А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Вечность в смерти" (страница 1)

   Нора Робертс
   Вечность смерти

   Уж солнца нет; уж звезд черед.
   Недолог вечер был[1].
Кольридж
   Откуда ты, проклятый призрак, кто ты?
Джон Милтон

   Пролог

   Смерть – конец веселью. Но куда страшнее смерти, по мнению Тиары, было то, что ей предшествовало. Старость. Что может быть гаже – больше не быть молодой, красивой, стройной, популярной? Кому, черт подери, захочется иметь дело – да еще в постели! – со сморщенной уродиной? Какая разница, в чем старая, обрюзгшая кошелка «зажигала» на открытии нового шикарного клуба или без чего она загорала на Ривьере? Кому это интересно?
   Хрену собачьему, вот кому.
   Поэтому, когда он сказал ей, что смерть может стать началом – настоящим началом новой жизни, – Тиара была очарована. Да что там, она пришла в восторг. Ей это казалось таким понятным! «Логично, – думала она, – люди обеспеченные должны иметь возможность купить бессмертие». Все, чего она когда-либо желала, жаждала, требовала, ей покупали. Для нее бессмертие, вечная жизнь, в сущности, ничем не отличались от пентхауса в Нью-Йорке или виллы во Франции.
   Только, в отличие от пентхауса или пары сережек, бессмертие ей никогда не надоест.
   Двадцать три года, девушка в самом соку. На что ни посмотри – а лишний раз полюбоваться собой Тиара никогда не отказывалась, – все у нее тугое и литое. Стоя в гардеробной перед огромным зеркалом, она еще раз удостоверилась, что у нее все идеально, и хорошо отрепетированным движением отбросила назад гриву умопомрачительных белокурых волос, по которой ее все узнавали. Она навострилась встряхивать волосами так ловко, что каждая прядь ложилась на предназначенное ей место.
   Да, ее тело безупречно, решила Тиара. Все в ней безупречно. А теперь он сделает ее безупречной навсегда.
   Она вышла из зеркальной кабины, оставив обе дверцы открытыми, чтобы следить за процессом собственного облачения. Свой выбор она остановила на облегающем, почти прозрачном красном платье с отделкой расцветки «павлиний глаз» по подолу. «Глазки» переливались и словно подмигивали при каждом движении. Грозди серег раскачивались у нее в ушах – сапфиры и изумруды в тон «павлиньим глазкам» на подоле. Она завершила ансамбль, надев на обе руки по широкому, сплошь усыпанному камнями браслету, а на шею – кулон с огромным голубым бриллиантом.
   На безупречно очерченных и накрашенных в тон платью губах девушки заиграла довольная улыбка.
   «Потом, – думала Тиара, – когда дело будет сделано, надо будет переодеться во что-нибудь позадорнее, более подходящее для танцев и развлечений».
   Единственное, о чем Тиара сожалела, так это о том, что церемонию пробуждения придется провести в одиночестве, дома, а не в клубе. Ей так хотелось бы в клубе! Но, по крайней мере, он заверил ее, что весь этот геморрой с закапыванием, а потом появлением из отвратительного гроба – выдумки тупых писак и бездарных режиссеров. На самом деле все вполне современно и цивилизованно.
   Они просто проведут ритуал – кстати, чертовски эротичный, – и спустя час она проснется в собственной кровати навечно юной, навечно здоровой, навечно прекрасной!
   У нее будет новый день рождения – 18 апреля 2060 года.
   И за все это ей придется отдать всего лишь душу. Подумаешь, ценность! Как будто какая-то там душа имеет для нее значение!
   Тиара вышла из гардеробной в спальню, недавно отделанную в синие и зеленые тона, так полюбившиеся ей в последнее время. В своей кроватке – с пологом, как и у хозяйки, – похрапывал миниатюрный мопсик Бидди.
   «Жаль, что Бидди нельзя сделать бессмертным», – подумала Тиара. Бидди был, пожалуй, единственным существом на всем белом свете, кого она любила почти так же, как саму себя. Но она послушно выполнила все инструкции и дала своему золотусику снотворное. Нельзя допустить, чтобы ее песик помешал совершению ритуала!
   Строго следуя инструкции, Тиара отключила всю сигнализацию в своем частном лифте и на входной двери, потом зажгла тринадцать белых свечек, которые ей было велено установить по всей комнате, выбранной для пробуждения.
   Покончив с этим, Тиара перелила эликсир, который он дал ей, из бутылочки в хрустальный бокал и выпила все до последней капли. «Пора, наступает заветный час, – сказала себе Тиара, осторожно укладываясь на кровати. – Он неслышно войдет и возьмет меня».
   Вся в предвкушении, она уже ощущала возбуждение и легкую дрожь. Она уже ерзала на кровати, сгорая от желания.
   Он заставит ее кричать, вопить, он заставит ее кончить. И пока она будет вопить, пока она будет содрогаться в конвульсиях оргазма, он подарит ей последний поцелуй.
   Тиара провела пальцами по горлу. Она уже ощущала укус.
   «Я умру, – думала Тиара, поглаживая ладонями грудь и живот. – Ну разве это не круто? Умру, а потом воскресну. И буду жить вечно».

   1

   В комнате пахло свечным воском и смертью. Свечи в массивных, начищенных до блеска шандалах выгорели дотла и растеклись лужицами воска. Тело лежало под шелковым балдахином на кровати величиной с озеро, забросанной множеством подушек и залитой кровью.
   Молодая женщина, блондинка. Светлые волосы разметались по подушке. Ярко-красное платье задрано до пояса. Невидящие прозрачно-зеленые глаза широко раскрыты и смотрят в никуда.
   Внимательно изучая тело Тиары Кент, лейтенант Ева Даллас спросила себя, смотрела ли блондинка в глаза убийце, когда умирала.
   В любом случае она его знала. Вероятность почти сто процентов. Следов взлома нет, система сигнализации отключена изнутри самой убитой. Никаких следов борьбы. И хотя Ева не сомневалась, что жертва перед смертью имела половую связь, она была не менее твердо уверена, что это был секс по взаимному согласию, без насилия.
   «Она не сопротивлялась, – подумала Ева, склоняясь над телом. – Даже когда он ей всю кровь выпустил, ему не сопротивлялась».
   – Слева на шее две раны, – зафиксировала Ева. – Других видимых повреждений нет. – Она подняла руку Тиары, осмотрела идеально ухоженные и вычурно накрашенные ногти. – Запакуй руки, – приказала она своей напарнице Пибоди. – Мазок из-под ногтей на анализ. Может, она его оцарапала в пылу страсти.
   – А крови меньше, чем можно было бы ожидать, – пробормотала, откашлявшись, детектив Пибоди. – Честно говоря, ее неестественно мало. Знаешь, на что это похоже? Эти проколы на шее? На следы укуса. От… э-э-э… клыков.
   Ева смерила Пибоди скептическим взглядом.
   – Думаешь, эта кошмарная собачонка, которую горничная держит в кухне, укусила хозяйку за шею?
   – Нет. – Пибоди склонила голову набок, нагнулась ниже, ее темные глаза округлились. – Брось, Даллас, ты же знаешь, на что все это похоже.
   – Это похоже на мертвое тело. Похоже на свиданку с перегибом. В крови у нее наверняка обнаружим «дурь», что-нибудь усыпляющее или, наоборот, возбуждающее. Она так перевозбудилась, что позволила убийце ткнуть ее чем-то в горло. Или, если хочешь, «вонзить в него клыки». Значит, они у него наточены. Или он надел такие специальные протезы. Потом он оставил ее истекать кровью, а она лежала и не дергалась.
   – А я что говорю? Я просто сказала, что это похоже на классический укус вампира.
   – Объявим Дракулу в федеральный розыск. А пока давай-ка проверим: вдруг она – ну, чисто случайно! – встречалась с кем-то, чье сердце еще бьется.
   – Да я просто к слову сказала, – ворчливо промямлила Пибоди себе под нос.
   Ева еще раз окинула взглядом спальню, а затем вошла в огромную гардеробную.
   «Тут целая квартира могла бы поместиться», – подумала она.
   Монитор системы безопасности, развлекательный центр, полный набор панорамных зеркал. Одежды хватило бы на целый магазин, в котором все было развешано и разложено по полкам в соответствующем порядке.
   Ева привычно подбоченилась и огляделась. «Она жила тут одна, – думала она, – а шмоток и обуви столько, что можно одеть-обуть весь Верхний Вест-Сайд, на всех хватит». Даже Рорк – а Ева знала, что гардероб ее мужа несметно богат, – не мог похвастать таким обилием вешалок с одеждой.
   Она тряхнула головой, отгоняя посторонние мысли, и сосредоточилась на работе.
   «Ради него вырядилась, – размышляла Ева. – Вызывающее платье, каблуки типа «трахни меня прямо так». Но где же драгоценности? Уж если женщина – вплоть до туфель – так вырядилась ради любовника, разве она не захочет навесить на себя брюлики?
   Если навесила, значит, убийца на них польстился. Все забрал подчистую.
   Ева осмотрела многочисленные ящички и шкафчики, тянущиеся вдоль стен под штангами и карусельными вешалками с одеждой. Все заперты, отметила она, все закодированы. Значит, в них хранятся драгоценности. Никаких попыток взлома не видно.
   Но ценных вещей в пентхаусе полно: кругом статуэтки, картины, дорогая электроника. Ответив на вызов, она успела бегло осмотреть оба уровня, но никакого беспорядка не заметила.
   Если он вор, значит, ленивый вор или очень разборчивый.
   На миг Ева остановилась, взвешивая шансы. Высокая женщина, худощавая, длинноногая, в брюках и башмаках, в коротком кожаном жакете поверх белой рубашки. Короткие темно-каштановые волосы обрамляли лицо с резкими чертами, на котором обращали на себя внимание карие глаза – холодные, бесстрастные, наблюдательные, не упускающие ничего. Глаза копа.
   Ева не обернулась, когда в гардеробную, восхищенно присвистнув, вошла Пибоди.
   – Вау! Ну прямо как в кино. Она, видать, скупила все платья, какие только продаются. И туфли! О-о-о, какие туфли!.. – простонала восхищенно Пибоди.
   – Сотни пар, – бросила Ева. – А ног-то у нее, как и у всех людей, только две! О чем только некоторые думают? Пибоди, найди начальника службы безопасности здания, проверь, не знает ли он, с кем она в последние несколько недель встречалась, кого принимала дома. Я пока допрошу горничную.
   Ева спустилась на нижний этаж. В квартире стоял шум, повсюду сновали полицейские и криминалисты со своим оборудованием. Обычная суета вокруг убийства.
   В «комнате для завтраков», как ее назвали Еве, сидела, прижимая к себе маленькую противную собачонку, горничная. Глаза у нее были красные и припухшие. Ева недоверчиво покосилась на животное и жестом приказала патрульным выйти за дверь.
   – Миссис Круз? – обратилась она к женщине.
   Услышав свое имя, горничная зарыдала с новой силой. На этот раз Ева с собачкой обменялись взглядами, в которых сквозило легкое раздражение.
   Ева села и заглянула горничной в лицо.
   – Прекратите плакать! – решительно приказала она.
   Привыкшая выполнять приказы, горничная мгновенно умолкла.
   – Я ужасно переживаю, – объяснила она. – Мисс Тиара, бедная мисс Тиара!
   – Да, я сожалею. Давно вы у нее работали?
   – Пять лет.
   – Я знаю, это непросто, но мне нужно, чтобы вы ответили на некоторые вопросы. Помогите мне найти того, кто это сделал.
   – Конечно, – ответила горничная, прижимая руки к груди. – Все, что угодно. Все, что угодно.
   – У вас есть ключи и коды от двери в квартиру?
   – О да. Когда мисс Тиара дома, я прихожу убираться каждый день, а когда отсутствует – три раза в неделю.
   – У кого еще есть доступ в квартиру?
   – Больше ни у кого. Ну, может, у мисс Цисси. Я не уверена.
   – Мисс Цисси?
   – Подруга мисс Тиары, Нарцисса Уитс. Лучшая подруга. Ну, то есть лучшая, когда они не в ссоре, потому что тогда ее лучшая подруга – мисс Карамель.
   – Нарцисса и Карамель? Вы что, издеваетесь?
   – Что вы, мэм! – испуганно заморгала покрасневшими глазами миссис Круз.
   – Обращайтесь ко мне «лейтенант», – поправила ее Ева. – Ладно, значит, эти Нарцисса с Карамелью были подругами мисс Кент. А что насчет мужчин? С кем она встречалась?
   – Много с кем. Она была такая красивая, такая молодая, такая яркая, что…
   – Мисс Круз, я спрашиваю про интимные отношения, – пресекла Ева и панегирик, и новый поток слез.
   – Пожалуйста, зовите меня Эстеллой. Она любила мужчин. Я же говорю: она была молодая, яркая девушка. Всех и не упомню, бывали минутные увлечения, кое-кто задерживался подольше. Но всю последнюю неделю или две был, кажется, только один.
   – И кто же?
   – Не знаю, я его ни разу не видела. Но заметно было, что она опять влюбилась: чаще смеялась, даже танцевала, и… – Эстелла явно заколебалась, борясь с собственными принципами.
   – Все, что вы мне сообщите, может помочь расследованию, – сказала Ева.
   – Да. В общем… прислуга всегда знает, когда у хозяев бывают… интимные отношения. Всю последнюю неделю или даже больше она каждую ночь спала с мужчиной.
   – Но вы его не видели?
   – Ни разу. Я прихожу каждое утро в восемь часов и ухожу в шесть, если только она не просит меня задержаться. За все это время я его ни разу не застала.
   – Она часто отключала систему безопасности?
   – Что вы, никогда! – Эстелла немного успокоилась и решительно покачала головой. – Ее никогда не выключают. Не понимаю, зачем она это сделала. Я обнаружила сегодня утром, когда пришла. Думала, какой-то сбой в системе, мисс Тиара рассердится. Я даже в спальню подниматься не стала, сразу же спустилась и сообщила на пост охраны.
   – Хорошо. Значит, вы пришли в восемь утра, заметили, что система безопасности отключена, сообщили, а затем поднялись в спальню. Вы всегда так делаете? Приходите и сразу в спальню?
   – Да, мне нужно вывести погулять Бидди. – Эстелла потрепала собачку по загривку. – А потом покормить. Мисс Тиара обычно раньше одиннадцати не просыпается. Но в последнее время, с этим ее новым любовником… – добавила горничная, наморщив лоб, – она до вечера не выходила из комнаты, а когда выходила, требовала, чтобы я задвигала в доме все шторы. Говорила, что для нее теперь существует только ночь. Я беспокоилась, она вся такая бледная стала, ничего не ела. Но я думала, это все потому, что она влюбилась.
   Горничная тяжело вздохнула и продолжила:
   – А сегодня утром Бидди не ждал меня под дверью, как обычно. Он всегда утром ждет под дверью. Я осторожно заглянула в комнату – он пошел мне навстречу, но как-то нетвердо.
   – Это еще что значит? – спросила Ева, с подозрением покосившись на собачку.
   – Ну… ковылял, как пьяный. Я чуть со смеху не прыснула, так он смешно ковылял. Я тогда вошла и принюхалась… Сначала услышала, что пахнет свечами. Решила, что ночью у нее опять был тот мужчина. Но потом мне в нос ударил другой запах. Тяжелый. Наверно, это пахла кровь. – Тут Эстелла снова заплакала. – Да, кровью пахло, и еще… ею. Я почувствовала запах ее духов, глянула на кровать, а там – она. Там она лежала, моя бедненькая.
   – Эстелла, вы ничего не трогали? В комнате ничего не трогали?
   – Нет-нет. То есть да. Я трогала Бидди. Не знаю, зачем я это сделала, просто не думая, схватила его и выбежала из комнаты. Она ведь была мертва… Столько крови, и лицо, и глаза, и вообще. Я сразу поняла, что она мертва. Я закричала, побежала звать охрану. Тут же прибежал мистер Трипс, он сразу пошел в спальню. Он там не больше минуты пробыл, сразу сказал, надо вызывать полицию.
   – Как вам показалось, из комнаты что-нибудь пропало?
   – Я все ее вещи знаю наперечет. Ничего такого не заметила… – Эстелла с сомнением огляделась по сторонам. – Но я ничего там специально не проверяла.
   – Для начала я вас попрошу, посмотрите ее украшения. Вы ведь знаете все ее украшения?
   – Да, все до единого. Я сама их чищу, потому что мисс Тиара не доверяет…
   – Хорошо-хорошо. С этого и начнем.
   Ева отправила горничную наверх в сопровождении двух полицейских с камерой, а сама осталась записать кое-какие детали. Вскоре вернулась Пибоди.
   – Трипс говорит, что горничная сообщила о неисправности системы безопасности в восемь ноль две. А в восемь ноль девять позвонила вся в истерике. Он лично поднялся в квартиру проверить, прошел на второй этаж, удостоверился в факте смерти хозяйки и вызвал полицию. По времени все совпадает.
   – Это да. А что он говорит насчет системы безопасности?
   – Говорит, что мисс Кент сама сказала ему, что отключит сигнализацию прямо из квартиры около полуночи и потом опять включит. Она всю последнюю неделю так делала. Отключала в разное время. Включала всегда где-то перед рассветом.
   Ева слушала, задумчиво барабаня пальцами по своему карманному компьютеру.
   – Стало быть, ее приятельне хотел попасть на видеозаписи охранной системы. Велел ей все отключить, дать ему ключ от ее личного лифта, незаметно вошел и вышел. Феноменальная дура.
   – Это точно, умом она никогда не блистала.
   Ева вопросительно покосилась на Пибоди. По части сплетен и поп-культуры та всегда держала руку на пульсе.
   – А чем же она тогда блистала?
   – Да как обычно – клубы, полеты туда-сюда, шопинг, скандалы. Типично, надо полагать, для избалованной крошки, супербогатенькой, если не ошибаюсь, в четвертом поколении. Куча богатых женихов, ни один надолго не задерживался, как правило, публичный разрыв со скандалом. Бывала на всех премьерах, летала на модные курорты, шаталась по злачным местам. Каждый день про нее что-нибудь было то в таблоидах, то на светских телеканалах.
   – И с кем же она в последнее время водила компанию? И вообще, зачем я расспрашивала ее горничную, если, оказывается, ты уже все разузнала?
   – Она дружила с Цисси Уитс и Карамель Липтон, недавно разорвала помолвку с Романом Грамальди из Цюриха. Но она вечно крутится около тех, кто помоложе, побогаче и порисковее.
   – Похоже, риск не оправдался, – заметила Ева и оглянулась, когда в комнату вбежала рыдающая горничная.
   – Кулон, ее кулон с голубым бриллиантом! И еще браслеты, и серьги «павлиний глаз»! Пропало, все пропало! – завизжала она так, что, казалось, лопнут бокалы. – Он обокрал мою бедненькую девочку, обокрал и убил!
   Ева властно вскинула руку, чтобы остановить причитания.
   – У вас есть документы на пропавшие драгоценности? Фотографии?
   – Конечно-конечно. Страховка…
   – Нам это все понадобится. Принесите мне страховые документы на все пропавшие предметы, – приказала Ева и, выждав, когда Эстелла выйдет из комнаты, мрачно усмехнулась: – Тут он прокололся. Здоровенный голубой бриллиант рано или поздно всплывет. Закончим сбор информации, потом известим близких. А потом мне нужно будет поболтать с этой Цисси.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация