А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Sans toucher (Не касаясь)" (страница 15)

   3 года назад. Как надо мечтать

   Уже больше месяца Горликов просыпался слегка не выспавшимся: тяжело уснуть, когда в голову лезут приятные мысли о том, как потратить 2 млн. долларов. Раньше бессонница была другого рода: как бы прокрутить сделку века, чтобы денег хватило до конца жизни. На что их тратить, Иван Давыдович как-то не задумывался, вернее, пытался, но мечты перескакивали на безысходную реальность. Земли совхоза – миллионера располагались между двумя железными дорогами и федеральными трассами, но как будто кто-то специально дал взятку, как в свое время поступили извозчики города Томска, чтобы железная дорога прошла мимо города, превратив губернский город в захолустье. Так и совхоз «Путь к…» все трассы обогнули, совершенно обесценив земли в глазах потенциальных инвесторов. Даже дачников нельзя было заманить дешевизной земли, потому что все подъезды к совхозу заканчивались в 5-10 километрах. Миллионные долги, постоянно списываемые государством еще с шестидесятых годов прошлого века, позволяли директорам раз в десять лет насыпать тонкий слой щебенки, чтобы не вяз директорский УАЗик. На большее денег не хватало. Горликов отлично понимал, что в его совхозе активом является только земля, свинарники и коровники были, скорее, пассивом в глазах покупателя, так как памятниками архитектуры совсем не являлись, несмотря на фундаменты конца девятнадцатого века. Но и земля ничего не стоила. Из этих рассуждений состоял замкнутый круг, по которому бегали мысли, вариации проскальзывали, но очень редко, возвращая на путь безысходности. Пока в июне не появился потенциальный покупатель на два смежных участка. Вот тогда-то Горликов решил идти ва-банк. Он не стал оценивать земли совхоза (практически свои) по цене чернозема. Просто нарисовал приехавшей к нему парочке интернациональный значок доллара и двойку с шестью нулями на клочке бумажки. Почему двойку? Просто, один миллион он хотел пустить на покупку недвижимости и организацию своего дела где-нибудь на Кипре, а другой положить в банк под проценты. Да и участков было два, примерно одинаковой площади – все по-честному, по миллиону за каждый. Была и еще причина – три миллиона он просить побоялся. Парочка, которая приехала на переговоры, выдержала паузу, поинтересовалась о других потенциальных покупателях и уехала, как показалось Ивану Давыдовичу, расстроенной. С этого момента и начался период приятных бессонниц. Воздушные замки, голые и полуголые блондинки с брюнетками. Кабриолеты и даже белые штаны, как ни пытался Горликов заменить их в мыслях на смокинг с бабочкой, лезли в мечтах и лезли, иногда даже в комплекте с черной бабочкой, повязанной на голой шее, но без смокинга. Приятные мечты довели до того, что директор совхоза нашел книжечку с правилами игры в гольф и стал частенько пересматривать фильм «Жестяной кубок»[96]. Целый месяц жизнь казалась прекрасной и наполненной смыслом. Примерно неделю после отъезда «покупателей» Горликов представлял, как они валяются у него в ногах и просят снизить сумму хотя бы на 100 тысяч, но, ударяясь о стену непреклонности, соглашаются на два миллиона. Через две недели ожиданий парочка уже не валялась в ногах, а безропотно молила, стоя на коленях. Через три недели сидела на стуле, но униженно целовала гигантский золотой перстень, одетый на волосатый палец Горликова. Печатки у Ивана Давыдовича, правда, пока не было, да и пальцы волосатостью не отличались, но помечтать об этом было приятно. На четвертую неделю ожиданий покупатели хоть и вели себя на равных, но скидку все равно не получали. В голове директора никак не могло уложиться, что два миллиона могут хоть как-то уменьшиться.
   Мечтая, Горликов пропустил первый звоночек, которым судьба обычно предупреждает, перед тем как вместо того чтобы безропотно подставить левую щеку после удара по правой, нагло уходит из-под удара и левой больно бьет ниже пояса, а правой в челюсть выносит в нокаут. Звоночком была миловидная девчушка, собирающая материал о сельском хозяйстве в средней полосе России. Вернее, ее подленький вопросик про экологию на подотчетной территории. Подумав, что пигалица решила поднять древнюю нитратную тему, директор ответил дежурными репликами коллег, мелькавших в девяностых по телевизору. Он тоже тогда готовился к приезду телевидения, поэтому отрепетировал речь, вот и пригодилась «домашняя заготовка». Находясь в приподнятом настроении, Иван Давыдович минут тридцать отвечал на вопросы начинающей журналистке (пигалице было не более двадцати). Следующие два часа, с ее подачи, были посвящены размышлениям о будущем. Экспромтом оседлав понятие «культурная революция на селе», цель которой осталась непонятной, директор во всех красках обрисовал средство ее достижения – гольф-клуб для селян. Пуляя мячик по поверхности земли, каждый смог бы ощутить себя ее собственником. Упомянуты были даже туфли для гольфа, что от правильного их выбора «ой как зависит точность и сила удара». Конечно, в окрестностях «Путь к…» больше бы подходила обувь типа «сапог резиновый самоочищающийся», но если думаешь о главном, не стоит обращать внимание на мелочи. Горликов поступил так же, как поступают физики, чтобы задача имела простое решение – отбросил бесконечно малое, вернее, очень много бесконечно малых, оставив большие совхозные поля и гольф.

   3 года назад. Кто в доме хозяин

   Через неделю после приезда пигалицы мэр сам не поленился оказать Горликову бесплатную услугу «будильник», еще до повсеместного внедрения ее у сотовых операторов.
   – В гольф вчера наигрался и еще спишь, пустозвон! Снимай пижаму, одевай гавнодавы и бегом ко мне! Вазелин не бери, ты его не заслужил!
   – Валентин Петрович, я…, – гудки в трубке подтвердили серьезность звонка. Так началась война Ивана Давыдовича за малую Родину.
   Дизайн кабинета мэра был узнаваем и соответствовал высоким стандартам советского, а затем и российского чиновничества. Ротация кадров подразумевала повсеместную стандартизацию, которая позволяла перемещать руководителей с одного места на другое с минимальными затратами. Человек, руководивший посевными кампаниями подсолнечника, легко перебрасывался на другой «прорывной фронт» и сразу же начинал руководить стаканолитейной промышленностью, не отвлекаясь на оборудование рабочего места. Если перемещение по служебной лестнице означало повышение, то в кабинете или рядом с ним появлялись приятные опции: душ, сигарная комната или бассейн, пользоваться которыми можно было обучиться без изучения толстенных инструкций.
   Монументальный «совещательный» стол и стулья с красной обивкой освещались через раздвинутые тяжелые шторы, избежавшие в девяностых подкладочной участи большинства тезок из армейских комнат психологической разгрузки[97]. Деревянные панели стен, несмотря на солидный возраст, до сих пор попахивали клеем из ДСП. На столе мэра, припаркованного буквой Т к «совещательному» собрату, лежал свеженький номер газетки «Нечерноземец» со статьей «Гольф-клуб на радиоактивном поле». Кто-то позаботился, чтобы газетенка попала к мэру до появления в киосках и почтовых ящиках. Обычно микротираж распространялся партизанско-подметным методом и до мэрии не доходил, так как там не читали рекламы и рецептов бабушкиной засолки. Только во время выборов местной администрации мэр с удовольствием почитывал заметки про своих конкурентов, оплаченные спонсорами предвыборной компании по твердому прейскуранту черно-белой рекламы. Что помогало издателю раз в четыре года менять одну поношенную иномарку на другую. До выборов было далековато, и появление газеты в населенных пунктах вверенной территории предвыборным тиражом насторожило опытного аппаратчика. Ворот белоснежной рубашки, затянутый синим галстуком, собирал влагу, сползающую со стриженого затылка Судьбоносцева. Требовалась разрядка. Скоро подъедет Горликов, и тогда хоть что-то прояснится. Стоит ли бить тревогу и собирать все наличные силы или просто бросить под каток судьбы неудачника Давыдыча. По интеркому прозвучало: «Илья Стивович[98], к Вам Горликов». Мэр, нажав кнопку, просипел: «Запускай». В дверь то ли постучались, то ли поцарапались. Судьбоносцев рявкнул: «Входи, спортсмен!». Вошедший Горликов был его прямой противоположностью. Если костюм Судьбоносцева органично подчеркивал статус главы и сидел как влитой, то несуразность пиджака на директоре и нездоровый цвет лица говорили о какой-то ошибке природы. С точки зрения руководства все было логичным. Совхоз был настолько бесперспективным, что никакому даже очень дальнему родственнику не пожелаешь такой в управление. Директора́ менялись не путем административных смешений-назначений, а путем естественного хода вещей. Один неудачник умирал, другой приходил ему на смену. Как сказал один мальчик в фильме про Буратино: «Ищи дураков». Но дураки всегда находились, умножая бесперспективность и убытки совхоза. Сцена в кабинете мэра напоминала момент из старого доброго мультика про Маугли: «Смотрите на меня, Бандерлоги». Удав и обезьяна. Если удав сыт, то он слегка помнет обезьяну, но потом отпустит, если голоден, то ей не позавидуешь. Хотя незавидно в любом случае. Горликов робко приближался к столу. Судьбоносцев восседал на своем монументальном кресле.
   – Что подкрадываешься, гольфист хренов. Лунку боишься спугнуть?
   – Я…
   – Ты какого фига про гольф начал околесицу нести?! Или в обход меня финансирование на обустройство гольф-клуба выбил? Забыл, кто тебя отец родной? Кто тебе дотации выбивает из Москвы!? – голос главы гремел, отражаясь от панелей ДСП, вибрировал в декоративном глобусе-баре. Горликов дошел до стола с глобусом и выдавил фальцетом.
   – Илья Стивович, я не знал.
   – Ты не просто не знал, ты полный дурак. У тебя в совхозе девки гарные есть?
   – Наверное…
   – Ты чего мямлишь. Размазня. Или ты голубой? Тогда переформулирую вопрос: парни у тебя есть симпАтиШные?
   – Девки, точно, есть. Если приодеть, лучше Мулен Мурло[99] будут, – поспешил заверить в своей традиционной ориентации Иван Давыдович.
   – Вот, выбери одну из доярок или свинарок, назначь ее и.о. пиар-менеджера по совместительству, пару тысяч к зарплате накинь и книжку дай почитать по пиару, чтобы имела представление, как с журналистами общаться.
   – Ну, они же у меня полные дуры.
   – Это ты полный дурак. Она глупость журналистам скажет – ты ее с и.о. снимешь, другую поставишь, но ты на коне. Ну что с дуры взять? А сейчас получилось, что ты сам нахреначил околесицы, поэтому сам и виноват, и отвечать будешь по полной программе.
   – Я…
   – Не перебивай!!! – Судьбоносцев встал со своего кресла и, опираясь двумя ладонями о край стола, перекинулся к Горликову, который стал меньше. – Слушай внимательно: вспоминай, что у тебя было необычного в последнее время. Кто к тебе приезжал кроме журналистки. Может, новые покупатели на молоко или на свинину появились, а ты им цену не дал? Или денег у кого-нибудь занял?!
   – Я не помню… Были примерно месяц назад двое, хотели два участка купить, которые клин соседа обтекают.
   – Подробнее, откуда, как зовут?
   – С Москвы, визитки дома лежат, там все написано.
   – Пулей за визитками, чтобы к часу был у меня.
   Горликов плавно вытек из кабинета. Пролетая по коридору, обратил внимание на посетителей.
   Несмотря на не приемный день, там сидели два крепких молодых человека. Международный значок «осторожно, радиация!» на левом рукаве курток поражал свежестью. Один играл на телефоне в незамысловатый «Тетрис», другой читал книжку в мягком переплете, практически полностью умещающуюся у него в ладони. Это был не томик стихов Есенина, изданный коллекционным тиражом в комплекте с лупой, а обычный боевичок за 20 рублей, где главный герой встречает несправедливо обиженную продавщицу молочного отдела, платящую дань рэкетирам взбитыми сливками. Естественно, он успел побывать на войне и поучиться в Шаолине. Лет через 10-20 данный поворот сюжета не удивлял бы, так как уже отмечены случаи, когда российские бизнесмены с клетчатыми сумками наперевес добирались до монастыря и успели покуралесить в окрестностях. Сейчас гражданин России, владеющий ушу, воспринимается с натяжкой. Но художественное произведение и не должно быть простым и логичным, как дело о краже горбушки.
   Секретарша, закрывавшая дверь за Давыдовичем, заметила посетителей и неосторожно высунула нос: что нужно столь молодым и пышущим здоровьем людям в неприемный день? Игрок в «Тетрис» быстро переместился по направлению к ней и произнес: «Мадам, что Вы делаете сегодня после работы?» Стандартный набор фраз о часах посещения застрял в области диафрагмы. Перед ней стояла мечта с серыми глазами и спрашивала о вечере, пусть даже в шутку. Вспомнилась фраза из детского мультика, и она ответила: «Я до пятницы совершенно свободна»[100]. Сероглазый поддержал: «Я предлагаю где-нибудь подкрепиться до дня рождения Иа[101]. Кстати, разрешите представиться, Михаил», – и, не давая опомниться, продолжил – «а также представить своего соратника по борьбе за экологию – Сергея». Осталось только ответить: «Ольга Игоревна». Когда она опомнилась, то поняла, что стои́т на последнем рубеже обороны. Ольгу заботливо оттеснили.
* * *
   Судьбоносцеву не требовались много времени на анализ ситуации, все и так было понятно. Наезжали на Давыдовича, а не на него лично. Даже покупатель земли был известен. Тот-же самый, что купил и клин, вбитый между участками Горликовского «Пути к…». Видимо, кто-то решил прикупить землицы, а Давыдович заартачился. С одной стороны, можно просто посмотреть и поучиться, как следует технически обставлять покупку, чтобы сбить цену, а можно показать, кто здесь хозяин. Додумать ему не дали два появившихся «спортсмена-эколога». За их спинами кричала Ольга: «Илья Стивович, я их не пускала!». Мэр принял в кресле каменную позу.
   – Что вам нужно, молодые люди? Приемные часы по личным вопросам завтра с одиннадцати до тринадцати. Пожалуйста, запишитесь у секретаря. – Сероглазый блондин двинулся к глобусу, второй остался стоять у приоткрытой двери, контролируя секретаря. Судьбоносцев начал волноваться, зря он отпустил водителя, совмещающего сегодня и функции охранника. Блондин дошел до мэра и протянул руку.
   – Добрый день, Илья Стивович! Меня зовут Михаил, я являюсь председателем экологического движения. В вашем районе обнаружены места повышенной радиации. Мы собираемся уточнить границы распространения радиации и добиться от федеральных властей выделения средств на борьбу с последствиями радиоактивного заражения.
   Мэр пожал руку и жестом показал на стул. Михаил сел и продолжил. – Надеюсь, Вы понимаете, что это не попадает под категорию личных дел.
   – Конечно, только, знаете ли, что-то мне не верится в радиацию в МОЁМ районе. Откуда она могла появиться? – взглянув на секретаря, спокойно произнес: Ольга, пожалуйста, успокойся. У молодых людей действительно срочное дело.
   – Вы слышали про чернобыльское облако?
   – И не один раз, но не уверен, что оно пролетело над нами. Кстати, а как называется ВАША организация и давно ли она зарегистрирована?
   От двери двинулся второй «спортсмен», доставая папку с документами. Михаил продолжил.
   – Илья Стивович, разрешите представить нашего юриста, Сергея Сергеевича Аленкова. – Аленков подошел к другому краю стола, отрезая мэру путь к отступлению. Положил папку на стол и неожиданно низким голосом произнес.
   – Наше движение называется «Секвойя», организация имеет серьезных спонсоров, которым не чужды проблемы экологии. – Дверь осталась открытой, и через щель мэру было видно, что Ольга старается быть в курсе событий. То, что дверь не закрыли, вселило некоторую уверенность. Внутренне успокоился и решил, что следует проверить серьезность спонсоров. Взял папку с документами и уселся в кресло. Тело само начало отрабатывать натренированную программу по приему просителей.
   – Молодые люди, а собственно, зачем вы ко мне пришли? Замеры радиации можно делать и без моей помощи. – Юрист сделал удивленное лицо.
   – По-моему, органы власти должны быть в курсе всех значительных событий, которые происходят на подотчетной им территории? Я бы, например, обратил внимание на лиц, которые берут пробы воздуха, воды и почвы, да и доложил в компетентные органы. Это, знаете ли, шпионажем попахивает. Мы не просим Вашей помощи, просто хотим, чтобы нам не мешали.
   – И поэтому сфабриковали статью в местной газете?
   – Вы хотите выступить на центральном телевидении с опровержением? У Вас есть признанный во всем мировом сообществе специалист по проблеме чернобыльского следа?
   – Молодые люди, я все-таки не понял, что вам нужно?
   – Мы пришли предложить Вам стать почетным членом нашего движения.
   – А зачем мне это нужно?
   – У вас со здоровьем все в порядке, родственники не болеют?
   – Вы мне угрожаете!?
   В разговор вступил Михаил. – Извините, речь идет о радиации. И от того, как хорошо мы сделаем работу, зависит и Ваше здоровье, и здоровье Вашей семьи.
   – Почему вы решили начать с нашего района?
   – На рынках Москвы стало появляться много лесной ягоды из вашего района со следами радиации. Доза не критическая, но следует изучить проблему.
   – Оставьте ваши документы. Мне нужно их ИЗУЧИТЬ. Завтра приходите ко мне к 14:00. Запишитесь, пожалуйста, у секретаря. Извините, вы и так пришли в неприемный день.
   – До свиданья, Илья Стивович.
   – До свиданья. – От баса Аленкова глобус на столе мэра опять завибрировал, перекрыл стук дождя по стеклу. Таким тембром обычно обладают хорошие проповедники, адвокаты и мошенники.
   «Экологи» вышли из кабинета мэра и подошли к Ольге, невозмутимо сидевшей на своем месте и как бы не замечавшей присутствующих. Михаил встал напротив.
   – Ольга Игоревна! – она подняла взгляд и дежурным тоном сказала.
   – Что Вы хотите?
   – Если честно, то сегодня вечером посидеть с Вами в ресторане. Шлепать по лужам как-то не хочется. Если же перейти к деловой части, то, пожалуйста, запишите нас с Сергеем Сергеевичем на прием к мэру завтра на 14:00.
   – Пожалуйста, дайте мне Ваш паспорт. – Михаил достал паспорт из нарядной куртки и протянул Ольге. Та быстро, как милиционер, пролистала все страницы, нигде не задержавшись, открыла разворот с фотографией и быстро застучала по клавишам. Отдала паспорт и остановила движение адвоката, вынимающего свой паспорт.
   – А Ваш паспорт мне не нужен, Вы меня в ресторан не приглашали, – перевела озорной взгляд на Михаила. – Не забудьте оставить свой номер сотового, вдруг у мэра изменится график. – Красавчик достал визитку с изображением дерева.
   – Ольга, я очень надеюсь на Ваш звонок. До свиданья.
   Оба вышли из приемной. Спуститься со ступенек местного дворца им не дали трое в штатском: «Молодые люди, разрешите вас подвезти». К крыльцу подъехал видавший виды милицейский «козел». Адвокат не стал трясти корочкой, не та была ситуация. Забрался в машину. В кармане быстрым набором вызвал Юрика. Убедившись, что его слушают, громко сказал: «Зря вы это, ребята».
   Через два дня на столе мэра лежала целая пачка распечаток из Интернета и газет, в которых в красках описывались все признаки лучевой болезни и ужасы генетических изменений. Тридцать лет работы Шмуля не пропали даром. Материалы были качественными и страшными. Ссылки на отечественные и международные авторитеты превратили местную желтую прессу в научно-популярные издания, подняв уровень образования электората на небывалый уровень. Все обсуждали только одну проблему. Рейтинг телевидения упал. Поисковые системы Интернета зафиксировали небывалый всплеск запросов по словам: «радиация», «генетика» и «полный капец».
   Судьбоносцева не обманула политкорректность статей. Нигде не упоминалось ни его фамилия, ни Горликова. Обкладывали по правилам, в начале напугать, а потом указать, кто виноват во всех бедах. И он решил действовать по старому комсомольскому правилу: если ты не можешь остановить бесчинство, то его нужно возглавить. Вызвал секретаря.
   – Ольга, пожалуйста, распорядитесь, чтобы из нашего ресторана через час привезли поесть на шесть человек.
   – Что еще?
   – Вызови водителя, пускай съездит за парочкой экологов.
   – Так они не уехали? – попыталась скрыть удивление девушка.
   – Из СИЗО далеко не уедешь.
   – Понятно.
   – И вызови нашего гольфиста, пусть часам к трем приезжает. Вроде все.
   – К Вам приехал спонсор экологического движения.
   – Зови. И безалкогольный набор для «дорогих» гостей принеси, пожалуйста, а как привезут экологов – срочно их ко мне, буду извиняться.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 [15] 16 17 18 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация