна! – обратилась принцесса, в замужестве герцогиня Фортгемптон, к дочери. – Помни, ни в коем случае нельзя заговаривать с Ее Величеством первой. Только после того, как она сама к тебе обратится.
   – Да, мамочка.
   – Еще раз напоминаю тебе последовательность действий во время церемонии. Ты берешь руку Ее Величества, приседаешь в глубоком реверансе, потом целуешь руку. И только после этого можно приложиться к щеке. Поняла?
   – Да, мамочка.
   – Умоляю, ничего не перепутай! И внимательно слушай все, что будет говорить Ее Величество.
   – Да, мамочка.
   – И еще одна вещь. Обещай мне, Тильда! Никаких вопросов Ее Величеству. Повторяю, никаких! У тебя просто страсть приставать ко всем со своими глупыми вопросами.
   – Но, мама! Как же можно что-то узнать, если не спрашивать?
   – Вот-вот! Подобные рассуждения вполне в твоем духе! Ах, боже мой! Какая жалость, что твой отец не смог с нами поехать. В его присутствии ты всегда ведешь себя гораздо, гораздо благоразумнее.
   Тильда промолчала, оставив последнюю реплику матери без ответа.
   Юная Виктория Матильда Тезертон-Смит, единственная дочь герцога и герцогини Фортгемптон, уже тысячу раз слышала все эти наставления из уст матери. Во всяком случае, с тех пор как они получили приглашение посетить Виндзорский замок, подобного рода разговоры шли постоянно.
   Собственный, пусть и небольшой, житейский опыт подсказывал девушке, что наилучший выход в сложившихся обстоятельствах – это безропотно соглашаться со всем, что тебе говорят. А уж что она при этом на самом деле думает – никого не касается.
   Конечно, посмотреть собственными глазами на старинный королевский замок – очень заманчиво! Тильда прильнула к окну кареты в надежде увидеть знаменитый дворец. Но карета ехала по обычной городской улице, застроенной по обе стороны обычными жилыми домами, и никакого замка нигде видно не было. Уж его-то она бы сразу узнала! Величественный старинный замок, история которого невольно волновала воображение и будила фантазии.
   В свое время учитель истории рассказывал ей, что Виндзорский замок начали возводить еще при Вильгельме Завоевателе.
   Чужеземного правителя привлек вид: крутой утес, взметнувшийся вверх на самом берегу реки. С такой высоты легко взирать на покоренный народ, подавляя его своим величием и заставляя трепетать перед силой норманнских завоевателей.
   – Должно быть, люди ненавидели его всей душой, – задумчиво обронила Тильда, словно разговаривая сама с собой.
   – Тильда! Да ты меня совсем не слушаешь! – тут же возмутилась мать. – О чем я только что говорила?
   – Прости, мамочка! Я действительно задумалась о своем.
   – Вот так всегда! Ты всегда думаешь только о своем! – немедленно принялась читать нотацию принцесса Присцилла. – Изволь выслушать меня еще раз.
   – Да, мамочка.
   – Предупреждаю, отныне и впредь тебя зовут Виктория, и только Виктория! Позволю напомнить тебе, что именно это имя, в честь Ее Величества королевы Виктории, ты получила при крещении. Что вполне естественно, ведь Ее Величество была твоей крестной матерью.
   – Терпеть не могу это имя! Фи! Виктория!
   – Твоему отцу тоже не нравилось имя Виктория. Потому дома мы стали звать тебя твоим вторым именем: Матильда. А уже потом сократили до Тильды.
   – И мне очень нравится, когда меня называют Тильдой!
   – Все твои «нравится» и «не нравится» отныне не имеют никакого значения! Тебе ясно, Тиль… то есть я хотела сказать, Виктория?
   – Ну вот, мамочка! – улыбнулась Тильда. – Ты и сама запуталась в моих именах. Боюсь, ты так и не научишься называть меня Викторией. Право же, давай оставим все эти сложности для жителей Обернии.
   – Да, для твоих будущих подданных ты, конечно же, с самого начала будешь только Викторией! И помни, сама королева Виктория занималась устройством твоего бракосочетания.
   – Да, мамочка!
   – Такая честь! Ты должна гордиться оказанной тебе честью!
   Тильда снова промолчала.
   – Немногие девушки в твоем возрасте могут похвастаться, – продолжила принцесса, несколько раздосадованная тем, что дочь никак не отреагировала на ее последнюю реплику, – что они выходят замуж за правящего монарха в стране, играющей столь важную роль в Европе.
   – Но она так далеко от нашего дома, эта страна, – грустно пробормотала Тильда.
   Пожалуй, она бы могла добавить и еще кое-что, но в этот момент карета выехала за город, и Тильда наконец увидела замок. Он был именно таким, каким она его себе и представляла: величественным и прекрасным. И сразу же воображение стало рисовать ей красочные картины рыцарских турниров, которые устраивались когда-то прямо у стен королевского замка. Она прямо-таки увидела перед собой благородных рыцарей в богатых одеждах, с яркими, специально разукрашенными для участия в турнире щитами, и в центре каждого непременно красовался фамильный герб. Богатая конская упряжь, расшитые золотом седла, посверкивающие на солнце копья и мечи, рукоятки которых покрыты чистым золотом. «Как бы мне хотелось увидеть все это собственными глазами, – подумала Тильда. – Должно быть, это было захватывающее зрелище! Среди зрителей множество прекрасных дам: ведь у каждого рыцаря была своя дама сердца. Этой даме он поклонялся, ее красоту воспевал в поэтических балладах, в ее честь он давал клятву победить на турнире, продемонстрировав не только личное мужество, но и галантность истинного кавалера».
   Лошади медленно поднимались в гору. Сколько раз этой же дорогой въезжала в замок сама королева Елизавета. Какая незаурядная женщина, восхищенно подумала Тильда, перескочив сразу через несколько столетий. При всей своей внешней хрупкости она была сильна не только духом, но и поистине железной волей. Что не мешало Елизавете оставаться настоящей королевой, великой королевой, про которую подданные говорили, что она – само воплощение благородства и великодушия! И эта ее смешная страсть к пиву! Совершенно не вяжется с обликом сурового монарха.
   Впрочем, королева славилась не только пристрастием к пиву. Ведь она была еще и отличной охотницей. Любила охотиться на оленей в здешних лесах и сама, собственной рукой, могла убить здоровенного четырехлетку.
   Надо же! Все так восхищались королевой Елизаветой, преклонялись перед ее величием, а она так и не вышла замуж! Наверное, ей просто были не по душе те кандидаты в мужья, что претендовали на ее руку и сердце. Иного объяснения быть не может, подумала Тильда, и в этот момент карета остановилась.
   – И последнее, Тильда! – взволнованно проговорила принцесса. – Ее Величество не видела тебя столько лет. Постарайся произвести на нее хорошее впечатление. И, пожалуйста, не забудь все то, о чем я тебе говорила.
   – Постараюсь, мамочка.
   Они вошли под высокие своды вестибюля, выдержанного в готическом стиле, и медленно двинулись по длинным коридорам, теряющимся в полумраке. Но Тильда все же успела разглядеть богатую резьбу, украшавшую карнизы и рамы бесчисленных картин. Наверняка над всем этим великолепием трудился сам Гринлинг Гиббонс. Едва ли Тильда смогла бы толком объяснить, почему искусство знаменитого резчика всегда так волновало ее. Листья деревьев, плоды, рыбы, дичь – все на первый взгляд хаотично и разбросано в живописном беспорядке, но одновременно подчинено строгой симметрии некоего высшего замысла. Стоило Тильде лишь взглянуть на эти великолепные композиции, и она буквально чувствовала, как в душе волнами поднимается какое-то странное томление, словно в предвкушении чуда.
   Впрочем, созерцание прекрасного всегда приводило Тильду именно в такое состояние: она замирала в немом восторге и забывала о времени.
   Их процессия, возглавляемая мажордомом, который шествовал впереди с торжественно важным и непроницаемым выражением лица, проследовала далее. От Тильды не ускользнуло, что мать заметно нерв-ничает. Это было видно хотя бы по тому, как глубоко принцесса втянула губы и плотно сжала их – привычка, которая безошибочно указывала на то, что она волнуется. А еще мама беспрестанно теребила руками то шарф, то ридикюль, то воланы на платье.
   «Мамочка, возьми себя в руки! – хотелось сказать Тильде. – Неужели ты думаешь, что королева тебя съест?»
   Но она знала, что подобное замечание только усилит нервозность матери, а куда уж больше?
   Однако странно, подумала она, что королева Виктория принимает их в Виндзорском замке. Долгие годы после смерти любимого мужа, принца-консорта Альберта, она категорически отказывалась покидать свою резиденцию в Озборне, предпочитая коротать там время в полном одиночестве. Но политические события последнего времени, в том числе и усилившаяся напряженность в отношениях с Россией, вынудили вдовствующую королеву нарушить уединение. Более того, все придворные и государственные мужи в один голос твердили, что в королеву Викторию словно заново вдохнули жизнь. Она снова стала деятельной и очень активной. Все эти люди никак не могли понять, что именно накал и острота политической борьбы, требовавшей постоянного участия королевы в оценке событий, в их предвидении и обобщении происходящего, и стали чем-то вроде тонизирующего средства, которое вернуло королеву к жизни.
   Да, ей было немного жаль расставаться с уже ставшей привычной ролью одинокой и безутешной вдовы, «бедняжки», как называли ее за глаза придворные, но с прежним бездействием было покончено. Королева Виктория перебралась из Озборна в Виндзорский замок и с головой ушла в дела.
   Теперь уже не министры принуждали королеву вникать во все хитросплетения государственной и политической жизни, а она сама понукала их двигаться вперед и вперед, загружая все новыми и новыми поручениями, никому не давая расслабиться ни на минуту. Перемены, произошедшие с королевой, наверное, можно было частично объяснить и крепнущим сотрудничеством с нынешним премьер-министром Бенджамином Дизраэли, человеком, которого она любила и которому всецело доверяла. Много позже сам Дизраэли скажет об этом так: «Она вдохновляла своего премьер-министра, а он платил ей за это абсолютной преданностью».
   Как бы то ни было, а перемены в дворцовой жизни были на руку и королевским министрам, и чиновникам, да и всем придворным и родственникам королевы, особенно сейчас, когда она поселилась так близко от Лондона, в Виндзоре.
   Принцесса Присцилла так и сказала дочери, когда они садились на поезд, чтобы ехать в Виндзор.
   – Какое счастье, что нам не придется проделывать это утомительное путешествие в Озборн. Так далеко и так неудобно туда добираться. Даже не знаю, как бы я рискнула оставить твоего отца одного на столь продолжительное время.
   Герцог Фортгемптон, знатность которого была столь неоспорима, что ему даже милостиво позволили вопреки сложившимся традициям и строгим правилам придворного этикета жениться на представительнице королевской фамилии, внучатой племяннице самой королевы Виктории, так вот, герцог всегда отличался слабым здоровьем. Наверное, исключение из правил для него было сделано еще и потому, что жених был одним из богатейших людей страны.
   Как бы то ни было, брак, устроенный по расчету, оказался на редкость счастливым. Одна беда, герцог был значительно старше своей молодой супруги, и то ли поэтому, то ли были и другие причины, но в семье подрастал лишь единственный ребенок, дочь Виктория Матильда. А следовательно, титул и все огромное состояние герцога со временем должны были неизбежно перейти по наследству к кому-нибудь из его ближайших родственников по мужской линии.
   То, что королева вдруг вспомнила о крестнице, стало для герцога и его жены настоящим сюрпризом. Впрочем, судя по всему, за матримониальными планами, созревшими в голове королевы в отношении ее крестницы и молодого князя Обернии, скрывались и вполне определенные политические прожекты, касавшиеся уже будущего самого княжества и его статуса на карте Европы.
   – Как это похоже на нашу великую королеву! – воскликнула герцогиня, когда они с мужем обсуждали письмо, полученное несколько позднее от венценосной родственницы. В нем королева уже без обиняков проинформировала супругов, что занимается устройством брака Виктории Матильды и князя Максимилиана, который сравнительно недавно взошел на престол и стал царствующим монархом Обернии.
   – Что ты хочешь сказать? – недовольно поморщился герцог.
   – То и хочу! Я ведь была уверена, что королева Виктория начисто забыла о существовании нашей Тильды. Когда мы в последний раз навещали ее в Озборне, она даже ни разу не заговорила с девочкой. И вдруг как гром среди ясного неба. Тильда выходит замуж.
   – Что ж, в любом случае для нас предложение Ее Величества большая честь.
   – Дай бог, чтобы наша дочь была того же мнения, – вздохнула герцогиня.
   Тильду новость о предстоящем замужестве несказанно удивила, но она не стала возражать, как того опасалась мать, зная норовистый характер дочери. Впрочем, Матильда всегда была непредсказуема.
   Герцогиня никак не могла понять одной простой вещи: восемнадцатилетней девушке уже до смерти наскучила размеренная жизнь в поместье Фортгемптон, которую они вели. Такое существование очень смахивало на самое настоящее тюремное заключение. Разумеется, юной Тильде не давали скучать: целая вереница гувернанток и преподавателей, разнообразные рукоделия и прочие занятия. И все ей нравилось, и все она делала с интересом. А еще обожала верховую езду. Вот только охотиться ей было категорически запрещено. А кататься верхом – сколько угодно! Отец даже выделил ей двух лошадок, которые своей резвостью разительно отличались от полусонных кляч, на которых обычно катались верхом молоденькие девушки.
   Поскольку прогрессирующий артрит практически превратил герцога в инвалида, приковав его к креслу, и речи быть не могло о том, чтобы начать вывозить Тильду в свет, тем более устроить бал по случаю ее великосветского дебюта в Лондоне.
   Правда, один раз ее все-таки свозили в столицу, но исключительно для участия в официальной церемонии представления королеве в тронном зале Букингемского дворца. Королева почтила своим присутствием только начало вечера. А потом удалилась в свои покои, оставив вместо себя на правах хозяина старшего сына и наследника принца Уэльского и его красавицу жену, датскую принцессу Александру.
   Тильда была представлена Ее Величеству в самой первой группе дебютанток, куда входили исключительно представительницы королевской фамилии. Все остальное на этом приеме показалось Тильде ужасно скучным и донельзя заформализованным придворным этикетом. Впрочем, чего еще ожидать от официального приема во дворце?
   Тогда же Тильда впервые заметила, что в присутствии членов королевской семьи все остальные делаются не похожи на самих себя. У некоторых даже голос меняется. А поскольку ее мать тоже была особой королевских кровей, то и с ней беседу вели столь же неестественным тоном, да еще и на всякие скучные темы.
   Мажордом, в сопровождении которого они прошествовали по анфиладам парадных зал, замер перед дверьми, ведущими в личные покои королевы Виктории. Какое-то время пришлось подождать. Потом их провели в небольшую гостиную. Королева сидела в кресле у столика, застланного плюшевой скатертью с бахромой.
   По своему обыкновению она была одета в довольно бесформенное платье из дорогого, переливающегося на свету черного атласа, на голове – вдовий чепец, на ногах – начищенные до блеска черные башмачки. Словом, королева выглядела такой, какой и представляла себе Тильда: старой и внушающей почтение дамой.
   Глядя на эту маленькую женщину, трудно было представить, что она правит огромной империей и состоит в родстве практически со всеми царствующими домами Европы.
   Принцесса Присцилла успела рассказать дочери, что в четырех комнатах, которыми обычно пользуется королева в качестве личных покоев, находится более двух с половиной сотен картин и еще больше фотографий ее дальних и близких родственников. И всю эту галерею королева неизменно берет с собой, переезжая из одного дворца в другой: из Виндзора в графство Абердиншир, где стоит еще один королевский замок Балморал, оттуда – в Озборн и снова в Виндзор.
   Фотографии стояли повсюду: на письменном столе, на журнальном столике, на столике для рукоделия. Тильда разглядела рамочки с фотографиями даже среди тяжелых складок драпри из пурпурной парчи. Они стояли среди пачек с письмами, папок с нотами, подпирали пресс-папье, притаились за массивной чернильницей, уютно разместились среди ножичков для перьев рядом с «Именинной книгой королевы».
   Эту книгу, испещренную подписями посетителей, королева тоже всюду брала с собой, куда бы ни ехала. А потому многие, увидев книгу в руках монарха, принимали ее за Библию.
   Трудновато будет запечатлеть в памяти все мелочи убранства комнаты, подумала Тильда, да и облика самой королевы тоже. Ведь нужно постоянно держать в голове наставления, которые дала ей мать накануне аудиенции.
   Принцесса уже склонилась до самого пола в глубоком реверансе, потом поднялась, поцеловала руку Ее Величества, завершив ритуал поцелуем в щечку.
   – Так вот она какая, наша Виктория! – проговорила королева неожиданно высоким, почти визгливым голосом.
   И, вперив немигающий взгляд в Тильду, принялась пристально разглядывать девушку, пока та отвешивала дежурный реверанс, целовала бледную руку в синих прожилках вен и прикладывалась к прохладной мягкой щеке.
   – Да, мэм! Это наша Виктория! – задыхаясь от волнения, эхом отозвалась принцесса Присцилла.
   – Я хочу поговорить с тобой, Виктория!
   – Да, мэм!
   Начало не сулило ничего хорошего. По собственному опыту Тильда прекрасно знала, что взрослые начинают разговор с подобной фразы, как правило, лишь в тех случаях, когда хотят сообщить что-то неприятное или отчитать за очередной проступок.
   – Надеюсь, родители уже сообщили тебе о предстоящей свадьбе с князем Максимилианом, который является правителем Обернии.
   – Да, мэм!
   – Хочу особо подчеркнуть, что этот брак очень важен по нескольким причинам.
   – Да, мэм.
   – Во-первых, я считаю князя Максимилиана достойным кандидатом на роль жениха для английской невесты, к тому же моей родственницы.
   – Нет сомнений, князь по достоинству оценил оказанную ему честь! – подала голос принцесса Присцилла. Но королева никак не отреагировала на реплику. Более того, она даже не соизволила взглянуть на принцессу, продолжая пристально разглядывать лицо Тильды.
   – Вторая причина, по которой я считаю этот союз желательным и даже необходимым, – проговорила она так, будто бы даже не слышала слов, сказанных принцессой, – это сама Оберния. Княжество играет очень важную, можно сказать ключевую роль в нашей политической стратегии касательно Европы в целом.
   Тильда выжидательно подняла на королеву свои голубые глаза. А вот это уже интересно, подумала она, мгновенно обратившись в слух.
   – Ты должна понимать, дитя мое, – продолжила королева, – что княжество, которое граничит с Австрией, Баварией и Вюртембергом, уже по своему географическому положению является решающим фактором для сохранения баланса сил в Европе. К тому же оно до сих пор остается независимым государством.
   Королева замолчала, но отнюдь не в ожидании ответа.
   – Пруссия во главе с кайзером Вильгельмом, – возобновила она свой монолог после короткой паузы, – и так уже поглотила более чем достаточно мелких государств вокруг себя. Это вызывает беспокойство и заставляет нас с некоторой настороженностью воспринимать общую ситуацию на континенте.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация