А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Мастер харакири" (страница 9)

   Глава 14

   В девять утра майора Калинина вызвал начальник управления.
   Лицо полковника было таким усталым, что на него жалко смотреть. Он молча кивнул на стул и, когда Калинин сел, спросил:
   – Ну, что там у нас? Дежурный доложил, еще два похожих убийства?
   – Не совсем так, товарищ полковник, – поправил начальника Калинин.
   – Вот как?
   – Девушка только ранена. Ранение, правда, тяжелое. Пока находится в реанимации.
   – Что врачи говорят?
   – Врачи гарантий не дают. Как я уже сказал, ранение очень тяжелое. Остается надеяться. Может, вернут ее в сознание. Я попросил врачей, чтобы сразу позвонили нам. Опросить бы ее. Может, удастся составить фоторобот.
   – Понятно. А парень убит? – полковник любил выражаться конкретно, поэтому лишних вопросов не задавал.
   – Так точно, – подтвердил Калинин. – По имеющейся информации, он входил в бандитскую группировку Кузьмина. Его уже опознали. Думаю, за кузьминскими кто-то охотится. Сначала убили Чумакова возле ресторана. Теперь вот Шаповалова по кличке Клест. Был еще кто-то. И этот кто-то сбежал через окно. Сейчас выясняем.
   – Но вы не забывайте, гибнут граждане, не причастные к бандитам. Сотрудник милиции. И эта девушка. Ее личность установлена?
   – Так точно. Она в связях с бандитами не замечена.
   Полковник с минуту сидел молча, потом спросил:
   – Значит, вы считаете – месть?
   Калинин ответил не сразу. Делать безосновательные выводы он не любил, поэтому сказал:
   – Думаю, кого-то кузьминские очень обидели. Все убийства совершены самым жестоким образом. – Майор взял со стола полковника линейку, представив ее ножом. – По заключению экспертов, используемое оружие – финский клинок. При ударе убийца держит его лезвием кверху. Бьет. Причем удар очень сильный. Вгоняет клинок по рукоять. А потом делает разрез до самой грудины.
   – Вот, значит, как, – полковник не удивился жестокости убийцы. За его долгую работу в розыске случалось и не такое.
   Он закурил, пододвинул пачку Калинину, но майор отказался, посчитав неприличным закурить в кабинете начальника управления, хотя курить и хотелось.
   – Как удалось установить из опроса соседей, девушка появлялась в этом доме на улице Радищева раз в неделю вместе с Манаковым Валерием по кличке Манай. Он снимает там квартиру.
   – Так она, что же, проститутка? – спросил полковник, вспомнив про свою дочь: «Вот так пропадаешь на работе днями и ночами и не знаешь, где она шляется, чем занимается».
   Калинин поправил полковника:
   – Скорее, любовница Маная.
   – После Кузьмина его группировкой заправляет Манаков?
   – Да.
   – Его надо допросить. Самым тщательным образом.
   Это прозвучало как приказ, но майор осмелился возразить:
   – Сложно, товарищ полковник. Он разговаривает только в присутствии адвоката. А уцепиться за него нельзя.
   Полковник с негодованием придавил окурок о пепельницу.
   – Грамотные бандиты у нас. Чуть что, сразу адвокат тут. Но вы все равно постарайтесь его ухватить. Подозреваю, убийства связаны с ним. Может, ему кто-то из своих же мстит.
   Калинин молчал, и полковник строго глянул на него.
   – Пока точно могу сказать одно. У нас появился жестокий серийный убийца. И думаю, он не остановится.
   – Значит, надо его как можно быстрее найти и остановить.
   – Мы приняли к его розыску все необходимые меры, – заверил Калинин.
   Кажется, начальника управления это немного успокоило. Во всяком случае, его лицо уже не было таким строгим. И он сказал:
   – Хорошо. И почаще мне докладывайте. Чтоб я был в курсе всех новостей.
   Когда Калинин вышел из кабинета, полковник схватил телефонную трубку, набрал домашний номер и, услышав голос жены, спросил:
   – А где Марина? Вечно шляется где-то. И ты такая спокойная. Дочери нет, а тебе хоть бы что. Проверь, в колледже она или нет. – Полковник сердито бросил трубку на аппарат.

   Глава 15

   Манай примчался на стадион как бешеный и велел обзвонить всех бригадиров, чтоб немедленно собрались.
   – Мы уже не контролируем свою территорию? – спросил он, когда все были в сборе. – Завелся какой-то псих и мочит наших пацанов. Чуму замочил. Клеста. Чуть меня на тот свет не отправил. Я хочу знать, кто этот прыткий нахал? Есть у кого что-нибудь про него?
   Вместо конкретного ответа все стали горячо обсуждать случившееся. Манай махнул рукой, чтоб все замолчали.
   – Ну и долбаки вы, – обласкал он командиров доблестного войска. – Этот псих о многом в курсах. Он ведь знал, что я приеду на улицу Радищева. Знал и ждал нас.
   – А может, там был другой долбак, – осторожно высказался один из бригадиров.
   Манай сразу отверг его предположение.
   – Он Клеста замочил точно так же, как Чуму. Распорол брюхо. Выпустил кишки. Тут совпадений быть не может. Он пасет нас. Теперь чтоб каждый через час докладывал о себе. Чтобы в случае чего я вас не искал.
   Тревожно было на душе у Маная, и на пацанов он глядел с подозрением. «Никому нельзя верить», – думал он в нехорошем предчувствии. Кто-то за ним охотится, а он не знает кто. Идиотизм чистейший! На бандитского авторитета охотится. Манай сам мог замочить любого, а тут чувствовал себя неуверенно.
   Вечером у него была назначена встреча со следователем Юдиным в ресторане. Около одиннадцати вечера он уехал из офиса, наказав двум верным пацанам за всем приглядеть тут. На этих он мог рассчитывать. С ними мента Колобка мочили и парня того в гробу закопали.

   К половине первого ночи оба охранника, молодые качки, обошли все строения стадиона, разогнали со скамеек припозднившихся влюбленных и вернулись в главное здание, где находился офис кузьминских.
   Теперь ни одна тачка на территорию не заедет. Ворота заперты. Можно и расслабиться. И оба уселись перед телевизором, вставив в видак кассету с порнухой.
   В какую-то минуту оторвав взгляд от экрана телевизора и посмотрев в окно, один из охранников увидел странное лицо.
   Кто-то стоял и наблюдал за ними. Или глядел на экран телевизора. Увидев, что его заметили, отошел от окна, спрятавшись в темноте.
   – Бомжара какой-то забрел, через забор, гад, перелез. Пойду, ребра поломаю, – сказал охранник своему напарнику и поднялся с кресла.
   – С тобой сходить? – с неохотой спросил напарник, не отводя взгляда от экрана.
   – Чо, я сам не справлюсь? – поиграл мышцами здоровяк охранник, взмахнув пару раз в воздухе резиновой дубинкой, и вышел на улицу.
   Вот хлопнула дверь, и все, будто пропал охранник, исчез, растворился в темноте.
   – Виталя, чо там? – нехотя спросил напарник, не отводя глаз от экрана. Самая занимательная сцена. Умеют немцы порнуху снимать. Крутой фильмец.
   Прошла минута-другая, а охранник Виталя не отозвался. И напарник понял: надо ему выйти, кулаки размять.
   – Виталя, мать твою! Ты где?
   В темном углу, где размещалась афиша, послышался какой-то едва различимый шорох.
   – Виталь! – погромче крикнул напарник, стараясь хоть что-нибудь рассмотреть.
   – Ни черта не видно. Сколько говорили директору стадиона – поставьте там столб с фонарем.
   Выставив вперед руку с резиновой дубинкой, напарник пошел в темноту.
   Шаг. Другой. Третий.
   Вдруг ноги скользнули на чем-то. Выругался напарник, взмахнул руками. Чуть не упал.
   «Чего тут валяется под ногами?» – не понял он. Со злостью пнул ногой.
   Что-то большое, твердое.
   – Вот сволочи! И чего только не накидают под ноги.
   Он нашарил в кармане зажигалку. Загораживая ладонью от ветра огонек, посветил.
   На земле, свернувшись калачом, на боку лежал его товарищ с распоротым животом, из которого расползались кровавые кишки. На них, оказывается, и наступил напарник.
   Он посмотрел, увидел, что и сейчас стоит на них, и ему сделалось нехорошо. Стошнило прямо тут.
   Но самое ужасное было то, что убийца Виталика не мог уйти далеко и сейчас прятался где-то тут, в темноте. И уж голыми руками его не возьмешь, а он, когда выходил, даже фонарь не захватил.
   Напарник бросился назад к административному зданию.
   Там у них в столе лежал заряженный «ТТ».
   – Ну, гад! Виталю замочил!
   Вбежав в комнату, напарник передернул пистолет и тут же выбежал наружу, готовый выстрелить во всякого, кто попадется ему.
   – Ну ты где, гад? Отзовись! Где?
   Луч фонаря метнулся в темноту за афиши.
   Что-то будто зашуршало в сухих осенних листьях.
   И сейчас же выстрел. Напарник послал на этот шорох пулю.
   В ночном воздухе звук выстрела показался звенящим.
   Вытянутая рука с пистолетом дрожала.
   – Где он, гад! Куда делся? – Охранник водил пистолетом по сторонам.
   И вдруг тихий, почти неразличимый свист раздался позади него. Прямо над самым ухом.
   Напарник резко обернулся и сразу же почувствовал жгучую боль в животе.
   Убийца неслышно подкрался сзади и вогнал здоровенное лезвие по самую рукоять.

   Глава 16

   Ночью майору Калинину позвонил домой оперативный дежурный.
   Жена за двадцать лет супружеской жизни так и не смогла привыкнуть к этим ночным вызовам. Вздрогнула и, переворачиваясь на другой бок, недовольно проворчала:
   – И когда это только кончится? Когда хоть ты на пенсию уйдешь? Вояка! – Последнее слово произнесла нарочно, чтобы унизить его за ночное беспокойство. – Майор, а гоняют, как мальчишку.
   – Дорогая, за меня мою работу никто не сделает. А ты спи. – Калинин тихонько выполз из-под одеяла.
   – Да что, спи! С таким мужем поспишь. Когда-нибудь выброшу телефон в окно, – пригрозила жена.
   Калинин ничего не ответил. Быстро собрался и вышел на улицу, стал ждать оперативную машину.
   Город еще спал в предрассветной тишине.
   На этот раз предстояло выехать на улицу Вильгельма Пика. Там на берегу Яузы в зарослях ивняка обнаружен труп милиционера.
   Патрульной группе, дежурившей на машине, сообщил об этом старик бомж, случайно наткнувшийся на труп.
   Калинин осмотрелся.
   Криминалист суетился возле трупа, кивком поздоровался с майором.
   – Твой убийца поработал. Один к одному, – сказал криминалист, указав на раскроенный живот милиционера.
   Лейтенант Шевелев подал удостоверение, и Калинин прочитал:
   «Старший участковый инспектор, майор Синельников». Ну и дела. Этот псих одинаково крошит как бандитов, так и ментов.
   – Вот и я про то же, – вставил криминалист. – И тех ненавидит, и этих.
   Калинин осмотрел огромную рану на животе. Все внутренности выворочены. Сразу представил, какой ужасной и мучительной была смерть старшего участкового инспектора.
   – Осторожней топчись, – сделал криминалист резкое замечание.
   Калинин только теперь заметил, что едва не наступил на кишки убитого.
   «О боже! Какой ужас! – Калинин шагнул назад. – Опять этот финский клинок. Тот же почерк. Удар острого лезвия в низ живота и надрез до грудины. За что же он убил майора Синельникова?»
   Тут же следователь заполнял бланк протокола осмотра места происшествия.
   – А я думаю, Синельников случайно попал под нож. Кого-то другого убийца хотел замочить. Майор вмешался, – высказал свою версию случившегося лейтенант Шевелев.
   – Очень может быть, – проговорил Калинин в раздумье. Хотя и не слишком-то верил, что дело обстояло именно так. Даже поверхностный осмотр говорил о том, что преступник хотел убить майора. Только непонятно, как Синельников оказался в этих дебрях на берегу реки? Хотя убийца мог где-то недалеко ранить майора, притащить сюда и здесь уже добить.
   Калинин посмотрел на бомжа, сообщившего милиционерам о трупе.
   Старик сидел на корточках и дремал. Видно, ему надоела вся эта возня.
   «Да, – Калинин вздохнул, – ну какой свидетель из этого старикашки? Уверен, на труп он напоролся случайно». Майор сказал своим подчиненным Потапову и Шевелеву:
   – Вот что, побродите тут вокруг. Надо поискать свидетелей. Может, кто чего видел.
   Оба лейтенанта переглянулись.
   – Какие свидетели в половине четвертого утра? – возмутился Шевелев.
   – Вот свидетель, – указал Потапов на старика бомжа.
   Калинин только рукой махнул.
   – Да какой из него свидетель? А вы походите. Тут есть палатки коммерческие ночные. Поговорите с продавцами.
   Шевелев насупился и что-то пробурчал себе под нос.
   Калинина заело.
   – А как ты, Шевелев, думаешь работать в розыске? Только в кабинете сидеть? Нет, милый. Волка ноги кормят. Так что хватит ворчать и вперед!
   Когда оба отошли подальше, Шевелев сказал:
   – Пойдем в палатке пивка купим. А потом вернемся, скажем, никого не нашли.
   И оба повернули к гостинице «Байкал».
   Позади гостиницы, возле мусорных контейнеров, они увидели стоящий «жигуленок» белого цвета. За рулем сидел человек и, наклонив голову к рулю, спал.
   – Во, свидетель! – обрадовался Потапов. – Сейчас с него объяснение срисуем, и пошел майор куда подальше! Нам чего, до утра тут болтаться? Все нормальные люди спят.
   Они подошли к машине.
   Изнутри стекла в машине покрылись испариной.
   Потапов постучал пальцем в боковое стекло. Но водитель даже не поднял головы.
   – Эй, проснись! Нас обокрали! – нарочно громко проговорил лейтенант Потапов и постучал уже сильней.
   А Шевелев съехидничал:
   – Бухой, наверное. Так просто его не разбудишь. С ним по-другому надо, – он взялся за ручку.
   Легкий щелчок. Дверь открылась, и оба опера увидели ужасную картину.
   Водитель «жигуля» сидел с распоротым животом, весь залитый кровью. Кишки лежали у него на коленях и свесились на резиновый коврик.
   – Черт! Такое только в страшном сне приснится, – выговорил Шевелев и отступил на пару шагов назад.
   – Как видишь, это не сон, – сказал Потапов, заглядывая в окаменевшее лицо водителя. Потрогал артерию на шее, хотя и так было ясно: он мертв.
   – Ни хрена себе! Нашли свидетеля, – вздохнул Шевелев. – Надо обрадовать Калинина.
   После тщательного осмотра оба молодых опера пришли к выводу, что скорее всего водитель привез убийцу и майора Синельникова, после чего и был убит.
   – Не трожь ничего руками, – сказал Шевелев, увидев, что Потапов полез в бардачок. – Тут могут остаться отпечатки пальцев убийцы.
   – Да я только хотел глянуть, – буркнул Потапов, но лазить по машине не стал.
   Когда доложили о новом трупе, эксперт высказал опасение:
   – убийца слишком осторожный. Вряд ли он оставил следы в машине. И вскоре оно подтвердилось.
   – Ничего, – сокрушенно развел руками эксперт. – Никаких отпечатков.

   В кабинете начальника управления проводилось экстренное совещание, на котором майор Калинин получил полный разнос.
   – Довожу информацию до всех оперативных работников, – начал седой полковник, то и дело поглядывая на майора Калинина. – У нас появился серийный убийца, а наши оперативники не могут выйти на него. Произошла серия убийств. Вот только два последних. Сегодня ночью убит майор милиции и водитель «Жигулей». И почерк один и тот же – убийца вспарывает своим жертвам животы, не оставляя шансов выжить. Я повторяю, не оставляя шансов, – заострил полковник на этом внимание офицеров. – Получается, он не новичок. Умеет убивать. Причем использует один и тот же нож. – Полковник помолчал, посмотрел на Калинина. – Я читал, майор Калинин, вашу справку о проделанной работе. Но мне так до сих пор и непонятно. Если, по вашему предположению, это сведение счетов с криминальной группировкой, то почему гибнут сотрудники милиции, простые граждане?
   – Я пока затрудняюсь сказать что-либо конкретное.
   – А пора бы, Александр Васильевич. Вы занимаетесь серийными убийцами не первый год. Не новичок. Вы понимаете, надеюсь, с меня ведь тоже стружку снимают.
   – Понимаю, – вздохнул Калинин.
   После совещания майор пришел в свой кабинет, где его ожидали Шевелев и Потапов.
   – Что показала экспертиза? – спросил у них Калинин.
   – Экспертиза показала, что Синельников и водитель машины, как и все предыдущие жертвы, убиты одним режущим предметом, – сказал Шевелев.
   – Финский клинок, – дополнил товарища Потапов.
   – И один и тот же человек, – задумчиво произнес Калинин, – который убивает всех, кто попадает под руку.
   Убийца бесил Калинина. Он, как тень, где-то рядом и продолжает убивать, хотя и знает, что менты его ищут. Но он убивает, потому что это для него – кайф.
   А они, сыщики, должны найти его, того, кто на месте преступления не оставляет следов.
   Даже осматривая двух охранников на стадионе, Калинин не нашел на влажной земле никаких следов. Конечно, ночью прошел небольшой дождик. Хотя сейчас, осенью, дожди идут едва ли не каждую ночь. Это тоже убийце на руку. Но еще интересную мысль подсказал криминалист. По его мнению, убийца наматывает на ноги поверх обуви слой плотной ткани. Подобие портянок. А после убийства где-то их выкидывает. Причем ткань пропитана какой-то гадостью, так что даже собака не берет след, сколько ни мучились кинологи.
   – А где Горюнов с Васиным? – спросил Калинин еще про двух офицеров опергруппы.
   – Они собирались выехать, опросить Манакова. Эти двое, что на стадионе, входят в его группировку, – сказал Шевелев.
   Потапов его поправил:
   – Входили.
   – Ну да, входили. Только Манай не хочет с нами на эту тему разговаривать.
   – Как это не хочет? – возмутился Калинин. – Надо заставить. У нас трупы его пацанов, а он не хочет разговаривать.
   – Манай сказал, они сами разберутся с убийцей.
   – Разберутся. Жди! Пусть они его сначала найдут. Пока что он их щелкает, как семечки. А нам как убийства списывать? Висяки вешать?.. Вот что, Потапов, обзвони-ка ты психушки. Может, у них какой псих сбежал?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12 13 14 15 16

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация