А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Иной 1941. От границы до Ленинграда" (страница 18)

   Если 6-я танковая дивизия медленно пробивалась через укрепленный район, то 1-я танковая дивизия во второй половине дня 4 июля подошла к Острову. На острие удара действует бронегруппа из танков и БТРов. Именно БТРы прорываются к шоссейному мосту через р. Великую и обеспечивают его захват. Одновременно быстрой атакой захватывается железнодорожный мост. Город вовсе не упал в руки немцев как спелый плод. В ЖБД 1-й танковой дивизии отмечается: «Оборону Острова противник осуществляет с помощью танков и большого количества противотанковых орудий. Ведутся упорные уличные бои, в которых участвует вооруженное гражданское население. Населенный пункт зачищается медленно и планомерно»[214].
   Успех с захватом Острова и мостов в нем сражу же поставил 1-ю танковую дивизию в сложное положение. На войне мало было захватить важный плацдарм, нужно было еще его удержать. Уже первые часы 5 июля стали для немецких войск на плацдарме у Острова серьезным испытанием.

   Подбитый в районе Острова танк КВ-1

   После этого прибыли оспаривать владение немцами Островом «сталинские соколы». В ЖБД XXXXI корпуса указывалось: «Бои на плацдарме Остров становятся более ожесточенными. Вражеская авиация, которая энергично и успешно вмешивается в наземные бои, в настоящее время однозначно господствует в воздухе»[215].
   Действительно, за утро 5 июля отсутствуют даже заявки на сбитые советские самолеты в районе Острова. При этом нельзя сказать, что Ме-109 базировались где-то далеко в тылу. Все три группы JG 54 на тот момент базировались на аэродромах в районе Двинска (Даугавпилса). Скорее всего, причиной отсутствия «воздушного зонтика» были проблемы взаимодействия с наземными войсками. Вырвавшиеся вперед моторизованные части были вынуждены отражать воздушные атаки в основном зенитным огнем.
   Однако опора на зенитки одновременно обеспечивала немецкие войска мощными 88-мм пушками, успешно применявшимися для поражения наземных целей. Еще ранним утром на плацдарм прибыли части 3-го зенитного полка Люфтваффе. 1-я танковая дивизия была во всеоружии для сражения с танками любых типов, включая танки КВ. Немцы тогда еще не знали, что им предстоит столкнуться с модернизированными путем экранирования танками этого типа. Вопрос об экранировке танков КВ-1 и КВ-2 был поставлен еще до войны, в марте 1941 г. В итоге танки КВ-1 было решено экранировать бронеплитами толщиной 25 мм, закрепляемых на корпусе и башне специальными болтами. Это увеличивало массу машины почти на три тонны. Первые три экранированных КВ-1 собрали на Кировском заводе к 16 июня 1941 г. Под Островом состоялся дебют новых машин.
   Приказ на контрудар из штаба Северо-Западного фронта последовал в 19.40 предыдущего дня, т. е. 4 июля. Задача формулировалась как «уничтожить пытающуюся прорваться в г. Остров группировку противника». Судя по «пытающейся», распоряжение готовилось, когда бой за Остров еще не завершился. Генерал Чернявский в 8.20 5 июля приказывает 3-й танковой дивизии атаковать Остров с двух направлений двумя танковыми полками. В это время немцы уже достаточно прочно закрепились в городе. Пока идет подготовка к атаке, проходит еще несколько часов. Только в 15.25 5 июля, ревя моторами, бэтэшки и КВ начинают движение.
   Тем временем, получив от авиаразведки и высланных вперед разведгрупп данные о сосредоточении советских войск для контратаки, немцы решают нанести превентивный удар. Почему им не сиделось в Острове – не вполне понятно. Боевая группа Крюгера в 14.20 (берлинского времени) сама выходит из Острова и почти сразу же по обе стороны дороги на Псков сталкивается с атакующими советскими танками. По капризу судьбы, советские и немецкие части переходят в наступление практически одновременно.

   Танк БТ на улице Пскова

   Дальнейшее описывается в ЖБД 1-й танковой дивизии следующим образом: «Противник поддерживает танковую атаку мощным артиллерийским огнем из всех калибров. Тяжелые русские танки уничтожают легкие противотанковые орудия и транспорт II батальона [113-го мотострелкового полка]; в нескольких местах линия продавлена»[216]. Одна из самых известных фотографий экранированного танка КВ, который давит немецкую автомашину, относится именно к этому эпизоду. Прибывшие еще рано утром зенитки, по имеющимся данным, остались охранять мосты.
   От полного разгрома неосмотрительно высунувшихся из Острова в чистое поле немецких мотострелков спасает только шквальный огонь полевой артиллерии. По атакующим советским танкам бьют с открытых позиций батарея 10-см пушек из приданного XXXXI корпусу 611-го дивизиона и батарея 150-мм гаубиц штатного артполка дивизии Кирхнера. 10-см пушки К-18 были способны подбить любой советский танк времен Второй мировой войны, и экранированные КВ-1 здесь не были исключением.
   Поле боя превратилось в сущий ад, на шоссе и около него были перемешаны подбитые и еще боеспособные танки. Картину происходившего рисует акт, которым была оформлена потеря КВ-2 № 4754 командира батальона капитана И. И. Русанова. Танк был подбит, получил повреждение тяг трансмиссии, была перебита гусеница. В акте сообщается: «Движение танка было невозможно, так как подбитые и горевшие танки забили проезжую часть моста, отход был невозможен ввиду подбитого управления танка и свалившейся гусеницы, и танку не было возможности развернуться»[217]. Экипаж покинул машину. Судьба же немолодого комбата капитана Ивана Ивановича Русанова, 1902 г. Рождения, осталась неизвестной. Он остался в танке для вывода его из строя и, скорее всего, погиб.
   Через полтора часа после начала встречного боя на поле сражения появляются немецкие танки, которые тоже вносят опустошение в ряды атакующих. Для легких танков 1-го мехкорпуса столкновение с Pz.III и Pz.IV новейших серий было почти смертельным. Тем не менее танковые атаки на Остров, поддержанные огнем артиллерии, не ослабевают. В ЖБД 1-й танковой дивизии констатируется: «На фронте 2-го батальона 113-го сп возникает кризис». По впечатлениям немцев, точку в советском контрударе поставили залпы «небельверферов» 52-го полка, направленные на советские позиции и скопления танков. В отчете штаба 1-го мехкорпуса указывается, что 3-я танковая дивизия «под ударом пикирующих бомбардировщиков, применивших зажигательные бомбы и горючую смесь, мощной артиллерии и минометов», начала отход. 5-й танковый полк отходил на Порхов, 6-й танковый полк – на Псков. По предварительным оценкам, потери соединения в матчасти к концу боя достигали 50 %. Как указывается в отчете корпуса, «по неточным данным» в 5-м танковом полку остался 1 танк Т-28 и 14 БТ, в 6-м танковом полку – 2 КВ и 26 БТ-7[218]. Были потеряны все три КВ-2 и пять КВ-1 из десяти полученных накануне. По немецким заявкам, советские потери под Островом по состоянию на 19.30 5 июля составили 75 танков, «среди которых тяжелейшие». Эта заявка говорит о том, что советские данные несколько завышены.

   «Огнеметный батальон… был использован преступно». Подбитый под Островом огнеметный Т-26

   В отчете начальника химической службы 1-го мехкорпуса подполковника Сапцова организация наступления была подвергнута жесткой критике: «Огнеметный батальон 5 ТП при атаке г. Остров, быв. к-ром 5 ТП был использован преступно. Одну роту огнеметных танков выслал в первый эшелон с задачей уничтожения ПТО пр-ка. Эта рота в течение 30–40 минут была полностью уничтожена в упор артогнем немцев, т. к. огнеметные танки маневрируя подходили на огнеметный выстрел к ПТО»[219].
   Небезынтересно будет отследить судьбу человека, который отдал этот преступный и противоречащий имевшимся тогда представлениям о тактике борьбы с ПТО приказ. Напомню, что с ПТО противника по предвоенным разработкам должны были бороться тяжелые танки. Как можно судить по вышепроцитированным немецким документам, танки КВ действительно успешно утюжили легкую противотанковую артиллерию боевой группы Крюгера. В представлении погибшего капитана Русанова к ордену Красного Знамени указывается, что его батальон уничтожил 12 противотанковых пушек.
   Однако разбирательства действий командира 5-го танкового полка по итогам боев за Остров не состоялось. 36-летний подполковник Пасынчук Григорий Николаевич вскоре после описываемых событий попал в плен к немцам. Причем факт пленения комполка был отражен даже в ЖБД (Ia KTB) группы армий «Север». Показания, которые Пасынчук дал на допросе в плену, производят тягостное впечатление. Он сразу же высказал мнение о своем начальстве, а также выложил немцам структуру своего соединения. Пасынчук показал, что «3-я тд относится к 1-му тк, командир которого Чернявский является евреем. Командует он очень плохо. 3-я тд состоит из 5-го и 6-го тп, 3-го мсп, разведбатальона и двух артполков, один из которых имеет № 6. Об остальных частях дивизии он ничего не знает». Также этот «новатор» в использовании танковых войск высоко оценил германскую противотанковую артиллерию. В записи его показаний отмечается: «На вопрос о воздействии немецкого оружия он ответил, что немецких танков не боятся, а артиллерия (очевидно, имеются в виду 5,5-см противотанковые орудия и 8,8-см зенитки) производит опустошительное воздействие»[220]. Относительно потерь и численности полка Пасынчук дал немцам противоречивые показания, возможно, он сам не знал толком состояние дел.
   Для советской стороны подполковник Пасынчук числился пропавшим без вести с 7 июля 1941 г. Приказом Главного управления кадров в январе 1942 г. он был официально исключен из списков как без вести пропавший 7 июля 1941 г. Однако Г. Н. Пасынчук в сентябре 1942 г. оказывается репатриирован, арестовывается, и Особым совещанием при НКВД СССР в мае 1943 г. экс-подполковник был осужден на пять лет исправительно-трудовых лагерей. Об обстоятельствах репатриации и причинах достаточно мягкого, по меркам военного времени, приговора можно только гадать. Отбыв наказание, Пасынчук в сентябре 1947 г. освобождается из лагеря, приезжает на три дня домой в Ленинград к семье, сразу же уезжает в Москву хлопотать о своей судьбе, а в декабре 1947 г. скоропостижно умирает. В истории боев под Островом он останется отрицательным персонажем, не проявившим ни профессионализма, ни смекалки, ни даже простого человеческого мужества перед лицом врага в плену. К слову сказать, предшественником подполковника Г. Н. Пасынчука на посту командующего 5-м танковым полком был полковник А. Г. Родин, переведенный в формируемый 10-й механизированный корпус. Формирование новых механизированных корпусов неизбежно вызывало размывание кадров и иногда приводило к продвижению в мирное время малокомпетентных людей на ответственные должности.
   Несмотря на все недостатки организации боя, яростная атака крупных масс танков произвела на немцев сильное впечатление. В ЖБД XXXXI корпуса указывалось: «Противник атакует Остров танками, тяжелой артиллерией и превосходящими силами авиации с такой мощью, что приходится вновь повторять уже многократно направленный запрос на воздушную поддержку с указанием на то, что в нынешних условиях удерживать Остров длительное время может не получиться. Потери как противника, так и наши высоки. Мощная артиллерийская подготовка противника свидетельствует о готовящейся атаке на плацдарм. Около полудня действия наших истребителей несколько уменьшают воздействие мощных бомбовых ударов противника, однако последние продолжаются во второй половине дня со значительными интервалами. Они направлены на шоссе, ведущее на юг»[221].
   Действительно, 5 июля после полудня в небе над Островом действовала только одна группа истребителей – III группа JG54. За день ее пилоты отчитались о 12 сбитых советских бомбардировщиках. Скорее всего, атаки на шоссе южнее Острова были направлены на изоляцию немецкого плацдарма. «Второе дыхание» атакам с воздуха на немецкие части в районе Острова дало активное участие в налетах авиации Северного фронта. 2-я и 41-я авиадивизии были с вечера 4 июля перенацелены с Финского фронта на удары по механизированным колоннам, двигавшимся в направлении Острова и в районе самого Острова.
   В ЖБД 1-й танковой дивизии мы также находим сравнительно высокую оценку советского контрудара под Островом: «В течение дня происходил планомерный, подготовленный контрудар противника при поддержке бомбардировщиков и штурмовиков, после долгой, очень мощной артиллерийской подготовки и при массированной поддержке танков. Несмотря на временные вклинения, линию фронта на плацдарме удавалось удерживать в течение всего дня»[222]. Потери 1-й танковой дивизии за 5 июля составили 58 человек убитыми, 132 ранеными и 6 пропавшими без вести[223]. Соединение потеряло 16 офицеров, в том числе 10 – в 113-м полку, выскочившем из Острова в самый неподходящий момент.
   Однако почему же тогда контрудар 1-го мехкорпуса оказался в целом неуспешным? Во-первых, авиаудары не были согласованы по времени с атаками танков. Во-вторых, собственной мотопехоты 3-я танковая дивизия была лишена, т. е. под рукой не имелось минимально обученной совместным действиям с танками пехоты. Вообще, пехоты на тот момент в районе Острова было просто мало. От 41-го стрелкового корпуса в бою участвовало, согласно отчету 1-го мехкорпуса, около полутора батальонов. Основная масса частей 118-й и 111-й стрелковых дивизий на тот момент была разбросана на линии обороны фронтом на запад, лишь одним из участков которой был город Остров. Итогом стал общий неуспех контрудара и оставшееся за противником поле боя, что не позволяло эвакуировать танки.
   Может возникнуть закономерный вопрос: а стоило ли размазывать 118-ю и 111-ю стрелковые дивизии на широком фронте вдоль старой границы? Отказ от выстраивания сплошного фронта тоже мог дорого стоить. В действительности 36-я моторизованная дивизия XXXXI корпуса наступала с запада на Псков и Остров. В реальности она пробивалась через боевые порядки 111-й стрелковой дивизии. Если бы ее собрали в кулак под Островом, последовал бы удар через пустоту во фланг и тыл советской группировке на подступах к Острову.
   Сражение под Островом не завершилось яростной, но неудачной танковой атакой. Не следует думать, что потрепанные части 1-го мехкорпуса откатывались в беспорядке, полностью потеряв боеспособность. После отражения удара 1-го мехкорпуса немцы сразу же возобновили наступление, преследуя по пятам отходящие советские части. Уже в сумерках захватывается переправа через р. Великая у деревни Горбово, на фланге 1-й танковой дивизии. В ответ следует немедленная контратака с танками, и немецкое наступление останавливается.
   Своеобразие положения немецких и советских войск под Островом заключалось в том, что XXXXI танковый корпус атаковал позиции 41-го стрелкового корпуса, если можно так выразиться, под острым углом. Если обычно танковый удар следует перпендикулярно фронту обороны, то под Островом положение противников принципиально отличалось от этой традиции. Советские войска занимали оборону по старой границе и УРам фронтом преимущественно на запад и фрагментарно на юго-запад. Немецкие танковые дивизии подходили с юга и юго-запада. Во-первых, это привело к тому, что 41-й корпус оказался под угрозой быстрого окружения. Немцам достаточно было прорваться к Пскову, чтобы одним ударом отрезать 111-ю и 118-ю дивизии южнее Псковского озера. Во-вторых, часть сил 41-го стрелкового корпуса сразу же оказалась на фланге немецкой танковой группировки. Поэтому, по итогам дня 5 июля, немцы не спешили развивать наступление с плацдарма в Острове дальше на Псков. 6 июля было потрачено на расширение плацдарма и подтягивание на него 6-й танковой дивизии, а также на сковывание ударом с фронта советских войск на линии обороны Остров – Псков. Последняя задача была поручена 36-й моторизованной дивизии.
   Несмотря на тяжелые бои в течение дня, наступление 36-й моторизованной дивизии на позиции 111-й стрелковой дивизии не достигло существенных успехов. В ЖБД XXXXI корпуса по итогам этих боев без всякого энтузиазма указывалось: «Согласно решению командования корпуса, дивизия должна удерживать достигнутую линию, однако в отношении продолжения наступления не ставить подразделениям непосильных задач, которые в силу нынешнего положения противника приведут только к ненужным потерям. Командование корпуса считает, что противник перед 36-й пд в любом случае сражается за уже потерянные рубежи и после завтрашнего наступления на Псков отойдет сам»[224].

   Разбитый в районе Порхова немецкий разведывательный бронеавтомобиль. На заднем плане – подбитый танк Т-28

   Одновременно 6 июля стало днем жесточайшего сражения в воздухе. В небе над немецким плацдармом на реке Великой в районе Острова развернулись жаркие воздушные баталии. По-прежнему Остров прикрывала III группа 54-й эскадры (JG54). За день ее летчики отчитались о 18 сбитых советских бомбардировщиках, в полтора раза превысив результат предыдущего дня. Им на помощь были подтянуты I и II группы же 54-й эскадры(JG54). Пилоты этих двух групп отчитались о 19 и 10 сбитых советских бомбардировщиках соответственно. Еще одним участником воздушного сражения стала II группа 53-й истребительной эскадры (JG 53), 5 июля переброшенная на аэродром Альт-Шванебург в Литве. Ее заявка составила 9 самолетов-бомбардировщиков. Общая заявка, таким образом, составила 56 сбитых советских самолетов. Потери авиации Северного фронта составили 25 самолетов, не вернувшихся с боевого задания, и 3 севших на вынужденную.
   Все три группы JG54 по-прежнему летали с аэродромов в районе Двинска, соответственно обеспечить плотное прикрытие плацдарма было технически возможно уже 5 июля. Тем не менее это сделано не было, и утром 5 июля советские ВВС действовали безнаказанно – уровень организации у немцев все же несколько преувеличивается. Тем не менее на следующий день, 6 июля, атаки на Остров стали для экипажей СБ просто самоубийственными. Указанные четыре группы насчитывали в сумме около 100 истребителей Me-109, устрашающая плотность с любой точки зрения.
   Тем временем набирало обороты сражение на правом фланге немецкой ударной группировки. Если до войны 1-й мехкорпус не получил ни одного нового танка, то в начале июля в него начали строчить с Кировского завода танками КВ как из пулемета. Фактически все принятые военпредом танки КВ до 10 июля 1941 г. шли прямиком в адрес корпуса Чернявского. Только 11 июля впервые в ведомостях появляется другой пункт назначения – Вязьма, а затем Ржев (скорее всего, в 101-ю танковую дивизию Западного фронта). Это, впрочем, неудивительно ввиду того, что речь шла о боях на дальних подступах к Ленинграду, где эти тяжелые танки производились. Всего с конца июня в адрес 1-го мехкорпуса отправили 37 танков КВ-1 и КВ-2. Из них по крайней мере 20 танков КВ дошли до 3-й танковой дивизии(3 КВ-2 и 1 КВ-1 до боя за Остров и 10 КВ-1 после него). Начиная с 5 июля они направлялись в Порхов, т. е. действовали в частях 1-го мехкорпуса, находящихся на фланге немецкого наступления.
   За счет прибытия тяжелых танков в 3-ю танковую дивизию и постепенному накоплению стрелковых частей, выгружавшихся с эшелонов, советскому командованию удалось создать серьезную угрозу флангу XXXXI танкового корпуса. 6-я танковая дивизия оказалась втянута в бои за деревню Золотухино на фланге корпуса, переходившую из рук в руки. Именно в ходе этих боев был взят в плен вышеупомянутый подполковник Пасынчук. Из-за открытого фланга и упорной обороны советских частей на подступах к Острову начавшееся наступление 1-й танковой дивизии развивалось 7 июля достаточно низкими темпами. Молниеносного броска на Псков не получилось. Угроза флангу также заставила Рейнгардта вытребовать себе для защиты фланга 3-ю моторизованную дивизию из застрявшего в лесах LVI корпуса Манштейна.
   По итогам дня 7 июля командование XXXXI корпуса сделало следующую оценку действий советских войск: «Оценка противника – упорно сражающиеся при поддержке артиллерии и танков арьергарды пытаются держать дефиле между Псковом и озером Пейпус открытым для отходящих с запада частей»[225]. Такая стратегия была для советского командования вполне логичной: нужно было вывести 111-ю и 118-ю стрелковые дивизии из потенциального окружения.
   Ввиду упорного сопротивления советских войск, седлавших шоссе Остров – Псков, командование направило боевую группу Вестховена из 1-й танковой дивизии на захват переправы через р. Череху у Будника, к востоку от Лопатино. Считалось, что Лопатино и мост на шоссе будут упорно обороняться и его захват будет стоить больших жертв. Однако и на подступах к Буднику немцам пришлось преодолевать сопротивление советских частей в полевых укреплениях. В девятом часу утра переправа у Будника была захвачена, образован плацдарм. Тем временем шоссейный мост у Лопатино был взорван.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация