А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Крылатый" (страница 24)

   Руки уже действовали сами по себе. Да и голос решил взбунтоваться – голосовые связки полностью перестроились без спросу! Я невольно скривился от резкой, мучительной боли, вызванной перестройкой. А пальцы брали аккорды, жестко перебирали струны…
   Откуда эти строки? Не знаю. Может, сам Ветер и пел когда-то…

Не смотри назад, прошлого не вернуть!
Если повезет, встретимся опять…
Неповторим и одинок твой путь,
Веру в тебя у меня не отнять!
Неба последний луч в твоих ладонях тает,
Порой бессилен разум перед силой рока,
Жизнь, как и смерть, пощады не знает,
Но пусть тебе в пути не будет одиноко…

   Бессмертие так эфемерно. Я никому не могу позволить убить моего бога. Он может забыть, кто он такой, и снова потеряться.

По грани бег, как по лезвию бритвы,
Меж Светом и Тьмой, из Хаоса к Бездне,
Не одолеть врага в последней битве,
И ты падешь, но поутру воскреснешь!

   А чтобы не пришлось бежать следом по мирам, искать, пытаться вернуть из Бездны… нельзя позволить ему погибнуть. Мой бог, пусть и неправильный, зато живой. И не нужны ему молитвы и церкви. Моя душа – храм. Моя вера – щит ему.
   Я же не слепой. Я же вижу, как ты не хотел снова потеряться, забыть то, что только начал вспоминать. Поэтому не позволю. Я ар’Грах – это ведь не только громкий титул и известная фамилия, но и неподъемная для любого другого тяжесть ответственности. Я владыка мира. Ты – мой бог.

Мой ветер, на заре проснись,
В вечность легла дорога.
Я с тобой ступлю по грани хрупкой кромки,
Чтобы новые звезды зажглись,
Для тебя, моего бога…
Твой путь будет ясен в тумана дымке!

   Пальцы саднило. Вокруг была такая тишина, что пришлось открыть глаза, чтобы убедиться, что люди еще здесь. Что-то они на меня как-то не так смотрят. Быстро оглядев себя, я убедился, что даже не собирался трансформироваться. Вот только темный блеск на грифе… Поднеся к лицу левую руку, с удивлением растер меж пальцев кровь. Давненько уже не стесывал пальцы так сильно. Странно. Только я собрался попросить у подруги пластырь, как меня скрутило дикой болью!..
   – Ха-а-а… – Я захрипел, схватившись за горло.
   О Небо!.. Что это?! А-а, не могу говорить… и дышать тоже… больно!.. Вдохнуть невозможно… да что же это, демоны дери?!? Б-больно…

   «Кости опять сломались… шесть или семь на этот раз… боль… растворить их, преобразовать… крыло-рука почти оторвано».
   «Сейчас… потерпи, мне тоже больно… я помогу».
   «Куда ты, эльфенок… не нужно тебе было бежать за мной. Нас бы не сплавило».
   «Помолчи, бог. Ты отвлекаешь меня».
   «Хорошо… Хорош бог – потащил за собой детей в засаду. Это мои враги и мои проблемы. Ты не сможешь, ребенок, сражаться рядом со мной со всеми врагами – их слишком много. Был бы один – можно было бы рискнуть вырваться, но… не могу рисковать. Не спровоцировать бы прорыв Инферно. Разберусь я с тобой, поганый демон, ты еще пожалеешь, что загнал меня в ловушку. Опять эти куски Хаоса пробуют меня на зуб… Не-е-ет, только не снова!.. Бездна, как больно!.. Не расслабляться! Защитить эльфенка и маленького оборотня!.. Мм… опять глаз лопнул, Бездна великая… Не отдам! Демоны Хаоса, Данька! Назад!!!»
   «Утихни, Ветер! Маньяк знает, что делает! Небо!!! Как ты это выдерживаешь один?! Ну-ка, не отгораживайся больше… я помогу… если… Небо великое!.. Ох-х…»
   «Не пытайся, эльфенок…»
   «Заткнись! Мы оба здесь, ты не будешь оберегать меня сверх меры… Я сам хранитель!»
   «Гонору-то сколько… До сердца добрались, твари… сейчас сжуют…»
   «Я тебе умру! Выжечь!!!»
   «…теплом в ледяной метели… смешной ты, Ван-эльфенок. Но твари разбежались, когда золото сетью оплело то, что от меня осталось. Все силы выложил. Отдохни, малыш, дальше сам справлюсь. Что, опять жрете руку-крыло?! Да подавитесь, новая отрастет…»
   Ветер!!!
   «Не бойся… я бессмертен… не надо, малыш».
   Это я заберу. Ты не оставил меня одного, как я могу поступить иначе?! Эту боль, всю, я забираю себе. Можешь злиться. Все это синее пламя… Взял… Небо!!!
   «Спасибо, малыш…»
   Да лучше бы я сразу умер!!!
   Ледяной синий огонь выжигал меня изнутри, вырываясь из-под кожи, я вспыхнул весь, я горел, и этот огонь был виден синим сиянием! Только дарил не жар, а холод… Почему же я до сих пор живой?! Сработали бы внутренние предохранители, пока не наступил болевой шок…
   Через вечность, когда боль стала утихать, я обнаружил, что все еще стою на одном колене, крепко сжимая в руках стальной гриф. Синий огонь догорал последними языками в собственных глазах, стекал по лицу и растворялся холодом. Попытавшись подняться, упал. Гриф выскользнул из рук.
   «Спасибо, братишка… за мной должок».
   И ты туда же, Ван…
   – Какой… к демонам… должок, мы же… братья… – ответил я по инерции вслух и тут же пожалел о содеянном.
   Но я тебе это припомню! Дома!
   «Договорились…»
   Дальнейшие эпитеты оказались неудобопроизносимы. Кто-то склонился ко мне, и я увидел полные дикого ужаса глаза Маньячки. А потом – свою гитару. Надломленный в двух местах гриф, оборванные струны, вмятины…
   Одним каким-то безумным прыжком я оказался радом с ней, коснулся осторожно, бережно поднял.
   – Что же… как же так…
   Сколько лет со мной эта гитара? Отец подарил мне ее на пятилетие. Каждый подарок отца – это единственный в своем роде, уникальный артефакт. Сначала просто игрушка, потом верная спутница и уже с давних времен неотъемлемая часть меня самого. Живая. А ведь она была далеко не хрупкой, стальной гриф сломать не так-то просто. И сейчас я слышал ее живой, звенящий стон боли. Боль и агония части моей собственной души, умирающей на моих руках. Что же я наделал?!..

   Наоми принесла уже третью кружку какого-то горячего и градусного напитка. В этот раз содержание алкоголя увеличилось настолько, что я его почувствовал довольно отчетливо. Если она рассчитывала, что от этого мне станет легче, то расчеты эти были неверны.
   – Как я это сделал? – глухо спросил я у Маньячки, скрепляя гриф шурупом у основания. Говорить было больно, но уже не настолько, как вначале.
   – Никак, Ирдес. – Маня села рядом. – Она просто ломалась сама собой, ты ничего не делал. Тебе становилось хуже, и на ней появлялась новая вмятина или трещина.
   Что?! Отец мой император, что же ты такое создал на самом деле?! Не оттого ли каждый раз мне становилось легче, когда держал ее в руках, что она забирала мою боль себе?! И это я ее искалечил. Потому что не убрал вовремя.
   Гитара испарилась из моих рук. Я сделал все, что мог, стараясь ее починить, для большего ремонта нужно что-то посущественней, чем отвертка.
   Надо что-то делать. Время плыть по течению прошло. Там подыхают мой бог, брат и друг, и, чтобы это прекратилось, я пойду на все.
   – Маня, попроси компас и карту, – сказал я.
   Карту мы расстелили на столе прямо в кают-компании. Зажмурившись, я поймал едва ощутимую нить направления, высчитал вектор по компасу.
   – Вот сюда… – Палец заскользил по бумаге и затормозил на крохотной точке среди океана. Остров рядом с Японией. Территориально должен принадлежать этой стране. – Это что?
   Наоми четко произнесла:
   – Хасима. – Взглянув на меня, удивленно подняла брови и повторила: – Хасима?! – После моего кивка перевела взгляд на Маньячку и что-то быстро защебетала.
   – Она говорит, что Хашима запрещена к посещению как слишком опасная зона, и спрашивает, уверены ли мы, что нам туда, – перевела Маня, слегка исказив название острова.
   – Скажи, что мы экстремалы-паркурщики и наша группа направлялась именно туда, – ответил я.
   Подруга взглянула на меня с некоторой неуверенностью.
   – Ирдес, они ведь захотят удостовериться, что будет еще один катер и что нас заберут.
   Это было нежелательно. Меньше всего хочется вмешивать людей.
   – Мань, вспомни, что заставило нас отправиться в путь. Скоро это повторится, силы наших братьев не бесконечны и сопротивляться просто не достанет воли. Придумай что-нибудь. Отговорись. Соври, в конце концов. Этих людей не должно быть даже в пределах видимости острова. Мы не имеем права распоряжаться их жизнями.
   – Я ведь не ты, принц, – вздохнула девчонка. – Я не умею, как ты…
   – Там умирает твой брат. Умирают мой бог и мой брат. От твоих поступков и слов зависят жизни, – жестко, без капли сочувствия и участия сказал я, глядя прямо в синие глаза. – Сейчас жизни всех зависят только от тебя.
   Плохо использовать на друзьях свою врожденную способность повелевать. Непростительно с моей стороны. Но то, что там творится… Совесть потом сожрет. Когда вытащу Даньку, Вана и Феникса. А пока не до сантиментов.
   – Слушаюсь, ваше императорское высочество, – спокойно ответила Маньячка. Без ехидства, веселья, ядовитости. Ровно и серьезно.
   А ведь она меня не простит. Никогда. Ни-ког-да.
   Холодно стало внутри. Холодно и жутко. Как недолго длилось мое пьянящее, как вольный полет, счастье. Умение повелевать всегда было той чертой, которая стеной вырастала между мной и другими. Ты меня не простишь и больше не поверишь, как верила прежде. Дружбе конец. «Клинок» больше не будет спаян так, как сейчас. Может, это и к лучшему…
   Теплая сухая ладошка обхватила мою руку. Женщина внимательно глядела на меня снизу вверх.
   – Не надо обижать друга, мальчик, – с сильным акцентом, но вполне разборчиво сказала мне японка на русском. – Друг может обидеться. Мы поможем тебе.
   Не знаю, что за выражение нарисовалось на моем лице, но Исаму и Кеншин подавились смешками. А как ловко прикидывались!.. Ни разу не прокололись!
   – Нет, не поможете, – сказал я. Сейчас придется быть предельно жестким. Главное, не смотреть при этом на Наоми, а то все возражения застревают в горле. – Вы всего лишь люди. Хрупкие и недолговечные, слабые создания, которым нет места в битве демонов.
   – Мы воины, мальчик, – с менее заметным акцентом, чем у жены, сказал капитан.
   – Когда вы станете трупами, будет плевать, кем вы считали себя при жизни. Трупы из вас сделают быстро. А кому не повезет умереть сразу, тот пожалеет о своей участи.
   – Если это так опасно, почему ты берешь с собой ее? – Дождик подошла вплотную к замершей каменным изваянием Маньячке.
   – У нее спроси.
   Маня обернулась к Дождику, медленно растянула губы в неповторимой маньячной усмешке и коротко, страшно рассмеялась, заставив девушку шарахнуться в сторону. Мурашки по коже даже у меня побежали. Смех идеального психопата. Еще проникновеннее и страшнее звучит только дуэтом.
   – Вы будете только помехой. Если мне придется тратить силы еще и на то, чтобы защитить ваши жизни…
   Кацу выбрался из своего темного угла, подошел, встал напротив. Он смотрел открыто, прямо и без страха.
   – Императорское высочество… – словно смакуя эти слова, произнес японец. В этой семейке хоть кто-нибудь не знает русский?! – Знатный улов попался в шторм! Темное подданство принять, что ли?.. Если принц – чтец душ, то счастлива та империя. Примете меня, ваше темное высочество, в свою империю?
   Какой еще чтец и чьих душ?!
   – Приму, – оскалил я клыки, заставляя зрачки отразить алый блик. – Если не будешь путаться под ногами, человечек.
   Ни тени страха, смущения или неуверенности. Только кривая, злая усмешка мне в ответ.
   – Договорились.
   Следующие сорок минут я потратил на отстаивание своей точки зрения и исполнение намеченного плана. Насколько проще иметь дело с имперцами – приказал, и они подчинились правящей крови! Больше всего свое право на драку отстаивал Кеншин. Но, еще раз уточнив у Кацу насчет его намерения принять темное подданство, устно принял его в имперцы и приказал объяснить Кеншину, почему тот останется на яхте.
   – Хорошо, – в конце концов вынужден был согласиться на мои условия (замечу – компромиссные!) Рийо. – Мы довезем тебя до Хасимы. И увезем обратно, когда ты закончишь бой.
   – Именно так.
   Вот только кто сказал, что будет бой? Я не буду нарываться без лишней необходимости. Не идиот же. А еще надеюсь, что телефон капитана спутниковый, потому что я должен сделать один звонок.
   – Командир, это Крылатый. У нас проблемы. Закрой линию от прослушивания, у нас крайне серьезные проблемы…
   Внимательно выслушав мою историю, Дрэйк выругался и сказал:
   – Твою мать, Ирдес! Почему ты не позвонил раньше?!
   – А что бы я сказал тебе раньше?! Маньяк мертвый лежит в морге, Маньячка лишилась рассудка и скорее всего не выживет, мой личный бог и Апокалипсис пропали в неизвестном направлении?! Ах да, еще Глюк, Легенда и Рысь в коме и едва ли очнутся когда-нибудь, и мой старший брат в таком же положении?!
   – Все, все, не злись. Понял. У нас нет стационарной точки выхода, а на территорию Японии проникнуть, сам знаешь, не так-то просто. Попытаюсь пробиться. Ориентировка на маячок Вана?
   – Вана и Маньяка.
   – Ирдес… – Дрэйк тяжело вздохнул, и я впал в ярость.
   – Дрэйк, если ты рот по этому поводу не заткнешь, то лишние зубы я тебе выбью! – прорычал я, не сдержавшись. – В общем, я понял, если что, рассчитываю только на себя.
   – Я этого не говорил! – тут же рявкнул командир. – Я сказал, что приложу все силы, чтобы пробиться к аварийной точке прорыва Хаоса!
   – Хорошо, – помолчав, сказал я. – Но помни, что там бог, за которого я сам убью любого. Не навреди ему.
   …На яхте тихо. Только приглушенный, слышимый как тихое урчание шум двигателя и ветер в лицо. Соленый ветер моря. Вся моя одежда уже пропиталась солью насквозь. Кроссовки вообще не подлежат восстановлению. И никаких мыслей в голове. Только музыка в стиле «dark metal» звучит в динамике наушника одолженного у Кацу плеера. Обычно я не слушаю музыку в наушниках. Только сейчас нужно выбить из головы лишние мысли. В идеале – вообще все. А еще мне плохо. Так плохо, как не было уже очень давно. Сдохнуть хочется. Взять Ванов пистолет и застрелиться.
   Манька меня не заметила. Странно. Обычно всегда замечает. Только в этот раз прошла, забралась на нос и не заметила, что я уже давно сижу по другую сторону от того места, где она только что уселась.
   – Мань…
   Она вздрогнула, резко повернулась.
   – А, это ты. – И снова отвернулась, глядя в черную воду моря.
   – Мань, прости меня. Пожалуйста. Я так больше никогда не буду, клянусь.
   Говорю и сам себе не верю. Знаю, что никогда так с ней больше не поступлю, а все равно не верю. Как пусто звучат слова. Да как же мне заставить тебя услышать меня?! И что же ты все молчишь?!
   – Я не хотел…
   – Хотел, – вдруг отозвалась Маньячка предельно холодно. Спрыгнула на палубу. – Для тебя любой человек или нечеловек, неважно – это тот, кто обязан тебе подчиниться. Ты правитель по праву крови. Ты можешь воображать себе, что кто-то тебе равен, но никогда на самом деле не сможешь этого признать. Из нас только Вана ты признаешь равным, Ирдес.
   – Что ты говоришь такое?! – Я соскочил на палубу, встав напротив подруги, и увидел отблеск льда и горечи в ее глазах. – Маня, это все неправда! Я сорвался, это правда, сорвался, потому что схожу с ума, чувствуя боль Вана и Ветра, как свою, потому что устал, как последняя гончая на охоте, я сорвался! Но это не повторится никогда, никогда!
   – Не ври хотя бы сам себе… – устало бросила девчонка, разворачиваясь, чтобы уйти.
   – Нет!!! – Схватив ее за руку, я повернул подругу лицом к себе. – Услышь же меня наконец! Я виноват перед тобой, да! Но я тебе клянусь, клянусь своими крыльями, я этого не хотел!
   – Не оправдывайтесь, ваше высочество, вам не идет. Ты носишь маску, Ирдес. Маску для людей. Только сегодня из-под нее наконец проступило твое истинное лицо.
   Что она такое говорит?! Она меня что, совсем не знает?! Или это разлука с братом так пагубно на ней сказывается?..
   – Маньячка, да очнись же ты! Посмотри на меня! Только с тобой, Юлькой, Данькой, Ваном, Легендой и Глюком я – это я! Все остальное – это маски! Маска повелителя, маска принца, маска…
   – Нет, принц, – оборвала меня Маня. – Для тебя все это – только игра. Большая игрушка, которую не хочется терять. Которую ты бросишь, когда наиграешься. Я сама люблю играть и не хочу больше быть для тебя игрушкой.
   Меня трясло от осознания того, кем… скорее даже, чем я стал в глазах подруги. Вытащив дагу из личного пространства, я вложил ее в ладонь Маньячки. Сжал ее пальцы на рукояти.
   – Бей, Маня. И в глаз бей, чтобы наверняка. Потому что если я действительно такой ублюдок, как ты говоришь, жить с этим я все равно не смогу. Бей, или я сам сложу крылья и разобьюсь о ближайшую скалу, которую найду. Не хочешь в глаз, бей в горло, только вверх, чтобы лезвие достаточно повредило мозг. – Подведя ее руку поближе, я упер лезвие себе под подбородок. – Ну же, Маньячка. В этот раз я действительно стану для тебя жертвой. И даже не буду сопротивляться.
   Манька действительно ударила. Только раскрытой ладонью и по лицу. И пока она виртуозно словесно извращалась, я с умилением смотрел на нее и понимал – услышала. Поняла. Простила. Все равно что жить дальше позволила. Напоследок послав меня в долгий путь, она развернулась, чтобы отправиться в каюту. Наш разговор уже и так привлек лишнее внимание. Хорошо хоть не вмешивались.
   – Маньячка! – окликнул ее я, улыбаясь, как самый счастливый в мире идиот. – Как же хорошо, что ты, зараза блондинистая, есть рядом.
   – Сам зараза, – фыркнула в ответ подруга. – Я тебя тоже не брошу. Нужна же мне стойкая жертва!
   Как же хорошо просто смеяться в ночи с существом, которое тебе так близко и дорого! Пусть оно и не человек даже, как считалось раньше, а вообще непонятно кто! Как хорошо не быть одному!..

   До острова было почти двое суток пути. И все свободное время я посвятил отсыпанию. Я спал, просыпался, чтобы поесть и погонять Кеншина по палубе на мечах, и опять спал. Посмотрев, как я разминаюсь с тяжелым фламбергом, драться со мной моим оружием люди отказались наотрез. Тяжелый меч почти с меня длиной в моих руках смотрелся… ну, не к месту, по меньшей мере. Нелепо. Если бы я не умел с ним обращаться, так и вовсе было бы смешно. Привычный, как собственная рука, непомерно тяжелый все время, пока я не в боевой ипостаси, и все равно порхает не хуже легкого клинка. А разминки мне требовались ежедневные, если не сказать ежечасные.

   До Хасимы оставался еще почти день пути, подойти на нужное расстояние мы должны были только к вечеру.
   Мой сладкий дневной сон был нагло прерван часа в два. Маня без церемоний скинула меня на пол и еще и пихнула в бок.
   – Чего тебе? – недовольно проворчал я, пытаясь прикинуться веником.
   – Выметайся на палубу, быстро! – Маньячка никогда не рычит без дела. А если рычит, значит, дело того стоит.
   В прыжке развернув крылья, я уже через несколько мгновений оказался снаружи… чтобы нос к носу столкнуться с вышедшим из мини-телепорта темным в церемониальных одеждах. С темным, который схватил меня за шиворот, как пушинку приподнял, встряхнул так, что у меня зубы клацнули, и рявкнул в лицо:
   – Да что ж ты творишь, паршивец малолетний?!
   Мой кулак врезался в дядину челюсть прежде, чем я успел сообразить, что делаю. Император проехался по палубе, повстречался головой с бортом, поглядел на меня и задумчиво потер челюсть.
   – Вообще-то до твоего появления я спал, – ответил я, изобразив оскорбленную невинность. – А что, нельзя?
   Поднявшийся на ноги дядя взвыл что-то нецензурное и с трудом сдержал начало неконтролируемой трансформации.
   – Ты хоть когда-нибудь головой своей умной по назначению пользуешься?!
   – Каждый день! Я в нее ем, – с убийственной серьезностью поведал я.
   Дядя, не сдержав улыбки и смешка, подошел и внимательно взглянул мне в глаза, накрыв плечо ладонью.
   – Я думал, ты умер.
   – Первый раз, что ли?
   – Предполагаю, что и не последний?
   – Все может быть, тут над собой я не властен. Дядя, а ты что здесь делаешь? Вокруг Японии же антителепортный барьер стоит.
   – А я попросил о дипломатическом визите и в последний момент перенастроил точку выхода по твоему маяку. Потом предъявлю им покушение на мое величество, замаскированное под несчастный случай. Пусть побегают. – И дядя многообещающе усмехнулся. – А теперь, дорогой племянник и гордость рода, рассказывай, как дошел до жизни такой.
   Умеет же дядя так ругаться, что даже «дорогой племянник» звучит у него как отборный мат. Откладывать бесполезно, и я честно рассказал императору все, что знаю, уточнив, что и Маньк… Марина Владимировна Хмельная в том же незавидном положении ныне, что и я. И говорить связно я могу, только пока у Вана и Ветра хватает сил держаться в сознании.
   Дядя обдумывал сложившуюся ситуацию, а я огляделся и понял, что пора бы перестать пугать моих попутчиков.
   – Идем, я тебя представлю, император.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 [24] 25 26 27 28 29 30 31

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация