А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Интерлюдия смерти" (страница 4)

   4

   – Нормально побеседовали, – заметила Ева, поводя плечами и направляясь к лифту. – Если только не обращать внимания на то, что женщину называют грязным копом или дурой!
   Ева нажала на кнопку вызова лифта.
   – Не доводилось раньше во время работы в Колумбии слышать анекдоты о грубых неотесанных мужиках?
   – Доводилось, но они мне не нравились. – Дарсия явно была вне себя от злости. – И ваш Скиннер мне тоже не нравится! – добавила она, входя в лифт.
   – Эй, он не мой, – возмутилась Ева.
   – Он намекал, что я у Рорка в марионетках. С чего он это взял и почему вдруг решил, что Рорк замешан в убийстве Уикса? – кипятилась Анджела.
   Вежливая и спокойная дама куда-то испарилась, а вместо нее появилась жесткая женщина-полицейский, в голосе которой звучали металлические нотки. Теперь Ева начала понимать, как именно Дарсии Анджело удалось сделать карьеру за двенадцать лет каторжной работы в Колумбии.
   – Этот Уикс действовал мне на нервы, – честно сказала Ева. – Встрял в нашу перепалку со Скиннером и получил свое. Он не ожидал отпора от женщины – еще бы! – женщина ведь призвана рожать и вскармливать потомство, а защищать ее обязан рыцарь, мачо, мужик с членом, муж.
   – Понятно, – Дарсия кивнула. – Знакомое отношение! И все же выбить парню мозги – это, пожалуй, несоизмеримая компенсация. Полковник сделал слишком поспешные и категоричные выводы. Здесь что-то другое.
   – Похоже, что так. Но у меня пока никаких версий. Кстати, Скиннер выглядел очень бодрым для человека, которого разбудили среди ночи. И хотя в гостиной, куда мы вошли, было полутемно, в спальне справа ярко горел свет. Он не закрыл за собой дверь, когда вышел к нам.
   – Да, я заметила.
   – У его и нашего с Рорком номеров одинаковая планировка, – сказала Ева. – Вторая спальня слева. Там тоже горел свет. Это спальня его жены. Она чуть приоткрыла дверь и наверняка подслушивала.
   – А вот это я упустила из виду, – призналась Дарсия и взглянула на Пибоди, услышав ее сердитое бормотание.
   – Она этого тоже не заметила, – пояснила Ева. – Она всегда злится и ворчит, если что-то упустит. И если Белл Скиннер подслушивала из второй спальни, значит, она не лежала в объятиях мужа в его покоях, верно? А следовательно, нет никакой супружеской идиллии, что само по себе любопытно, и у него нет алиби.
   – А какой может быть у Скиннера мотив для убийства собственного телохранителя?
   – Над этим стоит поразмыслить. Мне нужно кое-что уточнить.
   Лифт остановился, Дарсия и Пибоди вышли.
   – Я с вами свяжусь, – сказала Ева им вдогонку.
   Совместная работа с Дарсией Анджело отнюдь не означала, что Ева не могла делать самостоятельные шаги. Если уж случилось ввязаться в расследование убийства на чужой территории, где ее полицейский жетон стоит не больше модной побрякушки, то можно прибегать к любым доступным средствам.
   И одно хорошо известное ей средство было необычайно действенным и универсальным.
   Это был ее муж.
   Рорк оказался там, где она и ожидала его увидеть, – работал за компьютером в спальне. Он снял пиджак, засучил рукава рубашки. Рядом с ним стоял кофейник.
   – Что удалось нарыть? – спросила Ева. Она взяла его чашку с кофе и одним глотком отпила половину.
   – Ничего такого, что связывало бы меня или мой бизнес со Скиннером. Хотя у меня есть коммерческие интересы в Атланте.
   – Само собой.
   – Связь, электроника, индустрия развлечений. Ну и, конечно, недвижимость.
   Рорк забрал у Евы чашку, похлопал ее пониже талии свободной рукой.
   – И еще до знакомства с тобой, во времена одной любовной интрижки, весьма неплохие доходы от контрабанды. Мелкие нарушения федеральных законов…
   – Правонарушения, – машинально поправила Ева.
   – Можно и так сказать. Но ничего серьезного против государственной и местной власти.
   – Тогда ты что-то упустил, потому что ты для него – личное дело. Иначе все просто бессмысленно. Ты ведь не акула криминального мира.
   – Ну вот, теперь еще и унизила.
   – Ну почему тогда он в тебя вцепился? – требовательно спросила Ева. – Он же полвека в полиции, всякое видел и многое потерял. Имел дело и с хладнокровными убийцами, педофилами, сексуальными маньяками, каннибалами! Но ты-то чем его зацепил? Он ведь в отставке уже, дай-ка вспомню, лет шесть…
   – Семь.
   – Семь так семь. И он подкатывает ко мне с чем-то, очень сильно смахивающим на подкуп или шантаж, смотря как на это взглянуть. А взамен хочет, чтобы я села тебе на хвост. Весьма самонадеянно с его стороны, да и просто необъяснимо.
   Она размышляла вслух, расхаживая по спальне.
   – Не думаю, что Скиннер действительно ожидал, что я приму его предложение. Скорее всего, был уверен, что я пошлю его куда подальше. И тогда мы оба будем в одной упряжке и он сможет поразить нас обоих одним выстрелом.
   – Ни я, ни ты ему не по зубам, если уж на то пошло, – сказал Рорк.
   – Он может здорово испортить нам жизнь, обвинив в причастности к убийству. И он умело подготовил почву, – продолжала Ева. – Сначала он специально провоцирует меня на глазах у всех, потом устраивает скандал, натравливая на меня одного из своих охранников. Завязывается потасовка. А двумя часами позже этого типа находят с размозженной черепушкой на лестнице. Причем в отеле, который принадлежит корпорации «Рорк Энтерпрайзиз». И еще неопровержимая улика, и очень убедительная, – звездочка с формы охранника твоего отеля в луже крови несчастной жертвы.
   – Довольно топорно, тебе не кажется?
   – А у него нет времени на тонкости. Он спешит, – убежденно проговорила Ева. – Понятия не имею почему, но он торопит события. Просто в глотку запихивает здешним копам косвенные улики, чтобы убедить их, что разозленный муж и подозрительный инопланетный коп в юбке приказали кому-то из своих подручных убрать его телохранителя, чтобы припугнуть самого Скиннера.
   – В смысле «Ты посмел прикоснуться к моей жене, так умри, несчастный»?! – Рорк презрительно передернул плечами. – Слишком театрально и чересчур сентиментально. Особенно учитывая, что ты врезала ему в нос прежде, чем я успел вмешаться!
   – В его ограниченном представлении мужчины – это охотники, защитники. Так что, по его логике, все верно. Однако и здесь он просчитался, ведь расправляться с врагами чужими руками не в твоем стиле. Ты уж если захочешь с кем-то свести счеты, то сделаешь это лично. Я права?
   – Мне больше нравится смотреть, как это делаешь ты, дорогая, – улыбнулся Рорк.
   Ева оставила эту реплику без внимания.
   – Если подвергнуть тебя тестированию, то от версии Скиннера камня на камне не останется. Это не твой стиль – нанимать убийц или марать руки только потому, что меня обидели. Можно попросить Миру проверить тебя на детекторе лжи типовым тестом первого уровня, чтобы окончательно снять подозрение.
   – Нет, уволь, дорогая. Еще кофе?
   Ева что-то буркнула в ответ, не прекращая выхаживать по комнате. Рорк встал и подошел к автоповару за новой порцией кофе.
   – В общем, примитивная подстава, – подытожила Ева. – Но все дело в том, что Скиннер уверен, что ты на такое способен. И думает, что если надавит на Межпланетную правоохранительную организацию, когда дело передадут туда, то следствие пойдет в нужном ему направлении, он втянет тебя в следственную волокиту, в которой ты увязнешь по уши, да и я с тобой заодно.
   – Лейтенант, Межпланетная организация уже проводила расследование в отношении меня. Это меня не волнует. А волнует то, что если все зайдет далеко, то пострадают твоя репутация и карьера. И вот этого я не потерплю. Думаю, мне пора самому поговорить с полковником.
   – По-моему, именно этого он и хочет, – предположила Ева.
   – Тогда не стоит его разочаровывать, – ответил Рорк, усевшись на подлокотник кресла с чашкой в руке. – Я тут собрал кое-какие сведения о Скиннере. Пока ничего примечательного в его досье еще не нашел, но я и копал не слишком глубоко.
   Ева нарочито громко поставила чашку на стол, так что фарфор звякнул.
   – Досье? Ты что, залез в его личные файлы? Ты что, сдурел? Если он узнает, тебя посадят раньше, чем твои пижоны-адвокаты успеют повязать свои ультрамодные галстуки.
   – Не узнает.
   – Компьютерный контроль… – начала было Ева, но умолкла, взглянув на компьютер в спальне. Служба компьютерного контроля отслеживала весь трафик и все программирование на планете и за ее пределами. И хотя Ева знала, что в доме Рорка в Нью-Йорке было незарегистрированное оборудование, сеть в отеле – совсем другое дело.
   – Ты что, хочешь сказать, что у тебя и здесь незарегистрированная версия?
   – Конечно же, нет. – На лице Рорка было невиннейшее выражение, как у пай-мальчика. – Все зарегистрировано честь по чести, ничего противозаконного нет. Вернее, не было еще пару часов назад.
   – Нельзя поставить защиту против контроля за пару часов.
   Рорк сокрушенно вздохнул.
   – Ну вот, сначала унизила, а теперь еще и оскорбляешь. Господи, и как я все это терплю!
   Он стремительно метнулся к ней, схватил ее в объятия и так страстно прильнул в ее губам, что у Евы закружилась голова.
   – Вот поэтому и терплю! – воскликнул Рорк.
   – Если это должно было отвлечь меня от вопиющего факта, что ты заблокировал контроль и взломал базу служебных данных, можно сказать, признаю – недурная попытка. Но в проигрыше все равно ты! Я и сама собиралась тебя попросить что-нибудь на него раскопать.
   – Неужели, лейтенант?! Ты не перестаешь меня удивлять.
   – Они били его, пока у него кости не начали крошиться, – Ева говорила ровным голосом. Никаких эмоций. Хладнокровный коп. – Снесли ему полчерепа. А вторую оставили целехонькой, чтобы я опознала его сразу, как только увидела. Когда он преградил мне дорогу вчера вечером, он сам подписал себе смертный приговор. А я стала невольным орудием убийства.
   Ева бросила взгляд на компьютер.
   – Давай-ка за дело!

   Они выудили все материалы, касающиеся Скиннера за последние десять лет его службы, и, кроме того, уточнили, есть ли хоть какая-то связь между его работой и лично ими за семь лет, прошедшие после его отставки. То есть они проверили весь период, предшествующий приезду Рорка в Америку из Ирландии.
   А поскольку объем информации был необъятным, они разделились – Ева работала на компьютере в одной спальне, а Рорк в другой.
   К трем часам у Евы от усталости стучало в висках, а желудок свело от обилия кофеина. Она прониклась искренним восхищением к Скиннеру, хотя вряд ли призналась бы в этом даже самой себе.
   – Отличный полицейский, настоящий служака, черт возьми! – воскликнула она. Судя по всему, Скиннер добросовестно и преданно отдавался службе на протяжении всей своей карьеры.
   «Интересно, – размышляла Ева, – каково это, вдруг взять и все бросить?» Собственно, Скиннер сам сделал выбор, его отставка в шестьдесят четыре года не была вынужденной. Он мог продолжать работать еще лет десять, мог возглавить полицейский департамент.
   Вместо этого он ушел в отставку через почти полвека безупречной службы и использовал свои прошлые заслуги как плацдарм, чтобы баллотироваться в конгресс. Но нескольких десятилетий беспорочной службы на благо общества оказалось недостаточно, чтобы затмить его скудоумные воззрения и узколобость и заручиться поддержкой даже самых замшелых членов консервативной партии. Да и потом, его политическая платформа была крайне зыбкой, его то и дело бросало из одной крайности в другую.
   Скиннер был непоколебимым сторонником запрета на свободный оборот оружия, который консерваторы при малейшей возможности пытались объявить неконституционным. И в то же время неустанно отстивал восстановление смертной казни, что отпугивало от него либералов всех мастей от умеренных до крайне левых.
   Он хотел добиться запрета на легальную, упорядоченную проституцию и отменить все предусмотренные законодательством налоговые и правовые льготы для однополых пар. Он проповедовал святость брака, но только гетеросексуального, и притом выступал против выплаты государственных пособий многодетным неработающим матерям.
   Скиннер был убежден, что материнство – так он толковал Евангелие – само по себе уже было достаточным вознаграждением, своего рода Божьим благословением, и не нуждалось в дополнительном материальном поощрении.
   Из-за противоречивости его политической платформы и бездарной предвыборной кампании он с треском провалился на выборах. И хотя с лихвой компенсировал политическое фиаско щедрыми гонорарами за лекции, публикации и консультации, Ева была уверена, что он так и не смирился с неудачей.
   И все же Ева не могла понять, чем Скиннера мог заинтересовать Рорк.
   Ева потерла лоб и, отодвинувшись от стола, встала, чтобы размяться. Может, она преувеличивает? Может, принимает все слишком близко к сердцу, как нечто личное, потому что сам Скиннер обставил дело именно так? А может, Рорк был для Скиннера чем-то вроде символа? Просто воплощение человека, которому удавалось обходить и дурачить систему, служению которой он посвятил всю жизнь?
   Она взглянула на мини-компьютер на своем запястье. Может, еще успеет вздремнуть и займется делами на свежую голову, с утра пораньше? Правда, пожалуй, прежде потасует собранные данные, чтобы утром взглянуть на все под другим углом. Скорее всего, тогда то, что от нее ускользало – а она была совершенно уверена, что что-то упускает, – как раз и всплывет на поверхность.
   Она задала компьютеру функцию поиска, чтобы вывести все имеющиеся данные на Рорка и выяснить, нет ли хоть какой-то ниточки, связывающей его со Скиннером. Потом зевнула и помотала головой, чтобы почистить мозги, а затем продолжила. Ввела команду: «Проверить все файлы, личные и служебные, касающиеся Дугласа Скиннера, воинское звание – полковник».
   Работаю…
   – Систематизировать файлы в хронологическом порядке, от давних к более поздним, начиная с полицейских отчетов и до сведений из личных досье.
   Задание принято. Работаю…
   Никаких упоминаний о Рорке в отчетах по делам, которые по долгу службы расследовал Дуглас Скиннер. Поиск только по Дугласу Скиннеру в звании капитана… Сопоставляю личные файлы.
   – Ладно… – Ева повернулась, вращаясь, в компьютерном кресле и снова оказалась лицом к дисплею.
   – Стоп! Найти все упоминания о Рорке в любых файлах Скиннера Дугласа независимо от его звания.
   Работаю…
   Сначала появилась ссылка в файлах Скиннера Дугласа в звании капитана. Речь шла о деле С-439014, заведенном на Рорка, Патрика, он же О’Хара, Шон, он же МакНил, Томас, датированном мартом 2036 года. Рорк Патрик подозревался в незаконной торговле оружием, нелегальном проникновении на территорию Соединенных Штатов; в других преступлениях – от хищений в крупных размерах, краж автомобилей до заговоров и убийства офицеров полиции. Следствие предполагало, что подозреваемый скрылся сначала из Атланты, а затем бежал из страны. Последнее установленное место жительства – Дублин, Ирландия. Дело закрыто, за давностью данные следствия находятся в открытом доступе.
   – Нужен полный отчет, скопировать данные на жесткий носитель, – отдала команду Ева.
   Работаю…
   Ева ждала, пока компьютер копировал информацию.
   «2036 год, – задумалась она. – Двадцать три года тому назад. Рорку в ту пору едва исполнилось двенадцать лет!»
   Значит, вот кем был одержим Скиннер! Ему нужен был не Рорк, а его отец!

   Во второй спальне Рорк методично исследовал всю финансовую отчетность Скиннера. Ведь среди самых распространенных мотивов убийства всегда были корысть, месть, ревность, страсть, страх огласки, а также жажда наживы. Так что стоило в первую очередь заняться финансами.
   Есть вероятность того, что Скиннер мог вложить деньги в одну из компаний Рорка или в компанию кого-то из его конкурентов. И не исключено, что потерял изрядную сумму. У многих бывали и менее весомые основания для ненависти.
   К тому же провальная предвыборная кампания по выдвижению своей кандидатуры в конгресс обернулась для Скиннера не только публичным унижением, но и большим материальным ущербом. Он почти разорился.
   – Рорк!
   – Минуточку, – Рорк предостерегающе поднял палец, показывая, чтобы Ева не отвлекала его. – Средства массовой информации, – сказал он. – У меня есть доля в капитале определенных средств массовой информации в Атланте. Во время выборов в конгресс они не пощадили Скиннера. В то время это могло перевесить чашу весов не в его пользу. Сеть «Медиа Линк» целиком принадлежит мне, так тамошние ребята от Скиннера даже рожек и ножек не оставили. Действовали осмотрительно, точно, но беспощадно. Кроме того, он изрядно вложился в фирму «Кордэй Электроникс», расположенную в Атланте, а моя компания систематически в течение последних четырех лет подрывала их финансовое положение и переманивала клиентов. В конце концов дело должно было закончиться их разорением и слиянием, – добавил он после небольшой паузы.
   – Рорк, послушай!
   – Что? – Он попытался взять Еву за руку, продолжая кликать мышкой.
   – Дело куда серьезнее политических дрязг и биржевых спекуляций, – сказала Ева. – Двадцать три года назад несколько крупных торговцев оружием обосновались в Атланте и создали свою сеть. А Скиннер возглавил специальный отдел, которому поручили сесть им на хвост и засадить всех за решетку. Они внедрили своего человека в банду и собрали необходимую информацию. Но когда пошли их брать, угодили в ловушку. Засланный информатор оказался двойным агентом. Так частенько бывает, ну ты и сам все это знаешь.
   Ева перевела дыхание, надеясь, что излагает все точно. Она хотела бы избавить своего мужа от всех возможных переживаний. Ее любовь к нему нередко причиняла ей боль, гораздо чаще, чем облегчала жизнь.
   – Тогда погибли тринадцать копов, – продолжила она, – а еще шестеро были ранены. Им здорово досталось в этой перестрелке, но Скиннер, несмотря ни на что, все-таки сломал хребет парням из картеля. Они потеряли двадцать два человека, в основном бойцов. Той ночью Скиннеру удалось взять двух главарей. А в следующем году он засадил за решетку еще парочку. Но одного Скиннер все-таки упустил. Ему никогда не удавалось схватить этого парня.
   – Милая, хотя я из молодых, да ранних, но боюсь, в двенадцать я был еще зелен для незаконной торговли оружием, исключая разве что игрушечные да кустарные хлопушки, что продавались тогда на каждом углу. И потом, я носа не высовывал из Дублина. А что касается стукачества, то я до этого никогда не опускался.
   – Да нет же, – она не сводила взгляда с его лица. – Речь не о тебе!
   И тут Ева увидела, как его глаза потемнели от гнева, стали колючими и холодными.
   – Ах вот оно что! – выдавил он едва слышно. – Вот сукин сын!
Чтение онлайн



1 2 3 [4] 5 6 7 8 9 10 11

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация