А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Вечность в смерти" (страница 10)

   10

   Ева шла, как она и решила, одна: коп, женщина, идущая на бой с собственными демонами.
   Она шла уже знакомой дорогой из мира живых в подземелье, шла сквозь зловонные тоннели, где в тенях прятались отбросы общества.
   Она сама, думала Ева, когда-то жила в такой же тени. И знала, что скрывают тени, какая мерзость плодится под их покровом, кто наслаждается жизнью в тени. Но она-то уже давно вышла на свет.
   Свет убивает тень, и он же ее порождает. Но те, кто любит тьму, всегда прячутся от света. Для самой Евы светом во тьме стало ее призвание, ее жетон полицейского. А потом в ее жизни появился Рорк и просто пронзил ее новым светом окончательно и бесповоротно.
   Теперь ничто уже не могло против ее воли вернуть ее в прошлое. Ни кошмары, ни воспоминания, ни та грязь, что она вместе с кровью унаследовала от того, кто ее породил.
   И то, что она собиралась сделать, сделать ради своего дела, ради двух убитых женщин, ради себя, было лишь еще одним способом разжечь этот свет поярче.
   Она шла вперед – туда, где пульсировали красные и синие огни и где бешено ревела музыка.
   По обеим сторонам сводчатой двери стояли все те же вышибалы. На этот раз на лицах у них были кривые ухмылки.
   – Что, теперь одна?
   Ева, не останавливаясь, въехала тому, что слева, носком ботинка прямо в пах, а второму локтем залепила в переносицу.
   – Ага, – бросила она, проходя в открывшийся между осевшими на пол громилами проход. – Одна-одинешенька.
   Она прошла сквозь толпу, сквозь едкий дым и стелющийся по полу туман. Какой-то юнец, на свою беду, попытался игриво ее облапать и в благодарность получил тяжелым ботинком в коленную чашечку. А Ева даже не замедлила шаг.
   Подойдя к ступеням винтовой лестницы, она стала подниматься по ее круто закрученным кольцам.
   Присутствие Дориана она сперва почувствовала – словно в ее кожу вонзились остриями сотни гвоздей. Он материализовался на верхней ступени, окутанный по-театральному эффектными клубами тумана.
   – Лейтенант Даллас, вы к нам зачастили. На этот раз без сопровождения?
   – Оно мне не нужно, – ответила Ева, остановившись ступенькой ниже Дориана, намеренно давая ему почувствовать преимущество. – Нам нужно поговорить. Наедине.
   – Как вам будет угодно. Прошу за мной. – Дориан протянул ей руку.
   Она вложила свою руку в его ладонь и пересилила дрожь отвращения, когда он сплел пальцы с ее пальцами. Дориан повел ее наверх, подальше от посторонних глаз, ввел код на двери в свою гостиную и образец голоса: «Здесь Дориан». Щелкнули, открываясь, замки.
   Внутри горели свечи, десятки свеч. «Свет и тень», – снова подумала Ева. На настенные экраны было выведено изображение с камер в клубе, но без звука: люди на экранах танцевали, лапали друг друга, орали и слонялись по углам в абсолютной тишине.
   – Хороший вид открывается, – небрежно заметила Ева, отстраняясь от Дориана и подходя к экранам, словно ее заинтересовало изображение.
   – Так я решаю задачу, как одновременно находиться и среди людей, и в одиночестве, – заметил Дориан у нее за спиной и, направляясь к бару, походя слегка погладил ее по плечу. – Ты поймешь.
   – Говоришь так, словно знаешь меня. Смотришь на меня, словно знаешь. Но ты ошибаешься.
   – О, уверен, я тебя знаю. Ты понимаешь, в чем смысл насилия, власти, это твоя стихия. Я увидел это в твоих глазах. В этом мы с тобой похожи. Вина?
   – Нет. Дориан, ты здесь один?
   – Один, – ответил он и, не обращая внимания на отказ, наполнил два бокала. – Хотя сегодня у меня должна была быть гостья. – На этот раз он вызывающе окинул ее неспешным взглядом. – И надо же, оказалось, что ты! Скажи мне, Ева, это рабочий или частный визит?
   Она позволила себе ответить на его взгляд, посмотреть в эти глаза.
   – Еще не знаю. Видно будет. Но я знаю, что этих женщин убил ты.
   – В самом деле? – медленно улыбнулся Дориан. – И откуда же тебе это известно?
   – Я это чувствую. Я это вижу в твоих глазах. Расскажи, как это тебе удалось?
   – С чего бы? С чего бы мне это рассказывать, лейтенант?
   – Ордера у меня нет, – покачала головой Ева. – Ты это знаешь. Права я тебе не зачитала. Ни единого твоего слова против тебя я использовать не смогу, это ты тоже знаешь. Я просто хочу понять, что ты собой представляешь, почему рядом с тобой я чувствую себя так странно. Я ведь не верю в…
   – Во что? – подойдя к ней почти вплотную, спросил он с нескрываемым вожделением.
   В голове у Евы слышался шепот отца: «В темноте много чего обитает, девочка. Много всего страшного».
   – В то, что ты им тут толкаешь. – Ева указала на экраны. – Можешь это отключить? Слишком людно.
   – Не любишь наблюдать? – спросил Дориан завораживающим шепотом. – Или когда за тобой наблюдают?
   – Смотря кто наблюдает, – ответила Ева с, как она надеялась, напускной храбростью в голосе.
   – Отключить экраны, – отдал команду Дориан и улыбнулся ей. – Так лучше?
   – Да. С выключенными лучше.

   – А вот и наша команда, – кивнул Фини. – Всем отрядам: выдвигаться на позиции. Выдвигаться на позиции. Он у нее в руках, – бросил он Рорку. – Сам все расскажет.
   – Или это она у него в руках, – пробормотал тот.
   Голос Евы звучал у него в наушнике. Он бросился в тоннель. Навстречу тому страшному, что обитает в темноте.

   – Не гони, – с едва уловимой дрожью в голосе Ева отстранила Дориана. – У меня есть обязательства, семья.
   – И все это не приносит тебе удовлетворения. Тебе нужно иное.
   – Откуда тебе знать, что мне нужно?!
   – Расслабься на пять минут, позволь мне сделать то, что я хочу, и ты сама увидишь, чего ты на самом деле хочешь, – шепнул Дориан и ласкающим движением провел пальцем по ее щеке. – Ты же сама ко мне пришла. Ты хочешь познать то, что я могу тебе дать.
   – Я пришла, потому что должна понять, что со мной происходит, – отступила, качая головой, Ева. – Я не могу спокойно работать, не могу сосредоточиться. Что-то во мне словно рвется наружу.
   – Я могу тебе помочь.
   – Ну да, конечно, – бросила она взгляд через плечо. – Я тебе не Тиара Кент. Я не ищу дешевых развлечений. И я тебе не Алессерия Картер. Я не ищу твоего расположения, и я тебя не боюсь.
   – Не боишься? Не боишься того, во что я могу тебя превратить?
   – Вот в это, что ли? – Ева кивнула на картину на стене. В голосе ее послышалась лишь едва заметная нотка неуверенности. – Я не настолько легковерна.
   Дориан взял один из бокалов и жадно отхлебнул.
   – В мире есть много того, что не укладывается в рамки реальности.
   – Например?
   – Сила и жажда, о которых смертные не имеют представления. – Он снова отпил вина, и глаза у него стали еще чернее прежнего. – Я могу тебе это показать. Ненадолго, так что с тобой ничего не случится. Выпей. Расслабься. Я не сделаю тебе ничего плохого. Это не в моих правилах.
   – Ах да, ты же приходишь только по приглашению! Кент тебе чуть ли не цветами дорожку к своей постели выстлала.
   – Теоретически я не могу войти без приглашения.
   – Да, в дом, где живут люди, – кивнула Ева. – Но не в заброшенный. Типа того, куда ты затащил Алессерию, того, где ты ее убил.
   – Тебя это возбуждает? Думать об этом, смотреть на меня и видеть ее смерть?
   – Может быть.
   – Ты сама ищешь смерти. – Дориан взял ее за руку. – Окружаешь себя смертью. Разве не это я почувствовал, разве не это увидел в тот самый миг, когда наши взгляды впервые встретились? В этом общем пристрастии к смерти наша с тобой связь. Тот, кому ты отдаешься… ему этого никогда не понять. Ему не раскрыть тот темный цветок, что растет внутри тебя. А вот мне это дано.
   Ева позволила своим пальцам на секунду сплестись с его пальцами, но почти тотчас же отдернула руку.
   – Не знаю, что меня с тобой связывает, но, когда мне позвонила Алессерия и в трубке я услышала твой голос, я что-то почувствовала. Напрасно ты так, Дориан, не нужно было ничего говорить, не убедившись, что звонок прерван и телефон выключился. Это была ошибка. К завтрашнему утру у нас будет положительный результат на совпадение с твоим голосом.
   – Это невозможно. – Он отставил бокал, так и не донеся его до губ.
   – Зачем тогда мне было к тебе приходить? Рисковать всем ради встречи с тобой? Завтра твой клуб закроется, и я свою роль уже сыграла. Сейчас мне нужны ответы для меня лично. Зачем мне предупреждать тебя об улике, по которой мы тебя арестуем? Зачем давать тебе время сбежать? Мне нужно знать. Мне лично.
   – У меня есть алиби, – продолжал настаивать Дориан.
   – Кендра Лейк? Очередная избалованная девчонка, обалдевшая от гормонов, тщеславия и наркоты? Она тебя не спасет. Она расколется, мы оба это знаем. Она под кайфом, она твоя любовница. В суде ее свидетельство не примут.
   – Ты лжешь. – Он залпом осушил свой бокал и со стуком поставил его. – Ты все лжешь, сучка.
   «Ладно, – подумала Ева. – Пора сменить тон».

   За стенами квартиры в клубе царил сущий ад. Когда в помещение ворвался целый батальон копов, кто-то догадался врубить генераторы тумана на максимум, и теперь в молочной белизне раздавались истошные крики и вопли.
   Рорк отшвырнул одного из нападающих и увернулся от второго, замахнувшегося на него ножом. Оружию он всегда предпочитал кулаки и теперь пустил их в дело. Несмотря на адскую какофонию, голос Евы в наушнике он слышал отчетливо.
   – Она пошла ва-банк! – прокричал он Фини.
   Крутанувшись на месте, Рорк метнулся к винтовой лестнице.

   – Что ж, сознаюсь, – говорила Ева. – Я тебя обманула, я не нахожу тебя привлекательным. О неотразимости и речи нет. Это был предлог. Что до остального – все кончено. Телефон Алессерии не только твой голос записал. У нас в электронном отделе сейчас вовсю чистят и обрабатывают последние пару секунд записи, где ты сам попал в кадр. Но и это еще не все. Очень скоро мы докажем связь между тобой и Грегором Пенски… Помнишь такого? Не стоило толкать на кровь бывшего кореша. Он у нас и мертвым запоет. Мелкие ошибки, Дориан, они всегда самые губительные.
   Ева огляделась по сторонам.
   – Спорим, кровь Тиары Кент ты тоже забрал на память. Утром я получу ордер на обыск и обязательно ее отыщу. И брюлики, что ты, сволочь, с мертвой или умирающей снял. Пойдешь по трем делам об убийстве. Желаешь добавить что-нибудь в меню?
   – Думаешь, меня можно запугать? – Глаза Дориана превратились в два черных колодца. – В игры со мной играть вздумала?
   – Если ты об ошейниках и плетках – ошибся адресом. Ордер на твой арест по обвинению в убийстве Алессерии будет скоро готов. Все остальное само приложится. Тебе конец. Я просто хотела лично получить удовольствие, первой сообщив тебе об этом… А вот этого не надо. – Ева положила руку на оружие, прочитав в глазах его следующий шаг. – Разве что хочешь добавить к списку обвинений нападение на офицера полиции? Если так, то я лично тебя оттащу в обезьянник. Солнце-то уже зашло, Дориан!
   – Вот именно, – улыбнулся он и, к ее полнейшему ужасу, обнажил клыки.
   Дориан прыгнул, словно хищный зверь. Он буквально пролетел по воздуху. Ева выхватила оружие и попыталась увернуться, но не успела. Никто бы не успел. Она выпустила в него два заряда, прежде чем он швырнул ее в стену. Оба заряда попали в цель, но он даже не остановился. Удар об стену отдался в каждой клеточке ее тела, и, хотя при падении парализатор выпал из ее руки, ей удалось откатиться и обеими ногами со всей силы пнуть его в грудь. Сила удара отбросила Дориана и дала Еве возможность вскочить на ноги.
   Ева приготовилась к следующему броску, но Дориан вдруг зашипел, как змея, и попятился. Ева проследила за его взглядом и поняла, что он уставился на выбившееся у нее из-за ворота рубашки распятие.
   – О-фи-геть, – произнесла она, глядя, как он с рычанием кружит вокруг нее. – Ты что же, сам поверил в эту свою хрень?
   «Что бы он там ни выпил, он сейчас на волне, – решила Ева. – На такой волне, что голыми руками мне с ним не справиться». Она подняла крест повыше, одновременно прикидывая расстояние до парализатора и шансы его достать.
   – Я тебя высосу до последней капли, – проговорил Дориан, облизывая длинные резцы. Или до предпоследней. И заставлю выпить моей крови. Я сделаю тебя такой же, как и я сам.
   – Сам-то слышишь, что несешь? С Тиарой фокус не удался.
   – Она была слаба. Я выпил у нее слишком много крови. Но она умерла в блаженстве. И ты умрешь. Но ты сильная, тебе хватит сил переродиться. Я понял это, как только тебя увидел. Ты станешь первой, кто станет вровень со мной.
   – Как же! У тебя есть право хранить молчание…
   Он бросился на нее, одним прыжком преодолел комнату с одного конца до другого. Ева отбила первый удар, хотя сила его отдалась в ее руке и взорвалась болью в плече. Но вторым он сбил ее с ног. Ева с силой ударилась об один из металлических столов, со стоном перекатилась на спину, почувствовала во рту привкус собственной крови.
   С безумным блеском в глазах Дориан стоял над ней, обнажив клыки.
   – Это мой дар тебе, прощальный поцелуй.
   Ева отерла с губ кровь.
   – Ну укуси меня!
   Ухмыляясь, Дориан набросился на нее.

   Фини пытался открыть дверь сначала универсальным ключом, потом принялся пробовать одну за другой кучу электронных отмычек.
   – Я сам! – крикнул Рорк.
   Он приложил к уху записывающее устройство и закрыл глаза, чтобы сосредоточиться на звуке сигналов кодового замка, потом быстро пробежался по клавишам другого устройства в том же самом порядке. Из рваного разреза на его куртке сочилась кровь – кончик чьего-то ножа успел его слегка задеть. Затем он поднес устройство к замку и воспроизвел голосовую команду: «Здесь Дориан».
   – Эй! Даллас же запретила записывать!
   Рорк покосился на ухмыляющегося во весь рот Фини.
   – Никогда не умел играть по правилам.
   Они вместе налегли на дверь, Рорк тут же присел, зная, что Фини предпочитает стрелять стоя.
   Ева лежала, распластавшись, на спине, ее рубашка была залита кровью. Но не успел Рорк к ней кинуться, как она уже приподнялась на локтях.
   – Я в порядке! Я в порядке! Вызывай медиков, пока этот козел тут кровью не истек.
   У Рорка сердце обмирало, он лишь на секунду обернулся и глянул на простертого на полу Дориана. Из живота у того торчал осиновый колышек. Он судорожно пытался зажать рану скользкими от крови руками.
   – Твоей тут много? – спросил Рорк Еву.
   Ева с отвращением оглядела заляпанную рубашку.
   – Ни капли. Жаль – метила-то в сердце. Это все потому, что он на мне сидел. Ох уж эти ранения в живот! Залил всю меня своей кровищей. Фини?
   – Звоню, звоню, – отозвался тот. – Внизу уже почти все под контролем. Да, круто мы зажгли на этой дискотеке. Но ты тут, похоже, всех обскакала. Господи, Даллас, ну ты даешь!
   – Поверить не могу, что придется благодарить Бакстера за его подколку. Этот сукин сын выбил у меня парализатор. Если б не кол, он бы тут уже успел поураганить.
   Она попыталась встать, и Рорк помог ей подняться. Очутившись на ногах, Ева закачалась и оступилась.
   – Малость штормит. Стукнулась тут головой обо всякую мебель. Нет-нет, не надо меня носить!
   Но Рорк, ничего не слушая, просто подхватил ее на руки.
   – Ты навеки обречена терпеть мое непослушание, – сказал он и поцеловал ее в шею, где виднелись две небольшие ранки. – Что, он все-таки успел тебя распробовать?
   Ева почувствовала в голосе Рорка вскипающий гнев и поспешила его подавить.
   – Сказала ему: «Укуси меня». Впервые в жизни кто-то понял это в буквальном смысле. Кроме тебя, конечно. – Ева обхватила ладонями его лицо и повернула к себе, чтобы он не смотрел на Дориана. – Слушай, поставь меня, а? Ты меня перед подчиненными позоришь.
   – Ну и ну! – присвистнул Фини. Склонившись над Дорианом, он прекратил слабые попытки остановить у того кровотечение. – У парня тут что, клыки?
   – Наверное, подпилил их, – отозвалась Ева. – А потом сделал протезы. Легко снимаются, легко надеваются. Мы с этим разберемся.
   В комнату ворвалась Пибоди. На скуле у нее наливался кровоподтек, на подбородке был порез.
   – Выслала группу навстречу медикам. О, господи! – воскликнула она, увидев Дориана. – Ты в него кол воткнула. Ты в самом деле в него кол воткнула!
   – Под руку подвернулся. Ну где они уже, а? Не хочу, чтобы он тут у меня до суда не дожил. Пусть получит, что заслужил. Сообщите, когда очухается. Думаю, нас ждут увлекательные признательные показания.
   – Втыкать надо в сердце, – недовольно пробурчала Пибоди. – По правилам надо в сердце.
   – Продолжай в том же духе, Пибоди, – усмехнулась Ева, – и будешь у Миры следующей в очереди на промывание мозгов после этого недоделанного Дракулы. Ну все, хочу уже свежий воздух глотнуть. Пора назад, в реальный мир.

   Ева с благодарностью приняла от Рорка бутылку минералки и стала жадно пить.
   – Сильно задело? – спросила она, кивнув на пятно крови на рукаве у Рорка.
   – Чертовски. Это моя любимая куртка. На вот, прими таблетку. Если голова у тебя до сих пор еще не трещит, скажи спасибо адреналину. Глотай-глотай! Не дрейфь, истребительница вампиров! Если выпьешь, так и быть, не потащу тебя в больницу на осмотр.
   Ева не стала спорить, сунула под язык таблетку и, раз уж представилась такая возможность, села прямо на пол полицейского фургона, благо дверца была распахнута настежь.
   – А ведь он в это верил, – заметила она, немного помолчав. – Он и в самом деле верил в то, что он – вампир. Видать, от наркоты игра и реальность у него в башке окончательно перемешались. Мира – молодец, с ходу его раскусила. Он только прикидывался, что изображает из себя Князя Тьмы, а сам уже давно уверовал, что так оно и есть.
   – Скорее он просто до последнего держался за свою роль. Надеялся, что на суде его признают невменяемым.
   – Нет. Ты не видел, как он таращился вот на это. – Ева достала из-за ворота крестик. – Кстати, спасибо. Помог мне выиграть у него пару минут как раз тогда, когда они нужны были позарез.
   Рорк опустился рядом с ней, похлопал ее по бедру.
   – Иногда, как видишь, и суеверия помогают.
   – Да уж. Думаю, он себе намешал какого-то мега-«Зевса». Дело не только в мозгах набекрень и силе как у быка, дело в скорости. Шустрый был сукин сын, не то слово. Все эти фокусы, богатый опыт, наркота… Интересно, когда же именно у него от всего этого крыша поехала? Когда это перестало быть всего лишь способом доить лохов?
   – Ева, дорогая, – нежно укорил ее Рорк, проведя пальцами по ранкам на шее, – вампиры бывают разные, не так ли?
   – Ну да, – отозвалась она и, поскольку никто из суетившихся вокруг полицейских не обращал на них внимания, позволила себе на секунду прильнуть к его плечу. – Но в душе, оказалось, на моего отца он не так уж и похож. Не так, как мне казалось. Отец сумасшедшим не был. А этот Дориан – натуральный шизик.
   – Зло не обязано быть логичным.
   – Да, ты прав, – кивнула Ева, а про себя подумала: «Я взглянула ему в лицо, я его одолела. Еще раз». – Что ж, жаль, что он очутится в психушке для буйных, а не за решеткой. Но, как говорится, надо уметь довольствоваться малым.
   Рука Рорка лежала на ее колене. Ева накрыла ее ладонью и легонько сжала.
   – Ну а теперь хочу обжигающий душ и чистую рубашку. Поеду в управление, приведу себя в порядок и заодно разберусь со всем этим бардаком.
   – Я тебя отвезу.
   – Тебе надо домой, – возразила, не отпуская его руки, Ева. – Выспись. Тут еще на несколько часов работы.
   – У меня тут одна картина перед глазами стоит, никак не могу от нее избавиться, – признался Рорк, помогая ей подняться. – Восход, все небо в золоте и багрянце, и мы с тобой идем домой, освещенные лучами солнца. Но придется довольствоваться малым: встречу вместе с тобой восход.
   – Это не так уж мало.
   Не выпуская его руки, Ева вынула из кармана коммуникатор и связалась с Фини, Пибоди и остальными командирами групп, чтобы проверить, как идут дела в подземелье.
   Пока она держит Рорка за руку, все преследующие ее демоны не посмеют к ней подступиться. До восхода солнца, решила Ева, они ее не потревожат. И после восхода тоже.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация