А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Интерлюдия смерти" (страница 2)

   2

   Еву совершенно не интересовали легендарные герои на заслуженном отдыхе, которые просто купались в огромных гонорарах за свои лекции и консультации. Ей поскорее хотелось покончить со своим коктейлем, отметиться на приеме – и то только потому, что таков приказ начальства, – а затем незаметно смыться.
   Пожалуй, к работе можно будет приступить не раньше завтрашнего дня. Судя по возбужденному гулу в зале, большинство гостей были того же мнения.
   Но оказалось, что ею заинтересовался сам легендарный герой. Ева только взяла бокал и попыталась определить наиболее оптимальный путь продвижения по залу через толпу собравшихся, как кто-то тронул ее за плечо.
   – Лейтенант Даллас! – К ней обращался поджарый темноволосый мужчина, остриженный так коротко, что казалось, будто к его голове приклеена наждачная бумага. – Брайсон Хэйз, личный адъютант полковника Скиннера. Полковник хотел бы с вами познакомиться. Если не возражаете, пойдемте со мной.
   – Похоже, – проговорила Ева, – полковник сейчас занят, а я пробуду здесь еще целую неделю.
   Хэйз растерянно моргнул и воззрился на нее в изумлении.
   – Он хотел бы познакомиться с вами именно сейчас. У него очень плотный график во время конференции.
   – Ступайте! – проговорила Пибоди шепотом, подтолкнув Еву локтем. – Идите же, Даллас!
   – Мы будем чрезвычайно рады познакомиться с полковником Скиннером. – Рорк взял иницативу в свои руки и решил проблему – отставил бокал, подхватил под руки Еву и Пибоди, за что был вознагражден по-собачьи преданным взглядом Пибоди и хмурым – жены.
   Не давая Хэйзу возразить или опомниться, Рорк повел обеих женщин в другой конец зала.
   – Ты делаешь это мне назло! – прокомментировала происходящее Ева.
   – Не совсем. А вот позлить старину Хэйза я не прочь. Это часть политики, лейтенант, – он ободряюще сжал ей руку. – А такие игры никогда не помешают.
   Рорк плавно перемещался в толпе гостей и лишь улыбался в ответ на недовольное фырканье Хэйза, который едва поспевал за ними, а догнав, с трудом проложил дорогу сквозь ряды собравшихся вокруг героя людей.
   Полковник Скиннер оказался человеком невысокого роста. Это не соответствовало представлению Евы о человеке такой огромной славы: Ева изумилась – герой не доставал ей даже до плеча. Ему было семьдесят, но он был в хорошей форме. Лицо в морщинах, но кожа не обвисла. Да и сам он был собран и подтянут, коротко, по-военному, острижен. Седина выдавала возраст, но лысины не было. Из-под прямых серебристо-седых бровей решительно и твердо смотрели холодновато-голубые глаза.
   В руке у Скиннера был низкий стакан с янтарным, явно неразбавленным напитком. На пальце блестело широкое обручальное кольцо возрастом лет в пятьдесят.
   Ева окинула Скиннера быстрым оценивающим взглядом, он поступил так же.
   – Лейтенант Даллас, – представилась она.
   – Полковник Скиннер.
   Она пожала протянутую ей руку – холодную, сухую. Его рукопожатие было вялым, что удивило Еву.
   – Моя помощница – офицер Пибоди.
   Взгляд Скиннера ненадолго задержался на лице Евы, затем скользнул по Пибоди. Скиннер скривил губы и заметил:
   – Офицер! Всегда приятно пообщаться с кем-то из людей в форме – будь то мужчина или женщина.
   – Благодарю вас, сэр. Это честь для меня. Должна сказать, это вы отчасти повлияли на мое решение пойти в полицию.
   – Уверен, вы для полиции Нью-Йорка – просто находка, – благосклонно заметил Скиннер. – Лейтенант, мне бы хотелось…
   – Мой муж, – не дала ему договорить Ева. – Рорк.
   Лицо у Скиннера не дрогнуло, а словно заиндевело.
   – Как же, узнал вас. Последние лет десять я как раз занимался вашими делами.
   – Польщен вниманием. Полагаю, это ваша супруга? – Рорк говорил о женщине, стоявшей рядом со Скиннером. – Чрезвычайно рад знакомству!
   – Благодарю. – У этой американки был медовый голос типичной южанки. – Ваш Олимпус – потрясающее место. Не терпится осмотреть как можно больше, пока мы здесь.
   – Буду счастлив организовать экскурсию и предоставить транспорт.
   – Как любезно с вашей стороны! – Женщина коснулась руки своего мужа.
   Несомненно, она обращала на себя внимание. Ева подумала, что жена Скиннера должна была бы выглядеть старше, ведь их брак был продолжительным и прочным и стал одним из слагаемых безупречной репутации ее супруга. Возможно, благодаря хорошей наследственности или с помощью личной команды косметологов и массажистов ей удалось прекрасно сохраниться. Смуглая кожа и жгуче-черные волосы свидетельствовали о том, что среди ее предков были представители различных рас. На ней было серебристое вечернее платье, а крупные сверкающие бриллианты смотрелись на ней совершенно естественно.
   На Еву супруга бывшего командующего взглянула с вежливым интересом.
   – Мой муж восхищается вашей работой, лейтенант Даллас. А он обычно очень сдержан в оценках. Рорк, почему бы нам ненадолго не оставить этих двух копов наедине и не дать им поговорить о делах?
   – Спасибо, Белл. Не возражаете, если мы вас покинем, офицер Пибоди? – Скиннер жестом указал на столик, около которого стояли трое мужчин в черном. – Лейтенант, прошу вас!
   Когда они сели за столик, охранники почтительно отступили на шаг.
   – С телохранителями на полицейское мероприятие? – полюбопытствовала Ева.
   – Привычка! Рискну предположить, что у вас в вечерней сумочке пистолет и жетон.
   Ева едва заметно кивнула. Она бы предпочла не прятать их, но, к сожалению, к ее платью не полагалось подобных аксессуаров.
   – Итак…
   – Белл была права, я действительно восхищаюсь вашей работой. Я был приятно удивлен, узнав, что мы оба значимся в программе этой конференции. Вы, я полагаю, редко выступаете перед публикой.
   – Да. Предпочитаю живую работу на улице.
   – И я был таким же. Это как вирус – в крови. – Он откинулся назад, согревая бокал в ладонях. Ева с удивлением заметила, что у него слегка дрожат руки. – Однако живая работа и пребывание на улицах – не одно и то же. Кому-то нужно и руководить. Из кабинета, из штаба, с командного пункта. Хороший, умный полицейский должен продвигаться по службе. Например, такой, как вы, лейтенант.
   – Хороший, умный полицейский должен гоняться за плохими парнями и сажать их за решетку.
   Скиннер издал короткий смешок.
   – Полагаете, этого довольно для повышения, для капитанских нашивок или звездочек полковника? Вряд ли. По крайней мере, в тех рапортах о вас, что мне довелось прочесть, никогда не упоминалось о подобной наивности.
   – А с чего бы вам читать мое досье?
   – Я хоть и не на оперативной работе, но по-прежнему консультирую. И всегда держу руку на пульсе. – Он снова наклонился к Еве. – Вам удалось распутать и довести до конца несколько весьма сложных дел. И хотя я не всегда одобряю ваши методы, результаты неоспоримы. А ведь я крайне редко считаю офицеров из числа представительниц слабого пола достойными руководящей работы.
   – Простите. Вы сказали, слабого пола? – уточнила Ева.
   Скиннер отмахнулся привычным жестом, показывающим, что ему не раз доводилось вести подобные разговоры и что они ему уже порядком надоели.
   – Убежден, что у женщин и мужчин изначально различные функции от природы. Мужчины от рождения – добытчики, защитники, рыцари. А женщинам отведена роль продолжательницы рода и хранительницы очага. Это подтверждают многочисленные научные теории, а также религиозный и социальный опыт.
   – Неужели, – едко заметила Ева.
   – Честно говоря, я никогда не был сторонником приема женщин на гражданскую службу, а уж тем более на военную. Они часто лишь отвлекают мужчин от работы, да и сами редко целиком отдаются делу. Для них главное побыстрее выскочить замуж и нарожать детишек, впрочем, как и полагается настоящим женщинам.
   – Полковник Скиннер, единственное и самое приличное, что мне приходит в голову при данных обстоятельствах по поводу сказанного вами, так это то, что вы несете чушь.
   В ответ полковник оглушительно расхохотался.
   – Вы лишь подтвердили свою репутацию, лейтенант. Судя по вашему досье, вы весьма сообразительны и жетон полицейского для вас не только что-то вроде брошки, которую вы цепляете на платье по утрам. Вы другая. Или были другой, по крайней мере. У нас с вами много общего. Пятьдесят лет я отдал службе, и ни одного замечания за это время. Я добросовестно расследовал одно дело, затем брался за следующее. К сорока четырем годам я уже был полковником. Хотите добиться того же?
   Ева отлично понимала, когда ее разыгрывают, и ни выражением лица, ни голосом не выдала своих чувств.
   – Я об этом как-то не задумывалась.
   – Если это правда, вы меня разочаровали. Но если вы действительно не кривите душой, советую задуматься на эту тему. Знаете ли вы, лейтенант, насколько ближе вы сегодня были бы к капитанским нашивкам, не прими вы в свое время несколько эмоциональных, необдуманных решений?
   – Неужели? – Ева почувствовала, как внутри ее закипает злость. – Интересно, а как вам представляется возможная карьера нью-йоркского копа из отдела по расследованию убийств?
   – Это моя обязанность – знать такие вещи. – Скиннер сжал свободную руку и постучал кулаком по столу. – У меня со времен службы осталось одно незавершенное дельце. Одна цель, которую никак не удавалось долго держать на мушке, чтобы поразить. А вот вместе нам это под силу. Обещаю вам нашивки капитана, только помогите достать Рорка.
   Ева внимательно рассматривала свой бокал, затем задумчиво провела пальцем по его краю.
   – Полковник, вы отдали полвека службе, вы проливали свою кровь. И это единственная причина, по которой я не дам вам пощечину за подобное предложение.
   – Будьте осмотрительнее, – предупредил Скиннер. – Когда чувства берут верх над долгом, это по меньшей мере неблагоразумно. Я всерьез намерен прижать его. И мог бы принудить вас выполнить мой приказ.
   Задыхаясь от злости, Ева приблизила свое лицо к лицу Скиннера и прошептала:
   – Только попробуйте! На своей шкуре убедитесь, что я не из числа ваших идиотских хранительниц очага!
   Она поднялась и едва сделала шаг, как путь ей преградил один из телохранителей.
   – Полковник еще не закончил разговор, – сказал он.
   – Зато я закончила, – отрезала Ева.
   Охранник на секунду отвел взгляд от ее лица, затем кивнул и властно положил руку ей на плечо:
   – Вам все же придется сесть, лейтенант, и дождаться, когда вам разрешат уйти.
   – А ну, отпусти. И побыстрее, а то больно будет!
   Но телохранитель лишь крепче сжал ее плечо:
   – Сядьте на место и подождите, когда вам разрешит уйти старший по званию.
   Ева взглянула на Скиннера, затем бросила взгляд на телохранителя.
   – Сам напросился! – С этими словами она выбросила руку вперед и мощным точным ударом сломала телохранителю нос. Затем в быстром прыжке сбила с ног еще одного охранника, стоявшего неподалеку и бросившегося на подмогу товарищу. Когда она приземлилась после виртуозного сальто, то ее рука уже сжимала пистолет, который был в сумочке.
   – Придержите своих псов, полковник, – бросила она Скиннеру.
   Ева быстро огляделась, присматриваясь к копам, обернувшимся на шум, чтобы понять, не опасны ли они и не нападут ли на нее с другой стороны. Убедившись в обратном, она повернулась к Скиннеру спиной и зашагала прочь сквозь гудящую толпу.
   Она уже была на пороге банкетного зала, когда ее нагнал Рорк и обнял за плечи.
   – Дорогая, у тебя платье в крови.
   – Разве?
   Еще не остыв, она мельком взглянула на кровавое пятно.
   – Это не моя кровь.
   – Я так и понял.
   – Мне нужно поговорить с тобой.
   – Почему бы нам не подняться в номер? Может, прислуге удастся смыть кровь с платья. А мы успеем поговорить и потом спустимся и присоединимся к остальным, чтобы выпить с твоими друзьями из Центрального участка.
   – Какого черта ты не сказал мне, что знаком со Скиннером?
   Рорк набрал код на панели управления, чтобы вызвать частный лифт владельца отеля.
   – А я с ним и не знаком.
   – Зато он тебя отлично знает.
   – Ну, это я уже понял.
   Рорк подождал, пока они не оказались одни в кабине, и только тогда поцеловал Еву в висок.
   – Ева, на протяжении жизни немало копов являлись по мою душу.
   – А этот и теперь не прочь ее заполучить.
   – Удачи ему! Я законопослушный бизнесмен, столп общества. Человек, который встал на честный путь благодаря любви порядочной женщины.
   – Лучше не доводи меня, а то и тебе достанется.
   Ева стремительно вышла из лифта, прошла через роскошные жилые комнаты и вышла на террасу, чтобы на свежем воздухе немного остыть, освободиться от нахлынувших на нее чувств.
   – Этот сукин сын хочет, чтобы я ему помогла добраться до тебя! – едва сдерживая ярость, проговорила она.
   – До чего грубо, – спокойно заметил Рорк. – Излишне прямолинейно для первого знакомства – так вот сразу тебе это предложить, да еще и на приеме за коктейлем. А с чего это он взял, что ты согласишься?
   – Посулил мне капитанские нашивки. Сказал, что добудет их мне, а иначе никакой карьеры мне не видать, слишком засветилась из-за неправильного личного выбора.
   – То есть речь обо мне. Это правда? У тебя действительно никаких шансов на продвижение по службе из-за меня? – сейчас Рорк говорил серьезно.
   – А мне почем знать? – Все еще не оправившись от нанесенного ей оскорбления, Ева повернулась к Рорку: – Ты что, не веришь, что мне абсолютно все равно? Считаешь, я ради карьеры надрываюсь на работе?
   – Да нет же! – Рорк успокаивающе погладил Еву по руке. – Я прекрасно знаю, что тобой движет, – мысли о невинных жертвах. – Рорк нагнулся и нежно прикоснулся губами к ее лбу. – Вот тут-то Скиннер и просчитался.
   – С его стороны это было глупо. Он даже не удосужился для приличия хоть немного со мной поговорить, а уж потом делать свое гнусное предложение. Недальновидно с его стороны, – сказала Ева. – Ему очень хочется достать тебя, Рорк. Его не остановило даже то, что его могут обвинить в попытке подкупа. Стоит лишь мне подать рапорт о случившемся, и все мне поверят. Ну почему он это сделал?
   – Понятия не имею, – ответил Рорк, а сам подумал, что неосведомленность всегда чревата опасностью, и добавил: – Постараюсь выяснить. Но в любом случае ты очень оживила этот скучный прием.
   – При обычных обстоятельствах я бы вела себя повежливее и просто отшибла бы охраннику яйца, чтобы под ногами не путался! Но Скиннеру вздумалось завести всю эту канитель про то, что женщины по природе своей – хранительницы очага и продолжательницы рода и поэтому им не место в полиции. Так что удар в пах в этих обстоятельствах показался мне детской выходкой.
   – Я тебя обожаю! – Рорк засмеялся и притянул ее к себе.
   Ева рассеянно кивнула, но все же улыбнулась, когда он заключил ее в объятия.

   Обычно Ева не считала развлечением эту дурацкую толкотню в клубе, где людей что сельдей в бочке, а от оглушительной музыки лопаются барабанные перепонки.
   Но когда работаешь до изнеможения, лучше, если в таком месте рядом друзья.
   За столом было полным-полно служак из нью-йоркской полиции. Ева едва втиснулась между Рорком и Фини, капитаном и начальником отдела электронного сыска. Похожий на печального бассета, капитан взирал на происходящее на сцене с изумлением.
   По другую руку от Рорка сидела доктор Мира, подчеркнуто элегантная на фоне разношерстного окружения, потягивала бренди и невозмутимо взирала на трех музыкантов, тела которых были размалеваны в красно-бело-синие цвета, – этот раскрас заменял им одежду, – исполнявших импровизацию в стиле трэш-рок. Компанию сидящих за столом довершали судмедэксперт Моррис и Пибоди.
   – Зря жена пошла спать, – Фини с сожалением покачал головой. – В такое и не поверишь, пока собственными глазами не увидишь.
   – Классное шоу! – провозгласил Моррис. В его длинную темную косу была вплетена серебристая лента, такими же серебристыми были и лацканы его удлиненного пиджака.
   «Для медэксперта, имеющего дело с покойниками, – подумала Ева, – он одевается слишком вычурно».
   – А вот Даллас, та точно устроила сегодня настоящее шоу! – весело подмигнул ей Моррис. – Ну и картинка была! Разъяренная лейтенант дает прикурить телохранителям ходячей легенды полиции на конференции сотрудников правоохранительных органов на роскошном инопланетном курорте! Увлекательное зрелище, жаль только, что короткое!
   – Отличный хук слева! И неплохой удар в пах. А Скиннер просто болван! – воскликнул Фини.
   – Зачем так говорить, Фини! – воскликнула Пибоди. – Он же герой!
   – А кто сказал, что герой не может быть болваном? – парировал тот. – Вечно носится со своими подвигами в Городских войнах. Будто он один воевал! Рассуждает о долге, романтике и патриотизме! А на самом деле речь тогда шла о жизни и смерти. И это было ужасно!
   – Тем, кто воевал, свойственно романтизировать прошлое, – рассудительно заметила Мира.
   – Перерезанные глотки и груды трупов на Пятой авеню – какая уж тут романтика! – отрезал Фини.
   – Зато весело. – Моррис подвинул к Фини полный стакан: – Выпейте-ка еще пивка, капитан!
   – Копам не к лицу с упоением трепаться о своей работе, – Фини залпом осушил стакан. – Они просто делают свое дело. Будь я поблизости, Даллас, я бы тебе подсобил прижучить его верзил.
   Тронутая участием коллег, Ева по-свойски ткнула Фини локтем.
   – Давай найдем их и отметелим, чтобы дух из них вон! Веселиться так веселиться!
   Рорк обнял Еву, и в это время кто-то из его охраны подошел к их столику и, наклонившись, тихо шепнул ему несколько слов на ухо. Рорк помрачнел и молча кивнул.
   – Кто-то тебя опередил, – сообщил он Еве. – Там, на лестнице, между восемнадцатым и девятнадцатым этажом, похоже, труп, или то, что от него осталось…
Чтение онлайн



1 [2] 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация