А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Моя дорогая служанка" (страница 16)

   – Куда?
   – Я пошла к своей машине. Она стояла здесь же, за углом. Я села в нее и поехала обратно в магазин.
   – Маргарита Игоревна, а какой смысл было приезжать к дому и караулить? Чтобы только издалека посмотреть на сына, выходящего от, как вы изволили выразиться, потаскухи? Вы его и дома могли увидеть.
   Она бросила на меня недовольный взгляд:
   – Татьяна, а вам-то какое дело до всего этого? Я наняла вас вытащить из этого дерьма моего мужа, потом сына… Я, кажется, хорошо заплатила вам. У вас есть ко мне претензии по денежному вопросу? Нет? Так в чем дело? Я вас, кажется, не нанимала помогать мне.
   – Маргарита Игоревна, вы знаете, для чего вас вызвали сегодня в отделение полиции?
   Она посмотрела на меня немного испуганно, но, как обычно, постаралась не показывать этого:
   – Нет.
   – Вас, скорее всего, задержат…
   – Меня?!. Так, значит, настала моя очередь?! Мало им моих мужчин, теперь решили мне помотать нервы? Но я, правда, не убивала ее, Татьяна, хоть вы мне поверьте! Не убивала! Клянусь чем угодно… своим сыном… матерью! В тот день я даже не входила в подъезд, только стояла и наблюдала издалека. Клянусь!..
   – К сожалению, клятвы не являются доказательством невиновности, – вздохнула я.
   – Но эти ваши свидетели, которые видели, как я наблюдаю за домом, они что, разве не сказали, что в подъезд я не входила?
   – Увы.
   – И что же мне теперь делать? – растерянно спросила она.
   – Может, вы видели, как кто-то другой входил в подъезд домработницы? Я имею в виду, кто-то из ваших знакомых.
   Она помолчала несколько мгновений, потом сказала тихо, но очень твердо:
   – Из тех, кого я знаю, не заходил никто.
   Я посмотрела на нее пристально. Она тоже смотрела мне в глаза. А все-таки Маргарита отличная актриса. Но со мной у нее этот номер не пройдет! Не таких раскусывали!
   Я ехала в своей машине и переваривала только что услышанное и увиденное. Играет Маргарита Игоревна, опять играет роль. Я же просто чувствую, что она не хочет откровенничать со мной. Если и не врет, как раньше, то уж не договаривает, это точно! От мамочки своей, Серафимы Аркадьевны, скрытности научилась?
   Нет, ребята, обмануть меня вам вряд ли удастся. До правды я все равно докопаюсь, хотите вы того или нет. Просто у меня характер такой: если уж я за что-то ухватилась, не выпущу, пока не выведу всех на чистую воду. Даже если правда будет всем вам жутко неприятна, я ее все равно добуду.

   Я ехала к Светке в парикмахерскую. Последний раз я была здесь, наверное, месяц назад, и моя голова требовала приложения руки мастера. Светка вымыла мне голову и начала подстригать кончики волос.
   – Ну, как, ты закончила свое дело? Помогла освободить того парня, что домработницу грохнул, или его все-таки отдадут под суд?
   – Не за что его отдавать под суд: он невиновен, – сказала я.
   – Да ты что? Надо же! А я прям была уверена… На затылке снять немного?
   – Сними…
   – А макушечку профилируем?
   – Давай.
   – Слушай, а может, тебе мелирование сделать?
   – В другой раз.
   – А легкую химию?
   – Не хочу жечь волосы…
   Между делом я рассказала Светке, как смогла доказать невиновность Евгения.
   – И кого теперь назначили преступником? – спросила подруга, ловко орудуя ножницами.
   – Сейчас взялись за мать почтенного семейства, – объяснила я, щурясь от падающих на мое лицо состриженных волос. – Ту самую дамочку, которая заказывала мне расследования.
   – А что? Вполне возможно, что и она. Ей-то выгодно убрать соперницу, да если бы и сын женился на этой… прости, господи! Тоже, знаешь!.. Такую сноху лучше застрелить, чем пустить в семью.
   Светка быстренько постригла меня и сделала укладку. Потом мы с ней сидели в комнате отдыха мастеров, благо был разгар рабочего дня, и народу в салоне почти не было, пили чай и болтали о своих делах.
   – И хорошо ты на этом деле заработала? – спросила подруга.
   – Неплохо.
   – Слушай! У меня отгулов накопилось, да плюс два выходных… Давай смотаемся куда-нибудь, отдохнем, развеемся…
   – Куда, например? – уточнила я.
   – Можно на море. На недельку, а? Отпуск еще только в конце сентября, а так хочется выбраться на свободу!
   – Ты прямо как Мельников. Тот тоже меня посылал отдыхать. Только сначала, говорит, сделай себе интимный пирсинг. Нет, ты представляешь?! Сказать мне такое? Извращенец!
   – Что, прямо так и сказал? – прыснула Светка.
   – Слово в слово.
   – Нет, твой Мельников большой оригинал!
   – Почему это он мой? – возмутилась я.
   В это время коллеги по цеху позвали Светку в зал, потому что пришел кто-то из ее клиентов; мы с ней попрощались, договорившись созвониться, и я поехала к себе домой.

   Звонок моего мобильного раздался уже после обеда. Я в это время лежала на диване и листала детективчик, купленный по дороге домой в киоске. Я включила телефон и услышала возмущенный голос Серафимы Аркадьевны, просто оглушивший меня:
   – Татьяна, мне только что позвонила дочь из полицейского участка. Ее задержали! Вы слышите: они задержали мою дочь! Она, между прочим, наняла вас не затем, чтобы ее упрятали за решетку! Как вы могли такое допустить?! Немедленно освободите Маргариту!..
   Поначалу я даже растерялась. Это у них что, семейное – кричать на сыщиков? Когда задержали их ненаглядного Женечку, Маргарита Игоревна точно так же кричала на меня и сорвала мой отдых на даче.
   Я отодвинула руку с телефоном от своего уха и дала возможность пожилой женщине выпустить пар. Но едва в ее монологе появилась пауза (очевидно, графиня набирала воздуха в легкие), как я тут же вставила свое слово:
   – Серафима Аркадьевна, если я правильно вас поняла, Маргариту Игоревну задержали в полицейском участке и вы просите меня помочь освободить ее?
   – Ну, разумеется!
   Я задумалась буквально на одно мгновение. Вытащить Маргариту Игоревну? А что, я, пожалуй, возьмусь. Дело очень трудное, но чем черт не шутит. А вдруг получится? Может, это даже и хорошо, что дело трудное, – легкое решать даже неинтересно.
   – Хорошо, – сказала я, – только с одной оговоркой: я попробую помочь вам. Никаких гарантий я дать не могу, потому что положение вашей дочери очень серьезное.
   Мне показалось, что Серафима Аркадьевна ахнула или охнула. А может, просто икнула.
   – Татьяна! Умоляю! Спасите Маргариту… Она же ни в чем не виновата!
   Ага, мы уже не кричим и не требуем, мы уговариваем.
   – Но я должна буду поговорить с вами троими. Сегодня же.
   – Да-да, конечно! Мы с Женечкой дома, приезжайте. Виталий тоже скоро придет, я сейчас позвоню ему, чтобы не задерживался. Мы ждем вас с нетерпением…
   Я положила трубку и начала собираться. Похоже, мне ничего не остается, как снова взяться за дело. Не могу же я отказать в помощи людям, попавшим в беду?!

   Когда я приехала в дом Удовиченко, Серафима Аркадьевна с внуком сидели на кухне за столом. Они делали вид, что чаевничают, на самом деле плюшки лежали на тарелке нетронутыми, чай в бокалах у обоих был выпит лишь на треть.
   Я сбросила кроссовки в прихожей, прошла вслед за бабушкой в кухню и присела к столу.
   – Татьяна, – сказала Серафима Аркадьевна торжественно, – для начала я должна принести вам извинения за мой тон, которым я говорила с вами только что по телефону…
   Я не дала ей договорить: не время было разводить политесы.
   – Извинения приняты, – с легким поклоном сообщила я.
   – Тогда выпьем чай? Или вам кофе?
   – Потом, после того, как я побеседую с вами всеми. Но помните: вы должны быть откровенны со мной. Повторяю: предельно откровенны. Иначе я просто не смогу помочь Маргарите Игоревне. Положение ее очень серьезное…
   – Мы согласны, – дружно закивали бабушка и внук.
   – А где у нас глава семейства? – спросила я.
   – Виталий Яковлевич обещал подъехать сразу, как только освободится, – заверила меня Серафима Аркадьевна.
   – Тогда начнем с вас, – кивнула я ей.
   Евгений взял свой бокал и вышел из кухни.
   Я посмотрела на Серафиму Аркадьевну. Она заметно побледнела и выглядела так, как будто ее дочь приговорили к электрическому стулу. Между тем глаза ее горели каким-то странным огнем.
   – Татьяна, вы должны помочь Маргарите! – безапелляционно заявила женщина и сжала мое запястье своей рукой. – Умоляю!.. Заклинаю!.. Нет, я требую! Делайте что хотите, только помогите!.. Я готова на все! Если нужны деньги, только скажите сколько.
   Я поразилась боевитости и напористости пожилой женщины. Если бы у нее был тот злосчастный пистолет, она бы сейчас, наверное, поставила меня под его дуло.
   – Серафима Аркадьевна, – осторожно сказала я, – дело в том, что все складывается против вашей дочери…
   – К черту то, что там у них складывается! Соберите доказательства в ее пользу. Вы же смогли помочь Виталию и Женечке, сможете и ей, я уверена.
   – Где бы их еще взять, эти доказательства?! Свидетели видели, как Маргарита Игоревна наблюдала за подъездом, в котором жила ваша бывшая домработница.
   – И что с того? – удивилась бабушка-графиня. – Скажите на милость – соседи видели! А я дам показания, что видела, как эти самые соседи гурьбой завалили в квартиру этой мерзавки!
   – Соседи мерзавки – незаинтересованные люди, – напомнила я. – Карина Овсепян не соблазняла их мужей, сыновей и внуков.
   – Как знать!
   Я внимательно посмотрела на Серафиму Аркадьевну. Что-то в ее голосе было такое, что заставило меня спросить ее:
   – Вам что-то известно? У нее были другие связи?
   Женщина посмотрела на меня загадочно:
   – Как знать! – повторила она.
   – Серафима Аркадьевна, поясните, пожалуйста, что вы имеете в виду, – попросила я.
   – А что здесь пояснять? – как будто даже удивилась женщина. – Татьяна, вот смотрите: когда эта девица ушла от моей дочери, она сначала сама сняла себе квартиру. Это потом уже жилье начал оплачивать Виталий. И работу она себе тоже нашла – горничной в одном доме. Чувствуете? Она не пошла работать в магазин продавщицей или секретаршей в какой-нибудь офис, хотя с такими внешними данными ее, я думаю, взяли бы обязательно. Она пошла по тому же самому пути, по которому только что прошла, невзирая на не слишком-то красивое расставание с прежними хозяевами, то есть с нами. Вам не кажется это странным?
   Серафима Аркадьевна смотрела на меня многозначительно.
   – Вы хотите сказать, что ваша домработница опять искала обеспеченный дом с хозяином-мужчиной в придачу, чтобы снова заниматься, так сказать, своей неблаговидной деятельностью?
   Графиня кивнула:
   – И вполне вероятно, там она тоже залезла в чью-то постель и тамошняя хозяйка тоже не пришла от этого в восторг. Меня вообще удивляет, что полиция ухватилась только за версию нашей семьи. А другие-то чем лучше? Почему не проверяют других?
   Резонный вопрос. Я внимательно посмотрела на собеседницу:
   – Серафима Аркадьевна, а откуда вам известно, что Карина снова устроилась домработницей?
   Женщина вздохнула и театрально развела руками:
   – Мир полнится слухами…
   – Может быть, вы даже знаете, у кого?
   – Эскюзей муа, но такими сведениями я, к сожалению, не располагаю. Вы у нас сыщик, Татьяна, вы и узнайте, в чьем еще доме нагадила эта тварь… Кстати, вы будете чай?
   – Позже… – машинально ответила я. – Разумеется, я приму к сведению то, что вы мне сказали. И у меня к вам будет еще один вопрос. Скажите, Серафима Аркадьевна, почему вы обманули меня, сказав, что не умеете стрелять из пистолета вашего мужа?
   Мой вопрос ничуть не смутил женщину. Она лишь вскинула вверх брови и пожала плечами, на которых красовалась накинутая кружевная тонкая шаль:
   – А вы сами разве не догадываетесь?
   – А вы наняли меня для того, чтобы я разгадывала ваши загадки? – вопросом на вопрос ответила я. – Чтобы тратила время на опровержение ваших заявлений и показаний? И это вместо того, чтобы доказывать невиновность ваших близких!
   – Ну, мое показание было не таким уж и ложным. Во-первых, я давно не стреляла из этого пистолета, как и из всех прочих, так что все навыки растеряла, а во-вторых… Ну, подумайте сами, Татьяна: как я могла вот так запросто сознаться в том, что владею оружием? Меня бы тогда могли привлечь в качестве обвиняемой.
   – Зато привлекли ваших родственников…
   – Но вы же помогли им!
   – Хорошо, Серафима Аркадьевна, это все, о чем я хотела спросить вас. Теперь, с вашего позволения, я пойду в комнату вашего внука, с ним мы поговорим там.
   – Одну минутку, Татьяна… Я еще раз хотела сказать, что моя дочь не виновата. Помогите ее оправдать. Она не могла… Она не такая, чтобы убить! Поверьте, если бы она действительно хотела расправиться с этой негодяйкой, то сделала бы это давно: ведь она давно знала, что Виталий спит с ней… И не он один… Но она терпела измены мужа, потому что хотела сохранить семью любым способом. Неужели она мало настрадалась? Неужели теперь сядет в тюрьму ни за что?! Татьяна, помогите оправдать мою дочь!
   Ну, насчет «ни за что», вопрос, конечно, спорный. А насчет всего остального…
   Я внимательно посмотрела в глаза пожилой женщине. В них была такая боль и такая любовь к дочери, что я, мысленно вздохнув, только и смогла ответить:
   – Да, я постараюсь сделать все, от меня зависящее…
   И удалилась из кухни.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация