А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Свидетель смерти" (страница 1)

   Нора Робертс
   Свидетель смерти

   Над смертью властвуй в жизни
   быстротечной,
   И смерть умрет, а ты пребудешь
   вечно.
Уильям Шекспир
   Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.
Л. Н. Толстой

   Пролог

   Посреди ночи Никси позарез захотелось апельсиновой шипучки, и это спасло ей жизнь. Проснувшись, она бросила взгляд на свои часики с компьютером на жидких кристаллах, которые носила не снимая, и убедилась, что уже третий час ночи.
   Ей не разрешали хватать кусочки между завтраком, обедом и ужином и вообще кормили только тем, что одобряла мама. А в третьем часу ночи до завтрака было еще ой как далеко.
   Но ей просто до смерти захотелось апельсиновой шипучки.
   Она повернулась в кровати и шепотом позвала Линни Дайсон, свою лучшую подругу во всей разведанной Галактике. Линни у нее ночевала, потому что завтра с утра им обеим надо было в школу, а сегодня родители Линни отмечали годовщину своей свадьбы в каком-то шикарном отеле.
   Чтобы без помех заниматься сексом. Мама и миссис Дайсон объяснили девочкам, что они сняли номер в отеле, чтобы поужинать в ресторане и потанцевать допоздна, но Никси и Линни сразу поняли, что это ради секса. Господи боже, они ж не двухлетки какие-нибудь, им уже девять! Они знают, что к чему.
   И вообще, чихали они на все на это. Им повезло: мама всегда была жутко строгая насчет всяких правил, а тут ей пришлось отступить. Нет, они, конечно, погасили свет в девять тридцать – как будто двухлетки какие-нибудь! – потому что завтра в школу, но и без света они с Линни повеселились от души.
   Да, до завтрака еще далеко, а ей хотелось пить. Никси толкнула Линни локтем в бок и снова позвала ее:
   – Просыпайся!
   – Нет. Еще не утро, еще темно.
   – Нет, уже утро. Третий час утра. – Это прозвучало круто. – Я хочу апельсиновой шипучки. Давай спустимся, возьмем баночку. Выпьем шипучку вместе.
   Линни что-то недовольно проворчала в ответ, перевернулась на другой бок и натянула одеяло на голову.
   – Ну, а я пойду, – сказала Никси шепотом.
   Конечно, спускаться вниз одной было не так весело, но она знала, что не заснет: мысль об апельсиновой шипучке гвоздем засела у нее в голове. Ей пришлось спуститься на первый этаж в кухню, потому что мама не разрешала ей держать мини-холодильник у себя в спальне. «Прямо как в тюрьме, – подумала Никси, вылезая из постели, – сто лет назад, а не у себя дома в 2059 году».
   Мама даже хотела поставить кодовые замки на холодильник и в кладовке, где хранились съестные припасы в доме, чтобы Никси и ее брат Койл не ели то, что не полезно. Поэтому им доставалась только вся эта размазня для детей. С таким же успехом можно было есть грязь.
   Папа тоже всегда говорил: «Правила есть правила». Ему нравилось так говорить. Но иногда он подмигивал ей или Койлу и, если мамы не было дома, угощал их мороженым или картофельными чипсами. Никси иногда казалось, что мама об этом догадывается, но делает вид, что не знает.
   Она на цыпочках вышла из комнаты – хорошенькая девочка с пышной копной светлых кудряшек. В ее детской фигурке еще была заметна угловатость. Ее светло-голубые глаза постепенно привыкли в темноте.
   А вообще-то было не так уж темно. Ее родители всегда оставляли свет около ванной в конце коридора: вдруг ночью кому-то захочется по-маленькому.
   Никси затаила дыхание, проходя мимо комнаты брата. Если он проснется, может и выдать ее. Койл иногда бывал жутко вредным, а иногда очень даже классным. На минуту она остановилась: может, все-таки разбудить его? Пусть составит ей компанию. Как-никак, а все-таки приключение!
   Нет. Ей понравилось украдкой ходить по дому в одиночку. Она, затаив дыхание, бесшумно проскользнула мимо закрытой двери в спальню родителей. Хоть бы мамин радар ее не засек.
   Вроде бы пронесло. В доме было тихо. Никси стала осторожно спускаться по лестнице.
   Но даже внизу она вела себя тихо, как мышка. Ей еще предстояло прокрасться мимо комнаты Инги, их экономки. Ее комната примыкала к кухне. А целью Никси была именно кухня. Вообще-то Инга была ничего, не вредная, но она ни за что не позволила бы Никси взять апельсиновую шипучку без спросу среди ночи.
   Правила есть правила.
   Поэтому она нигде не включала свет и прокралась в большую кухню, как воришка. Так было даже лучше. Просто супер! Апельсиновая шипучка уже заранее казалась ей вкусной как никогда. Никси бесшумно открыла холодильник. Тут до нее вдруг дошло, что мама, наверное, пересчитывает банки шипучки, бисквиты и все такое прочее.
   Но ей было уже не до таких мелочей. Она добралась до желанной цели, и если потом придется отвечать, так это потом. Схватив заветную банку, Никси скользнула в самый дальний угол кухни, откуда можно было следить за дверью в комнату Инги и нырнуть за разделочный стол в случае чего.
   Она дернула крышечку и сделала первый глоток.
   Это было до того здорово, что Никси решила устроиться с комфортом и забралась на скамью в так называемой обеденной зоне (это мама так говорила), чтобы насладиться каждой каплей.
   Она как раз устраивалась поудобнее, когда до нее донесся шум. Никси растянулась ничком на скамье. Теперь ее скрывал стол. «Попалась!» – мелькнуло у нее в голове.
   Но тень метнулась по стене к двери Инги и скользнула внутрь.
   Мужчина. Никси пришлось зажать рот рукой, чтобы подавить смешок. У Инги ночной приятель! Вот смеху-то! Она такая старая, ей же лет сорок, не меньше! Похоже, в эту ночь не только мистер и миссис Дайсон будут заниматься сексом!
   Не в силах удержаться от искушения, Никси оставила апельсиновую шипучку на скамье и выскользнула из кухни. Ей надо было взглянуть, надо было увидеть. Она подкралась к открытой двери, проскользнула в маленькую гостиную и подобралась к двери в комнату, где спала Инга, которая тоже оказалась полуоткрытой. Опустившись на четвереньки, она заглянула внутрь.
   Ух, что будет, когда она расскажет все Линни! Линни просто умрет от зависти!
   Вновь зажав себе рот рукой, чтобы не рассмеяться вслух, Никси подползла поближе и вытянула шею.
   И увидела, как мужчина перерезает горло Инге.
   Она увидела кровь, хлынувшую волной. Услыхала жуткий булькающий звук. Глаза Никси расширились от ужаса, дыхание со свистом вырывалось у нее изо рта. На нее напала икота, она еще крепче зажала рот ладонью и привалилась к стене, не в силах сдвинуться с места. Сердце ухало у нее в груди.
   Мужчина вышел из спальни, прошел мимо нее и скрылся за дверью.
   Слезы хлынули у нее из глаз и потекли по щекам. Трясясь всем телом, закрываясь стулом, как щитом, Никси подползла к столу и дотянулась до сотового телефона Инги.
   Она набрала номер 911.
   – Он убил ее, он ее убил. Вы должны приехать. – Никси шептала, не слыша вопросов оператора. – Прямо сейчас. Приезжайте прямо сейчас. – И она продиктовала адрес.
   Оставив телефон на полу, Никси ползком добралась до узких ступеней лестницы, ведущей на второй этаж.
   Ей хотелось к маме.
   Пуститься бегом она не могла: побоялась, что не удержится на ногах. С ногами творилось что-то странное, они сделались как будто пустыми, как будто из них вынули кости. Никси поползла на животе по коридору, рыдания застряли у нее в горле. И к своему ужасу, она опять увидела тень, вернее, теперь уже две тени. Один человек вошел в ее спальню, другой – в спальню Койла.
   Скуля, как щенок, подтягиваясь на локтях, Никси проползла в спальню родителей. До нее донесся глухой тяжелый стук, и она зарылась лицом в ковер. Желудок свело спазмом.
   Она увидела, как тени промелькнули по коридору мимо. Она услышала их шаги, хотя они двигались совсем тихо. Как и положено теням.
   Дрожа всем телом, она вновь поползла. Мимо маминого кресла, мимо ночного столика с красивой лампой. И тут ее рука заскользила по чему-то теплому и влажному.
   Никси заставила себя приподняться и посмотрела на кровать. Посмотрела на маму, на папу. На их залитые кровью тела.

   1

   Убийство – это всегда гнусность: с тех самых пор, как человеческая рука с пятью пальцами в первый раз схватила камень и размозжила им человеческий череп. Но жестокое и кровавое уничтожение целой семьи в собственном доме, ночью, в постелях, – это была какая-то новая форма зла.
   Об этом думала Ева Даллас, лейтенант «убойного» отдела полиции Нью-Йорка, глядя на Ингу Снуд, женщину сорока двух лет. Домашнюю прислугу. Разведенную. Убитую.
   Брызги крови и положение тела подсказали ей, как обстояло дело. Убийца Инги Снуд подошел к постели, поднял голову женщины (вероятно, схватил ее за светлые волосы средней длины), полоснул лезвием ножа слева направо – довольно чисто, одним движением – по горлу и тем самым рассек яремную вену.
   Аккуратно, безусловно, быстро. Скорее всего, тихо. Вряд ли жертва даже успела понять, что происходит. Никаких следов оборонительных действий, никаких других повреждений, никаких следов борьбы. Только кровь и смерть.
   Ева прибыла на место преступления первой, опередив и свою напарницу, и бригаду экспертов. Звонок в Службу спасения был передан в полицейскую патрульную машину. Патрульные, в свою очередь, связались с отделом убийств, и вызов переадресовали ей около трех часов утра.
   Ей еще предстояло осмотреть остальные тела и места их убийства. Она вышла из спальни, бросила взгляд на патрульного на посту в кухне.
   – Никого не впускать.
   – Да, лейтенант.
   Ева прошла через кухню в помещение, разделенное надвое: столовую и гостиную. Дом на одну семью, достаток выше среднего. Приличный район, Верхний Вест-Сайд. Приличная система сигнализации. Одна беда: семейству Свишер и их экономке она никакой пользы не принесла.
   Хорошая мебель. Наверное, подобрана со вкусом, предположила Ева. Все чисто и аккуратно, все вроде бы на своих местах. Стало быть, это не ограбление. В доме полно дорогой портативной электроники.
   Она поднялась наверх, вошла сначала в комнату родителей. Кили и Грант Свишер, возраст соответственно тридцать восемь и сорок лет. Как и в случае с их экономкой, не было никаких следов борьбы. Просто мужчина и женщина, муж и жена, спали в своей постели и теперь были мертвы.
   Ева окинула быстрым взглядом комнату, заметила дорогие мужские часы на комоде, пару женских золотых сережек на ночном столике.
   Нет, это не ограбление.
   Она вышла из комнаты в тот самый момент, когда ее напарница, детектив Делия Пибоди, поднималась по ступенькам. Она заметно прихрамывала.
   Может, зря она разрешила Пибоди приступить к активной работе? Может, она поспешила, спросила себя Ева. Ее напарница подверглась нападению всего три недели назад: преступник подстерег ее на пороге ее дома. И Еву до сих пор преследовало кошмарное воспоминание о крепкой и надежной, как скала, Пибоди – избитой, с переломанными костями, простертой в бессознательном состоянии на больничной койке.
   Лучше об этом не вспоминать. Забыть про чувство вины. Лучше вспомнить, как она сама ненавидела болеть. Нет, что ни говори, а работа все-таки лучше, чем вынужденное безделье.
   – Пять трупов? Вторжение со взломом? – Слегка запыхавшись, Пибоди объяснила: – Патрульный на входе ввел меня в курс дела.
   – Похоже на то, но выводы делать пока рано. Прислуга внизу, ее помещение за кухней. Убита в постели, перерезано горло. Вон там – хозяева дома. Тот же почерк. Двое детей, девочка и мальчик, в своих спальнях на этом этаже.
   – Дети? О господи!
   – Патрульные сказали, что мальчик здесь. – Ева вошла в следующую дверь и включила свет. – Идентифицирован как Койл Свишер, двенадцати лет.
   На стенах в его комнате висели спортивные постеры. Было очевидно, что больше всего он любил бейсбол. Брызги его крови попали на торс игрока команды «Янки».
   В комнате царил типичный для подростка беспорядок, вещи на полу, на столе, на комоде были разбросаны как попало, но Ева сразу поняла, что смерть застигла Койла врасплох, как и его родителей. Никаких признаков борьбы.
   Пибоди откашлялась.
   – Четко и быстро, – заметила она, стараясь не давать воли чувствам.
   – Взлома не было. Сигнализация не сработала. Либо Свишеры забыли ее включить, но я бы на это не поставила ни цента, либо кто-то раздобыл их коды. Либо обзавелся хорошей заглушкой. Девочка должна быть здесь.
   – Ладно. – Пибоди расправила плечи. – И без того погано, но, когда замешаны дети, еще в сто раз хуже.
   – И не говори. – Ева вошла в комнату, включила свет и осмотрела обстановку. Пушистое бело-розовое одеяло на постели, маленькая девочка с густыми и пышными светлыми волосами, запекшимися от крови. – Никси Свишер, девять лет согласно данным.
   – Совсем еще ребенок.
   – Да. – Ева оглядела комнату и насторожилась. – Что ты видишь, Пибоди?
   – Несчастную девочку, которой уже не суждено стать взрослой.
   – Вон там. Две пары туфель.
   – Дети из состоятельных семей чуть ли не купаются в туфлях.
   – Два школьных рюкзачка. Смотри не наследи. Ты себя обработала?
   – Нет, я только…
   – А я уже. – Ева вступила на место преступления, наклонилась и руками, обработанными защитным аэрозолем, подняла туфли. – Разного размера. А ну-ка позови первого прибывшего на место.
   Пибоди поспешила исполнить приказ. Все еще держа в руках туфли, Ева вновь повернулась к убитой девочке. Отставив туфли в сторону, она вынула из своего полевого набора пластинку для идентификации отпечатков пальцев.
   Да, с детьми гораздо тяжелее. Трудно было взять эту маленькую ручку. Такую маленькую безжизненную ручку. Трудно смотреть на маленькое существо, лишенное стольких лет жизни, всех ее радостей и горестей.
   Ева прижала пальчики к пластинке и стала ждать, пока на дисплее компьютера не высветятся данные.
   – Офицер Граймс, лейтенант, – объявила появившаяся в дверях Пибоди. – Первым прибыл на место.
   – Кто сообщил о происшествии, Граймс? – спросила Ева, не поворачиваясь.
   – Неустановленное лицо женского пола, лейтенант.
   – И где оно, это неустановленное лицо?
   – Я… лейтенант, я полагал, это одна из жертв.
   Тут Ева повернулась, и он увидел высокую худощавую женщину в брюках свободного покроя и видавшей виды кожаной куртке. Светло-карие глаза, холодные, все подмечающие глаза полицейского, высокие скулы, ямочка на подбородке. Темно-каштановые короткие волосы были небрежно подстрижены.
   Он уже кое-что слышал о ней и сейчас, когда в него впился этот ледяной взгляд, понял, что свою репутацию она вполне заслужила.
   – Значит, неизвестная женщина набирает 911, сообщает об убийстве, а потом прыгает в постель, чтобы ей перерезали горло за компанию с остальными?
   – Ну… – Он был патрульным с двухлетним стажем. Он не был офицером «убойного» отдела. – Вот эта девчушка могла позвонить, а потом попыталась спрятаться в постели.
   – Вы сколько лет в полиции, Граймс?
   – Два года… будет в январе, лейтенант.
   – У некоторых штатских чутья больше, чем у вас. Вы не умеете осматривать место преступления и ничего не понимаете. Пятая жертва, идентифицированная как Линни Дайсон, не проживает по этому адресу. Это не Никси Свишер. Пибоди, обыскать весь дом. Мы ищем еще одну девятилетнюю девочку, живую или мертвую. Граймс, идиот, что вы стоите столбом? Объявляйте тревогу. Программа «Перехват». Возможно, ее похитили, а остальных убили только ради этого. Шевелитесь!
   Пибоди выхватила баллончик изолирующего аэрозоля из своего набора и торопливо обрызгала свои ноги и руки.
   – А вдруг она прячется? Если это она позвонила на пульт, Даллас, возможно, она где-то прячется. Может, она в шоке, а может, боится выходить. Возможно, она жива.
   – Начинай снизу. – Ева опустилась на четвереньки и заглянула под кровать. – Определи, с какого номера был звонок.
   – Есть.
   Ева подошла к стенному шкафу, обыскала его, осмотрела все уголки комнаты, где мог бы спрятаться ребенок. Потом она направилась к спальне мальчика, но на полпути остановилась. Допустим, ты маленькая девочка из хорошей семьи, у тебя любящие родители. Куда ты пойдешь в случае несчастья? Туда, сообразила Ева, куда ни за что на свете не пошла бы она сама. Потому что в ее детстве источником несчастья были как раз ее родители.
   Она прошла мимо комнаты брата и вернулась в хозяйскую спальню.
   – Никси, – тихо позвала она, оглядываясь по сторонам. – Я лейтенант Даллас. Я из полиции. Я пришла тебе помочь. Ты звонила в полицию, Никси?
   «Похищение? – вновь подумала она. – Но зачем резать всю семью, чтобы похитить маленькую девочку? Проще схватить ее где-нибудь на улице или даже в доме: войти, вкатить ей дозу и унести. Скорее всего, она попыталась спрятаться, но они нашли ее, и теперь она лежит где-то в укромном месте, такая же мертвая, как и все остальные».
   Ева включила свет на полную мощность и увидела смазанные кровавые следы на ковре с дальней от нее стороны постели. Оставшийся на кровавом полу отпечаток маленькой ладошки, еще один и более длинный след, тянущийся в ванную комнату.
   Может, это и не кровь девочки. Скорее это кровь ее родителей. Крови было столько, что ей пришлось ползти прямо по кровавой луже. Чуть ли не вплавь, подумала Ева.
   Обстановка оказалась шикарной: большая ванна, две раковины персикового цвета. Санузел раздельный, ясное дело.
   Смазанные кровавые следы запачкали красивый и светлый плиточный пол.
   – Черт побери, – пробормотала Ева и пошла по следу к душевой кабине из толстого зеленого стекла.
   Мысленно она приготовилась увидеть окровавленное тельце убитой девочки.
   Но увидела живую девочку, дрожащую от страха. Ее руки, лицо, ночная рубашка были в крови.
   На один страшный миг Ева увидела себя. Кровь у нее на рубашке, на руках, на лице. Она сидела, съежившись, на полу в холодной комнате мотеля. В этот миг она даже увидела нож у себя в руке. С него капала кровь. А рядом с ней на полу лежало тело мужчины, которого она зарезала.
   – Господи! О господи!
   Ева попятилась. Ей хотелось бежать. Ей хотелось закричать. И тут девочка подняла голову. Ее глаза встретились с глазами Евы. Она заплакала.
   Ева очнулась мгновенно, словно кто-то залепил ей пощечину. «Это не я, – сказала она себе, стараясь выровнять дыхание. – Это не я».
   Никси Свишер. Ее звали Никси Свишер.
   – Никси Свишер, – повторила Ева вслух и почувствовала, что окончательно пришла в себя. Девочка жива, и с ней надо работать.
   Быстрый осмотр подсказал Еве, что девочка не ранена и кровь на ней чужая. Она вздохнула с облегчением, но тут же снова напряглась. Надо бы вызвать сюда Пибоди. Сама она не лучшим образом умела общаться с детьми.
   – Привет. – Ева присела на корточки и постучала пальцем по полицейскому жетону, прикрепленному к поясу брюк. – Я Даллас. Я из полиции. Ты вызвала нас, Никси.
   Широко открытые глаза девочки слепо смотрели на нее. Зубы Никси выбивали дробь.
   – Пойдем со мной. Я хочу тебе помочь. – Ева протянула руку, но девочка отшатнулась, как загнанный в ловушку зверек.
   «Я точно знаю, что ты чувствуешь, детка. Мне ли не знать».
   – Не надо бояться. Никто тебя не обидит. – По-прежнему вытянув одну руку вперед, Ева другой рукой вытащила рацию и вызвала Пибоди: – Я ее нашла. В хозяйской ванной. Поднимайся сюда. – Она ломала голову, не зная, как подобраться к девочке. – Ты вызвала нас, Никси. Ты молодец, храбрая девочка. Я знаю, тебе страшно, но мы тебя в обиду не дадим.
   – Они убили, убили, убили…
   – Они?
   Голова у девочки тряслась, как у старухи с болезнью Паркинсона.
   – Они убили, убили мою маму. Я видела, видела. Они убили маму и папу. Они убили…
   – Я знаю. Мне очень жаль.
   – Кровь. Я ползла прямо по крови. – Глядя на Еву огромными неподвижными глазами, Никси подняла руки. – Кровь.
   – Ты ранена, Никси? Они тебя видели? Они тебя ранили?
   – Они убили, убили…
   Тут в ванной появилась Пибоди, и Никси завизжала, словно ее резали. И бросилась прямо на руки Еве.
   Пибоди остановилась и заговорила очень тихо, нарочито спокойно:
   – Я вызову Службу защиты детей. Она ранена?
   – Насколько я могу судить – нет. Но она в шоке. – Держать ребенка было неловко, но Ева обхватила Никси обеими руками и распрямилась. – Она все видела. У нас не просто уцелевшая, у нас тут самый настоящий очевидец.
   – Девятилетняя девочка видела… – вопросительно прошептала Пибоди и мотнула головой в сторону спальни. Никси тем временем рыдала на плече у Евы.
   – Да. На, возьми ее и…
   Но когда Ева попыталась передать девочку Пибоди, Никси еще крепче уцепилась за нее.
   – Боюсь, придется вам самой нести ее, лейтенант.
   – Дьявол! Позвони в Детскую службу, пусть пришлют кого-нибудь. Начинай съемку. Комнату за комнатой.
   Ева надеялась передать девочку кому-нибудь из патрульных, но Никси словно приклеилась к ней. Пришлось смириться. Оцепенев от напряжения, она унесла Никси на первый этаж, огляделась в поисках спокойного места и выбрала игровую комнату.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация