А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Луна в тумане. Путеводитель по боевым искусствам для новичков" (страница 33)

   Максимально скоростной режим

   Это своеобразная антитеза, обратный случай по отношению к предыдущему. Эмоциональным образом здесь может служить установка на исполнение формы за наименьшее время. Но ни в коем случае нельзя переходить к подобной работе, перескочив через первый, «замедленный» этап, поскольку это грозит вам тем, что радисты называют «срывом руки». У меня был один знакомый связист, который еще в училище отличался феноменальной скоростью работы «морзянкой», но однажды «сорвал руку» и к моменту нашего знакомства мог едва-едва работать в самом унылом темпе. От него-то я и узнал о таких мало кому известных опасностях. Как говорится, под каждой крышей свои мыши.
   Или еще: в раннем детстве, лет четырех-пяти от роду, я пытался писать, как взрослые, для чего брал карандаш и быстро-быстро чиркал по строчкам. С виду было очень похоже, но это была, естественно, муляка без букв, просто волнистая линия. Тот, кто сразу бросается выполнять форму быстро и лихо, поступает подобно пятилетнему ребенку – с тем же результатом.
   Однако когда ваша ката отшлифована как полагается, скоростная проработка принесет несомненную пользу, так как проявит, подобно замедленной, некоторые тонкости, скрытые туманом общепринятого исполнения.
   Тем не менее быстрота отнюдь не предполагает смазывания техники в угоду чему бы то ни было. Абсолютно все аспекты приемов должны присутствовать в своем самом полном виде, а сверхнормативная скорость обязана быть плавной, но никак не дерганой, словно у марионетки. Именно в этом состоит главная цель и обучающее начало скоростного режима: умудриться сохранить плавность и цельность приемов на запредельной скорости.
   Помимо всего остального, несоблюдение вертикальности позвоночника и неряшливая «развеска» рук и ног относительно центра, совершенно незаметные при малых скоростях поворотов, в данном режиме немедленно приведут к такой разбалансировке всего тела, что вам уже будет не до техники – лишь бы не упасть! Следовательно, «реактивное» исполнение, как ничто иное, заставляет думать о «точке» и дает в конечном итоге то, что японцы называют «наличием хара».
   И последнее. Если отработке замедленного исполнения можно и нужно уделять сколь угодно долгое время, то скоростными гонками не стоит особенно увлекаться, двух-трех раз для одной тренировки будет вполне достаточно. Это как акцент, как некий пикантный штрих в общей канве учебного процесса.

   Режим «стоп-кадра»

   Еще один замечательный, неординарный тренировочный метод. Хотя выше подчеркивалось, что ни о каких остановках не может быть и речи, относится это лишь к нормальной, естественной работе. Здесь же имеется в виду утрированный учебный процесс выполнения формы с полными (и весьма длительными) остановками в каждой отдельной фазе, как правило – после очередного поворота или шага с каким-либо действием.
   Поистине, не существует другого, столь же эффективного, метода постановки идеальной стилевой «геометрии». Необходимо только соблюдать единственное условие: абсолютную, эталонную чистоту формы. Неоценимую помощь при этом оказывают большие зеркала, в которых ваш несравненный облик отражался бы целиком и полностью, от макушки до пяток, поскольку внутреннее видение порой разительно отличается от того, что наблюдают окружающие. Замирая, будто мраморный Аполлон, в самых замысловатых ракурсах, мы тем самым задействуем наиболее результативный и мощный инструмент – статику.


   a

   Здесь представлены некоторые из множества позиций, которые полезно и нужно отрабатывать в полной статике, замирая в них на 1–3 мин. Это дает возможность тонко прочувствовать равновесие, характер распределения усилий, отследить и осознать «геометрию» рук, ног, головы и т. д;
   а – стойка на одной ноге. Положение рук любое, но плечи не должны подниматься. Тело абсолютно расслаблено, вес «стекает» в опорную «укорененную» ногу;
   б – начальная фаза пустого шага. Опорная нога подсогнута, передняя едва ощутимо касается пяткой пола, но не служит точкой опоры;
   в, г, д – стоять как можно дольше в позиции «всадника» (г) – чем ниже, тем лучше. Затем очень медленный перенос веса поочередно на каждую ногу с последующей выдержкой до 1 мин. Центр тяжести не должен «плавать» по высоте и выходить за опорную ногу.


   б

   Кроме этого, необходимо аналогичным образом практиковать атакующие (зэнкуцу, гун-бу) и оборонительные (кокуцу, сюй-бу) позиции – это внестилевая «база». И, конечно, следует точно так же прорабатывать позиции, присущие вашей конкретной школе (если они не совпадают с упомянутыми).


   Если, для примера, взять столь излюбленную всеми «восточниками» практику растяжек, чаще всего навязанную экранными похождениями Чака Норриса с его знаменитыми ударами «выше крыши» (ныне эстафету подхватил балерун Ван Дамм), то легко заметить, что динамические упражнения, все эти махи и вращения способны поднять усердного ученика лишь до определенного, не очень высокого, уровня. Достичь же полного блеска и абсолюта в виде пресловутых «шпагатов» (особенно поперечного) можно исключительно через долгую, болезненную, мучительную статику. Так, наработка поперечной растяжки производится следующим образом: нужно разместиться напротив стенки, лучше шведской, чтобы в случае чего оставалась возможность подтянуться на руках, разгрузив ноги, а потом просто расползаться в шпагат, постепенно «отпуская» скованные болью связки до разумного предела. Чем дольше вам удастся вытерпеть, тем лучше. Проявив достаточное упорство, вы имеете шанс уже через десяток месяцев посрамить самого Жан-Клода.
   Не верьте коварной рекламе, приглашающей вас за неделю растянуться в нитку на ужасных электровибраторах. Быстро делаются, как известно, только злые дела, а достигнутое за семь дней исчезнет через десять, оставив после себя, вполне возможно, какое-нибудь трудноизлечимое заболевание связок. «Поспешность есть свойство дьявола», – говорил Ходжа Насреддин, а в плане растяжек это справедливо втройне. Слишком многие на собственном горьком опыте могли почувствовать, как небольшой рывок в погоне за блуждающим огоньком близкого успеха оборачивается месяцами боли и ограниченной подвижности. Лишь то, что добыто постепенным, скрупулезным усердием будет жить и радовать своего хозяина столь же долго.
   Дифирамбы, пропетые здесь чудесной статике, в полной мере относятся не к одним лишь растяжкам, а вообще к любому виду тренировок, особенно к отработке различных формальных приемов и целых комплексов. Пребывание в какой-либо позиции, соединенное с застывшим движением руками или оружием, глубоко врезается в мышечную память, чего никогда не происходит в движении. Насколько чисто вы принимаете и «настаиваете» каждую форму или фазу, настолько четко вы проявите ее же во время обычного исполнения пред взыскательными очами. Не зря шаолиньские монахи, отнюдь не склонные к пустой трате времени, проводили многие часы в изнурительном стоянии, особенно в позиции «всадника».
   Реально именно с «покадрового» режима начинается освоение всякой новой ката, ибо только в этом виде наше тело и разум воспринимают, переваривают и запоминают незнакомую информацию. И лишь потом, когда каждая из форм станет удобной и привычной, можно переходить к замедленной динамике перевоплощений, к перетеканию из фазы в фазу. Затем это плавное движение пропитывает изнутри сами фазы – и вот уже нет ни малейшей остановки, а только одно неразрывное течение, будто череда облаков в небе.
   Кстати, в этой связи нельзя не отметить один любопытный и показательный феномен: абсолютно любой «стоп-кадр» настоящего мастера всегда совершенен по форме, независимо от того, когда вы приказали времени остановиться. Каждая фаза, примороженная в произвольно выбранный момент, непременно будет служить образцом гармонии и целесообразности. Вам нипочем не отыскать в ней каких бы то ни было случайных, нелепых или просто неэстетичных фрагментов.
   Напротив, всякий, кто фотографировал на соревнованиях и тренировках работу учеников средней руки, согласится, что на один сколько-нибудь привлекательный сюжет набирается добрый десяток настоящего «мусора». Чем ближе подобралась наша «модель» к вершинам мастерства, тем большим будет процент удачных кадров. Но лишь редкие, истинно великие мастера совершенны в любую секунду и в любом ракурсе. Такое положение дел служит хорошим эталоном и поверочным инструментом для визуальной оценки если не эффективности, то хотя бы стилевой геометрии освоенной техники.
   Сколько времени конкретно пребывать в каждой из форм, зависит от степени их «неестественности» и вашего личного терпения. Разумеется, излишне каменеть, словно под взглядом Медузы Горгоны, на целый час или даже на пятнадцать минут. Исходя из собственного и чужого опыта, могу рекомендовать интервал от одной до трех минут. Этого времени, проведенного в каждой из двух-трех десятков одиночных форм, будет вполне достаточно, чтобы к концу тренировки свалиться без чувств от усталости.
   Единственное, на чем следует концентрировать внимание в фазе «замри» – это соблюдение идеальной геометрии тела в соответствии со стилевыми особенностями, удержание «точки» и медленное, глубокое, ритмичное дыхание низом живота. Строго говоря, это не что иное, как разновидность медитации, но не «пустой» дзенской, а активно созидательной, при которой ум и тело находятся в состоянии «делания», причем весьма интенсивного.

   Ниже и шире

   Следующий метод тренировки основан на чисто силовых моментах и воплощается под названным девизом: «Ниже и шире». Это означает, что уже разученную и вполне отшлифованную всеми предыдущими способами форму следует исполнять в утрированно низких и широких позициях, насколько позволяет растяжка. Так как подобная работа связана с естественными трудностями, последующий возврат к нормальному, штатному исполнению покажется вам просто блаженным отдыхом после каторги. И, кроме того, перемещения и повороты в низких стойках потребуют дополнительной культуры в работе с «центром», с устойчивостью и «укоренением». Если вы попробуете выполнить свою самую привычную ката в данном режиме, то сразу обратите внимание на множество незамеченных прежде шероховатостей и нюансов именно в технике передвижений, в построении позиций и переходов из одной фазы в другую.
* * *
   Не составляет труда разработать еще массу занимательных, крайне полезных режимов тренировки, и среди них есть один, практиковаться в котором категорически необходимо даже в том случае, когда вы не жалуете ни один из вышеописанных способов. Метод состоит в обкатке той или иной формы в качестве сугубо дыхательного комплекса. То есть все внимание должно быть направлено не на приемы и перемещения, а на сопровождаемое ими чередование вдохов и выдохов. Именно так, ибо дыхательный ритм всегда первичен по отношению к внешним физическим манипуляциям, будто стержень или ось, без которой любые действия теряют силу и вообще какой бы то ни было смысл. Неправильно говорить, что «удар сопровождается резким выдохом», так как в действительности все происходит (должно происходить) наоборот – выдох сопровождается ударом, каковой служит просто внешним обрамлением выдоха. Впрочем, на деле оба процесса переплетены настолько тесно, что провести отчетливую границу не представляется возможным, ибо она пролегает скорее в ментальной, нежели в физической области. Независимо от дыхания, которое вы предпочитаете («прямое» или «обратное»), чередование вдохов и выдохов всегда подчиняется одной и той же схеме, повторяя коловращение Инь (вдох) и Ян (выдох).
   На вдохе происходит забор энергии, и в этот момент мы наиболее открыты для внешней агрессии. На физическом, двигательном плане вдоху соответствуют (как правило, но не всегда) откат, отступление, повышение центра тяжести, раскрытие, притягивание и повороты. Выдох – это выброс энергии, напряжение, атака или силовая защита, движение вперед, шаги и прыжки, понижение центра с «укоренением», закрытие и сжатие. Такова наиболее естественная и нормальная система действий, которая проверена веками и не нуждается в дополнительной ревизии. Вместе с тем существует целый ряд «обратных», или парадоксальных, техник, предназначенных для решения узкого круга специальных задач на высших уровнях мастерства.
   Как бы там ни было, каждый, желающий достичь вершин не только в исполнении формальных комплексов, но и в боевом применении стилевых форм, никоим образом не должен игнорировать целенаправленный дыхательный тренинг во всех его разновидностях, статических и динамических. Ни один мастер не может позволить себе роскошь дышать, как дышится – это либо показатель высочайшего искусства, перешедшего в безыскусность, либо (что чаще) удел новичков и лентяев.
   Относительно боевого применения форм следует оговориться особо, так как без понимания реального предназначения буквально каждого фрагмента комплекса он никогда не будет отработан и выполнен должным образом. Здесь как раз тот случай, когда собственное усердие бессильно, потому что показать и раскрыть суть той или другой фазы (по-японски – бункай) обязан всякий добросовестный инструктор. Заменить такой показ может только обширный личный опыт, да и то не полностью. Опытный глаз легко отличает действительно прочувствованное и понятое до конца исполнение формы от порой куда более эффектного, но пустого «танца», в котором движения подобны воздушным шарикам, где под яркой оболочкой нет ничего, кроме воздуха. Те, кто излишне увлекается коллекционированием ката, шествуют именно таким путем, поскольку на раскопку глубинных горизонтов у них просто не хватает времени, хотя, повторяю, чисто внешне их работа выглядит подлинным совершенством.
   Таким образом, мы видим, что методика проработки тао-лу и ката весьма и весьма непроста и уж никак не ограничивается беспрестанным механическим повторением форм в одном и том же усредненном режиме. Задача построения эталонной «классики» неразрешима посредством лобовой атаки, какое бы усердие или талант вы к этому ни приложили. Здесь, как в тайге: «прямо ходить – долго ходить, в обход ходить – быстро ходить, однако».
   Абсолютно все, что сказано выше, целиком и полностью относится к формам с оружием, хотя они обладают рядом специфических особенностей, отнюдь не упрощающих жизнь. Любая палка, а тем более острый меч или копье, вносят в исполнение сразу несколько дополнительных переменных факторов, которые приходится учитывать и вплетать в общую гармонию. Секрет успеха кроется в отношении к предмету: оружие не есть нечто чужеродное и строптивое, оно должно стать частью нашего тела, а принципы работы с ним те же самые, что и без него. Это даже не сотрудничество, поскольку сотрудничать можно с чем-то внешним и посторонним, но не со своей же собственной, скажем, немного удлинившейся и ставшей острой, рукой. Это должно быть прочувствовано как абсолютное единение, слияние в новую сущность «оружие-человек».
   Если попытаться подобрать образ, который наиболее полно отразил бы совокупность «человек-оружие», то, пожалуй, «теплые братские отношения» подойдут лучше всего, поскольку лишь в этом случае возникает устойчивая обратная связь, необходимейший ингредиент действительно качественной и эффективной работы. Говоря по-простому, всегда нужно чутко прислушиваться к тому, как реагирует оружие на прилагаемую силу, и соответствующим образом корректировать действия. Это очень хорошо знают владельцы крупных, злых и умных собак наподобие кавказских овчарок, кровожадных ротвейлеров или нервных доберманов. Такой зверь требует безусловно властного, но одновременно серьезного, уважительного отношения без сюсюканья и оскорбительных реплик. Хорошая служебная псина сама выполнит возложенную на нее задачу, ей не нужно переставлять ноги или скакать с гиканьем рядом. Забота хозяина – вывести ее в исходную точку и дать команду. Оружейные техники полностью укладываются в этот кинологический образ. Нам достаточно лишь помогать предмету раскрыть присущие ему особенности и сильные стороны, а он в благодарность и отобьет, и отведет, и проломит, и разрубит все, на что направит его ваша рука.
   Тем-то и хороши истинно древние, традиционные школы наподобие знаменитой Тэнсин Сёдэн Катори Синто-рю, что в их техниках и стилевой геометрии дается оптимальный вариант взаимодействия с оружием. Если по канону предписывается держать меч или нагинату таким-то образом, это означает, что остальные девяносто девять вариантов заведомо хуже, и сей факт, проверенный в тысячах кровавых боев, вовсе не нуждается еще и в нашем одобрении или порицании.

   Для начала научитесь рисовать и писать, как старые мастера, а уж потом действуйте по своему усмотрению – и вас всегда будут уважать!

   Вероятно, вам знакомо имя автора этих проникновенных строк – некто Сальвадор Дали. Любителям цитат могу предложить еще одно чудесное высказывание из книги Судзуки Тантаро «Дзен и фехтование»:

Пусть фехтовальщик держит свой меч,
как вилку за завтраком. Если он думает,
что схватка требует чего-то большего —
значит, он еще не кончил учиться
и ему рано покидать стены школы.

* * *
   Элементарные подготовительные формы, включающие всего несколько базовых позиций, перемещений, атак и защит, абсолютно необходимы, причем вовсе не только на первых этапах. Они являются упрощенным вариантом классических комплексов и позволяют ученику плавно подойти к техникам более высокого уровня, хотя, как показывает опыт, постоянный возврат к самым безыскусным базовым ката вскрывает в них новые и новые пласты и нюансы, совершенно незаметные поначалу. В этой связи полезно вспомнить, что основатель Шотокан каратэ-до Фунакоши Гичин незадолго до смерти сказал ученикам что-то вроде: «Как жаль! А я только-только понял, как следует бить кулаком!» Мой учитель по ушу любил повторять нам (где-то через полгода занятий): «Того, что вы уже знаете, вполне достаточно, чтобы стать великими мастерами»!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 [33] 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация