А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Пробудившийся любовник" (страница 1)

   Дж. Р. Уорд
   Пробудившийся любовник

   Посвящается тебе.
   С тобою никто не сравнится. Для меня ты – единственный. Этого просто не выразить словами…

   Благодарности

   Огромная благодарность всем читателям и поклонникам «Братства черного кинжала».
   Спасибо вам: Карен Солем, Кара Чезаре, Клэр Зион, Кара Уэлш, Роуз Хильяр.
   Спасибо лучшим стоматологам на свете: Роберту Н. Манну, доктору стоматологии, и Энн Блэр. Скотту А. Нортону, доктору стоматологии, Келли Эшлер и их несравненным командам.
   Как всегда, спасибо моему исполнительному комитету: Сью Грэфтон, доктору Джессике Андерсон, Бэтси Воган.
   Моей семье с любовью.

   Глава 1

   – Зетист, черт, не вздумай!..
   Голос Фури был заглушен визгом тормозов и мощным ударом. Машина, которую они преследовали, врезалась в дерево. Не обращая внимания на вопли брата, вампир распахнул дверь «эскалейда» на полном ходу.
   – Ви, рули обратно! Он соскочил!
   Вишу послал внедорожник в управляемый занос и одним махом развернулся на сто восемьдесят градусов. Фури отбросило к двери. Свет фар описал дугу и выхватил из темноты живой клубок: Зет катился по засыпанному снегом асфальту. Секунду спустя он вскочил на ноги и рванул в сторону седана, уткнувшегося капотом в сосну.
   Не спуская с близнеца глаз, Фури отстегнул ремень безопасности.
   Лессеров гнали от самого Колдуэлла. Законы физики прервали их стремительный лет, но вряд ли существенно им повредили: бессмертные твари были рассчитаны на многоразовое использование.
   «Эскалейд» остановился. Вампир открыл дверь и нащупал «беретту». Надо быть наготове: убийцы не ездят поодиночке и вооружены до зубов.
   Из разбитой машины довольно бодро выпрыгнули три бледнолицых головореза. Водителя, впрочем, слегка пошатывало.
   Зета не смутило число врагов. Сжав в руке кинжал, он с решимостью маньяка-самоубийцы ринулся им навстречу.
   Спеша на подмогу брату, Фури услышал, что и Вишу выскочил из машины. Но Зету их помощь не потребовалась.
   В воздухе кружились хлопья снега, сладкий запах сосновой смолы смешивался с парами вытекающего бензина, и на фоне всего этого Зетист отводил душу. Сначала подрезал всем троим сухожилия, чтобы не разбежались, потом уложил рядком на снегу. Весь спектакль занял четыре с половиной минуты.
   Обшарив карманы и собрав документы, Зетист сделал небольшую передышку, чтобы полюбоваться на свою работу. На белом снегу расползались черные пятна крови.
   Фури застегнул кобуру и сглотнул, прогоняя тошноту. Ощущения были еще те: будто единолично умял приличный шмат сала. Растирая живот, он посмотрел по сторонам. Двадцать вторая дорога была пустынна. В это время суток ни одна живая душа сюда не сунется. Олени не в счет.
   Последний акт спектакля известен. Можно не дергаться.
   Зет опустился на колени перед лессером. Обезображенное лицо вампира скривилось от ненависти, искалеченная губа задралась над длинными, как у тигра, клыками. С мертвенно-бледной кожей, просвечивающей сквозь короткую стрижку, и впалыми щеками он смотрелся как сама смерть. Холод его не беспокоил. В одной водолазке и широких штанах, он был больше вооружен, чем одет: грудь перетянута заплечными ножнами, пара клинков пристегнута ремнями к бедру, на поясе – два «зауэра». Но последние – больше для красоты: братец предпочитал прямой контакт с жертвой. Это был тот редкий случай, когда он подпускал кого-то к себе вплотную.
   Зетист сгреб лессера за отвороты кожаной куртки и притянул к себе:
   – Где девушка?
   Не дождавшись ответа, он ударил. Сухой треск разнесся в морозном воздухе.
   – Где девушка?
   Светловолосый убийца насмешливо оскалился. Ярость Зета резко скакнула вверх и превысила все допустимые уровни. Воздух вокруг него заискрился и стал еще холоднее. Снежинки исчезали на лету, уничтожаемые энергетическим полем.
   Фури услышал за спиной металлический щелчок и оглянулся. Вишу прикуривал самокрутку. Оранжевый огонек осветил татуировку на его виске и стриженую бородку.
   Пыхнув пару раз, братец поднял глаза.
   – Ну что, Фури? Силы-то есть смотреть на все это?
   Похоже, сил не было. Звериная натура Зета всегда доставляла немало хлопот, но в последнее время он точно с цепи сорвался. С той самой поры, как лессеры похитили Беллу.
   Братьям никак не удавалось напасть на ее след. Никаких концов. Никаких зацепок. И это несмотря на все старания Зетиста хоть что-нибудь выбить из похитителей.
   Когда девушка пропала, Фури лишился сна. Они были знакомы совсем недолго, но она успела очаровать его красотой и добрым нравом. И дело не только в ее благородном происхождении – скорее наоборот. Когда она была рядом, обет безбрачия, который Фури дал себе самому, испытывал тяжелейшие перегрузки. Как и брат, он был готов отдать все, чтобы ее разыскать, но прошло уже шесть недель, и надежда найти ее живой почти испарилась. Лессеры пытали своих пленных, чтобы получить информацию о Братстве, но Белла, как и все гражданские вампиры, знала немногое. Так что, скорее всего, она уже мертва.
   Дай бог, чтобы ей не пришлось долго мучиться.
   – Что вы с ней сделали?
   Зетист трудился над следующим лессером. Получив в ответ очередное «пошел ты…», он вырубил противника могучим ударом.
   Никто из братьев не мог понять, почему этому закоренелому женоненавистнику приспичило разыскивать полузнакомую девушку. Зачем она ему? Ради каких еще его новых фантазий? Даже родной брат не знал ответа.
   Поеживаясь от зверских методов, которыми Зет развязывал лессерам языки, Фури уже и сам готов был сознаться в чем угодно, но гады-то молчали как рыбы.
   – Еще немного, и я сорвусь, – пробормотал он.
   Его жизнь была поделена поровну между Зетистом и Братством. На самого себя оставался пшик. Ни подруг. Ни удовольствий. Только воздержание от пищи и обет безбрачия. Каждую минуту Фури с ужасом ожидал, что еще нового может выкинуть братец. Казалось, каждый удар близнеца был нацелен ему в сердце, и он медленно истекал кровью от этих незримых ран. Заложник по рождению, живая мишень для родного брата.
   Рука в перчатке прихватила его за горло.
   – Ну-ка, посмотри на меня.
   Фури обернулся и вздрогнул. Левый глаз Вишу, обведенный татуировками, смотрел на него в упор. Зрачок расширялся, как объектив камеры, превращаясь в черную дыру.
   – Брат, нет… не надо! Ох, черт!
   Меньше всего ему сейчас хотелось бы узнать будущее. Чего гадать, когда и без того ясно: станет еще хуже.
   – Снег падает тихо-тихо…
   Ви медленно поглаживал его сонную артерию большим пальцем.
   Фури заморгал, почувствовав, как по телу разливается слабость и пульс замедляется.
   – Что?
   – Я говорю, снег сегодня падает тихо…
   – Д-да… действительно.
   – В этом году чертова уйма снега, правда?
   – Угу.
   – Много снега, а будет еще больше. Сегодня всю ночь будет валить, и завтра. И так целый месяц. Целый год. И никак его не остановишь.
   – Да уж, – согласился Фури. – Никто его не остановит.
   – Только земля.
   Палец на шее замер.
   – А ты, братец, совсем не похож на землю, значит, тебе его не остановить. Никогда.
   Серия вспышек осветила поляну прощальным салютом. Зет пронзил каждому лессеру грудь кинжалом.
   В наступившей тишине было слышно, как шипит разбитый вдребезги радиатор и отдувается запыхавшийся воин. Как дух возмездия. Измазанный кровью врагов.
   Аура ненависти заливала все вокруг мерцающим светом.
   – Поеду в город, – сказал Зет, вытирая кинжал о штаны. – Прикончу еще кого-нибудь.

   Мистер О. откинул защелку на девятимиллиметровом «смит-вессоне» и заглянул в барабан. Пушку давно следовало почистить, равно как и «глок». Дел по горло, но оружие – это святое. Лессер должен всегда быть на высоте. Братство ошибок не прощает.
   Он прошелся по пыточному бараку и остановился возле стола. В каморке с земляным полом и дощатыми стенами не было ни окон, ни, соответственно, сквозняков. Из удобств – раскладушка и душ. Кухня и туалет лессерам не нужны, они не едят. Сосновые доски еще пахли смолой – с момента строительства прошло всего полтора месяца. Обогреватель подванивал керосином.
   Из мебели – только длинные полки. На них – набор инвентаря: ножи, молотки, пилы, клещи. Все, чем можно вырвать у жертвы крик боли.
   Барак служил не только камерой пыток, но и тюрьмой. К такому улову, как вампиры, нужен особый подход – очень уж они нестабильны. Могут дематериализоваться, или, того гляди, сгореть заживо. Стальные решетки помешают им исчезнуть, но не уберегут от солнечного света.
   Сообразив, что обивать помещение листами железа слишком накладно, мистер О. решил задачу до гениальности просто. Вкопал в землю три широкие металлические трубы.
   Борясь с искушением навестить пленников, он готовился к общему сбору. Должность заместителя форлессера давала свои привилегии – к примеру, это отдельное помещение. Но лучше не нарываться, а то вдруг кто-нибудь вздумает его проведать.
   Не нарываться – это, прежде всего, содержать в порядке оружие. Вытащив приспособления для чистки, он присел на табуретку.
   Дверь распахнулась. О. недовольно оглянулся, но, увидев, кого именно занесло, заставил себя улыбнуться. Мистер Икс, конечно, не слишком желанный гость, но он – босс, и его приходится терпеть. Хотя бы ради того, чтобы успешней продвигаться по службе.
   Форлессер – слишком серьезная персона, чтобы перед ним притворяться. В ярком свете лампочки, свисающей с потолка, он походил на танк, квадратный и беспощадный. Как у всех ветеранов Общества лессеров, его природные краски вылиняли дотла. На бледном лице – ни кровинки. Волосы стали бесцветными, как паутина, а глаза – светло-серыми, как у рыб.
   Небрежной походкой мистер Икс обошел помещение, обшаривая взглядом углы.
   – Говорят, у тебя новый пленник.
   О. отложил шомпол и прикинул, что из оружия находится под рукой. Нож, пристегнутый к бедру. «Глок» за поясом. Маловато.
   – Ну да, подловил у выхода из «Зеро Сам» минут сорок назад. Он сейчас в яме.
   – Молодец.
   – Вот, собираюсь за очередным трофеем.
   – Ах вот как…
   Мистер Икс притормозил у стеллажа и выбрал нож повнушительней.
   – Тут про тебя, знаешь, такое несут…
   О. инстинктивно передвинул руку ближе к клинку.
   – Неужели ты не спросишь, что именно?
   Форлессер направился в сторону подземного хранилища.
   – Впрочем, да – ты ведь и так хорошо знаешь, о чем речь.
   Мистер Икс наклонился над металлическими листами, прикрывавшими трубы. О. придерживал нож. Пусть глядит, пара пленников ничего интересного собой не представляет. Но третью трубу лучше бы оставил в покое.
   – Снова полна коробочка?
   Гость пнул ботинком моток веревок, уходящих в глубину.
   – Ведь ты прикончил уже двух последних, которым нечего было сказать.
   – Так точно.
   – Тогда, с учетом сегодняшнего, должно бы остаться свободное место, а у тебя – полный комплект.
   – Поймал еще одного.
   – И когда же?
   – Вчера вечером.
   – Лжешь!
   Мистер Икс отбросил сетку с третьей трубы.
   Первой мыслью О. было рвануться к форлессеру и перерезать ему горло. Но, вспомнив, как лихо тот парализует взглядом, заставил себя сдержаться и даже зад не отдернул от табуретки.
   Мистер Икс вытащил из кармана фонарик и посветил вниз. Из глубины донесся придушенный стон.
   – Ба, да это женщина! Почему не доложил?
   О. медленно поднялся на ноги, сжимая рукоятку ножа.
   – Она новенькая.
   – А по моим сведениям, это не так.
   Форлессер быстро пересек комнату и отдернул занавеску душа. Обнаружив на полке женский шампунь и лосьон для тела, он чертыхнулся. Потом вывернул на пол содержимое оружейного шкафа. В самом низу стояла сумка-холодильник с продуктами. Эта улика оказалась самой весомой: лессерам еда ни к чему.
   – Завел себе хомячка?
   Обдумывая вариант ответа, О. медленно сокращал расстояние.
   – Это ценный ресурс, и я с ним работаю.
   – Интересно, как?
   – Вампиры не переносят, когда у них на глазах истязают женщину, и быстрее начинают колоться.
   Мистер Икс прищурился.
   – А почему все-таки не доложил?
   – Послушайте, это мой центр. Вы сами дали мне полномочия управлять им как я захочу.
   «Интересно, какая же сволочь настучала? Найду, порву на части».
   – Я занимаюсь здесь делом. Получаю результат. А каким способом, вас не касается.
   – Ты должен был доложить.
   Мистер Икс замер.
   – А ножичек зачем? Что ты задумал, сынок?
   «Да, папочка, кое-что задумал».
   – Короче: у меня есть полномочия – или нет?
   Форлессер расставил ноги пошире, О. приготовился к прыжку.
   В этот момент зазвонил телефон. Первый звонок ударил по ушам, как сирена. Второй прозвучал тише. Третий окончательно привел О. в чувство.
   Как крут бы он ни был, до мистера Икс ему как до луны. К тому же если босс его прикончит – кто позаботится о жене?
   – Включи громкую связь и ответь, – приказал форлессер.
   Троих бойцов уничтожили рядом с шоссе, в двух милях отсюда. Коллеги из соседнего подразделения обнаружили разбитую машину и следы пепла на снегу.
   «Братья черного кинжала. Сукины дети. Опять».
   О. отключил телефон, и мистер Икс вернулся к прерванному разговору.
   – Ну-с, определяйся скорее. Кинуться с ножом – или продолжать служить под моим началом? В первом случае конец будет быстрым и определенным.
   – Я хотел подтверждения своих полномочий.
   – Они у тебя есть, пока ты выполняешь мои приказы.
   – Я перетаскал сюда кучу вампиров.
   – Но полезной информации от них – ноль.
   Не спуская с начальника глаз, О. подошел к трубе и накрыл ее сеткой. Прижав крышку тяжелым ботинком, посмотрел форлессеру прямо в глаза.
   – Что поделаешь, члены Братства держатся особняком.
   – С умом надо работать, с умом…
   «Если я сейчас не сдержусь и пошлю его подальше, из моей женщины сделают собачьи консервы».
   О. закусил губу. Мистер Икс усмехнулся.
   – Твоя выдержка достойна похвалы: и впрямь вернее держать язык за зубами. Теперь о деле. Братья наверняка поедут за сосудами наших бравых бойцов. Нужно их опередить. Отправляйся к дому Ч и забери его добро. К А я кого-нибудь пошлю, а Д займусь сам.
   Форлессер приостановился у двери.
   – Что касается женщины. Если она рабочий инструмент, тогда – ладно. Но если я узнаю, что ты держишь ее для других удовольствий, – пеняй на себя. Порву на куски и скормлю Омеге.
   О. не моргнул глазом. Он уже прошел через пытки Омеги раз, пройдет и другой. Ради нее выдержит и не такое.
   – Ну, и что теперь нужно сказать? – поинтересовался мистер Икс.
   – Да, сэнсэй.
   Лессер дождался, пока машина босса не скрылась за поворотом. Сердце ухало, как пневматический молот. Желание вытащить женщину из ямы и прижать к себе накатило с новой силой, но – нужно было спешить. О. быстро собрал «смит-вессон» и засунул в кобуру. Руки постепенно переставали трястись.
   По пути к выходу он активировал датчик передвижений возле третьей трубы. Навороченная система контроля была очень кстати: как только луч лазера прервется, автоматически сработают пушки – и тело любопытного превратится в решето.
   О. замешкался. Господи, как он хотел сжать ее в объятиях. Мысль о том, что минуту назад он мог ее потерять, сводила с ума. Эта девушка-вампир перевернула весь мир и стала смыслом жизни. Отныне он, лессер, существовал не ради Общества, не ради убийства, а только ради нее.
   – Ну что, жена: я пошел. Веди себя прилично.
   Он подождал.
   – Скоро вернусь и помою тебе спинку.
   Не дождавшись ответа, крикнул:
   – Ты меня слышишь?
   Не дождавшись опять, нервно сглотнул. Как он ни уговаривал себя быть мужчиной, желание услышать ее голос перед уходом было сильнее.
   – Неужели так и не пожелаешь мне доброго пути?
   Молчание.
   Грудь заныла от неразделенных чувств. О. глубоко вздохнул. Раньше он думал, что познал любовь еще до того, как стал лессером. Занимался сексом с Дженнифер, считал ее особенной. Святая наивность! Только сейчас он понял, что такое страсть. Пленница заставила его почувствовать себя человеком, мужчиной. Казалось, она вернула ему душу, проданную Омеге. Он снова стал живым.
   – Не скучай, жена. Постараюсь не задерживаться.

   Услышав, как хлопнула дверь, Белла опустилась на землю. Мысль о том, что ее молчание расстроило лессера, согрела сердце. Вот они, первые признаки безумия.
   Похоже, оно придет раньше, чем смерть.
   Когда, много недель назад, ее посадили в яму, она решила, что умрет от пыток или от голода. Но шло к тому, что ей суждено умереть изнутри. Тело было в порядке, а разум-то начинал сдавать.
   Психоз медленно отравлял мозг, шаг за шагом поражая сознание. Сначала она панически боялась пыток. Дни шли, но ничего не происходило. Лессер похотливо смотрел на нее и даже иногда бил, но по сравнению с тем, что он вытворял с другими вампирами, это были детские шалости. Он даже не попытался ее изнасиловать.
   Потом она жила надеждой, что кто-нибудь придет на помощь. Это длилось с неделю, хотя трудно сказать точно: ощущение времени притупилось.
   А сейчас она медленно и необратимо сходила с ума. Виной тому был ее тюремщик. Белле потребовалось время, чтобы осознать силу своей власти над ним. Она нащупала допустимые пределы и начала ответно мучить своего похитителя.
   По какой-то необъяснимой причине он… воспылал к ней любовью. Конечно, он кричал на нее и время от времени колотил – особенно когда был не в духе, – но чем неприступней она себя вела, тем лучше он к ней относился. Когда Белла отводила глаза, лессер не находил себе места. Когда отвергала подарки – плакал. Его страсть становилось навязчивой, ласки – все более откровенными. Но она была непреклонна.
   И с испугом замечала, какое извращенное удовольствие доставляют ей страдания лессера. Она, девушка из приличной семьи, которая когда-то была любящей дочерью и сестрой, превращается в садистку с каменным сердцем и забальзамированной душой.
   Святая Дева, царица Забвения, – спаси и сохрани. Лучше умереть сразу. Выбраться отсюда не светит. Все, что осталось, – кошмарное настоящее. Рядом с этим.
   Паника, временно отступившая, вновь сжала сердце ледяной рукой.
   Мечтая погрузиться в оцепенение, Белла осела на холодную землю. Лессер натаскал из ее дома кучу теплых вещей – все, что разыскал в ящиках и шкафу. Но, несмотря на одежду, холод пробирал до костей, превращая позвоночник в ледяной столб.
   В голове поползли картины из прошлой жизни. Уютный деревенский домик. Веселые языки пламени в камине. Ощущение уюта и абсолютного счастья… Нет, не годится. Воспоминания до добра не доводят. Сразу начинаешь думать о матери… о брате.
   Господи, как прав был Ривендж, доставая ее своим деспотизмом. Послушай она его тогда и останься в семье, ничего бы этого не случилось. Виной всему ее тяга к самостоятельности. Какой черт дернул отправиться к соседке через луг? Вот и напоролась на то, что теперь сидит в яме. Телом жива, но мертва душой.
   Интересно, надолго ли хватило у брата пороху? Наверное, уже сдался и оставил надежду ее разыскать.
   С одной стороны, было приятно думать, что Рив придет на помощь, но с другой – он всего лишь гражданский, а лессеры – ребята здоровые. Сильные, злобные. Чтобы справиться с ними, нужен не просто крепкий мужик, а монстр.
   Перед глазами всплыл образ Зетиста. В мельчайших подробностях, как на фото. В черных глазах – дикий блеск. Лицо, изуродованное шрамом. Верхняя губа рассечена. На горле и запястьях – черные татуировки раба. Белла вспомнила спину, испещренную следами от ударов кнута, проколотые соски с серебряными колечками. И мускулистое поджарое тело.
   Его железная воля и неистощимая ненависть ко всему миру наводили ужас на вампирское племя.
   Как там говорил про него брат-близнец? «Не сломлен, а полностью разрушен…» Или: «Падший, но не сломленный»?..
   Вот о каком спасителе она мечтает. Достойный противник мучителю лессеру! Но вряд ли он поспешит на помощь. Кто она ему? Случайная знакомая? Они и виделись-то пару раз.
   И во время последней встречи он прогнал ее с глаз долой, навсегда.
   Страх снова кольнул сердце. Теплилась слабая надежда, что Ривендж обратится за помощью в Братство. Тогда, может быть, воин выполнит свой долг и спасет ее.
   – Эй, есть кто живой? – раздался неуверенный мужской голос.
   «Новый пленник. Они поначалу все чего-то хотят».
   Откашлявшись, она ответила:
   – Я… тоже тут.
   После долгой паузы мужчина воскликнул:
   – Господи! Ты – та самая женщина, которую похитили? Белла?
   Собственное имя поразило ее, как гром с небес. Чертов лессер так долго называл ее просто женой, что остальное забылось…
   – Да, это я.
   – Так ты жива!
   «По крайней мере, сердце еще бьется».
   – Откуда ты меня знаешь?
   – Я был на твоих похоронах вместе с моими родителями. Их зовут Ральстам и Джиллинг.
   У Беллы застучали зубы. Вот, значит, как. Мамочка с братиком… проводили ее в последний путь. Хотя их можно понять: религиозная родня свято блюдет древние традиции. Раз уж мамаша вбила себе в голову, что дочь должна отойти в Забвение по всем правилам, – ничто ее не остановит.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация