А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Идеальная невеста" (страница 29)

   Но у нее болела грудь.
   Сейчас она читала бумаги, которые оставили ей ее агенты. Она с трудом могла понять, что представляет собой последняя компания, в которую ее отец вложил свои деньги. Но это явно было очень доходное предприятие: оно приносило значительно больше тысячи фунтов в год. Надо попросить Джеффри Вильямсона, чтобы он подробно объяснил ей, чем она занимается.
   С тех пор как она вернулась в город, прошла неделя. Бесс удерживала ее поклонников на почтительном расстоянии. Все это время подруги избегали разговоров о сэре Рексе и о возможной беременности Бланш. Бланш шла по жизни очень осторожно и считала каждую проведенную без забот минуту огромным достижением. За эти дни у нее не было ни печали, ни гнева, ни внезапных воспоминаний, ни припадков. Вместо всего этого в центре ее внимания находились переделки в библиотеке и в золотой комнате. Сад перед домом она тоже велела полностью перепланировать.
   Поскольку дела шли так хорошо, Бесс вчера спросила ее, не хочет ли она наконец дать прием. Слухи уже бушевали. Высший свет желал знать, почему она после возвращения домой заперлась ото всех. Бесс неохотно сказала подруге, что все уже судачат о ней. Некоторые сплетники считали, что она помолвлена с сэром Рексом и готовится к свадьбе. Другие полагали, что ее сердце разбито. Несколько сплетников настаивали на том, что она просто снова надела траур. Пора было появиться на людях и прекратить все слухи.
   Кладя бумаги на стол, Бланш заметила, что ее руки немного дрожат. Она очень боялась этого дня, хотя постоянно напоминала себе, что как хозяйке на приемах ей нет равных. И сейчас она была рада другому делу, которое отвлечет ее от мыслей о приеме.
   – Джем, я не помню, чтобы у меня был знакомый мистер Картер. У него нет визитной карточки?
   – Миледи, он из простых и ведет себя грубо. Я бы охотно велел ему уйти.
   – Он сказал, что ему нужно? – спросила озадаченная Бланш.
   – Он сказал, что пришел по важному делу, которое касается вашего отдыха в Лендс-Энде.
   Бланш словно окаменела. Ее сердце билось сильно и неровно.
   – Вели ему уйти, – приказала она наконец. Но ей невыносимо хотелось знать, чего хочет мистер Картер.
   Джем поклонился и ушел. Бланш пододвинула к себе другую папку, где лежали бумаги, касавшиеся ее земельных владений. Она начала просматривать отчет о состоянии сдаваемых в аренду ферм в принадлежавшем ее семье имении в центре страны. Но тут вернулся Джем. У него был такой мрачный вид, что Бланш почувствовала: он принес плохую новость.
   – Что случилось, Джем?
   – Он не хочет уходить. Он сказал, что вы обязательно должны поговорить с ним. И добавил, что будет сидеть на парадном крыльце, пока вы не встретитесь с ним.
   Бланш, дрожа, встала из-за стола. Какое дело может быть настолько срочным?
   В ее уме возник образ сэра Рекса – мрачного, красивого и несчастного.
   Она не позволяла себе думать о нем, но сейчас выбора не было. Что с ним? Он ранен? Или болен? Или много пьет? Ей не нужно беспокоиться об этом. Она не должна беспокоиться о нем. Но, о господи, она уже беспокоится. И у нее начали ныть виски – в первый раз за целую неделю.
   Все ее тело напряглось: так силен был охвативший ее ужас.
   – Он сказал что-нибудь еще?
   – Да, миледи. Он сказал, что это дело касается сэра Рекса де Варена.
   Бланш крепко обхватила себя руками. Она не хотела сойти с ума. А именно это может случиться, если она будет думать о сэре Рексе или чувствовать что-нибудь к нему. Но ее тревога не знала предела. А если в Лендс-Энде случилась какая-то ужасная беда?
   – Впусти его, – прошептала Бланш.
   Джем кивнул и быстро вышел из библиотеки.
   Бланш подошла к серебряному подносу, который стоял на низком столике перед темно-зеленой полосатой софой, и налила себе чашку чаю. Это был один из травяных чаев, которые она впервые попробовала в последнее время. Раздался звук шагов. Она повернулась и вздрогнула от изумления: на пороге стоял кузнец Картер, дружок Анны.
   Свою шерстяную шапку он держал в руках.
   Он улыбнулся, наклонил голову и сказал:
   – Спасибо, миледи.
   Бланш терялась в догадках по поводу того, что может означать приход кузнеца. Она подошла к порогу, улыбнулась Джему и плотно закрыла дверь.
   – Мистер Картер! Я так удивлена, что вы здесь! Здоров ли сэр Рекс?
   Картер лукаво улыбнулся и ответил:
   – Думаю, что да. С тех пор как вы уехали, в его усадьбе, кажется, ничего не изменилось.
   Тревога и страх вонзили когти в ее душу. Правильно ли она поняла его слова?
   – Анна по-прежнему служит там?
   – Да, служит.
   Ей стало дурно. Ноющая боль в висках стала сильнее. Сэр Рекс продолжает свою связь с Анной? Или он оставил ее у себя только как прислугу? В ее душе были жгучая ревность и горькая обида. И еще она чувствовала боль и гнев.
   Через полчаса придут Бесс и Фелисия, и ее двери откроются перед поклонниками. Она должна выяснить, что нужно этому человеку; тогда она сможет отослать его прочь и отдохнуть.
   – Вас, кажется, расстроили мои новости, – лукаво поинтересовался Картер.
   Тон этих слов не понравился Бланш. Она взглянула на кузнеца. Картер был доволен – она увидела это в его холодных голубых глазах.
   – Если я и расстроена, то это вас не касается.
   – Меня – нет, в этом вы правы. Но вас – касается. Именно поэтому я здесь. – Он улыбнулся. – Я пришел поговорить о ваших… общих делах с сэром Рексом.
   Бланш оцепенела.
   – Прошу прощения, что вы хотите сказать? – переспросила она.
   – Вот что, леди Херрингтон. Я знаю, что вы делили постель с сэром Рексом, когда приезжали к нему отдохнуть. И знаю, что вы порвали с ним. Совершенно ясно, что вы продолжаете искать себе супруга. Я не мог бы упрекнуть вас за то, что вы пожелали другого мужа – может быть, непьющего и не калеку.
   И Картер ухмыльнулся.
   Бланш вышла из себя.
   – Как вы смеете говорить так неуважительно о сэре Рексе! – закричала она в бешеном гневе. – Он во сто раз лучше вас, и он не пьяница!
   – Он напивается каждую ночь. По крайней мере, так говорит Анна, – сообщил Картер и подмигнул ей.
   – Убирайтесь вон! – крикнула Бланш. Она была в такой ярости, что совершенно не могла управлять собой. И в ее череп начала вонзаться та острая, словно лезвие, боль.
   «Убирайся вон!» – взревел сэр Рекс.
   «Вон из этой кареты, леди!»
   И мама, белая от ужаса, до боли сжала руку Бланш.
   – Убирайся! – задыхаясь, в бешенстве повторила Бланш. Она отказывалась возвращаться в тот день.
   Картер не сдвинулся с места.
   – Я готов поспорить, что вы не желаете, чтобы ваши поклонники узнали про ваше распутство с сэром Рексом. Я буду молчать, и Анна тоже, но только если получим за это хорошее вознаграждение.
   – Что?! – спросила Бланш. Она была в такой ярости, что не сразу поняла Картера.
   – По сто фунтов мне и ей, и мы поклянемся, что будем хранить вашу маленькую грязную тайну до конца нашей жизни. – Он усмехнулся.
   – Вы смеете меня шантажировать?! – крикнула Бланш.
   – Смею.
   Ее начало трясти. Она отошла в сторону, потом резко развернулась и заявила:
   – Рассказывайте хоть всему миру! Мне это безразлично! Мне двадцать семь лет, через месяц будет уже двадцать восемь, поэтому никто не упрекнет меня за любовную связь.
   – Ваш новый жених мог бы упрекнуть, – ответил Картер. Его глаза потемнели, предвещая опасность.
   – Убирайтесь вон, – еле слышно сказала Бланш. От этого безобразного спора у нее закружилась голова.
   – Вы об этом пожалеете! – ответил он.
   Когда он шел к двери, Бланш смотрела ему вслед. Она сжала виски ладонями, борясь с воспоминаниями, которые заполняли ее голову. Разъяренный сэр Рекс приказывает ей уйти. Чудовище тащит маму из кареты. Мертвая лошадь, залитая кровью.
   Анна знает про болезнь.
   Анна видела ее во время припадка.
   – Подожди! – крикнула она.
   Картер повернулся.
   Ей было бы неприятно, если бы ее личная жизнь стала известна всем, однако эта неприятность была не слишком велика и не стоила цены, назначенной Картером. Но вдруг он вместе с этими секретами раскроет всем и ее самую мерзкую тайну – то, что она медленно, но верно сходит с ума? Сейчас он вернется домой и скажет Анне, что Бланш отказалась платить им за молчание. Анна возненавидит ее, захочет отомстить и сделает все возможное, чтобы повредить ей. В этом Бланш была уверена. Анне понадобится всего две минуты, чтобы рассказать кому-нибудь правду о здоровье Бланш.
   – Хорошо. Приходи завтра, и я заплачу тебе наличными.
   Картер улыбнулся ей.

   Бланш выпила три чашки успокоительного чая и сейчас была окружена своими поклонниками – вернее, щеголями и плутами, которые очень любят ее деньги. Перед чаем Бланш полчаса пролежала неподвижно в постели, не думая о шантаже и представляя себе, что покачивается на поверхности пруда с неподвижной водой. Сейчас она словно висела в этой воде. Она была идеально спокойна и знала, что сможет пройти через этот день, ни разу не оступившись.
   – Отдых в Корнуолле пошел вам на пользу, леди Херрингтон, – сказал очень красивый молодой джентльмен – рослый, каштановые волосы, глаза серые, взгляд прямой. Бланш попыталась вспомнить его имя, но вспомнила только, что он третий сын графа, беден и известный распутник. Однако Бесс говорила, что распутство – его единственный недостаток: он не игрок и не проматывает чужие деньги. – Вы никогда не выглядели так чудесно, – договорил он и улыбнулся. На щеках стали видны ямки.
   Бланш улыбнулась ему в ответ и вспомнила его имя – Джеймс Монтроз. Она внимательно взглянула на этого поклонника. Красивый. И хорошо сложен: высокий, но мускулистый. Теперь она могла представить себе, какое тело скрывается под его одеждой. На этом теле нет ни одной лишней капли жира. Должно быть, он много ездит верхом. Но она была холодна: все это не вызывало у нее даже слабого намека на желание.
   – Мне было приятно там отдыхать, – тоном легкой беседы сказала она. – Я в первый раз была так далеко на юге. Это просто чудесные места.
   – А на севере – на крайнем севере нашей страны – вы бывали? – Он озорно улыбнулся. – У моего отца есть охотничий дом в Горной Шотландии. Я был бы счастлив отвезти вас туда.
   – Я никогда не бывала севернее Стирлинга, – ответила Бланш.
   И тут она похолодела: в ее гостиную вошла графиня Эдер. За графиней следовали ее падчерица Элеонора О'Нил и Лизи.
   – Что-то не так? – спросил Монтроз и повернулся в ту сторону, куда смотрела она.
   Считают ли эти три женщины, что она невеста сэра Рекса? Бесс целую неделю говорила всем и каждому, что этой помолвки никогда не было. И Бесс сказала ей, что она должна упорно повторять то же самое. Иначе начнутся вопросы, которые могут «расстроить» ее. Теперь уже никто не задавал вопросов, а у Бланш было горько на душе.
   У нее заныли виски.
   «Пожалуйста, не сейчас», – мысленно попросила она.
   – Леди Херрингтон, что с вами? Не хотите ли сесть? – спросил ее Монтроз. В его голосе были слышны доброта и забота.
   Бланш мгновенно почувствовала, что он не подойдет ей в мужья.
   – Я в полном порядке. Пришла леди Эдер, и я должна поздороваться с ней, – ответила она и улыбнулась Монтрозу – или попыталась улыбнуться, стараясь не замечать его взгляд, внезапно ставший острым и проницательным.
   Она сделала глубокий вдох, завернулась в свое спокойствие, как в тяжелый шерстяной плащ, и пошла вперед.
   – Здравствуйте, Мэри!
   Мэри де Варен ответила на приветствие сияющей улыбкой, обняла Бланш и воскликнула:
   – Я так ждала дня, когда вы будете принимать! Едва не послала вам записку!
   Бланш попыталась улыбнуться графине. Может ли Мэри еще считать ее невестой своего сына? Сердце Бланш бешено стучало в груди. Она повернулась к Лизи, обняла ее и спросила:
   – Как у вас дела?
   – Мои дела идут прекрасно, хотя, может быть, не так прекрасно, как ваши, – ответила Лизи и улыбнулась так же радостно, как графиня.
   Оказавшись перед Элеонорой, рослой женщиной с величавой осанкой, волосами цвета меда и глазами цвета янтаря, Бланш не смогла снова заставить себя улыбнуться.
   – Дорогая, я не знала, что вы приехали в город. Как ваши дела? Как поживают Шон и ваши мальчики?
   – У Шона все прекрасно, и у мальчиков тоже. – Элеонора крепко сжала руки Бланш.
   Бланш охватило такое невыносимое горе, что она могла только молча смотреть на Элеонору.
   А та, по-прежнему сжимая ладони Бланш в своих руках, воскликнула:
   – Рекс написал Таю, что вы с ним помолвлены. Это секрет? Когда Рекс приедет в город? Вот это чудо! Вы, должно быть, влюблены в моего хмурого брата, иначе вы не смогли бы завлечь его в свои сети.
   Голова Бланш гудела как от тяжелого удара. Новый порыв горя обжег ей душу. Она любила сэра Рекса, по-прежнему любит его и всегда будет любить. Бланш попробовала вздохнуть и попыталась вынуть свои ладони из ладоней Элеоноры.
   – Дорогая, ты огорчаешь Бланш, – спокойно, с серьезным выражением лица сказала Мэри.
   – Это была ошибка, – сумела прошептать Бланш, и ее глаза наполнились слезами. Краем глаза она увидела Бесс, которая наблюдала за ней. Бесс была бледна и широко раскрыла глаза. Потом Бланш почувствовала, что по ее лицу текут слезы. – Простите меня, но мы с ним не помолвлены.
   Все три дамы ошеломленно и разочарованно посмотрели на нее.
   «Это была ошибка».
   «Вон! Вон из кареты, леди!»
   Невидимый нож жестоко пронзил ее голову. И зазвучали крики.
   Комната резко накренилась. Воздух наполнили полные страха и муки вопли ее матери. Толпа хорошо одетых гостей превратилась в толпу простых рабочих. Люстры исчезли, на их месте возникло серое небо. Крики были полны боли и ужаса.
   Бланш знала, что не должна превращаться в шестилетнюю девочку. Только не сейчас, когда вокруг стоят ее гости! Но крики не прекращались, и покрытые ковриками деревянные полы превратились в булыжную мостовую. Золотая комната полностью исчезла, ее сменили лондонская улица и бешеная разъяренная толпа. Бланш зажала уши ладонями и побежала.
   – Бланш, беги! – крикнула мама. А потом стала кричать иначе.
   Бланш увидела, как мама упала, а эти люди столпились над мамой и начали колоть ее вилами и пиками. Она закричала. Ей было страшно убежать и страшно остаться на месте. Они делали больно маме. Мамины крики прекратились как раз в ту секунду, когда чьи-то руки схватили Бланш…
   Она всхлипывала и извивалась, пытаясь защититься от этих мужчин. Но руки подняли ее вверх, и она увидела белые глаза чудовища. Ее ужас стал еще сильнее, и тут стало темно.
   Бланш долго плыла среди серых туч, понимая, что просыпается, и не желая просыпаться. Если бы она могла, навсегда осталась бы в этом блаженном полусне. Но тучи исчезли, и яркий свет обжег ее закрытые веки. Бланш вдохнула воздух, закашлялась от отвратительного запаха нюхательной соли, вздрогнула и полностью пришла в себя.
   Она лежала на софе в синей комнате. Рядом с ней стояли Бесс и Фелисия. Дверь была плотно закрыта. Бланш услышала за этой дверью голоса своих гостей и вспомнила, что произошло.
   – О господи! – беззвучно простонала она, садясь на софе.
   Бесс, бледная и мрачная как смерть, не позволила ей встать.
   – Ты всего лишь на минуту потеряла сознание. Ляг снова как лежала.
   Бланш сделала вид, что не слышала ее.
   – Пожалуйста, скажи мне, что я не сделала ничего, о чем буду жалеть.
   Позади Бесс стояла потрясенная Фелисия. Ее глаза были широко раскрыты от ужаса и изумления.
   – Ты начала кричать так, словно тебя убивают, потом побежала по комнате и упала. После этого ты свернулась калачиком на полу, кричала и плакала!
   Бланш сидела неподвижно и даже не пыталась ничего не чувствовать.
   – Я погибла, – сказала она наконец.
   – Леди де Варен успокаивает твоих гостей и следит, чтобы они все ушли, – заверила ее Бесс.
   Бланш заметила, что Бесс старается не смотреть ей в глаза, взяла ее за руку и спросила:
   – Это было очень плохо?
   Подруга наконец взглянула на нее. Было похоже, что Бесс готова заплакать и не в силах говорить, а она очень редко теряла дар речи.
   – Бланш, это было просто жутко! – почти выкрикнула Фелисия. – Что происходит? Это был припадок сумасшествия?
   Бланш попыталась найти немного достоинства и гордости.
   – Значит, вот на что это было похоже?
   – Я никогда не видела, чтобы человек вел себя так, – ответила Фелисия, придвинула к софе оттоманку, села и взяла Бланш за руку.
   – У Бланш была мигрень, – внезапно сказала Бесс. – Эти мигрени начались недавно, и они отнимают очень много сил. Ты видела, к чему это привело.
   Бесс вышла из комнаты. Когда она открыла дверь, Бланш увидела в коридоре графиню Эдер. Графиня, Лизи и Элеонора стояли вместе в коридоре, и у всех трех лица были серые как пепел. Все ее поклонники, кажется, ушли – кроме одного. Джеймс Монтроз стоял рядом с дамами, прислонившись к стене и засунув руки в карманы пиджака. Вид у него был задумчивый. Бесс подошла к этой маленькой группе, и все четверо сосредоточили свое внимание на ней. Когда она заговорила, все они повернулись и заглянули в синюю комнату.
   Бланш отвела взгляд в сторону и тихо шепнула:
   – Фелисия, закрой дверь.
   Она молилась, чтобы Бесс убедила всех, что она больна, а не сошла с ума.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 [29] 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация