А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Сектант" (страница 1)

   Константин Костинов
   Сектант

   Все действующие лица произведения (за исключением исторических персонажей) являются вымышленными, так же как и город Песков, клуб исторической реконструкции «Вьюга лезвий» и Институт истоков фольклора.

   Пролог

   Вжжии-иих…
   Клинок, сверкнув кровавым отблеском, пронесся над головой противника. Неудача…
   Красное закатное солнце смотрело сквозь ели на поляну, которую взрывали калигами двое бойцов. Уже поползли по земле длинные тени, тянуло сыростью от ближайшего ручья, только сражающимся было жарко…
   Вышата принял на щит удар топора, взмахнул мечом, надеясь достать до ноги, однако Ингвар был слишком опытен, отпрыгнул в сторону и попытался еще раз поразить недруга. Ух… Еле успел отбить щитом. Все-таки Вышата умелым бойцом не был. Опытным – да, уже семь лет как взял в руки меч, отчаянным – да, но вот умения ему всегда недоставало.
   Махнул мечом, отскочил. Снова попробовал полоснуть острым железом ворога. Не попал – уклонился… Дело даже не в умении, наверняка здесь, как и в любом ремесле, нужен талант, который дается Богом, и если уж его нет… То быть тебе вечным середняком. Как и всегда. Как и во всем.
   Нет никаких сомнений – бой проигран, дальше сражаться – только оружие тупить. Зрителям, окружившим место турнира, уже стало скучно. Вот и Конунг наконец поднял длинный меч:
   – Бой выигран Ингваром!
   Бойцы опустили оружие. При других обстоятельствах славянская группа загудела бы, что Конунг подсуживает викингам. Только сейчас преимущество Ингвара было ясно видно всем. Да и солнце уже почти село. Хватит, в самом деле. Если бы и вправду сошлись в смертельной битве захватчик-викинг и доблестный славянин, тогда Вышата (в миру – Сергей Вышинский, менеджер мелкой фирмочки) не сдался бы так легко… Впрочем, будь это настоящий бой, Вышата уже лежал бы с раскроенным черепом. Все-таки правила турниров клубов исторической реконструкции не позволяли оттачивать клинки до боевой остроты. Иначе так и без участников можно остаться. Кто тогда на следующий турнир поедет?
   Сергей опустился на чурбан. Меч воткнулся в землю рядом, вода, громко булькая, полилась из фляжки в пересохшее горло. Дернул завязку, удерживавшую волосы в хвосте. Передохнуть, перекусить (от костра пахло пшенной кашей с тушенкой, блюдо не средневековое, однако сытное) – и в палатку… ан нет. Знакомый из соседнего поселка, работающий в местном музее, пригласил на позднюю эксклюзивную экскурсию для ознакомления с сокровищами местного края. Зачем только согласился? Теперь из чистой вежливости придется тащиться несколько километров в эти Загорки, смотреть на ржавые плуги и гильзы, откопанные деревенскими энтузиастами.
   – Держи!
   На колени плюхнулась глиняная миска, полная желтой ароматной каши, курящейся паром. Сергей вытащил из-за голенища собственноручно вырезанную когда-то чуть кривоватую ложку и начал сноровисто забрасывать пищу в рот, стараясь не размазать ее по длинной бороде.
   Выскребя посудину и облизав ложку, он поднял глаза. Энергия поднималась из приятно тяжелого желудка… А что это все так уставились?
   – Вышата, – медленно проговорил Гюрята, здоровенный увалень, в реале – Гриша, автослесарь, где-то в Мытищах, – как тебе кашка-то?
   – А что?
   – Вку-сная? – запнулась повариха отряда Любава (Люба, студентка четвертого курса).
   – Ну вы же знаете, мне – лишь бы съедобно, а смолотить я могу все. Что случилось-то? – Сергей рассмотрел, что, кроме него, кашу не ел никто, миски стояли полные.
   – Да просто наша хозяюшка, – при этих словах Гюряты Любава вспыхнула и затеребила край фартука, – бухнула в котел полную пачку соли.
   То-то каша показалась солоноватой. Была у Сергея особенность почти не различать вкуса еды, частенько пугающая непривычных людей. Вот как сейчас.
   – Да расслабьтесь, задумался, не обратил внимания…
   Народ немного успокоился, перестал глазеть, как на чудо морское, и поразбрелся по своим делам. Сергей хихикнул, вспомнив, как в свое время, студентом, пожарил и съел сосиски, летом неделю пролежавшие в тумбочке и пахшие весьма неприятно. Ничего, не умер же…
   – Ну что, солеед, – хлопнул его по плечу Ингвар, – пойдем в деревню?
   Ах да, музей… Сергей с тоской глянул в сторону палатки, тихо посетовал на свою доброту и неумение отказать и поднялся. Будь прокляты все музеи, и деревенские в первую очередь!
   – Вышата, стой!
   Сзади подошел Конунг, на турнире – грозный и авторитетный вождь, в Москве – глава клуба исторической реконструкции «Вьюга лезвий», в который семь лет назад занесло скучающего студента Серегу. Конунг держал меч в ножнах.
   – Вышата, можно попросить тебя? – Будь Сергей в группе викингов, Конунг бы просто приказал, однако последнее время славяне обособлялись и, возможно, в скором времени выделятся в отдельный клуб. Поэтому глава не давил на них. – Завтра у нас показательные выступления.
   Ну да, ну да… Жонглирование ножами, метание в цель, стрельба из лука и тому подобное. На фестивалях такими трюками развлекают публику, а на турнирах, где собираются разные клубы, – меряются понтами и хвастаются бойцами…
   – Хаук, – мотнул головой в темноту, прятавшую палатки, Конунг, – сегодня повредил руку…
   Правильно, Хаук (Серега Соколов, омоновец из Питера) на двобое неудачно подставил руку, и мечом ему перебило два пальца. Хорошо еще, что турнирные мечи затуплены, а то остался бы инвалидом.
   – …а завтра он должен был рубить капусту и метать ножи…
   – Хочешь меня попросить? – перебил Вышата.
   Конунг поморщился. Он не любил суетливости.
   – Да. Остальные ребята либо заняты в других выступлениях, либо недостаточно обучены мастерству. А ты более-менее…
   Вот именно. Более-менее. Вечный середняк. Даже в умении метать ножи, которым Сергей втайне гордился, он не был первым во «Вьюге лезвий».
   – Ладно, согласен. Давай.
   Конунг протянул меч, в отличие от турнирного отточенный на совесть, хлопнул по плечу и ушел.
   Отнести в палатку на другой стороне лагеря или взять с собой? В борьбе разума и лени победила лень. Сергей закинул ножны с мечом за спину и направился к нетерпеливо притоптывающему Ингвару (Игорь Гарин, преподаватель вуза).
   Соль можно не почувствовать, но организм не обманешь, и все время, пока они шли вчетвером (Сергей, Ингвар-Игорь и две девчонки, то ли Катя и Люда, то ли Лена и Клава) по темной лесной дороге до музея, пить хотелось, как верблюду после недельного перехода. Такое ощущение, как будто вся соль выступила на языке и покрыла его толстой шершавой коркой. Да и меч, в наказание за лень, тяжелой гирей оттягивал плечо и периодически бил по спине. Да где этот…
   А вот и обещанный музей… Ух ты! Огромный домина, изогнутый буквой «П», темнел за яблонями сада на окраине Загорок. Да он же как минимум двухэтажный! Под одинокой лампочкой на крыльце в торце одной из ножек буквы скучал Денис – местный учитель истории, давно знакомый с половиной участников турнира и проводивший новичкам экскурсии по музею. Говорили, интересно…
   Ночной экскурсовод (черт его возьми, не мог днем собрать) скоренько пожал руки Сергею и Ингвару, чмокнул девчонок и загремел ключами.
   – На первый этаж мы не пойдем, – говорил он через плечо, – вам навряд ли будут интересны кадки, сохи и прочие маслобойки. Сразу на второй…
   Дверь бесшумно распахнулась.
   – Велком ту зе пати, – сделал приглашающий жест рукой Денис.
   Где ты видел настоящие пати…
   – На первом этаже у нас повседневная жизнь села. – Денис повел их внутрь по темному коридору, одновременно начиная экскурсию. – Вот здесь у нас…
   Одна из девчонок пискнула в темноте и шлепнулась, как кошка со шкафа.
   – …ступеньки. Потом – налево и по лестнице.
   Отряд потянулся по скрипучей темной лестнице. Сергей плелся следом, цепляясь мечом за перила и размышляя над загадкой: почему чертов гид не включает свет или хотя бы фонарик? Или экспонаты будем рассматривать в темноте?
   Версия оказалась ошибочной. Защелкали выключатели, и ослепительные после ночного мрака лампочки осветили широкий коридор. А в нем… Висело на стенах, проглядывало в застекленных стеллажах и витринах… Что? Да все что угодно. Оружие, холодное и огнестрельное, тщательно очищенное, в идеальном состоянии. Россыпи разнообразных монет, от светло-серых до кислотно-зеленых. Наборы касок, от советских до вермахтовских. И многое-многое-многое… Или все это богатство копилось не один десяток лет, или же все местные жители с утра до позднего вечера промышляют в роли «черных копателей». Прямо напротив проема, в котором замерли от удивления экскурсанты, стояла непонятная металлическая конструкция, больше всего напоминавшая мини-танк, с пулеметом в квадратной неповоротной башенке и на санных полозьях вместо гусениц. Взгляд, ошалело блуждающий по коридору, выхватывал отдельные мелочи: офицерский планшет, клинковый штык от автоматической винтовки системы Симонова, английский пистолет-пулемет «Стэн» (если верить табличке), красноармейские петлицы и немецкие погоны. А также множество гильз от патронов и снарядов. И вот такое сокровище в каком-то замшелом деревенском музее?! Во рту бы пересохло, если бы там и так не обосновалась пустыня Сахара. Сразу захотелось курить.
   – Наш музей был основан при загорской школе в тысяча девятьсот тридцать седьмом году, – профессиональным голосом завел Денис, – когда учениками было принято решение о создании комнаты памяти Гражданской войны…
   «Ага, – съязвил Сергей, размышляя, можно ли здесь курить, – знаем мы, как ученики принимают такие решения: учителя сказали, несчастные детки и решили…»
   – А что это за броневик? – Катя и Лена обошли странную фиговину, присели сзади. – Дверцы…
   – Это, – с готовностью переключился Денис, – так называемая бронированная огневая точка – БОТ, нечто вроде маленького передвижного дота…
   Если останавливаться возле каждой железяки, то они застрянут надолго…
   Сергей машинально похлопал себя по бокам (наличие карманов в средневековой одежде не предусматривалось), вздохнул и шагнул к Денису:
   – Слушай, у тебя закурить есть?
   Денис, оторвавшись от рассказа о том, как именно металлического выкидыша танка таскали на позиции, охлопал себя и протянул початую пачку.
   – Я покурю на крыльце. – Сергей утащил сигаретку.
   – О’кей, – согласился Денис, – только недолго, а то пропустишь много интересного.
   Ага, из какого болота вы все это натягали? В какой-то деревне и музей?! Есть чем гордиться, подумаешь…
   Сергей курил, выпуская дым в свежесть уже летнего вечернего воздуха. За деревьями сада проглядывали огоньки деревни: уличные фонари, свет окон. Музей, как он успел расслышать, разместился в здании старой школы, после того как где-то в конце восьмидесятых построили новую. Нормальные люди продали бы все мало-мальски ценное, а они волокли сюда. Может, предложить Денису?..
   Сергей загасил окурок, прицелившись, кинул его в железное ведро, стоящее в двух метрах. Попал, конечно. Ладно, попробую…
   Голос Дениса доносился со стороны одной из комнат (бывших классов, надо полагать). Сергей проскочил туда, мимоходом пытаясь подсчитать стоимость того, что находится здесь… хотя бы части… Да хоть чего-нибудь! Никогда не интересуясь ничем таким (даже историю в школе и институте сдал на тройки), он затруднялся определить, редкость ли перед ним или какая-нибудь банальщина, которую любой понимающий антиквар высмеет, стоит только развернуть сверток (в мыслях он почему-то приносил трофей в магазинчик завернутым в брезент, старый и выгоревший). Вот, например, снаряд от катюши… Блин, здоровенная дура! Нет, для примера надо что-то попроще и поменьше. Вот пистолет на стене висит… Если верить табличке… Ага, «Тульский-Токарев», а так это «ТТ», любимое оружие киллеров… Нет, тоже не подходит, торговля оружием – это как-то не то, о чем Сергей мечтал ночами. Заметут, и закончится бизнес где-нибудь в лесах знойной Колымы. Нет, Сергей, конечно, хотел бы пойти по стопам олигарха, но не Ходорковского же! Нет, так, с бухты-барахты, антикварным королем не станешь. Сначала с Денисом поговорить, намекнуть на возможность сотрудничества, а потом, может, вместе сообразим…
   Из комнаты донеслись восхищенные взвизги девчонок и кряканье Ингвара. Чего они там делают? Сергей заглянул в проем.
   Ингвар с напряженным лицом стоял посередине комнаты, почти не двигаясь, окруженный стальным облаком, вокруг него свистела и металась шашка, которую он крутил, перебрасывая из руки в руку.
   – Оп! – Тяжело дыша, Ингвар остановил жуткую вьюгу (воистину вьюгу лезвий) и опустил руку с зажатым в ней оружием.
   Очарованные девчонки зааплодировали. Даже Денис хоть и улыбался скептически, однако покачал головой с явным уважением. Сергею стало завидно. Почему он так не умеет? Пробовал, конечно, и даже немного научился, вот только дальше требовались тренировки, а времени как-то не находилось… Так и не осилил он это умение…
   – Вот это оружие! – Ингвар в чувствах поцеловал клинок. – Настоящая, казачья! У меня дед такой немцев рубил. Откуда она у вас?
   – Подарили, – гордо ухмыльнулся Денис. – Старик-ветеран приезжал, воевал у нас. Посмотрел и сказал, что детки не сберегут, а у нас хоть память о нем останется. Сказал, видит, что у нас историю хранят…
   – Да уж, – начал приводить в действие свой план Сергей, – такую коллекцию хоть в Москву, а то здесь ее практически и не видит никто, кроме коров…
   – Да ты что, – Денис обиделся, – у нас же постоянно туристы! Я потому ночью вас и вожу: днем здесь не протолкнешься. К нам со всей России приезжают и из-за границы: немцы, финны, норвежцы…
   Дальше Сергей слушать рекламу Загорского музея не стал. Диагноз ясен: Денис – ярый патриот своей деревни. Убедить такого продать хоть один экспонат из музея… Да легче уговорить гаишника на дороге отпустить тебя без последствий и оплаты, когда он поймал тебя пьяного и без документов на встречной полосе!
   Черт! Такая возможность начать свой собственный бизнес накрылась. Сергей уже давно мечтал о том, чтобы прекратить работать на чужого дядю и начать свое дело. Правда, всегда что-то мешало: то отсутствие денег, то недостаток знаний. Короче, до сих пор все мечтания таковыми и оставались. А тут такая возможность и на тебе: на пути встал деревенский учитель со своим замшелым патриотизмом. Может…
   Обдумав вкравшуюся в голову мысль, Сергей отверг ее как неприемлемую: кража привлекала его еще меньше торговли оружием. Одно дело – сесть за продажу раритетного пистолета, какого-нибудь «манлихера», можно сказать благородная статья, и другое дело – если тебя поймали за руку при попытке утащить из деревенского музея ржавый плуг, на котором еще в тыща девятьсот каком-то году подписали указ о создании колхоза «Сорок лет без урожая»… Да к черту! Садиться Сергей не собирался по любой статье.
   – Денис, – не пришел он к окончательному выводу, – можно я прогуляюсь сам, просто посмотрю…
   – Да можно, конечно, – отмахнулся тот.
   Ингвар снял со стены уже две шашки и медленно раскачивал их, явно собираясь показать класс. Девчонки заняли свои позиции у стенки и перешептывались, не обращая ни на Дениса, ни на Сергея никакого внимания. Ну почему ни одна из девушек не смотрит так на него, Сергея?! Чем он хуже Ингвара?! Не умеет крутить мечи, сабли, шашки и прочий холодняк? Непрестижная работа? Что не так?!
   Сергей вылетел в коридор, горя жаждой устроить что-нибудь такое… такое… Ну чтобы все ахнули! Ага! Не нужен мне чистоплюй Денис! Воровать плохо? ХА! Все состояния нажиты воровством! Закон жизни!
   «И пока ты сидишь за воровство, твое состояние прогуливают наследники. Закон Фостерс», – съязвило не вовремя проснувшееся подсознание, склонное у Сергея к циничным шуткам.
   Ну уж нет! Не такой я дурак, чтобы попадаться. Сегодня только высмотрю что-нибудь ценное (если, конечно, смогу отличить ценное от бесценного… тьфу, неценного… малоценного… дешевки, короче!). А потом, может, через годик приеду еще разок и упру! Продам, разбогатею, открою собственное дело, куплю квартиру, машину… Вот тогда посмотрим, девочки, на кого вы будете глядеть: на меня, всего такого крутого-продвинутого, или на Ингвара, у которого из мебели только кафедра в институте.
   Сергей остановился посредине коридора. Медленно огляделся, как алкоголик, попавший на винный склад: все твое, поэтому некуда торопиться, можно посмаковать сам момент выбора и только потом уже насладиться вкусом вина, а поскольку внимательно он пока не присматривался, то ценным казалось все. Сергею раньше не приходило в голову заниматься антиквариатом, а поэтому он и не знал, что будет поценнее. Может быть, какие-нибудь фашистские регалии? Вдруг на этом деревенском складе рухляди отыщутся секретные бумаги, подписанные Гитлером или там Сталиным? Они ценнее всего остального будут. Или, скажем, медальон обер-лейтенанта Отто Ларинголога, пропавшего без вести еще в сорок первом в этих краях. Сентиментальные немцы неплохо платят за такое. Ладно, хорош мечтать, пора выбирать…
   Ближе всего находилась крашенная белой масляной краской филенчатая дверь. На ней красовалась деревянная резная табличка: «Уголок суеверий». Сергей повернул ручку, тусклую, латунную. Дверь открылась бесшумно, щелкнул выключатель. Уголок оказался небольшой комнаткой, в которой во времена школы наверняка располагался не класс, а какое-нибудь подсобное помещение. Застекленные стенды на стенах, несколько витрин. Все. Ценного тут, похоже, немного… Ну, надо же с чего-то начинать.
   Видимо, при создании музея в довоенные времена суеверием считалось православие. По крайней мере, только с той поры могли сохраниться вон те небольшие иконки, деревянные, картонные. Даже бумажные… Было еще несколько медных, покрытых толстым слоем зеленой окиси. Раньше здесь почтительные прихожане, может быть, прятали от большевиков большие иконы из какой-нибудь разрушенной церквушки. Но сейчас остались только эти, представляющие чисто исторический интерес.
   На другом стенде на темном выгоревшем бархате красовалась россыпь нательных крестиков, среди которых Сергей увидел даже алюминиевый, точно такой же, с которым крестили его самого. Каждый экспонат был снабжен маленькой табличкой, пояснявшей, откуда он взялся. Под одним крестиком, тоже алюминиевым, только грубой работы, с неровными краями и чуть-чуть кривоватым, табличка гласила, что раньше он принадлежал лейтенанту (фамилия неразборчиво) и был сделан им самостоятельно из дюраля его же самолета, сбитого немцами… Дальше выгорело окончательно.
   Висел в углу здоровенный булыжник с дыркой посередине, рядом прилагалась табличка: «Куриный бог».
   В одной из витрин стояли стеклянные баночки с сушеной травой и любопытными табличками: «одолень-трава», «плакун-трава».
   Во второй витрине находились еще более занимательные вещи. Темный комок с табличкой: «Сорокадневный ладан». Непонятная «Рябиновая свеча». «Осиновая зола» в баночке из-под майонеза… А это что?
   В витрине у правого края лежала темная, судя по цвету медная, пластинка, величиной с книгу средних размеров и толщиной примерно такая же. «Артефакт неизвестного назначения» – вот что было написано на табличке. Оно и понятно: уяснить, для каких надобностей можно использовать эту фиговину, было практически невозможно. Сергей наклонился пониже.
   В центре пластины находилось углубленное изображение ладони в натуральную величину, окруженное стертым растительным орнаментом. Такой же (а может, и несколько другой, растения все похожи) узор вился и по краю. Все пространство вокруг было испещрено буквами, по виду – старославянскими, мелкими и тоже основательно потертыми.
   Сергей не был силен в славянских культах, несмотря на свое увлечение реконструкцией. Хватит с него и того, что он знает, как владеть мечом, и носит одежду, сделанную по старинным технологиям (на турнирах, конечно). Не хватало еще насиловать собственный мозг язычеством и прочей лабудой.
   Но вот что это за хрень? Сергей о таком никогда не слышал. А что это означает? Что вещь эта очень редкая. А редкие вещи что? Правильно, студент Вышинский, очень дорого стоят. На церковную принадлежность не похожа, а значит, может оказаться, что сделали ее еще до крещения Руси, отсюда следует, что ей лет под тысячу. Понятно, деревенские «историки» определить это не смогли и добавили вещицу к своему хламу…
   На табличке под названием мелкими буквами была напечатана история нахождения: «Обнаружен в 1940 году в ходе земляных работ в лесу у с. Загорки местным жителем колхозником С. С. Донцовым». Колхозником, ну конечно…
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация