А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Налоговые споры. Оценка доказательств в суде" (страница 35)

   В юридической литературе существуют различные взгляды на относимость доказательств. И.М. Резниченко считает, что относимость является не более чем условием допущения доказательств в процессе, поскольку вопросы относимости доказательств решаются до исследования их судом[375]. Как правило, обязывающее суд выяснить и исследовать относящиеся к делу факты и обстоятельства, рассматривают относимость Д.М. Чечот[376] и А.К. Сергун[377]. По мнению М.К. Треушникова, «относимость доказательств есть не только их свойство, но и правило поведения суда, в силу которого он принимает, истребует, исследует только доказательства, способные подтвердить факты, имеющие значение по делу, необходимые и в то же время достаточные для вынесения обоснованного решения»[378]. В.В. Молчанов полагает, что «относимость может рассматриваться не только как объективное свойство доказательства, но и как правило, адресованное суду»[379].
   Однако документ как доказательство должен обладать не только свойством относимости, но быть еще и допустимым, «т. е. находиться в той процессуальной форме, которая создавала бы твердую уверенность в том, что обнаружение и закрепление данного доказательства проведены с соблюдением предусмотренных законом условий, что данное средство информации предусмотрено законом как надлежащее средство для получения тех или иных выводов по делу»[380].
   Таким образом, если относимость документов как доказательств определяется в основном через их содержание, то вопрос об их допустимости решается с точки зрения соблюдения процессуальной формы вовлечения их в сферу уголовного судопроизводства.
   Уголовно-процессуальный закон, регламентируя правила собирания и опенки доказательств, устанавливает тем самым критерии для определения их допустимости, поскольку соблюдение указанных правил не без основания рассматривается как важнейшая гарантия соблюдения прав и свобод человека и гражданина, обеспечения интересов личности в сфере осуществления судебной власти, гарантия законности справедливого решения по делу[381].
   Значение допустимости состоит в том, что посредством ее установления исключаются из системы уголовного судопроизводства доказательства, достоверность которых выявить затруднительно или невозможно. Следовательно, допустимость играет роль барьера, препятствующего проникновению в систему доказывания данных, не являющихся доказательствами в процессуальном значении этого слова[382].
   Д.Б. Игнатьев полагает, что, поскольку оценка доказательств относится сугубо к мыслительной деятельности, подробно регламентировать которую гораздо сложнее, нежели регулировать производство следственных и иных процессуальных действий в части собирания и проверки доказательств, затруднительно дать законодательное определение допустимости доказательств[383].
   Однако в теории уголовного процесса выработаны различные понятия допустимости доказательств, а также подходы к ее определению.
   По мнению одних ученых, необходимо говорить о допустимости не фактических данных, а источников таковых. Так, М.С. Строгович считает, что допустимость доказательства – это его способность как источника сведений о факте быть средством установления этого факта[384]. Ф.Н. Фаткулин считает, что под допустимостью источника доказательств понимают признанную законодателем пригодность (приемлемость) данного источника служить средством процессуального доказывани[385]. С точки зрения M.Л. Якуба, более широкое понимание условий допустимости доказательств повлечет смешение понятия достоверности доказательств и их допустимости[386].
   Связывать допустимость доказательства только с законностью его источника правильно лишь отчасти, поскольку в понятие допустимости доказательства обязательно должно входить требование и о законности условий и способов его получения. В связи с этим можно согласиться с мнением авторов, определяющих понятие допустимости доказательства не только с точки зрения законности его источника, но и через соблюдение установленного порядка проведения процессуального действия, направленного на его собирание и закрепление[387].
   Допустимость есть пригодность доказательств с точки зрения законности источников, методов и приемов получения сведений[388]. Допустимость доказательств – признак, который относится как к содержанию, так и к форме доказательств и свидетельствует о соблюдении всех требований закона, связанных с их получением и фиксацией[389]. Под допустимостью доказательств понимается такое свойство доказательств, которое характеризует их с точки зрения законности источника, способов получения и закрепления фактических данных правомочными на то лицами[390].
   В юридической литературе обоснованно выделяют следующие требования, предъявляемые к допустимости доказательств (критерии допустимости; правила, определяющие допустимость):
   1) доказательство должно быть получено в ходе процессуального действия субъектом, правомочным на его производство;
   2) фактические данные, составляющие содержание доказательства, должны быть получены из надлежащего источника;
   3) доказательство должно быть получено с соблюдением надлежащей правовой процедуры;
   4) доказательство не должно быть получено с помощью недопустимого доказательства;
   5) доказательство должно содержать сведения, происхождение которых известно, и оно может быть проверено[391].
   Вместе с тем, как было показано выше, арбитражное процессуальное законодательство содержит определение допустимости доказательств. Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.
   Представляется, что данное определение позволяет шире трактовать допустимость доказательства с точки зрения соблюдения не только процессуального закона при его получении процессуальном закреплении, но и материального права, предусматривающего определенный круг документов, с помощью которых могут устанавливаться те или иные обстоятельства, имеющие значение для дела.
   Допустимость судебных доказательств существенно ограничивает использование сведений об обстоятельствах дела в процессе судебного доказывания. Целью такого ограничения, по мнению одних авторов, является обеспечение гарантий достоверности получаемой и используемой судом информации об искомых фактах[392]. По мнению других, процессуальное значение правил допустимости сводится к тому, чтобы обеспечить процесс наиболее полными и надежными доказательствами[393]. Кроме того, установление правил допустимости гарантирует лицам, участвующим в деле, предсказуемость судебного процесса, а следовательно, способствует упрочению стабильности гражданского оборота[394].
   В дореволюционном гражданском процессуальном праве целью установления разных ограничений судебных доказательств считалось ограничение усмотрения судей, а также гарантия права свободного распоряжения сторонами своими частными интересами в процессе, так как достижение истины, как считалось, достигается в публичном состязании сторон[395]. В советской науке арбитражного и гражданского процесса установление правил допустимости рассматривалось как обеспечение достоверных доказательств, с тем чтобы гарантировать установление истины по судебным делам, а упрочению гражданского оборота придавалось подчиненное значение по сравнению с установлением объективной истины[396]. К.И. Малышев указывал, что в установлении правил допустимости «важен вопрос о мере. Нельзя приносить реальную истину в жертву формализму, но невозможно также и ставить все дело правосудия и все права граждан в зависимость от произвола и личного усмотрения судей. Юридическая теория доказательств… должна развить разумные условия и ограничения доказательств, которые бы гарантировали этой материальной истине по возможности широкий и открытый доступ к сознанию суда, но вместе с тем охраняли бы ее от произвола и злоупотреблений»[397].
   Представляется, что точка зрения дореволюционных процессуалистов более точно соответствует принципам современного арбитражного процесса. В арбитражном судебном процессе, одним из основных принципов которого является диспозитивное начало, поиск истины не должен превалировать над гарантиями прав лиц, участвующих в деле, иначе ограничение государством прав и свобод граждан переступит пределы, установленные в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства[398].
   В науке арбитражного и гражданского процессуального права допустимость судебных доказательств рассматривается в широком и узком смысле[399]. Некоторые авторы указывают на общее и специальные (частные) правила допустимости[400].
   Общее правило допустимости доказательств в арбитражном процессе состоит в том, что в процессе доказывания могут использоваться только средства доказывания, предусмотренные законом. Представляется, что в современном арбитражном процессе применимость общего правила допустимости приобрела спорный характер. Такой вывод можно сделать в связи с тем, что АПК РФ 2002 г. фактически устанавливает неограниченный перечень средств доказывания: объяснения лиц, участвующих в деле, письменные, вещественные доказательства, показания свидетелей и заключения экспертов, аудио– и видеозаписи, иные документы и материалы. Статья 89 «Иные документы и материалы» не содержит определения этого средства доказывания, а лишь устанавливает, что иные документы и материалы допускаются в качестве доказательства, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Иные документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме. К ним могут относиться материалы фото– и киносъемки, аудио– и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном АПК РФ 2002 г. Фактически в качестве иных документов и материалов могут быть представлены любые носители информации, содержащие сведения в любой форме. Невозможно предвидеть, какие способы фиксации информации появятся в будущем. Поэтому законодатель преследовал цель сделать возможным представление в качестве судебных доказательств сведений, полученных с помощью новейших технических средств, без специального указания на них в процессуальном законе.
   Однако порядок исследования определен ч. 2 ст. 162 АПК РФ 2002 г. только для аудио– и видеозаписей. Таким образом, принятие документов и иных материалов в качестве судебных доказательств, а также порядок их исследования оставлены на ничем не ограниченное усмотрение арбитражного суда. Любые сведения, не отвечающие признакам вещественных, письменных доказательств, показаний свидетелей, объяснений сторон или заключения эксперта, могут быть приняты судом как иные документы и материалы и исследованы по его усмотрению. Установление неограниченного перечня средств доказывания, порядок исследования которых не определен законом, можно рассматривать как шаг назад в развитии института доказательств, так как при этом утрачивается практическая цель установления общего правила допустимости. Между тем введение законом иных документов и материалов можно было бы расценивать как свидетельство развития института доказательств при условии установления критериев их допустимости и порядка их исследования.
   Специальные правила допустимости, в отличие от общего правила, представляют собой установленные законодательством требования, которые ограничивают использование конкретных средств доказывания, или требования, которые предписывают обязательное использование конкретных средств доказывания при установлении определенных фактических обстоятельств дела[401].
   Специальное правило допустимости применяется только тогда, когда речь идет об обстоятельствах, достоверность которых по правилам той или иной отрасли материального права должна быть установлена только определенными средствами доказывания.
   Необходимо иметь в виду, что законодатель может установить повышенные требования к оформлению определенного вида документов. Поэтому, чтобы считаться допустимыми доказательствами, эти документы не только должны быть оформлены в соответствии с общими требованиями Федерального закона от 21 ноября 1996 г. № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», предъявляемыми ко всем без исключения документам, но и отвечать указанным повышенным требованиям закона.
   Согласно п. 4,5 ст. 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» первичный учетный документ должен быть составлен в момент совершения операции, а если это не представляется возможным, – непосредственно после ее окончания. Внесение исправлений в кассовые и банковские документы не допускается. Из текста данной нормы права следует, что ко всем без исключения документам Закон предъявляет требование об их составлении в момент совершения операции или непосредственно после ее окончания.
   При этом к кассовым и банковским документам Законом предъявляются повышенные требования, налагающие запрет на их исправление, в отличие, например, от счетов-фактур, исправление которых прямо предусмотрено п. 29 Правил ведения журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур, книг покупок и книг продаж при расчетах по налогу на добавленную стоимость, утвержденных постановлением Правительства РФ от 2 декабря 2000 г. № 914.
   В связи с этим суд не вправе признать допустимыми доказательствами квитанции к приходным кассовым ордерам, которые были составлены налогоплательщиком не в момент совершения кассовых операций или непосредственно после их окончания, а спустя значительное время по их завершении, т. е. оформлены заново, именно с учетом законодательно закрепленного запрета на внесение исправлений в кассовые документы, что свидетельствует о предъявлении законодателем повышенных требований к оформлению данного рода документов.
   Допустимость доказывания определенного обстоятельства только указанным в законе доказательством означает, что такое доказательство будет обладать доказательной силой до тех пор, пока не будет доказана несостоятельность такого доказательства. Таким образом, достоверность такого доказательства презюмируется. Обстоятельство, подтверждаемое таким единственно допустимым доказательством, считается доказанным до тех пор, пока противоположная сторона не докажет несостоятельность самого доказательства. Если обстоятельство, на котором основан иск, должно быть подтверждено определенным доказательством, целью доказывания другой стороны в процессе является не просто представление доказательств, обосновывающих ее возражения об отсутствии этого обстоятельства, а представление доказательств недостоверности доказательства, являющегося единственно допустимым[402].
   Так, закрытое акционерное общество обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительным решения инспекции ФНС России от 29 октября 2008 г. о привлечении кналоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 122 НКРФ, о начислении пени, об уплате недоимка! по НДС по акту выездной налоговой проверки за период с 1 января 2005 г. по 31 декабря 2006 г.[403].
   Решением от 22 июля 2009 г. Арбитражного суда города Москвы заявление отклонено, поскольку налогоплательщик неправомерно воспользовался налоговой льготой.
   Постановлением от 12 октября 2009 г. Девятого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, заявление удовлетворено, так как налогоплательщик обоснованно применил льготное налогообложение, предусмотренное подп. 10 п. 3 ст. 149 НК РФ, в соответствии с которым не подлежит налогообложению (освобождается от налогообложения) на территории Российской Федерации реализация необработанных алмазов обрабатывающим предприятиям всех форм собственности.
   Федеральный арбитражный суд Московского округл постановлением от 3 февраля 2010 г. оставил без изменения постановление апелляционной инстанции, которой установлено, что общество заключило договоры купли-продажи необработанных природных алмазов с ООО «Саттори», которое было поставлено на специальный учет в качестве организации, осуществляющей операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями с основным видом деятельности – обработка алмазов (код по классификатору ОКВЭД – 36.22.3), что подтверждалось свидетельством о постановке на специальный учет, выданным Российской государственной пробирной палатой, и картой постановки на специальный учет в государственной инспекции пробирного надзора Российской государственной пробирной палаты.
   Судом апелляционной инстанции также установлено, что сделки, совершенные обществом с ООО «Саттори», зарегистрированы Гохраном России, который подтвердил, что представленные обществом документы свидетельствуют требованиям Инструкции о порядке учета сделок, совершаемых с необработанными драгоценными камнями, утвержденной приказом Минфина России от 4 октября 2001 г. № 81н; сделка с необработанными камнями учтена в журнале учета сделок, совершаемых с необработанными драгоценными камнями между российскими перерабатывающими организациями.
   Федеральным законом «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» предусмотрен специальный учет организаций, осуществляющих операции с драгоценными камнями, а также периодический государственный контроль за производством, извлечением, переработкой, использованием, хранением и учетом драгоценных металлов и драгоценных камней во всех организациях, осуществляющих указанную деятельность.
   В связи с этим вышеназванные документы в соответствии с требованиями указанного закона подтверждают, что ООО «Саттори» является обрабатывающим предприятием.
   Инспекция ссыпалась на то, что допустимыми доказательствами в данном случае будут являться показания генерального директора ООО «Саттори», подтверждающие, что у ООО «Саттори» не имеется необходимых условий в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, поскольку свидетельские показания предусмотрены в ст. 88 АПК РФ как один из видов доказательств по делу.
   Однако такая трактовка понятия допустимого доказательства охватывает лишь его процессуальный аспект без учета материальной составляющей, поэтому принятие такого доказательства судом означало бы соблюдение процессуального закона в ущерб нормам материального права. В связи с этим суд обоснованно не принял во внимание представленные инспекцией показания свидетеля, притом что налогоплательщиком, помимо предусмотренных Федеральным законом «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» документов, представлены акты приема-передач алмазного сырья от ООО «Саттори» заявителю, акты выдачи ценностей, ведомости комплектации алмазов.
   Статьей 92 НК РФ предусмотрено право налоговых органов на проведение осмотра территорий помещений налогоплательщика, документов и предметов как в рамках выездной налоговой проверки, так и при осуществлении иных действий налогового контроля.
   Эти действия, по существу, близки к содержанию действий арбитражного суда, предусмотренных ст. 78, 79 АПК РФ, – осмотр и исследование письменных и вещественных доказательств по месту их нахождения. При этом осмотр как налоговыми органами, так и арбитражным судом осуществляется с участием заинтересованных лиц, при необходимости – специалистов, с проведением фото– и киносъемки, видеозаписи. К осмотру, проводимому налоговым органом, предъявляются дополнительные требования о его производстве в присутствии понятых.
   Невыполнение налоговым органом действий по проведению осмотра в ряде случаев может поставить под сомнение допустимость конкретного доказательства по делу.
   Согласно ч. 1 ст. 78 АПК РФ арбитражный суд может провести осмотр и исследование письменных и вещественных доказательств по месту их нахождения в случае невозможности или затруднительности доставки в суд.
   Представляется, что законодатель, принимая ст. 92 НК РФ, также имел в виду проведение осмотра налоговой инспекцией в случае невозможности или затруднительности доставки доказательств по месту нахождения налогового органа, только если действия инспекции не связаны с проведением выездной налоговой проверки.
   К числу средств доказывания, которые могут быть осмотрены и исследованы в местах их нахождения, относятся, как показывает практика, прежде всего вещественные и в меньшей мере письменные доказательства. Остальные источники информации поступают непосредственно на заседание суда, ведущееся в постоянно занимаемом им помещении. Не подлежащие доставке в суд материальные объекты – это земельные участки, здания, сооружения, иные недвижимые вещи (ст. 130 ГК РФ). Не исключено отнесение к таким объектам и движимого имущества. Применительно к письменным доказательствам целесообразность выезда суда на место зависит от ряда факторов: количества материалов, необходимости их отбора по правилам относимости и допустимости, невозможности изъятия на длительное время книг регистрации текущих операций и документов, перманентно используемых в деловой жизни, и т. п.[404].
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 [35] 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация