А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Наследник Магнитной горы" (страница 22)


Вторгшихся врагов дубасил,
В схватке кидал их замертво,
Совсем их силы лишая,
Десятками он гнал их,
Сотнями он гнал их,
Хватал он их за горло…

   М-да, учитывая количество голов, ухватить сто мэнквов за горло – это надо суметь!
   Хакмар усмехнулся.
   – Ладно. – Он поднялся с лежанки. Натянул на себя рубаху. Прикосновение шерсти к ожогам было мучительным, но не голым же ходить! – Кузница у вас хоть есть?
   – Есть, есть, как не быть! – почти по-собачьи глядя ему в глаза, закивал воевода. – Кузнеца нет, съели кузнеца, а кузница осталась просто отличная!
   – Это в ней, что ли, ваш меч ковали, господин воевода? – насмешливо фыркнул Хакмар, цепляя к поясу собственный меч – воевода проводил его сожалеющим взглядом, но не сказал ни слова. – Пошли поглядим, что там у вас за отличная кузница.
   – Так ты согласен? Поможешь нам? – дрогнувшим голосом спросил старик. – Да я тебе за это, я тебе за это, молодой мастер… Всю жизнь в ноги кланяться буду!
   – Если всю мою – так это недолго, – тихо вздохнул Хакмар. – И я говорил – я пока не мастер! И никогда им уже не стану. Одно только условие, – жестко сказал Хакмар, чтоб не думали, что он размяк и они могут из него жилы на веревки сучить. – Вам придется найти все, что мне понадобится для работы!
   – Ха! А если ты луну с неба потребуешь? – развел руками молодой воин.
   Хакмар повернул к нему совершенно бесстрастное лицо:
   – Значит, ты залезешь на крышу и подстрелишь ее из своего лука! И чтоб без повреждений!

   Свиток 25
   О том, как молодой мастер и стражники отбились от нападения мэнквов

   – Как ты тут выдерживаешь! – вваливаясь в задымленную кузницу, прохрипел племянник воеводы. В руках у молодого воина была целая охапка предназначенных к заточке или вообще полной перековке топориков, положенных по Уставу каждому воину таежных крепостей. По мнению Хакмара, единственный вред, который с помощью этих топоров можно причинить мэнкву, – навесить их на себя побольше да сигануть людоеду в пасть. Авось столько железа он не переварит. – Я-то, чурбак, думал, вы, южане, хлипкие, – с грохотом вываливая всю груду у пылающего горна, сообщил воин. – А вы – вона как, покрепче любого северянина будете – такое терпеть! – И он обеими руками вытер катящийся по лицу пот.
   – Привычка, – изо всех сил стараясь казаться равнодушным, повел плечом Хакмар. – Металл – это всегда жар. – Хакмар отставил молот и щипцами подхватил с наковальни деталь для пускового механизма. Оглядел ее с боязливым изумлением – надо же, в здешней убогой кузнице, где и гвоздя-то толкового не выкуешь, а получается не хуже, чем на его собственном горне в пещерах! И ладно бы одна деталь, но ведь что он ни делает, все выходит точно, легко, без изъянов! Удивительно даже! Качая головой, он с размаху окунул раскаленную докрасна железку в ведро с талым снегом. Кузница моментально наполнилась паром.
   Глаза у племянника воеводы вылезли на лоб, он схватился за горло и с нечленораздельным воплем ринулся вон – в прохладу засыпанного снегом двора. Хакмар с усмешкой проводил его взглядом – а приятно быть крутым, как родная гора! Тут же усмешка пропала с его лица. С возмущенным воплем:
   – Да не так же! – Хакмар оставил выкованную железяку охлаждаться и тоже кинулся на двор.
   Там, рядом с распахнутыми дверями кузницы, пылал Голубой огонь. Местный, из крепости, белый шаман суетился рядом, поддерживая мерное горение костра – не больше и не меньше, а то молодой мастер шибко осерчает, ругаться будет! Местного шамана Хакмар сперва невзлюбил – такой же, как у них в горе, толстенький, осанистый. Одет богаче всех, нос пуговицей, а дерет его до самых нижних небес – но стоит чуть стемнеть, и толку от него уже никакого. Вскоре мальчишке пришлось изменить свое мнение – лишившийся с приходом Ночи возможности камлать, Белый не стал надуваться от важности, обещая чудеса вот-вот, пусть только новый День настанет, а просто впрягся в работу. Кое-кто из старых воинов ворчал – дескать, где это видано, мальчишку-малодневку слушать! Воевода еще только краской наливался, собираясь объяснить ворчунам, что он о них думает, а шаман просто молча встал да сделал, что Хакмар просил – выслушивая каждое слово мальчишки с подчеркнутым уважением, как настоящего мастера.
   Рядом с шаманом четверка сильных воинов держала над костром ошкуренное и слегка надрезанное молодое деревце, придирчиво выбранное Хакмаром из древесных запасов крепости.
   – Вы же его так сломаете, чуды! Аккуратно надо! – Хакмар подбежал к костру.
   Физиономии воинов сразу стали виноватыми: кто такие эти загадочные чуды, что все время поминал молодой мастер, они не знали, но явно не великие мудрецы.
   – Вот так – сколько можно показывать! – Хакмар оттолкнул в сторону парочку воинов. – Давайте – я с этой стороны, вы двое – с той! Плавно, бережно! И-и, взяли! – И, обхватив оструганное деревце обеими руками, он медленно потянул его на себя. И к нему снова пришло чувство, которое уже не раз появлялось с тех пор, как он на ходу, чуть ли не из старых сучков соорудил смертоносное оружие против мэнквов, – будто поверх его рук легли еще чьи-то, в тысячу крат более сильные и умелые. Тугая неподатливая древесина слегка прогнулась, потом словно уперлась, ни в какую не соглашаясь идти дальше… Невидимые руки обхватили его запястья и плавно потянули… Деревце едва слышно затрещало и выгнулось аккуратным, с красивым благородным изгибом, луком. Даром что громадным. – А теперь обвязывайте, обвязывайте быстрей! – закричал Хакмар, продолжая удерживать свою сторону.
   Подскочившие воины принялись торопливо обматывать получившийся лук крученными из жил веревками. Хакмар отер лоб ладонью.
   – Любят они вас, – унимая гудение Огня, пробормотал белый шаман.
   Хакмар покосился на Белого, потом не выдержал – бросил взгляд украдкой за угол кузницы, хотя отлично знал, что там увидит. Девчонок! Они там теперь, как воины на страже, постоянно торчат! Как он кузницу занял, местные девчонки все до одной почудели. Пока воевода у входа охрану не поставил – прямо к горну таскались! Одна заштопать чего предлагает, вторая рыбу несет. Вонь от той рыбы такая, что даже составы для травления металла и те не перешибали. Да и девчонкам ванная не помешала бы. И одеться постильнее, и из кос убогие бляшки вынуть. Разве станут девушки со вкусом такую дешевку носить! Хакмар представил лица своих сестер при взгляде на местные украшения и тихонько фыркнул.
   – Толкутся тут, глазеют – мешают только! – с досадой проворчал он вслух.
   – Я не про девушек, хотя те тоже вас любят! – Шаман усмехнулся. – Я про воинов. Вы для них герой, однако.
   – Чего? – Изумленный Хакмар глупо приоткрыл рот и огляделся. А ведь и правда, все эти здоровые взрослые дядьки глядят на него – ну, как в горе иной раз глядели на отца. – Чего это они? Я ж ничего особенного не сделал, – пробормотал он.
   – Смешное «ничего», однако. Куете, лудите, точите, строгаете, опять же, мастерите, на мечах тоже деретесь – все умеете! Сами вроде мальчишка тощенький, а деревья гнете, как два взрослых воина!
   Хакмар вздрогнул и с изумлением поглядел на свои руки. А ведь и правда – раньше бы ему ни за что такого не осилить! Что же с ним происходит? Он никогда не был неумехой или неудачником, но чтоб вот так все получалось – легко, играючи, будто помогает ему кто, – такого не бывало! Быть может, уходящая жизнь просто улыбается ему напоследок?
   – Вы нас всех спасли, – вдруг сказал шаман.
   Может, слова и лестные, но Хакмар мгновенно ощутил себя неуютно, будто обманывал кого.
   – Я еще никого не спас, – замотал головой он. – Неизвестно, сработают ли луки, удастся ли нам отбиться…
   – Конечно, неизвестно, – невозмутимо согласился шаман.
   Только что отчаянно смущавшийся Хакмар тут же почувствовал разочарование.
   – Зато раньше все было известно – никак не удастся, – закончил шаман. – Сейчас мы отбиваться готовимся, а раньше сидели да ждали, когда мэнквы нас кушать придут. Уж за одно это все молодому мастеру благодарны!
   – Я уж говорил вам, уважаемый, не мастер я еще, – снова засмущался Хакмар.
   – Слыхал я от старых шаманов – вам, кузнецам, чтоб мастером стать, помощь шамана требуется, – степенно кивнул Белый. – Сам-то я еще никогда так-то не камлал, но ежели до Рассвета доживем, помочь сумею. Я уж с воеводой говорил – тот на жертву небесным кузнецам лучшего оленя обещал! – и шаман с улыбкой хлопнул мальчишку по плечу.
   – Спасибо, конечно, достопочтенный шаман. И вам, и воеводе, – Хакмар, не отрываясь, глядел только на свои руки, старательно оттирая ветошью грязные пальцы. – Но… В общем… К Рассвету меня уже тут не будет.
   Куцые бровки на плоском лице шамана насмешливо-вопросительно поползли вверх. Уверен Белый, что уж до нового Дня воевода точно не отпустит Хакмара из крепости – ни в тайгу, ни в ледяной город. Недаром рядом с мальчишкой все время кто-то ошивается – то ли охраняют, то ли приглядывают, чтоб не сбежал. Только ведь когда он… уйдет, никакая стража не удержит. И не поможет. На мальчишку навалилась тоска – хоть вой, как волки в тайге! Иной раз слушаешь со стены – и самому подтянуть охота.
   – А вот вы… – нерешительно начал он, – ну, я имею в виду, шаманы… вы когда камлаете… на этот, на берег Великой реки выходите… Вы следы других шаманов видеть можете? Ну, кто они, что делают… Где… – прежде чем задать самый главный вопрос, он судорожно сглотнул, – где в данный момент находятся?
   Шаман поглядел на него удивленно:
   – Могу иногда – особенно ежели недавно камлал кто.
   – А вы… – Хакмар отвернулся, стараясь не глядеть в недоумевающую физиономию Белого, – а вы там никого… такого… необычного… не замечали?
   – В последний раз в конце Дня камлал – вроде все обычно было, – пробормотал Белый, – а что, молодой мастер, тебе не каждый шаман сгодится – особенный нужен? – Во взгляде Белого блеснул острый, как шило, интерес.
   Хакмар снова принялся перетирать грязные пальцы. Сказать? Ну да – шаману-то, Белому, прислужнику Храмовому! Услышит, что Хакмар самого Великого Черного разыскивает – никакой воевода его не удержит, пошлет весточку жрицам. Не говорить? А если… если Белый все-таки что-то знает?
   Заполонивший крепость грохот медного била расколотил вдребезги все сложные размышления Хакмара.
   – Что там? – мальчишка задрал голову к деревянной надвратной башне над ледяной стеной. Снизу, от кузницы, можно было разглядеть мечущиеся по деревянным галереям крохотные фигурки воинов.
   – Сейчас узнаем, – нервно бросил в ответ шаман.
   Через мгновение, покрывая даже грохот тревожного била, гулко загудел бас воеводы:
   – Обо-оз! Обоз на дороге! Привратная стража – приготовиться открыть ворота! Остальные – все на стены! За ним мэнквы гонятся! Мэнквы!
   – Мэнквы? Уже? Эрлик! – выругался Хакмар, в отчаянии оглядываясь по сторонам на разбросанные вокруг детали настенного лука. Последний лук уже не успеть, а ведь у него все стрелковые точки просчитаны! Идеально выверенные, перекрывающие друг друга зоны обстрела – даром он, что ли, облазил всю крепость и окрестности с измерительной веревкой? А теперь все расчеты к Эрлику! На стенах появилось уязвимое место – да что там место, целая дыра!
   Хакмар увидел, как медленно, натужно скрипя, начали открываться крепостные ворота.
   Что делать? Ну что?
   В щепу разбивая борта саней о еще не открывшиеся створки, на крепостной двор с грохотом ворвались первые сани обоза. Обезумевшие олени, роняя пену с удил, мчались по кругу. За ними несся отчаянный девчоночий визг – так орут, завидев у себя за спиной саму смерть.
   – Мастер! Вы готовы, мастер? – подбежал запыхавшийся воевода. – Все луки на стенах?
   – Нет! – почти в истерике завопил Хакмар. – Последний не готов! Мэнквы явились слишком рано! – Он и сам слышал, что его слова звучат по-детски жалобно.
   – Давай попросим их в лес пока уйти – пусть приходят, когда мы готовы будем, – совершенно невозмутимо предложил воевода. – Ну куда, куда лезете? – тут же заорал он выпрыгивающим из саней ошалелым обозникам. – На стены! Все, кто может держать оружие, – на стены! – Воевода умчался, на бегу отдавая приказания.
   Хакмар метнул ему вслед злобный взгляд – хорошо ему шутить! А у Хакмара на стене пустой, ничем не прикрытый сектор! Парень со всех ног рванул к стене – туда, где должен был стоять незаконченный лук. В других местах воины сами справятся, а он должен быть там, где брешь в обороне. Шустро перебирая руками и ногами, Хакмар карабкался по тянущимся вдоль ледяной стены лестницам. Туда, где на широких колесных платформах, заранее заряженные острыми кольями, тесанными из цельного дерева – чтоб уж наверняка разворотить мэнкву грудь и добраться до сердца, – возвышались громадные настенные луки. Ровно на один меньше, чем нужно! А вдруг и правда мэнквы уйдут? Увидят, что обоз внутри – и не решатся лезть на стены?
   Мальчишка белкой взлетел на гребень стены и тут же заорал от злости! Тысячу раз им было сказано – не трогать! Кто кроме специально отобранных воинов к стенным лукам прикоснется – руки повыдергиваю! И опять какой-то чуд стойбищный на платформу лезет – прямо к спусковому механизму!
   – Эй, ты! Пошел отсюда! – заорал Хакмар.
   «Чуд стойбищный» обернулся, оказавшись ободранным мальчишкой не старше Хакмара. Маленькие раскосые глазки на тощем, с запавшими щеками лице с тупой медлительностью выпучились на разъяренного Хакмара, а губы-лепешки прошлепали:
   – Тебе можно, а другим нельзя?
   Нет, эта Эрликова отрыжка еще и разговаривает!
   – Я кому сказал – убери свои грязные лапы! – срывая голос, крикнул Хакмар и, одним прыжком перемахнув на платформу, ухватил наглого стойбищного за плечо. И тут же его в ногу будто олень лягнул. Хакмара кубарем снесло с платформы, он с силой шмякнулся о лед… Прежде чем он успел сообразить, как это стойбищный его так подловил, над головой послышался грозный рык воеводы, плачущий голос попавшегося наглеца – и свист разрезающей воздух стали… И тут же истошный крик покрыл все.
   – Мэнквы лезут! – загремело над стеной. – Воевода – мэнквы!
   Не ушли. Хакмар вскочил. Позабыв обо всем, даже об ушибленной ноге, полез на платформу. Не слушая, что там бормочет воевода, кинулся торопливо проверять лук. Вокруг кипела не битва – вода. Мэнквы лезли, со стены их старательно шпарили кипятком. Хакмару показалось, что возле чана мелькнул тот самый стойбищный – значит, воевода его не убил. Да Эрлик с ним! Хакмар стоял на ледяной стене, чувствуя, как треплет его волосы северный ветер и как поднимается внутри холодок восторга битвы, способный приморозить даже убийственный жар его внутреннего Огня! За спиной взволнованно сопел воевода. Снизу неслось рычание – твари карабкались на стены.
   Хакмар бросил руку на рычаг – а вот теперь пора!
   – Первая – пли! – заорал он, рывком рычага швыряя заряженный кол в поднявшуюся над гребнем стены омерзительную тушу.
   Дальше все слилось для Хакмара в сплошной непрерывный грохот, из которого оглушенное сознание выхватывало только отдельные звуки и картинки. Звонкое «банг!» спускаемой тетивы, мэнква с начисто снесенной головой, который все-таки сумел вскарабкаться на стену, – брешь, брешь в обороне, не успели! – воинов с топорами, окруживших чудовище, и как он сам со всех ног мчался по стене к соседнему луку, а какой-то полный чуд орал ему вслед: «Трус!» Потом он отчаянно крутил поворотную ручку, разворачивая второй лук навстречу беснующейся на стене твари, и едва не всадил кол в того самого стойбищного, так и не удосужившегося убраться с дороги.
   Хакмар устало привалился к колесной платформе своего настенного лука. Сидел он тут уже давно, но сил сдвинуться с места не было. Вдоль стены догорали чаши с Огнем и медленно остывали чаны с кипятком. Снизу, от подножия стены, слышались веселые голоса и стук топоров – там рубили на куски, обвязывали веревками и волокли в чащу туши мэнквов. По изломанному деревянному настилу на стене зашелестели легкие шаги.
   – Мастер Хакмар! Мастер Хакмар! – рядом с ним появилась девочка с большим дымящимся горшком. От горшка одурительно пахло мясным взваром. – А мы вас всюду ищем! Выпейте, мастер! Вам надо подкрепиться! – застенчиво щуря длинные раскосые глаза, девчонка протянула ему горшок.
   Хакмар невольно принял горшок у нее из рук, отхлебнул – пустой живот аж заворчал от удовольствия. Хакмар блаженно зажмурился. Они победили! Его задумка оказалась правильной, он справился, он никого не подвел, крепость – жива! Губы невольно растянулись в чудацкой счастливой улыбке. Он медленно поднял веки и глаза в глаза уставился на принесшую ему поесть девчонку. Вроде бы он ее раньше не видел? Девчонка чем-то отличалась от местных плосконосых красоток. Одежка такая же паршивая, и медные блямбы в косах – полная жуть! – но мордочка почище, да вроде и посимпатичнее.
   Словно почуяв его мысли, девчонка гордо выпрямилась, перекинула на грудь тонкую косу – безвкусная бляха громко брякнула. Теребя пушистый кончик косы и кокетливо косясь на Хакмара, прощебетала:
   – Меня Нямь зовут! Я с обозом приехала.
   – Мне совершенно неинтересно, как тебя зовут и на чем ты приехала. Хоть на мэнкве верхом! – отчеканил Хакмар, возвращая горшок. Вот бы сестры да Таньчулпан с Чусовой обхохотались, увидав, что он разговаривает с этой отстойной северной девчонкой! Мальчишка поднялся и пошел вдоль гребня стены к лестницам.
   Сзади послышался тихий шепот, и какая-то из местных девчонок быстро проговорила:
   – Молодой мастер Хакмар очень гордый – совсем не обращает на наших девушек внимания! Зато красивый какой! – Голосок стал мечтательным. – И умный! И смелый! А на мечах как дерется!
   – Не очень-то и хотелось! – в ответ звонко отчеканила Нямь – эта шептать не считала нужным. – Пойду-ка я к тому парню, который наш обоз от мэнквов спас!
   Хакмар аж споткнулся на верхней ступеньке. Это кто ж, кроме него – ну и, может, еще воинов крепости, – обоз от мэнквов спасал?
   – Вот кто смелый! – продолжала выступать Нямь. – И имя у него очень красивое – он его во сне бормотал, я подслушала. Его зовут Дон…
   «Чуд стойбищный!» – мысленно закончил фразу Хакмар, спускаясь по лестницам. Настоящего имени Нямкиного героя он не расслышал, да ему было и неинтересно.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация