А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Небесные очи" (страница 17)

   – Если бог допустил это, пусть он и расхлебывает!
   – Ну знаете... – возмущенно закричала Саша. – Если так рассуждать, то... Кто-то должен разобраться со всем этим! Кто-то должен!
   – Вот вы и разбирайтесь, милая барышня!
   – Я?!
   – Ну не я же! Я слишком стар для этого... – Саше показалось, что Иван Исидорович злорадно улыбнулся.
   – Иван Исидорович!
   – Вот и посмотрим, что будет... Есть хоть какой-то смысл в этой жизни, или нет... – он провел рукой по своим седым волосам. – А что? Может, уже дозволено все! – бормоча что-то себе под нос и оживленно жестикулируя, Иван Исидорович зашаркал прочь.
   Саша осталась сидеть на скамейке одна.
   «Старик, конечно, немного не в себе... Возраст, эта жара, опять же... Но насчет книги он не соврал. Я ему верю. Эксперименты на глазах! Все совпадает. Вот почему Виктор искал эту треклятую книгу! Не я ему была нужна, а она!»
   Саша схватилась за голову и застонала. «Не я, а она!» Об этической стороне вопроса (о том, что Бородин в своей работе собирался воспользоваться такимиматериалами, Саша даже и не думала пока).
   Итак.
   У бабушки Али был жених. Он погиб во время войны, но не от рук фашистов, а, как сказал отец: «Его гад один убил». Что он еще сказал? – лихорадочно пыталась вспомнить Саша. Вот что сказал: «Алевтина Игоревна хотела гада засадить, но тот сбежал. А потом, спустя много лет, она его встретила – уже под другим именем. Я сейчас даже вспомню, каким... Федор Ласкарев!»
   «И что?» – спросила тогда у отца Саша.
   «Ну, и натурально, засадила! Принципиальная была женщина... Только все убивалась, что мало дали гаду... Она говорила, что этот лже-Федор фашистам служил. Типа, у нее даже доказательства потом какие-то нашлись – да поздно было!»
   Доказательства.
   Теперь ясно, какие – книга Менгеле!
   Только непонятно, много ли бабка сумела доказать... Но теперь по крайней мере становится ясно, откуда в Сашином семействе взялась эта страшная книга. Она еще со времен бабушки Али у них!
   И что это значит? – продолжала рассуждать Саша, сжимая голову руками. А это значит, что Бородин знал это еще тогда, когда была жива мама. Но мама погибла, у него ничего не получилось, книга осталась лежать на чердаке старой дачи, проданной Свете Поповой. Бородин действительно тридцать лет искал эту книгу. Потом встретил Сашу и понял, что книга теперь у нее...
   Ради того, чтобы получить книгу, тщеславный доктор даже решается на женитьбу.
   Но откуда Бородин узнал о книге (еще тридцать лет назад), о том, что она существует? Неизвестно. Впрочем, какая разница!
   Например, так: познакомился с мамой, случайно увидел какой-то талмуд в черном кожаном переплете, пролистал и понял. Он, между прочим, был к тому времени студентом-медиком. Возможно, знал немецкий...
   Книга не досталась Бородину, но дала толчок для размышлений. В наши дни, когда красота стала на поток, он начал серьезно работать над проблемой изменения цвета глаз. Скоро понял: без той книги – никуда. А тут – она, Саша. И у нее – книга. Вот чудо!
   Все сходилось.
   Теперь понятно, почему все время ее знакомства с Виктором Викторовичем Бородиным Сашу потихоньку глодал червячок сомнения. Ну не может все быть так хорошо, не может... Уж слишком идеален был жених! И если бы не Максим Таланкин, то она, Саша, была бы сейчас законной супругой Бородина. Супругой беспринципного, тщеславного, хитрого костоправа! Обманутой дурочкой!..
   – О, Макс, спасибо тебе! – прошептала Саша с искренней благодарностью.
   С Бородиным следовало разобраться. Еще час назад Саша не хотела с ним общаться (с глаз долой – из сердца вон), но теперь все было иначе.
   Она хотела видеть Виктора. Мужчину, который собирался использовать ее в корыстных целях.
   ...Он открыл дверь.
   В роскошном летнем костюме, роскошно небритый и благоухающий роскошным одеколоном. Король.
   – Ты? – в глазах короля полыхнули искры, когда на пороге он увидел сбежавшую невесту.
   – Виктор, нам надо поговорить.
   – Да уж, пожалуйста, объяснись...
   Он молча пропустил ее в гостиную.
   Цветы в корзинах. Кофры и сумки. Легкий беспорядок, свидетельствующий о том, что человек куда-то собирался ехать...
   – Что случилось? – каменным голосом спросил Бородин. – Ты вообще понимаешь, в какое положение меня поставила?
   – А ты – меня? – Саша вздернула подбородок.
   – О чем ты? – он схватил пульт, наставил на кондиционер. Задул легкий, прохладный бриз.
   – Не догадываешься?
   – Нет. Слава богу, что мы не стали устраивать что-то грандиозное, пригласили гостей по минимуму... Но меня еще никто так не подставлял! – возвысил он голос.
   Виктор Бородин явно сдерживал себя. Раньше Саша приняла бы этот факт за достоинство (ну как, не хочет срывать зло на женщине!), но сейчас она все видела иначе.
   Бородин не желал окончательно упускать ее. А вместе с ней – и книгу...
   – Меня – тоже, – тихо произнесла Саша.
   Несостоявшийся Сашин жених вздрогнул. А потом вдруг его лицо неожиданно изменилось – разгладились гневные складки между бровей, смягчились губы.
   – Глупенькая... – прошептал Бородин и обнял ее. – Ох ты... Сбежавшая невеста, тоже мне!
   Саша так растерялась, что даже не смогла оттолкнуть его.
   – Ты сомневалась, что я люблю тебя... Ты продолжала думать обо мне и Марии... Сашенька, клянусь – я решил жениться на тебе вовсе не потому, что ты напоминаешь мне ее, а потому, что ты – это ты! Я не обманывал тебя, я не пытался тебя подставить... Просто жизнь – очень сложная штука!
   Все ясно. Бородин расценил причину ее бегства по-своему!
   – Глупая, милая, хорошая... – он осыпал ее лицо поцелуями. – Я не могу без тебя!
   – Виктор, пусти... – она отстранилась. – Я вовсе не потому сбежала со свадьбы.
   – А почему? – очень ласково, очень нежно спросил он, поправив прядь ее волос. – Почему моя девочка сбежала?..
   Саша отстранилась. Сняла с пальца кольцо, положила его на стол.
   – Что ты делаешь? Зачем? Саша...
   – Тебе нужна не я. А книга Йозефа Менгеле, – с тоской произнесла Саша.
   Бородина словно током ударило – так изменилось его лицо. И Саша поняла – она попала в самую точку.
   Некоторое время он молчал, потом облизнул губы.
   – Она у тебя? – коротко спросил он.
   – Да.
   – Отдай ее мне.
   – Я так понимаю, ты во всем признаешься?
   – В чем?
   – В том, что тебе нужна книга, а не я! – не выдержав, закричала Саша. – Она, а не я! Эта жуткая черная книга, а вовсе не я!!!
   – Мне нужна ты!.. И она! Ты и она! – он начал с полушепота, а закончил фразу тоже криком: – Ты и она!!!
   – Замолчи... – Саша попыталась закрыть уши, но Бородин схватил ее за руки.
   – Это бесценный документ... Он нужен мне. Да, его писали человеческой кровью, в переносном смысле... Но теперь дневник Менгеле может помочь живым! – Бородин, вне себя, изо всех сил затряс Сашу за плечи.
   – А я? При чем тут я? – сквозь сжатые зубы пробормотала Саша, пытаясь вырваться.
   – Я люблю тебя. Но еще я должен самореализоваться, потому что я – мужчина! Я ученый, хирург... Работа для меня – все. Ты понимаешь?
   – Почему ты мне сразу во всем не признался?
   – А зачем шокировать столь нежное создание, как ты, рассказами о войне и концлагерях? О чудовищных экспериментах? Я берег тебя – неужели ты не понимаешь?!
   – И маму мою ты берег? Я знаю, тридцать лет назад ты тоже требовал с нее эту черную книгу! – наконец оттолкнув Бородина, с тоской произнесла Саша. – Или опять все вместе – любовь и работа?..
   – А вот представь себе! – агрессивно, даже угрожающе заявил тот.
   – Но мама не отдала тебе книгу...
   – Если бы твой папаша не зарезал ее, то отдала бы!
   Саша отскочила назад, закрыла лицо руками. Все, что говорил сейчас Бородин, было похоже на правду. И главное, ничего в сказанном не противоречило той мозаике, недавно сложившейся в Сашиной голове.
   – Кстати, я заходил к вам потом. К этой женщине, которая воспитывала тебя... – почти спокойно произнес Бородин.
   – Бабушке Зое... – машинально подсказала Саша.
   – Да, бабушке Зое... Мы с ней вместе искали книгу. Я ей, конечно, тоже всей правды не рискнул рассказать, просто объяснил, что книга нужная, она принадлежала мне, и все такое... Но мы ничего не нашли! Почему? Каким образом книга вновь оказалась у тебя?
   – Потому что книга лежала на чердаке старой дачи, – тоже почти спокойно произнесла Саша.
   – Но у вас не было дачи! – растерянно произнес Бородин.
   – Была. Мы ее продали Свете Поповой. А Света Попова так и не удосужилась выбросить тот мусор, что хранился на чердаке...
   – Благослови бог эту женщину! – усмехнулся Бородин. – Надо же, Света Попова... Где сейчас книга? У тебя дома?
   – Нет, – быстро ответила Саша.
   – А где? – он мрачно, с тревогой сжал руки.
   – Я положила ее в банковскую ячейку, – решила солгать Саша на всякий случай.
   – Слава богу... – с явным облегчением выдохнул Бородин. – Ты не представляешь, какой это ценный документ! Береги его...
   Он, уже успокоившись окончательно, налил в стакан воды. Выпил, затем плеснул на ладонь, протер лицо. Подошел к окну.
   – Небо какое-то странное... Гроза, что ли, идет? – потом повернулся к Саше. – Мы можем начать все сначала.
   – То есть?
   – Я еще раз делаю тебе предложение. Зарегистрироваться никогда не поздно. Я люблю тебя. Твоя мама и книга – отдельно. Одно, другое, третье. И все отдельно! – он посмотрел на часы. – До ночи еще далеко... Мы сто раз успеваем в аэропорт. Ты собрала вещи?
   – Нет.
   – Ну и не надо... Купим все в дороге. Это не проблема. Свадьбы сегодня не будет, но свадебного путешествия еще никто не отменял.
   – Ты думаешь, я полечу с тобой? – поразилась Саша.
   – А разве нет?
   – Нет. И вот что... отдай мой паспорт.
   – Что? – он замер. Потом с усилием произнес: – Ну хорошо, хорошо... – Бородин ключом открыл ящик старинного комода, достал паспорт. – Нет так нет. Я ни на чем не настаиваю. Путешествие откладывается на потом.
   И тут на Сашу снова что-то нашло. Какой-то демон противоречия вновь принялся терзать ее.
   А чем плохо честолюбие Виктора Викторовича Бородина? – спросила она себя. Настоящий мужик, работа для него – на первом месте... Не алкаш, не бездельник, коих в последнее время очень много развелось. Замуж вот снова зовет...
   Может быть, Саша поступает неправильно, отталкивая его?
   Отдала бы ему книгу, вышла бы за него замуж... Он бы прославился, огреб бы кучу денег, а она, молодая жена, как сыр в масле бы каталась!
   Бородин, глядя на Сашу, усмехнулся. Кажется, он уловил ее сомнения.
   – Пить хочешь?
   – Да... – он протянул руку к бутылке с минералкой. – Только не воду! – поспешно воскликнула Саша. – Чего-нибудь покрепче.
   – О... Тогда подожди. Сделаю тебе коктейль. Махито. Ты любишь махито? – крикнул он уже из коридора, направляясь на кухню. – В такую жару очень освежает...
   Саша ничего не ответила. Она нервно вертела в руках свой паспорт. Потом машинально открыла его и увидела фотографию Виктора.
   «Перепутал паспорта! Но ничего...»
   Она оглянулась на дверь, пожала плечами. Подошла к старинному комоду – в верхнем ящике все еще торчал ключ.
   Саша повернула ключ, и выдвинула ящик. Сверху лежал паспорт. Саша взяла его, открыла, увидела свое фото. «Да, вот этот – мой...» Она взяла свой паспорт, а паспорт Бородина положила обратно в ящик.
   Перед глазами вдруг проплыла сладостная картинка – белый песок, синий океан, пальмы. И еще одна, в режиме слайд-шоу – оранжево-золотой закат, блики на темной воде, темные силуэты пальм – их листья едва шевелит ветерок... Неужели она добровольно отказывается от всего этого?!
   На миг Саша даже почувствовала на лице соленые брызги и дуновение бриза. Потом опомнилась – это всего лишь кондиционер!
   Она сунула свой паспорт в задний карман джинсов и, оглядываясь то и дело, принялась рыться в ящике. Судя по всему, именно в нем Виктор хранил свои документы. Еще один паспорт, общегражданский, договор о медицинском страховании, диплом, еще диплом, документы на машину, квитанции об оплате, еще квитанции... Что именно Саша хотела найти, она не знала.
   Членская книжка. Еще пара членских книжек – какие-то серьезные организации, клубы. Справка из БТИ, сберегательная книжка, охотничья лицензия. Договор с банком. Еще один банковский договор. Контракт с фитнес-центром. Аттестат о среднем образовании.
   Саша лихорадочно листала бумаги. Но ничего предосудительного здесь не было. Виктор – добропорядочный гражданин.
   А это что?
   На самом дне ящика лежало свидетельство о смерти – старое, потрепанное. Саша открыла его.
   Федор Савельевич Ласкарев. Умер в 1968 году, похоронен там-то...
   У Саши перехватило дыхание.
   Федор Ласкарев! Тот самый, которого бабушка Аля считала фашистским прихвостнем и которого она засадила в тюрьму... Может, совпадение, и это какой-то другой Федор Ласкарев? Да нет, какой еще другой?.. Тот самый!
   Еще какая-то потертая бумажка... Справка о том, что Федор Федорович Ласкарев, 1956 года рождения, в 1972 году меняет свое имя и становится... Виктором Викторовичем Бородиным. Юный Федя Ласкарев (видимо, названный в честь отца – тоже Федором), в день своего шестнадцатилетия вполне законно становится Витей Бородиным...
   Словно яркий свет мелькнул перед Сашиными глазами.
   Она захлопнула ящик, повернула ключ. Отошла к окну – сизое марево наплывало с юга.
   Отец и сын Ласкаревы.
   Ее жених, Виктор Бородин, был сыном Федора Ласкарева. Того самого Ласкарева. Которого баба Аля посадила в тюрьму и еще страдала, что «мало этому гаду дали»! Почему Виктор сменил имя? А кому охота быть сыном уголовника!
   А может быть, у юного честолюбца Витеньки с самого начала был некий план? И вовсе не отца-уголовника он стыдился, а... собирался обмануть кого-то.
   Кого?
   И все это вертится вокруг книги, той страшной черной книги...
   Потом новая мысль посетила Сашу. Разве мог сын Федора Савельевича Ласкарева, тоже Федор, любить Марию, дочь той женщины, которая погубила его отца? Да он ее ненавидел! И не было никакой случайности в их встрече! Все было спланировано!
   Зачем?
   Затем, чтобы убить Марию и свалить все на Филиппа Силантьева, мужа Марии. Оставить маленькую девочку Сашеньку Силантьеву сиротой.
   Мог Виктор Бородин устроить весь этот ад? Еще как мог! Тем более под вполне законным, но другимименем... Месть – вот что двигало им. И желание завладеть книгой, принадлежавшей его отцу (Федор Савельевич Ласкарев – фашистский прихвостень!).
   В комнату вошел Бородин с подносом.
   – Прошу...
   Саша, находясь в каком-то странном, заторможенном состоянии, взяла бокал.
   – Сашенька.
   – Да? – она медленно подняла на него глаза.
   – Сашенька, теперь между нами нет вообще никаких тайн, – серьезно произнес Бородин. – Прошу тебя, не пори горячку... Ладно, ты сбежала со свадьбы. Ладно, ты отказалась от путешествия. Но ссориться со мной окончательно и бесповоротно – не стоит. Я люблю тебя.
   «Любишь, как же... Маму убил, и теперь до меня добираешься! – Саша поставила бокал обратно на стол. – Отравить хочешь, да? Хотя, вряд ли... Пока черная книга у меня, со мной ничего не сделаешь! Черная книга – кажется, есть фильм с таким названием, и тоже про войну. Господи, сколько на свете еще таких «черных книг»!»
   Она улыбнулась против воли.
   – Ну вот, ты улыбаешься... Что скажешь? – добродушно спросил Бородин.
   «Надо отвлечь его... Заморочить голову! Обмануть – как он обманул меня!»
   – Виктор, я тоже люблю тебя. Но...
   – Но? – поднял он брови. Явно приободрился.
   – Дай мне время, пожалуйста. Я постараюсь справиться со своими эмоциями.
   – Саша... – он потянулся к ней.
   – Нет-нет, не сейчас... – она поспешно отстранилась. – Дай мне время, повторяю!
   – Хорошо. Хорошо, милая моя... – он посмотрел на нее с такой отчаянной, не по возрасту, нежностью, что Саше стало даже немного жутко – ведь как играет, подлец!
   – Я пойду. Позвоню сама. Позже... Нет-нет, не провожай!
   – А книга? – с беспокойством спросил он.
   – Книга в надежном месте. С ней ничего не случится. Потом поговорим о ней.
   ...Саша вышла на улицу.
   Нервы у нее были натянуты, точно струны. Она достала сотовый, набрала номер Светы Поповой.
   – Алло, теть Свет...
   – Сашенька... ой, чуть зубы не убежали... Минутку, – в телефоне зашуршало, потом Света Попова произнесла четко: – Сашенька, как дела?
   – Теть Свет, вы отцу обо мне что-нибудь рассказывали?
   – Это в каком смысле? – испугалась та.
   – Вы случайно встретились с ним в электричке, помните?.. Что вы ему обо мне рассказывали?
   – А ничего! Буду я ему, ироду, о тебе рассказывать! – возмутилась Света Попова. – Сказала ему, что ты жива-здорова, и все. Никаких подробностей!
   – А откуда он знает, что я рано вышла замуж, в первый-то раз, и все такое...
   – Ай, про твою личную жизнь – ни гугу! – возмущенно закричала Света Попова.
   – Нет? Ну спасибо...
   Саша нажала на кнопку отбоя, подняла голову вверх.
   Сизая огромная туча уже заполнила все небо, окутала город сумраком. Ни единого лучика... Душно невыносимо.
   Саша вытерла ладонью влажный лоб.
   Отец все это время был рядом. Наблюдал за ней. Знал многие подробности ее жизни. Он всегда был рядом, но не лез на глаза. «А зачем тебе жизнь портить мордой своей уголовной?..»
   Первые капли дождя упали на асфальт. Моментально высохли. Мимо пробежали люди, то и дело опасливо поглядывая вверх.
   – Девушка, чего стоите? – крикнул ей весело какой-то парень. – Ураганное предупреждение – слышали?
   – День сегодня такой, без дождя никак! – отозвалась пожилая женщина, торопливо семеня распухшими ногами. – Ох, успеть бы до дома...
   Саша стояла посреди улицы, одна. Даже машин почти не было. Раздался первый раскат грома – негромкий, словно ленивый.
   ...Отец добровольно изгнал себя из Сашиной жизни. Он поселился в Подмосковье, неподалеку от бывшей дачи. Теперь ясно, почему он поселился именно там – хотел быть ближе к местам, когда-то родным. Которые как-то связаны с теми, кого он любил. Наверное, в выходные шел пешком к старой даче, долго стоял у забора, глядя на пустой дом.
   Света Попова случайно встретила его в электричке. Оно и немудрено... Все случайности строго закономерны.
   Отец хотел быть рядом. Он стыдился себя.
   Почему не стремился доказать свою невиновность, почему не кричал, не бил себя в грудь – дескать, невиноватый я? Его спокойствие – оно так поразило Сашу в их первую встречу, показалось ей даже равнодушием... Теперь понятно – его спокойствие было вынужденным. Так спокойны только те, кто потерял всё. Вон Иван Исидорович, прошедший через ад концлагеря, через долгую жизнь, за все время которой он безуспешно пытался найти бывших палачей, – тоже довольно стоически, без истерик, вел себя. Отказался от книги. А зачем? Все потеряно, все растоптано. Никому ничего не докажешь. Счастливого прошлого не вернешь, как не вернешь тех, кого любил больше жизни...
   Бедный папа.
   И ведь он больной, очень больной! – вспомнила Саша. Ему осталось всего ничего...
   Она снова принялась нажимать кнопки на телефоне. Она знала, что скажет ему сейчас.
   «Папа, я люблю тебя. Я знаю, ты невиновен. Я верю тебе. Я очень, очень люблю тебя, папочка...»
   Саша терзала телефон, не замечая, как на открытые плечи ей падают тяжелые капли дождя.
   – Номер абонента временно заблокирован... – ответил Саше механический голос.
   – Черт... – она едва сдержалась от того, чтобы не швырнуть телефон об землю.
   Сверкнула молния, разорвав черное небо пополам, и раздался ужасающий треск.
   ...И все это сделал Виктор. Он уничтожил ее семью. Всех. Убил маму и отправил Сашиного отца в тюрьму на долгие годы, где тот потерял здоровье... Виктор лишил ее, Сашу, детства. Возможности любить – она ведь так и не доверилась ни одному мужчине, подозревая в них врагов. Конечно, как можно полюбить мужчину – ведь он может убить тебя, как твой отец убил мать. А он не убивал, не убивал на самом-то деле...
   Виктор. Виктор, ты за все заплатишь.
   Эта боль была настолько сильна, что Саша закричала.
   Ее крик слился с очередным раскатом грома. И шумом ливня. Хлынул такой ливень, что в двух шагах не стало ничего видно.
   Снова ударил гром, и ливень захлестал еще сильней.
   Саша стояла, обхватив голову руками, и кричала. Она спала с убийцей. Она была готова стать женой Бородина. Это невыносимо! Но Сашиного крика не было слышно – все заглушала стихия.
   Второе августа – день ее несостоявшейся свадьбы. Илья Пророк гневается...
   Она стояла и кричала, находясь в каком-то временном помрачении.
   Очнулась только, когда в небе вдруг появился просвет и сверкнуло солнце. Очнулась и затихла. Ливень еще хлестал, но чуть слабее.
   Саша закашлялась – кажется, она сорвала связки. Но если бы не кричала сейчас – сошла бы с ума, это точно.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация