А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Радикальный удар" (страница 1)

   Альберт Байкалов
   Радикальный удар

   Пролог

   Промозглый ветер гнал по свинцовому небу обрывки облаков, сердито гнул деревья, словно пытаясь вырвать их из набухшей от влаги земли, срывал с лишенных листвы ветвей капли воды, завывал на разные голоса в ущелье, напоминая звуками невидимое беснующееся существо. Горы, словно дразнясь, отвечали ему эхом.
   Залитая по самую крышу грязью «Нива», надрывно ревя мотором, несколько раз подпрыгнула на выступающих из земли камнях, съехала с проселка и остановилась, упершись погнутым бампером в начавшие зеленеть заросли барбариса.
   Из леса вышел подросток. Озираясь по сторонам, он приблизился к машине со стороны водителя и что-то спросил через приоткрытое окно. Ему негромко ответили. Он обернулся и кому-то кивнул. Из-за деревьев появились несколько вооруженных людей. На всех были камуфлированные куртки и штаны. Голову одного украшала повязка с арабской вязью. Двое других были в черных шапочках. Такого же цвета бороды делали издалека их лица одинаковыми. Лишь немного отличалась борода у хромого: серая с рыжими подпалинами, она не скрывала выступающих скул с задубевшей на ветрах и солнце кожей. Он остановился и выжидающе уставился на машину. Вид у него был уставшим, даже болезненным, как у человека, которого преследуют беды и невзгоды.
   У «Нивы» синхронно открылись все дверцы, и наружу выбрались четверо мужчин. Они были одеты хоть и по сезону, но явно не для прогулок по лесу: на всех были кожаные куртки и туфли. В отличие от появившихся из леса трое из них были побриты. Их подбородки отливали синевой. Убеленную сединой окладистую бородку из всех них имел лишь один, выглядевший старше своих попутчиков. Щурясь от ветра, он поправил на голове папаху и подошел к болезненного вида чеченцу:
   – Здравствуй, Доку.
   – Здравствуй, Атаби.
   Они обнялись, трижды коснувшись друг друга щеками.
   – Ты сильно изменился в своей Москве, – отстранившись от седого, сказал человек, которого назвали Доку. – Стал похож на профессора.
   – Как твое здоровье? – настороженно глядя в глаза Доку, спросил Атаби. – Выглядишь ты устало.
   – Называй вещи своими именами, – улыбнулся одними губами Доку. – Плохо. Ноги болят. Простыл. Весна. Сейчас сыро и холодно. А между тем организм ослаблен зимой. Витаминов нам федералы и кадыровские собаки не дают, только свинец, сам знаешь. Но ничего, придет лето…
   – Тебе надо отдохнуть, – вздохнул Атаби. – Неужели нет человека, который мог бы тебя хоть ненадолго заменить?
   – Ты согласишься? – хитро прищурился Доку.
   – Если ты доверяешь, то конечно, – справившись со смятением, кивнул Атаби. – Только кто будет работать в России?
   – А у тебя нет людей, которым ты доверяешь как себе?
   – Есть, конечно, – улыбнулся Атаби, окончательно взяв себя в руки. Было заметно, он не горел желанием уйти в лес. Отвык.
   – Нет, Атаби. – Доку обошел его и встал напротив машины. – Каждый из нас нужен на своем месте. Пока нашу землю топчут неверные, нам некогда отдыхать.
   – Ты прав, Доку, – повернувшись к собеседнику лицом, сокрушенно сказал Атаби.
   – Ты разобрался с нашей проблемой? – Доку обернулся и пристально посмотрел Атаби в глаза.
   – Конечно, – кивнул тот и перевел взгляд на приехавших с ним парней. – Аслан, Ислам, приведите «крысу».
   Двое молодых обошли машину и открыли багажник, из которого тут же появилась голова человека. Его лицо было опухшим от побоев, глаза заплывшими. Нос казался слепленным из синего пластилина и небрежно приклеенным. Он с трудом шевелил губами. Парни подхватили его под руки и выволокли из багажника.
   – Это Шугаип Дилеев, – глядя на то, как его помощники тащат провинившегося к ногам Доку, прокомментировал Атаби. – В Москве он жил за счет киднеппинга и разбоя. На него трудились несколько банд автоугонщиков, автоподставщики и борсеточники. Крышевал он и солидные фирмы. Кроме этого, контролировал поставки медикаментов из Европы и давно хотел легализовать свой собственный бизнес. Для этого Шугаип решил использовать наши деньги. Без разрешения взял и вложил в него девяносто тысяч евро. Как водится, прогорел.
   В это время Шугаипа бросили перед Доку на землю.
   – Почему прогорел? – брезгливо разглядывая его, спросил амир.
   Шугаип попытался сказать что-то, но не смог, лишь выплюнул сгусток крови.
   – Кто его отец?
   – Отец умер давно, – ответил Атаби. – Брат занимается в Ростове коммерцией.
   – Он может отдать за него долг?
   – У него уже больше ничего нет, – развел руками Атаби.
   В это время Шугаип издал странный, квакающий звук и повалился на бок. Его стошнило.
   – Что это с ним?
   – Он долго ехал в багажнике, – глядя на то, как Шугаип пытается встать, пояснил Атаби. – Теперь его тошнит и кружится голова.
   – У тебя есть кем его заменить? – спросил Доку.
   – Да. Теперь этим будет заниматься мой племянник. Его зовут Чана. Он приехал со мной.
   – Всегда лучше доверять серьезные дела родственникам, – одобрил решение Атаби Доку и показал взглядом на Шугаипа: – А этот негодяй прятался?
   – Да, – кивнул Атаби. – Долго искали. Из Москвы уехал.
   – Значит, недостоин того, чтобы жить, – вынес свой вердикт Доку. – Мужчина должен уметь отвечать за свои поступки и слова.
   – Чана! – позвал, не оборачиваясь, Атаби, приняв слова амира как руководство к действию.
   На ходу вынимая из-за пояса пистолет, от машины подошел третий мужчина. Он был еще молод и совсем не походил на остальных. У него были голубые глаза и русые волосы. Остановившись перед Шугаипом, он вопросительно посмотрел на дядю, потом на Доку. Тот едва заметно кивнул. Мужчина направил пистолет в затылок воришке и нажал на спусковой крючок. Стоявший ближе всех к провинившемуся Ислам вздрогнул и поморщился от полетевших на штаны брызг крови.

   Глава 1

   – Филиппов? – раздался за спиной мужской голос.
   Стоявший у бассейна Антон давно узнал бывшего однокурсника по училищу, но не подал виду. Может, пронесет? Ничего плохого Константин Селедин Антону не сделал, как и Антон ему. После выпуска прошло почти семнадцать лет. Конечно, хотелось поговорить. Но устал во время таких вот встреч врать и изворачиваться. Командир группы спецназа ГРУ – человек не публичный. Должность обязывала помалкивать. Ведь нередко тот или иной офицер расставался с работой из-за того, что случайно попадал в кадр новостного выпуска при проведении специальной операции. Снял маску, а репортер на мгновение направил на тебя объектив видеокамеры. И – прощай, спецназ, если прошляпил.
   Антон продолжал наблюдать за плывущим по второй дорожке Сережкой, размышляя, как избавить себя от ненужного ему общества бывшего однокурсника.
   – Филиппов! – не унимался Селедин, подходя ближе.
   Антон стоял к нему спиной, но чувствовал это.
   Две бальзаковского возраста женщины с любопытством уставились на Антона. Пришедшие в бассейн скорее ради того, чтобы развеять скуку да подразнить уже начинающими увядать, но еще не потерявшими сексуальной привлекательности телами мужчин, они больше о чем-то болтали, нежели плавали, и буквально ели Антона глазами. Рослый сероглазый мужчина, словно магнит, притягивал их взгляды.
   Спецназовец развернулся всем телом.
   – Не узнал? – удивленно-растерянно хлопая глазами, спросил Константин, остановившись в шаге от однокашника.
   – Ты ничего не путаешь, мужик? – Антон окинул Селедина хмурым взглядом.
   – Брось шутить! – Селедин растерянно оглянулся по сторонам. Встретился взглядом с женщинами и смутился: – Вот, бывает же такое! Один в один на моего товарища походит.
   – Да я это, – сдался Антон. – Просто хотел посмотреть, насколько изменился.
   – Ну, ты даешь! – расцвел Константин и хлопнул его ладонью по плечу. – Ты, я смотрю, форму поддерживаешь… – Он отступил на шаг назад и не без восхищения оглядел Антона с головы до ног. – Как литой. А это что? – Он попытался ткнуть пальцем в один из многочисленных шрамов, но Антон, обхватив однокурсника рукой, увлек его в сторону выхода.
   – Рассказывай, где ты сейчас, кого из наших и когда видел?
   – Так я уже лет пятнадцать как уволился! – словно удивленный вопросом, ответил Селедин. – Работаю на себя.
   Они прошли в раздевалку.
   – Бизнес? – Антон уселся на скамейку рядом со своей кабинкой.
   – Небольшой, – кивнул Селедин и устроился напротив. – Когда в армии началась неразбериха, вывел под списание два «КамАЗа» и по остаточной стоимости сам же выкупил. Сейчас грузоперевозками занимаюсь. Правда, машины уже не те…
   – Понимаю, – кивнул Филиппов.
   – А ты как? – Константин снова опустил взгляд на мощный торс, украшенный шрамами. – Небось, Афган, Таджикистан, Чечня?
   – После Афганистана я попал на Дальний Восток, оттуда в Чечню и сразу после нее навсегда распрощался с армией, – стал рассказывать Антон. – Устроился в транспортную компанию. Дела пошли.
   В какой-то степени это было правдой. Он действительно уволился после Первой чеченской кампании и даже успел поработать дальнобойщиком. Однако дальше пришлось врать:
   – Потом с грузом проблемы вышли. Вез из Германии большую партию оргтехники. Едва проехал Белоруссию, остановили. В общем, ни машины, ни груза так и не нашли, зато меня сделали крайним. Долго объяснять, но в конечном итоге мне пришлось отдать квартиру, машину и вдобавок ко всему еще и посидеть.
   – Это как? – глаза Константина округлились.
   – Просто, – Антон пожал плечами. – Хозяин груза так захотел. Подставили на мелочи, – он отмахнулся.
   – Дела… – протянул бывший однокурсник.
   Селедин в училище любил приврать. Часто хвастал связями, говорил, что его будущее уже расписано чуть ли не до генеральских погон. Помня это, Антон спросил:
   – Ты же мечтал о карьере…
   – Глупый был, – признался Селедин. – Да и времена не те пошли. Сам знаешь, сколько наших покалечило да поубивало в той же Чечне. А за что?
   Антон кивнул.
   – А сейчас ты где? – осторожно спросил Селедин.
   – Да так, – Филиппов пожал плечами, – что подвернется… На серьезную работу после отсидки, сам понимаешь, устроиться практически невозможно…
   Он вздохнул, встал, открыл свою кабинку. Проверил, на месте ли документы, до половины вынул из наплечной кобуры травматический пистолет, точную копию «Макарова», всунул обратно, достал полотенце.
   – Слушай, поможешь мне одну проблему решить? – неожиданно спросил Константин.
   – Из бассейна подвезти? – Антон стянул шапочку.
   – В смысле? – не понял бывший однокурсник.
   – В прямом. – Филиппов удивился такой постановке вопроса. – О какой проблеме еще может идти речь? Я тебя вижу пять минут…
   – У меня тоже машина есть. – Селедин захлопал глазами.
   «Странная встреча, – думал Антон, наблюдая за однокашником. – Не успел толком о себе рассказать – а о каких-то проблемах речь заводит. Хоть бы для приличия в кабак предложил сходить или, на худой конец, домой пригласил… Стоп, Антон Владимирович, а ведь ты совсем бдительность теряешь. Твой дружок-то в бассейне без шапочки был, лишь плавки напялил. Значит, не плавать он сюда пришел. А зачем?»
   – Ты в душ идешь? – беря полотенце, спросил Антон.
   – Я? – растерянно переспросил Селедин. – Ах да… Конечно. – Он метнулся к своей кабинке, но на полпути остановился. – Да мне, собственно, и незачем. Не успел даже намочиться.
   – Так чего ты хотел? – спросил Филиппов, окончательно придя к выводу, что хитрец специально искал с ним встречи.
   – Человек мне нужен надежный…
   – Значит, я надежный? – Антон ткнул себя в грудь. – Ты это в бассейне заметил?
   – Ну, я же тебя еще по училищу знаю, – замялся Селедин.
   – Сколько времени с тех пор прошло? – Антон удивленно уставился на однокашника. – Да и там мы особо не контактировали.
   – Значит, не поможешь? – расстроился Константин.
   «Видимо, проблемка у тебя действительно серьезная, коль ты меня отыскал. – Антон покосился на дверь и пожалел, что «засветил» оружие. – Хорошо, послушаем…» За время службы в ГРУ чего только не случалось. Может, его через этого Селедина специально вычислили? Разве мало врагов?
   – Сколько платить будешь? – Антон сел.
   – Работа разовая, на один день…
   – А почему ты, вот так вот с ходу, меня спрашиваешь, еще толком не узнав, чем я сейчас дышу? – продолжал разыгрывать комедию Антон.
   – Ну как. – Константин развел руками. – Ты же вроде как этот… – он стушевался.
   – Ну, говори! – потребовал Антон. – Пытаешься решить вопрос, называй вещи своими именами.
   – Бандитами таких людей называют…
   – С чего так решил? – Филиппов сделал вид, будто удивился.
   – Сам сказал: «уволился», «лучше не знать»… Да и там у тебя, – он показал взглядом на шкафчик, – не зубная щетка.
   – Может, я в полиции работаю или в ФСБ? – резонно заметил Антон.
   Он неожиданно подумал, что допустил оплошность, не оставив оружие в сейфе на вахте. Замки на шкафчиках хлипкие, ходит кто попало… Могли и стащить. «Макарыч» хоть и травматический, а через раз убивает. Официально он не был нигде зарегистрирован, однако Антон не любил в подобных вопросах расхлябанности.
   – Раз сидел, какая полиция? – промямлил Селедин.
   – Мыслить логически ты не разучился, – похвалил собеседника Антон.
   – А если серьезно? – продолжал тянуть жилы Константин. – Берешься помочь проблему решить?
   – Смотря какую, – уже злясь, сказал Антон.
   – Мне на днях будут деньги передавать за услуги, – оглянувшись по сторонам, перешел на шепот однокашник. – Как ты сам понимаешь, черный нал. Сумма немалая; боюсь, кинут.
   – Сколько?
   – Штуки зелени хватит? – решив, что Антона интересует оплата за услуги, спросил Селедин.
   – Сколько передать должны? – уточнил Филиппов.
   Глазки Селедина забегали.
   «Изменила тебя гражданка, – с тоскою подумал Антон. – Наверняка сейчас думаешь, что процент потребую, а не фиксированную сумму».
   – Зачем тебе? – наконец выдавил из себя деляга.
   – Странный ты тип, Селедин. – Антон упер руки в колени и пристально посмотрел однокашнику в глаза. – Просишь о помощи, боишься серьезных проблем, а человеку, которого собираешься упросить под пули в случае чего лезть, не говоришь, за что он должен своим животом рисковать.
   – Почти лимон, – выдохнул Селедин, на глазах бледнея.
   – Не такая уж и большая сумма, – хмыкнул Антон, убирая полотенце в сумку.
   – Евро, – одними губами проговорил Селедин.
   Антон замер, не веря своим ушам:
   – Это что же ты и откуда возишь, если тебе такие бабки платят?
   – Понимаешь… – Константин замялся.
   – Не понимаю. – Антон перебросил полотенце через плечо и приготовился слушать.
   – Это за год контракта.
   – Сколько у тебя машин? – нахмурился Антон.
   – Пять, – выдавил из себя Селедин.
   – Зарплата водителям. Запасные части, топливо, масло, взятки, – стал перечислять Антон. – Не говорю о налогах… При всем раскладе даже за пять лет ты такую сумму не наскребешь. Колись.
   В раздевалку вбежал Сережка.
   – Папа, дай полотенце!
   – Сам возьми, ты ведь уже большой, – улыбнулся Антон.
   Сын с деловым видом открыл кабинку, достал пакет и направился прочь.
   – Похож, – протянул Селедин.
   – Продолжай, – Антон перевел взгляд на собеседника.
   – Давай в другом месте, – неожиданно предложил тот.
* * *
   Чана Хатуев шагнул на трап и, испытывая детский восторг, вдохнул ночной, наполненный прохладой, со слегка горьковатым привкусом керосина, воздух. Что говорить, он не любил летать самолетом, поэтому каждый раз, приземляясь, испытывал радость. Нельзя сказать, что Чана трус. Но он мужчина, и ему нельзя показывать свою слабость даже перед незнакомыми людьми. А между тем, когда лайнер набирал высоту или начинал снижаться, он вдруг ощущал, как ползает в глубине груди когтистым зверьком страх, потеют ладони и сильнее бьется сердце. В эти моменты Чана ненавидел за неосторожные взгляды пассажиров и стюардесс. Казалось, все видят его переживания и злорадствуют.
   – Счастливого пути! – улыбнулась стюардесса, которая при посадке дольше, чем положено, задержала на нем взгляд.
   Весь полет Чана ломал голову, показалось это ему или он ей на самом деле понравился. В синей форме с желтым шарфиком на шее и такого же цвета перчатках она выглядела соблазнительно. Когда девушка выходила в салон, чтобы развезти напитки или ужин, он не сводил с нее глаз. И снова был вознагражден обаятельной улыбкой. Самолет принадлежал украинской авиакомпании. Чана знал: вылет этого рейса обратно завтра. Он может успеть взять билет на него и отправиться в Киев с этим же экипажем. Теперь дело оставалось за малым. Чана бросил взгляд на сияющее огнями здание аэровокзала и слегка наклонился к стюардессе:
   – Что вы делаете завтра вечером?
   – Я? – девушка захлопала длинными ресницами.
   – Да, вы, – улыбнулся Чана.
   – Возвращаюсь в Киев.
   – Знаю, – он часто закивал. – Я тоже…
   – Позвольте. – Сзади его слегка подтолкнул мужчина в очках.
   Чана попытался пропустить нетерпеливого пассажира, но на верхней площадке трапа для троих уже не было места, и он был вынужден спуститься вниз.
   Люди не спеша направлялись к автобусу. Чана ступил на бетонку, развернулся и посмотрел назад, вверх. Стюардессы уже не было. Он шагнул обратно к трапу. Неожиданно ему показалось, что пассажиры что-то заподозрили и сейчас насмехаются над ним. Чана оглянулся. Однако рослый молодой мужчина мало кого интересовал.
   – Следуйте за мной, – по-английски попросила вторая стюардесса и направилась к автобусу. Она была высокая и худая.
   – Девушка, – заговорил Чана на русском, – вы не могли бы передать своей коллеге, что я буду ее завтра ждать у памятника…
   – Какой коллеге? – удивилась стюардесса и оглянулась на трап.
   – Она сейчас там стояла, – Чана показал за спину.
   – Это Юля, – девушка заговорила тише. – Могу дать телефон.
   – Вообще замечательно! – обрадовался Чана и вошел в автобус. Двери с шипением закрылись. Он оглянулся. Стюардесса осталась снаружи.
   – У, сука! – вырвалось у него.
   Стоящий рядом мужчина в очках вздрогнул от удара ладонью по стеклу.
   Сидя на заднем сиденье такси, Чана всю дорогу строил планы, как наказать стюардессу. Почему она позволила себе так коварно обмануть мужчину? Он что, неверный? Это только они могут слушаться женщину. Ее дело сидеть дома, воспитывать детей и ублажать мужа. Кто она такая? Худая и выше его; болтается по миру, ночует в гостиницах… Разве чеченский мужчина отпустит свою жену на такую работу? Никогда.
   Биография Чаны Хатуева была по-своему уникальной. В отличие от большинства чеченских парней, родившихся в начале восьмидесятых прошлого столетия и затянутых в кровавый водоворот хаоса девяностых, Чана окончил школу и Ростовский политехнический институт. Однако по своей основной специальности – инженер нефтеперерабатывающей промышленности – не проработал ни дня. Сразу после окончания вуза Чану забрал к себе в Москву дядя. Родной брат отца Атаби Хатуев заботился о нем, как о родном сыне, и спустя год доверил управлять филиалом своего бизнеса в Питере. Чане все давалось легко. У него была отличная память, острый ум. Он был коммуникабелен, сдержан, не заносчив. Умел поддержать разговор с любым собеседником, невзирая на возраст. Но его главной особенностью было то, что он не походил на коренного жителя Кавказа. За все время жизни в России, в отличие от земляков, у него ни разу не проверили документы. Чана быстро освоился в северной столице, завел знакомства и заработал большой авторитет в глазах родственников.
   Спустя год дядя принял решение рекомендовать его в доверенные лица Доку Гирееву. Прежний эмиссар Шугаип Дилеев не оправдал доверия, растратив большую сумму денег, предназначенных для боевиков. Тогда дяде лично пришлось держать ответ перед амиром. С тех пор отличавшемуся от большинства земляков светскими манерами Чане часто приходилось ездить не только на родину, но и за границу. Каждый раз маршрут был разный, но конечная точка одна – столица Грузии Тбилиси. Чане приходилось путать следы. Ехал он, как правило, через Азербайджан, Украину или Турцию. Цель всегда одна и та же – доставить туда флэшку. Чана знал, что на ней послание Доку Гиреева своим спонсорам. А ответы на вопросы и просьбы амира обратно он вез уже в голове. Грузинские высокопоставленные чиновники не доверяли информацию никаким электронным носителям. Приходилось Чане перевозить и деньги…
   – Приехали, – сообщил таксист и посмотрел на всю дорогу молчавшего пассажира.
   Чана протянул деньги и, не прощаясь, вышел…

   – Как отдохнули? – обхватив узкой и холодной ладонью руку Чаны, спросил на следующий день Нугзари Чиковани.
   Чиновник МВД Грузии, уполномоченный говорить от имени министра, был на полголовы ниже Чаны и старше. Виски круглой, как футбольный мяч, головы уже подернула седина.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация