А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Луна в тумане. Путеводитель по боевым искусствам для новичков" (страница 11)

   Человек и оружие

   Что бы ни стало
   Делать твоей руке —
   Делай это со всей мощью!
Эклизиаст
   Я должен извиниться перед читателями за то, что многое из сказанного ниже они наверняка уже встречали десятком страниц ранее или еще встретят, так как означенная тема насущна, и я просто не могу запомнить все места, где так или иначе обсуждается система «человек – оружие», поэтому повторы неизбежны.
   Итак, не стоит наивно думать, что, взяв в руки какой-нибудь предмет, чтобы защититься сию секунду, или при возникновении напряженной ситуации, вы сами и мир вокруг останетесь точно такими же, как раньше. Увы! – изменится всё, и притом совершенно незаметно. Чтобы было яснее, о чем речь, приведу реальный эпизод из жизни своего приятеля.
   Однажды кто-то подарил ему чудесный сайгачий рог – витой, рубчатый, идеально ложившийся в ладонь и острый, как наконечник копья. Он так его полюбил, что стал постоянно таскать с собой, поглаживая гладкую, медового цвета кость. Однако мир и гармония бытия вскоре оказались полностью разрушены странными, необъяснимыми фактами внешней агрессии, когда буквально на пустом месте, из ничего, вдруг возникали и стремительно развивались конфликтные ситуации, требующие реального применения оружия, притом происходило чуть ли не по два раза в день. Каким-то чудом избежав кровопролития, наш герой стал вспоминать события последнего времени и пришел к отчетливому пониманию, что неприятности начались одновременно с ношением рога. Дальнейший психоанализ выявил суть проблемы и позволил сформулировать ее в двух вариантах:
   – острый рог, будучи естественным природным оружием, неизбежно несет на себе соответствующую энергетику, которая, в свою очередь, буквально притягивает ситуации, требующие крови. Грубо говоря, рогу «хотелось» воевать, и он сам создавал нужную атмосферу;
   – другой вариант объяснения близок к первому, только здесь между предметом и ситуацией ставится человек, играющий роль медиума, или «резонатора». Все просто: ношение колющего оружия перестраивает психику определенным образом, когда его хозяин, сам того не желая и даже не отдавая в этом отчета, подсознательно хочет испытать на ком-нибудь свою «игрушку». Далее в дело вступают обычные законы естества: эманации мозга создают вокруг него ауру битвы, которая притягивает родственные «вибрации» – и вот уже безоблачный горизонт затянут грозовыми тучами. Вдобавок не стоит забывать и о происках темных сил.
   Лично автору такой вариант представляется абсолютно реальным и убедительным. Остается добавить, что мой приятель, будучи тонким специалистом ушу, а потому чутким к разного рода мистике, перестал, выходя из дома, брать с собой рог, – и наваждение мгновенно прекратилось. Если не ошибаюсь, для чистоты эксперимента он спустя некоторое время повторил попытку с аналогичным результатом.
   Эта прекрасная история с предельной наглядностью демонстрирует приведенную выше формулу: оружие образует со своим хозяином неразрывную пару, в которой участники тандема влияют друг на друга. Если человеку искренне безразлично оружие, он никогда не возьмет его в руки, а если он положил его в карман или за пазуху, значит, ему подсознательно хочется проверить себя в новом качестве, что вскоре и происходит. Палка или нож, припрятанные «на всякий случай», сами этот случай и организуют – при участии хозяина в качестве «антенны».
   Избежать ауры конфликта и резни получается только у людей, искренне уверенных в собственной силе, спокойных и неагрессивных, если оружие при этом они носят постоянно, по долгу службы или как привычный, обязательный, повсеместный национальный атрибут. На Дону и на Кавказе еще сто лет назад мужчина не выходил из дому без кинжала или шашки, клинок сопровождал его всюду, от рассвета до заката, а ночью висел или лежал в изголовье. Оружие было естественной составляющей жизни, как миска или ложка, а потому никаких особенных эманаций не пробуждало, тем более, что внешний мир и без того кипел конфликтами самого разного уровня – от кровной мести до войн. Казак или черкес, привычно кидавшие через плечо ремень с дедовским клинком в ножнах, не кипели агрессией и могли за секунду до смертельного удара пребывать в самом радужном, мирном и светлом настроении, но при действительно реальной необходимости пускали оружие в ход, ни секунды не сомневаясь и не комплексуя. При этом, по прошествии ситуации, их не трясло от адреналина, дух был по-прежнему безмятежен, потому что происшедшее нисколько не выходило за рамки обыденности.
   А что происходит сегодня? Сплошь и рядом это выглядит так: компьютерный юноша, отправляясь на прогулку с девицей, чтобы затем проводить ее в лихой райончик, дрожащей рукой кладет в карман клипит китайского производства, надеясь, что тот спасет его темной ночью. Или – крепкий, регулярно тренирующийся молодец отправляется в летний вечер побродить с компанией себе подобных, сует в рукав нунчаку, так как не исключена встреча с другой такой же компанией.
   В итоге вокруг первого персонажа клубится аура неуверенности и смутных опасений, которые почти наверняка притянут к себе каких-нибудь уродов, ищущих забавы, а второй переливается всеми цветами агрессии, от него бувально разит дракой, и что же? – первый же проехавший мимо на УАЗе полицейский патруль мягко попросит оставаться на месте и вывернуть карманы (потому что опытные центурионы отчетливо видят на преступных физиономиях все их мысли), либо происходит долгожданное побоище с такими же гопниками.
   Поэтому, если вы нормальный человек, никогда, никогда не носите с собой никакое оружие «просто так», если не хотите испытать его в деле. С другой стороны, при явной, реальной необходимости в случае чего защищаться по-серьезному ответьте честно на простой вопрос: действительно ли вы готовы пустить оружие в ход, и сумеете ли это сделать, так сказать, технически? Что толку от клипита в кармане, коль скоро его владелец в состоянии стресса позабудет, с какой стороны открывается ножик, но главное – что делать дальше, когда он открыт? Глупые, опасные заявления некоторых «специалистов» о том, будто уже простая демонстрация оружия в большинстве случаев предотвращает конфликт, справедливы только тогда, когда на вашем лице противники прочтут непреклонную решимость «колоть, рубить и рвать на части». Если же вместо этого будут неуверенность, страх и желание убежать, вас изобьют до полусмерти, и как раз за то, что посмели вынуть нож.
   В какой-то из книг о Диком Западе я читал о том, как опытный старожил отговаривал приезжего новичка от намерения нацепить пояс с револьвером, так как это означало бы заявление об умении им пользоваться, чего не было и в помине. Гордого фраейра пристрелили бы очень скоро, а так, по неписанным законам, безоружный был в относительной неприкосновенности.
   Если вы не исполнены отваги, не умеете просто драться голыми руками или ногами, если не готовы идти до конца, «проговаривая» после «А» не только «Б», но и остальные буквы, никакое оружие вас не спасет, только погубит, и демонстрация пистолета (хоть резинопульного, хоть боевого) дрожащими лапками лишь усугубит последствия.
   Однако предположим, что вы кое-что умеете и, худо-бедно, можете за себя постоять посредством каких-нибудь традиционных или подручных предметов (об огнестрельном оружии речь, естественно, не идет). Пусть это будет палка, суковатая дубина или даже меч, то есть вещи, требующие большего мастерства, чем нажим пальца на спусковой крючок, хотя и это большое искусство со своими «заморочками» и разного рода ловушками и подводными камнями.
   Взаимодействие при этом происходит двояко.
   1.Человек подавляет оружие
   Такая разновидность взаимоотношений встречается чаще всего, но особенно склонны к ней люди физически сильные и жилистые, способные без труда подчинить своей воле какой угодно предмет вместе со всеми его характерами, нравами и тонкостями обхождения. Но насилие – оно насилие и есть, дальше рабской покорности дело не продвинется, и ожидать полного раскрытия всех потенциальных возможностей от такого раба не приходится. Действия в подобной манере, с точки зрения стороннего наблюдателя, всегда отличаются напором, энергичностью и безоглядным ухарством. Траектории движений ломаные, состоят из прямолинейных отрезков или неестественно сопряженных кривых, а в целом «спектакль» оставляет неприятное ощущение старательно выполняемой нелюбимой работы.
   Между тем различные виды оружия по-разному подчиняются несладкой доле. Если простодушный шест готов, точно пудель, терпеливо сносить любые ваши фантазии, то злонравная нунчаку довольно быстро учит вежливому обхождению по известной схеме: «битие определяет сознание», а уж острый меч и вовсе не располагает к помыканию. Мне доводилось не раз с удовольствием наблюдать боязливое почтение, которое вдруг обнаруживалось у самых громадных, ражих молодцев, стоило им взять в руки хорошо заточенный[26] клинок.
   2. Оружие подчиняет человека
   Это другая крайность, едва ли не худшая, чем предыдущая, поскольку в первом случае мы хотя бы можем рассчитывать на некоторую практическую, боевую эффективность и уж, худо-бедно, но сумеем огреть противника дубиной, невзирая на ее (дубины) отношение к происходящему. Когда же оружие ведет и тащит за собой излишне пугливого, деликатного или просто хилого телом владельца, лучше не ввязываться ни в какие потасовки – впрочем, это действительно лучший выбор в любом варианте.
   Точно так же, как для «рабовладельца» характерны мощные проносные движения, в которых всего чересчур много, для «либерала» определяющим признаком будут недоносы и недоводки, вялые, нерешительные траектории, лишенные фокусировки удары и едва обозначенные, стертые блоки, а общее впечатление от подобной работы – как от чего-то блёклого, выцветшего и безвольного, как говорится: «красиво, но вьяло». Оружие непременно явит свою повадку, причем даже в большей степени, чем в кабале первого варианта. Тогда как «номер один» обязательно вгонит шест в землю, ахнет себя до потери сознания нунчаку по темени или снесет клинком половину ноги, «номер второй» упадет, не удержав молодецкого полета шеста на повороте, предоставленная самой себе нунчаку тюкнет его в глаз или захлестнет пальцы, а неконтролируемый меч порежет собственные штаны. За свою практику я вдоволь насмотрелся и печальных, и комичных примеров как того, так и другого рода.
* * *
   Есть также некий физиологический момент, не учитывать который нельзя, особенно если речь идет о схватке с оружием. Дело в том, что те, кто не имеет достоверного личного опыта результатов применения оружия по человеку (то есть нормальное большинство населения), насмотревшись боевиков и всякого кинокриминала, полагают, будто после удара ножом, палкой или даже после выстрела в упор противник валится кулем и «лежит себе, не дышит, ручкой-ножкой не колышет». Отнюдь! После любой из перечисленных неприятностей наадреналиненный противник и дышит, и ножками колышет, да так, что вполне способен прихватить вас с собой за компанию на небеса (или в ад – кому куда). Поэтому, стукнув пьяного детину лопатой в темя, не опускайте рук, думая о лаврах победителя, а внимательно отслеживайте ситуацию и при необходимости не побрезгуйте добивающим ударом. Сила последнего (первого, впрочем, тоже) и цель зависят от степени опасности противника.
   Кстати, здесь необходимо оговориться как раз о целях для ударов. Метя в висок мерзкому хулигану, подумайте, что при всей его опасности он чей-то сын, и нет никакой гарантии, что он не перебесится и не станет приличным человеком. В конце концов апостол Павел был когда-то Савлом, кровавым гонителем христиан и вообще чудовищем, каких мало.
   Так как оружие (при прочих равных условиях) дает нам немалое преимущество, логично и даже гуманно в качестве мишени в серьезной схватке избирать конечности противника, а не его жизненно важные органы, в первую очередь – голову. Мы же не на Окинаве! Это тем более оправданно, что именно травмы конечностей вызывают мгновенный болевой шок, следствиями которого являются тошнота, слабость, резкое падение кровяного давления и больший или меньший коллапс циркуляции энергии. В итоге противник при всей его мышечной массе и бычьей физической силе лишается возможности активно действовать. Что окажется сильнее – адреналиновая анестезия или мутная шоковая волна – вопрос конкретной ситуации, и предугадать исход удара способен, как говорилось выше, только опытный практик с внушительной статистикой личного опыта.
* * *
   Сжатое резюме всего сказанного могло бы выглядеть так: при наличии внутренней решимости, подкрепленной более или менее наработанной техникой, наличие оружия сделает вас сильнее. Если его ношение вошло в привычку и не вызывает никаких особенных мыслей или тревожных ожиданий, оно не притянет ситуацию, вынуждающую к своему применению.
   Напротив, тот, кто боится и не любит оружие, не умеет с ним обращаться, комплексует по его поводу или ожидает, что оно само, одним своим присутствием, защитит в любой ситуации, рискует нарваться на крупные неприятности. Поэтому полезно отчетливо определить свою позицию и твердо придерживаться избранного пути.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация