А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Бездна" (страница 26)

   Тем не менее она вкратце рассказала ему о поднявшихся из воды пирамидах, о засаде и об их путешествии по подземному тоннелю.
   По мере того как Карен говорила, Джек испытывал все большее уважение к двум отважным женщинам.
   – И те же самые мародеры вломились в кабинет профессора Накано? – спросил он.
   Карен подтвердила.
   – Но откуда они могли знать о существовании кристалла внутри пирамиды?
   – Я не уверена, что они о нем знали. Просто поняли, что мы что-то нашли. Что-то, что, по их мнению, несло в себе проклятие.
   Джек вспомнил о гибели борта номер один и подумал, что, возможно, в предупреждении этих людей есть доля правды.
   – Странно, – пробормотал он. – Очень странно.
   – Мы пришли, – сказала Карен, указывая на здание впереди.
   Когда они вошли внутрь, она предъявила охраннику свои документы, и он провел их к лифтам.
   – Неужели лифты снова работают? – радостно спросила она, но, поскольку ответ был очевиден, охранник молча вошел вместе с ними в тесную кабинку.
   Джек с любопытством посмотрел на охранника, и Карен перехватила его взгляд.
   – Это на всякий случай, – пояснила она. – После визита мародеров, о котором я вам рассказывала, нас стали усиленно охранять.
   Когда кабина лифта открылась, на площадке их уже ждала Миюки, нетерпеливо расхаживая взад и вперед. Карен представила их с Джеком друг другу. Миюки слегка склонила голову, Джек ответил тем же. Японский ритуал знакомства не предусматривал физического контакта.
   – Благодарю вас за то, что согласились помочь, профессор Накано, – вежливо проговорил Джек.
   – Называйте меня просто Миюки, – чуть смущенно попросила она.
   – Идемте, – нетерпеливо позвала их Карен, когда охранник отправился на лифте вниз. – Я хочу как можно скорее ввести в программу иероглифы, привезенные Джеком.
   Затем женщина почти побежала по направлению к лаборатории. Джек и Миюки последовали за ней.
   – Она всегда такая? – спросил Джек у Миюки.
   Та закатила глаза и с театральным вздохом ответила:
   – Всегда.
   Они вошли в предбанник лаборатории, и Карен, указав на чистые халаты, сказала Джеку:
   – Придется надеть это. Миюки поддерживает в лаборатории стерильную чистоту, и все – из-за своих компьютеров.
   – Не знаю, есть ли у меня халат подходящего размера, – покачала головой Миюки и, перебрав висевшие на крючках халаты, сняла один, самый большой. – Разве что этот подойдет.
   Джек взял халат и поставил рюкзак на скамейку у стены. Карен, уже успевшая застегнуть свой халат, спросила:
   – Джек, можно, пока вы одеваетесь, я покажу Миюки ваш блокнот с записями?
   Джек утвердительно кивнул, взял рюкзак и протянул его Карен, а потом принялся натягивать до невозможности тесный халат.
   – Миюки, ты только посмотри на это! – позвала подругу Карен и вытащила из рюкзака блокнот.
   Вместе с блокнотом оттуда выпал какой-то небольшой предмет. Миюки наклонилась, чтобы поднять его.
   Когда Джек, с трудом засунув руки в рукава халата, посмотрел в ее сторону, японка держала подарочную коробочку Дэвида Спенглера, и тут, словно по наитию, он попросил:
   – Откройте ее, пожалуйста.
   Миюки открыла коробочку и, сузив глаза, стала рассматривать ее содержимое.
   – Что это, по-вашему? – спросил Джек.
   Миюки пригляделась внимательнее.
   – Дешевая релейно-контактная схема, – ответила она, закрыла коробочку и, фыркнув, добавила: – Вот уж действительно «драгоценность»!
   Джек пытался сообразить, что это может значить. Было ясно, что Дэвид придумал какую-то новую пакость, но какую?
   Миюки вернула коробочку Карен.
   – Устаревший образец китайского производства, – равнодушно сообщила она.
   Ее слова будто ударили Джека в живот.
   – Китайского? – переспросил он. – Вы уверены?
   Она кивнула.
   Мысли путались у Джека в голове. Одна из них была особо назойливой, но Джек всячески гнал ее прочь. И все же он не мог забыть предположение, высказанное Джорджем несколько дней назад: а вдруг взрыв на борту «Гибралтара» был устроен намеренно? Вдруг все это – мистификация? Джек перебрал в мозгу несколько версий, но в итоге осталась только одна: Дэвид Спенглер сам устроил взрыв.
   – Вот сволочь! – не удержался Джек.
   «Прощальный подарок» предназначался для того, чтобы еще раз утереть ему нос. Дэвид как бы говорил: «Да, это сделал я, но ты тут бессилен!» Высшим кругам Вашингтона было нужно именно такое объяснение трагедии, и Спенглер предоставил им его. Никаких других доводов никто и слушать не станет.
   Во рту Джек ощутил привкус горечи. Как далеко зашло это предательство? Был ли взрыв на «Гибралтаре» разовой «работой», или Дэвид имел отношение к гибели президентского самолета? В этот момент, сжав кулаки и стиснув зубы, Джек поклялся самому себе: он узнает, что стоит за катастрофой борта номер один. Пусть даже ценой собственной жизни.
   – Что-то не так? – спросила Карен.
   Только сейчас Джек заметил, что обе женщины, широко раскрыв глаза от удивления, смотрят на него. Его гнев внезапно испарился, ноги предательски задрожали, и он был вынужден сесть на скамеечку.
   – Похоже, у меня для вас тоже есть одна захватывающая история, – сказал он.
   – О чем?
   – О крушении президентского самолета.

   18 часов 30 минут
   Океания
   Лежа на животе в подводном аппарате, Дэвид Спенглер медленно, по широкой спирали поднимался из океанских глубин. В течение последних трех дней новейший глубоководный аппарат «Персей» проявил себя даже лучше, чем рассчитывали его создатели.
   Дэвид лежал в горизонтальном положении во внутреннем корпусе субмарины – сигарообразной камере, сделанной из сверхпрочного лексанового стекла толщиной в два с половиной дюйма. Голова и плечи Дэвида находились в носовой части этой прозрачной «сигары», а все остальное скрывалось во внешнем корпусе, изготовленном из особого керамического композита – сверхсекретного материала, с которым по легкости и прочности не мог сравниться даже титан. В недрах внешнего корпуса располагались также вся механика, электрика и двигатели подлодки. Эта двойная система была разработана с целью обеспечения безопасности пилота лодки: в критической ситуации внешний корпус отстреливался, а внутренний, стеклянный, поднимался на поверхность благодаря собственной плавучести.
   – «Персей», – раздался голос в наушниках Дэвида, – мы произвели захват на автоматическое сопровождение. Если вы включите автопилот, мы доведем вас в доковый отсек.
   – Не надо, – ответил Дэвид находившемуся на поверхности технику, – я сам.
   Это было его шестое погружение на «Персее», ему нравилось управлять лодкой, и он предпочитал делать это вручную. Он щелкнул тумблером, и на стекле носового отсека появилась индикация показаний приборов. Траектория, по которой следовало двигаться, чтобы попасть в доковый отсек спасательного судна «Мэгги Чуэст», была выделена красным. Нужно было всего лишь придерживаться заданного направления. Легко – как в авиационном тренажере.
   – Программа подводки активирована, – сообщил он. – Буду в доке через три минуты.
   – Понятно, сэр. Ждем вас.
   Сбавив ход, Дэвид уменьшил угол подъема, и лодка стала карабкаться вверх по более крутой траектории. Вода вокруг «Персея» становилась светлее. Дэвид почувствовал себя парящим в свободном полете, он словно слился с подлодкой в единое целое. Она чутко реагировала на любую его команду, и ему казалось, что стоит лишь подумать, и лодка тут же подчинится. Телескопические крылья по обе стороны корпуса напоминали плавники морского животного, помогающие ему управлять направлением движения.
   И все же «Персей» не являлся жителем океанских глубин. Сложенные под его брюхом, дожидались своего часа мощные титановые манипуляторы, способные крушить даже камень, а на верхней части корпуса, на специальной турели были установлены мини-торпеды. Это орудие позволяло маленькому подводному судну чувствовать себя уверенно даже во враждебных водах.
   Дэвид пробежал пальцами по рычагам управления торпедами. Утром он узнал о захвате китайцами Тайваня, и эта новость не давала ему покоя целый день. Как можно было так запросто отдать остров чертовым коммунистам? Ах, если бы только он мог принять участие в драке!
   Техник с «Мэгги Чуэст» снова вышел на связь.
   – Сэр, здесь один из ваших людей. Ему нужно срочно поговорить с вами.
   – Пусть говорит.
   После короткой паузы в наушниках зазвучал голос Рольфа.
   – Извините, что беспокою вас, сэр, но вы сами приказали держать вас в курсе в случае возникновения каких-либо непредвиденных обстоятельств, связанных с… ммм… вторым объектом.
   Дэвид нахмурился. Второй объект? В его ушах так громко стучали тамтамы войны, что он не сразу сообразил: речь идет о Джеке Киркланде.
   – Что с ним?
   – Объект вышел из зоны слежения.
   Дэвид витиевато выругался. Киркланд пропал! Он понимал, что обсуждать это в деталях по открытой связи нельзя. И поэтому приказал:
   – Я буду наверху через две минуты. Ждите меня в моей каюте.
   – Есть, сэр!
   Скорчив недовольную гримасу, Дэвид все же отбросил мысли о Киркланде. Сейчас у него были дела поважнее. Он накренил лодку на крыло, положив ее на нужный курс, а затем взглянул на часы. Он находился под водой уже шесть часов. После всплытия техники самым тщательным образом проверят «Персей» и подготовят его к третьему за день погружению, после чего другой пилот отправится к дну океана, чтобы продолжить работу. А еще через семь часов на смену вновь заступит Дэвид.
   Но два пилота «Персея» были не единственными, кто работал по столь изнурительному графику. С тех пор как с Мауи прибыла группа ученых и доставили оборудование, работа велась круглосуточно. С использованием субмарины и радиоуправляемых роботов на океанском дне уже начался монтаж вспомогательного оборудования для глубоководной исследовательской станции, а сегодня предстояло спустить и собрать трехъярусные жилые отсеки и лабораторные помещения. Если не произойдет ничего непредвиденного, монтаж станции, по расчетам Дэвида, должен завершиться в ближайшие двое суток, после чего можно будет приступить к непосредственному выполнению задания.
   Ему было приказано подготовить базу за четыре дня, и он выполнит приказ, пусть даже для этого придется вытрясти душу из всех подчиненных. Частично к таким жестким мерам уже пришлось прибегнуть, когда сегодня утром руководитель группы ученых, геофизик Фердинанд Кортес, попытался воспротивиться слишком жесткому графику. Дэвид заставил его позвонить в Вашингтон и с удовольствием слушал, как директор ЦРУ по спутниковой связи орет на разом притихшего ученого, угрожая ему всеми карами египетскими. После этого никто не осмеливался обсуждать его приказы или ставить под сомнение назначенные им темпы работ. Дэвид теперь единолично руководил операцией. Никто и ничто – ни Джек Киркланд, ни оккупация Тайваня – не помешают ему довести порученное дело до конца. Он никогда не подводил начальство, не подведет и сейчас.
   Впереди, из туманной толщи воды, появилась платформа докового отсека. Дэвид завел на нее субмарину так, чтобы она оказалась между двумя С-об разными зажимами. Отреагировав на нажатие кнопки, выдвигающиеся крылья убрались, а зажимы мягко сомкнулись на керамическом туловище лодки.
   – «Персей» погружен и закреплен, – доложил Дэвид.
   – Погружен и закреплен, – подтвердил техник. – Поднимаем вас.
   Гидрофоны «Персея» донесли до слуха Дэвида гул заработавших гидравлических устройств. Платформа с погруженной на нее лодкой стала подниматься к поверхности, и вот с ее прозрачного носа уже начали стекать струи морской воды. «Персей» и его пилот были извлечены из океана и подняты на кормовую палубу «Мэгги Чуэст».
   Как только подлодка оказалась на палубе, ее окружила команда из шести техников. Они сняли крепежное кольцо, и прозрачная секция корпуса открылась. Дэвид выскользнул на палубу с ловкостью морского угря. Один из техников помог ему подняться. После шести часов, проведенных в неподвижности, да еще в горизонтальном положении, ноги стали как ватные.
   После того как он снова обрел способность нормально двигаться, Дэвид расстегнул гидрокостюм и потянулся. Техники уже вовсю суетились вокруг лодки: проверяли швы, продували поглотители углекислого газа, закачивали кислород в боковые резервуары. Они напомнили Дэвиду ремонтников питлейна на «ИНДИ-500»[11] – проворных, умелых, действующих как единый организм.
   Повернувшись к ним спиной, Дэвид увидел спешащего к нему Кортеса. Он приглушенно заворчал и расправил плечи. Все, что ему было сейчас нужно, – это горячий душ и койка, но никак не геофизик. Он придал своему лицу угрожающее выражение и, когда человечек остановился напротив него, резко спросил:
   – В чем дело, профессор?
   Судя по темным кругам вокруг глаз, ученый почти не спал. Его одежда – брюки цвета хаки и фланелевая рубашка – была помята и находилась в беспорядке.
   – У меня к вам просьба, коммандер!
   – Какая?
   – Не мог бы во время следующего погружения лейтенант Брентли поближе рассмотреть кристаллическое образование? На видеозаписях, сделанных в ходе предыдущих погружений, мы заметили какие-то знаки на его поверхности. Они выглядят чересчур упорядоченными, чтобы иметь естественное происхождение. Вполне возможно, что это какой-то вид письменности.
   Джек отрицательно покачал головой.
   – Любые исследования подобного рода подождут. Главная задача – как можно скорее смонтировать и ввести в строй станцию, и уже после этого вы с вашими учеными сколько угодно можете заниматься своими исследованиями.
   – Но это займет всего лишь несколько…
   – Мои приказы не обсуждаются, профессор! – сказал, словно выплюнул, Дэвид. – Не приближайтесь к этому кристаллу до тех пор, пока станция не готова. Он излучает сильное магнитное поле, вызывающее помехи и сбои в радиосвязи. Я не желаю рисковать «Персеем» лишь ради того, чтобы удовлетворить ваше любопытство.
   – Понятно, коммандер.
   Хотя ученый вроде бы покорился, Дэвид заметил в его глазах азартный блеск, но ему было на это наплевать. Этот мексиканец – целиком и полностью в его власти и будет делать все, что ему скажут.
   – Где лейтенант Рольф? – спросил Дэвид одного из своих людей, стоявшего у двери на другой стороне палубы.
   – В вашей каюте, сэр.
   Дэвид нырнул в дверь и, преодолев два лестничных пролета, взобрался на главную палубу. Все располагавшиеся здесь каюты он с самого начала явочным порядком реквизировал для себя и своих людей. В коридоре нес вахту еще один его подчиненный. Дэвид кивнул ему и вошел в свою каюту. Сидевший там Рольф тут же вскочил на ноги.
   Закрыв дверь, Дэвид принялся стягивать гидрокостюм.
   – Так что там с Киркландом? – спросил он. – Вы потеряли его судно?
   – Нет, сэр. – Рольф откашлялся. – Мы отслеживаем местонахождение «Фатома» постоянно. Он до сих пор курсирует вдоль берегов атолла Кваджалейн.
   – Так в чем тогда проблема?
   – Сегодня утром лейтенанту Джеффрису показалось подозрительным, что судно находится в том районе так долго. Мы предприняли кое-какие действия и обнаружили имя Джека Киркланда в списке пассажиров австралийской авиакомпании «Квантас». Он улетел с атолла.
   Дэвид уже снял гидрокостюм и теперь стоял голый.
   – Черт побери! Когда он улетел?
   – Два дня назад, судя по расписанию вылетов, на Окинаву.
   Дэвид с мрачным видом прошел в ванную и включил душ. Что понадобилось этому мерзавцу на Окинаве?
   – Известно точно, куда он направился?
   – Нет, сэр. На его имя был забронирован номер в отеле «Шератон», но Киркланд там так и не появился. Однако на Кваджалейне Киркланд взял билет в оба конца, поэтому через два дня он должен вернуться.
   Час от часу не легче! Еще два дня! Дэвид рассчитывал осуществить свою месть раньше. Однако Дэвида не могли не радовать расторопность и профессионализм его команды. Ничего, Киркланду от него не уйти! Сейчас он слишком занят, а пара лишних дней ничего не решает.
   – Хорошо, мистер Рольф. Но как только Киркланд вернется на свое судно, немедленно поставьте меня в известность.
   – Есть, сэр!
   Дэвид попробовал воду. Маленькая ванная комната понемногу наполнялась паром.
   – Однако у нас есть еще одна проблема, сэр. – Голос лейтенанта предательски дрогнул.
   – Что еще?
   – Я не уверен, есть ли в нашем распоряжении два дня. Хендел говорит, что сигнал передающего устройства слабеет и через день-два контакт с ним прервется.
   Дэвид яростно обернулся.
   – Я же велел Хенделу, чтобы бомба оставалась в пределах досягаемости как минимум в течение недели!
   – Да, сэр, но дело не в нем, а в электронике. Хендел с самого начала говорил, что на эту китайскую дрянь нельзя положиться.
   Дэвида буквально трясло от злости. Отказываясь признать поражение, он пытался найти иные возможности привести свой план в действие. Кому, как не ему, было знать, что ни один план не бывает на сто процентов безупречным. Импровизация – вот ключ к успеху. И тут же в его мозгу родилась новая схема.
   – Ладно, – проговорил он, – мы взорвем «Фатом», даже если Киркланд не успеет вернуться на него.
   – Простите, сэр?
   – Уничтожив его судно и товарищей, мы сделаем только первый шаг к тому, чтобы уничтожить его самого.
   Дэвид встал под душ, согреваясь не только горячей водой, но и мыслью о сладкой мести. Медленно мучить Джека Киркланда… Что может быть слаще!

   20 часов 15 минут
   Университет Рюкю,
   префектура Окинава, Япония
   – Кто хочет ужинать? – громко спросила Карен, поворачивая голову, чтобы восстановить кровообращение в затекшей шее. – Я больше не могу пялиться в экран компьютера!
   Американец за выделенным ему терминалом слева от Карен словно не слышал ее.
   – Габриель, выведи символы «сорок-а» и «сорок-бэ».
   – Конечно, мистер Киркланд.
   На дальнем конце стола целиком погрузилась в работу Миюки, деловито сканируя последние страницы блокнота. Обработка информации оказалась долгим и трудоемким процессом, поскольку компьютеру приходилось сравнивать каждый новый иероглиф с уже имеющимися в базе данных.
   Карен посмотрела на монитор, за которым сидел Джек Киркланд. На нем появились два значка: один – из его блокнота, другой – из их коллекции иероглифов.
   Иероглифы в блокноте американца являлись относительно точной копией символов, обнаруженных на поверхности кристаллической колонны. Относительно – потому, что их перерисовал историк «Фа тома», и это неизбежно предполагало наличие некоторых неточностей. Ведь человек – не сканер. Глядя на два удивительно похожих друг на друга значка, Карен задумалась: один и тот же это иероглиф или два разных, с небольшими отличиями?
   Эта работа заключалась в том, что Габриель сравнивал каждый иероглиф с двумя сотнями других. Если сходство между ним и каким-то другим составляло более девяноста процентов, компьютер автоматически принимал решение, что это одно и то же; если сходство было менее пятидесяти процентов, иероглиф признавался программой новым и заносился в базу данных. Между отметками 90 и 50 существовало некое серое пространство, в котором оказывались все сомнительные символы. В настоящее время в нем находилось триста пар иероглифов, и решить, являются ли они одинаковыми или разными, мог только человек.
   – Символы «сорок-а» и «сорок-бэ» совпадают на пятьдесят два процента, – пояснил Габриель. – Следует ли «сорок-а» признать новым знаком или отнести к разряду уже известных?
   Джек приблизил лицо к экрану.
   – Прямо как в старой детской головоломке: найдите десять отличий между двумя рисунками, – проговорил он.
   Миюки, закончив работу, издала торжествующий возглас и откинулась на спинку стула.
   – У первой фигурки есть глаз, – сказала она, поглядев на монитор Джека, – у второй его нет.
   Джек кивнул.
   – А еще первая фигурка держит два шарика, а вторая – только один.
   Джек выжидающе посмотрел на Карен, а она снова поразилась тому, какие голубые у него глаза. «Нет, – подумалось ей, – наверное, это контактные линзы. Не могут быть у человека глаза такого цвета!»
   – Все остальное кажется одинаковым, – сказала она, неловко откашлявшись, словно сидевшие рядом могли прочитать ее мысли.
   – Каков же будет наш вердикт? – спросил Джек. – Будем ли мы считать эти иероглифы разными или признаем, что это один и тот же?
   Карен подвинулась ближе к монитору и случайно задела плечом Джека. Он не отодвинулся, а, наоборот, склонил голову в ее сторону. Они внимательно рассматривали значки на экране.
   – Мне кажется, глаз можно не учитывать, – сказала Карен. – Это может оказаться точкой, которую случайно поставил карандаш вашего историка. А вот количество предметов в поднятой руке фигурки – совсем другое дело. Полагаю, это различие достаточно существенно, чтобы признать иероглифы разными. За последние несколько дней мы видели другие значки с различным количеством тех или иных деталей: лучей у морских звезд, рыб во рту у пеликана и так далее. Думаю, к их числу относятся и эти иероглифы. Хоть и похожие друг на друга, они все же несут различный смысл.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация