А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дневник сорной травы" (страница 21)

   Глава 21

   Никитского арестовали по подозрению в убийстве Галины Яковлевой. Его адвокатом вызвался быть Пономарев.
   Бывший сыщик исключительно редко брался за дела такого рода, но этот случай был особенный. Речь шла об убийстве его клиентки.
   Разумеется, никто, кроме Динары, Людмилы Авдеевой и его самого, не знал о том, что Галина обращалась к нему за помощью. Возможно, ее видела секретарша, но вряд ли. Яковлева была у Артема всего пару раз, причем вечером, после работы.
   Никитский выглядел ужасно – бледный, осунувшийся, с черными тенями под глазами. Он долго исподлобья рассматривал адвоката.
   – Кажется, где-то я уже вас видел. Только не могу вспомнить где. Я почти ничего не могу вспомнить!
   – У вас плохая память?
   – До сих пор не жаловался. Но… после этого кошмара не знаю, что и думать. Понимаете, я ничего не помню! Как я очутился в своей машине, да еще с Галиной? Говорят, что я ее убил.
   – А вы сами как считаете?
   Дмитрий Сергеевич смешался, глаза сверкнули и тут же погасли.
   – Зачем бы я стал убивать ее? Да еще в своей машине?
   – На ноже, которым убита Яковлева, ваши отпечатки пальцев.
   – Нонсенс! – фыркнул Никитский. – Полнейший абсурд! У меня и ножа-то никогда не было. Только кухонные… – он криво улыбнулся. – И то я их с собой не ношу.
   – Но факты! Против них не попрешь.
   – Не знаю. – Никитский запрокинул голову назад, закрыл воспаленные глаза. – Вы адвокат, вы и разбирайтесь. Это ваша работа. Я вам за нее плачу, и немало.
   – Хорошо, – согласился Артем. – Расскажите мне все, что сможете вспомнить.
   Дмитрий Сергеевич открыл глаза и несколько раз моргнул, словно видел в первый раз и эту комнату с облупившимся потолком, и этого красивого мужчину, и себя, неизвестно как тут очутившегося.
   – Я не знаю, что говорить, – вздохнул он. – Вы лучше спрашивайте, а я буду отвечать… если смогу.
   – Что ж, ладно. Какие отношения были у вас с Галиной Яковлевой?
   – Никаких… Она работала у меня, вот и все.
   – Все?
   Никитский замялся.
   – Ну… может быть, я немного ухаживал за ней. Но ничего больше.
   – Ее муж знает о ваших отношениях?
   – О чем вы говорите? – вспылил Никитский. – Каких отношениях? Легкий флирт на работе… Обычное дело!
   – А ваша жена?
   – Лена? При чем тут она? – удивился Дмитрий Сергеевич. – Послушайте… я люблю женщин. У меня такой недостаток, если хотите… или черта характера. Мы с Леной женаты давно и хорошо знаем друг друга. Она привыкла и не обращает внимания на мои… увлечения.
   Артем кивнул.
   – Вы принимаете снотворное? – спросил он.
   – Какое это имеет значение?
   – У вас в крови нашли алкоголь и сильнодействующий успокоительный препарат.
   Дмитрий Сергеевич задумался.
   – Вообще-то да. Я стал плохо спать по ночам. Но я принимаю лекарство на ночь. Неужели оно так долго остается в крови?
   Адвокат пожал плечами. Его самого это удивляло.
   – А… часто вы так напиваетесь, как тем вечером?
   – Редко, – сказал Никитский. – Хотя… в тот вечер я действительно много выпил.
   – Был повод?
   – Как вам сказать… У меня депрессия. Скучно. Понимаете? В юности горишь, бьешь от нетерпения копытами, переполнен грандиозными планами – столько надо успеть! А потом… все цели достигнуты, и к сердцу подкрадывается тоска. Сначала стараешься ее не замечать. Но она не уходит, стоит за спиной и как будто ждет чего-то. Тогда принимаешься заливать ее водкой…
   – Помогает?
   – Плохо, – вздохнул Никитский.
   – А дети? Почему у вас с женой нет детей?
   Дмитрий Сергеевич склонил голову набок и посмотрел мимо адвоката, в окно. Из приоткрытой форточки тянуло теплым ветерком.
   – Вы думаете, я из-за этого переживаю? Мы с Леной никогда не хотели детей. Маленькие болеют и капризничают, большие хулиганят, употребляют наркотики… До старости не будешь иметь покоя. Так что не в этом дело.
   – В чем же?
   – Дотошный вы человек, – вздохнул Никитский. – Я же объясняю – скучно мне стало. Хоть в петлю лезь. В жизни уже ничего не изменится, не случится чего-то яркого, необычного. В любовь я не верю, нобелевским лауреатом мне тоже не стать… Денег хватает, а вот интерес исчез куда-то… испарился. За границей я бывал, женщины меня ласкали разные… Просыпаюсь утром и прихожу в ужас, что целый день придется заниматься все тем же, что вчера, позавчера. Вам, наверное, смешно меня слушать?
   – Это моя работа, – уклонился от прямого ответа Артем. – Вы, простите, где пьете? Дома или в баре, ресторане?
   – В баре. Дома не люблю.
   – Одно и то же заведение посещаете или разные?
   – Одно. «Немецкая слобода» называется. Бар на другом конце города, меня там никто не знает.
   – В тот вечер, пятого июля, вы тоже там пили?
   – Там, – кивнул головой Дмитрий Сергеевич. – Как приехал – помню, как пил – помню, сосиски копченые помню, а потом… перебрал сильно. Все! Как отрезало!
   – Вы на своей машине приехали?
   – Да…
   – Как же после такого количества выпитого обратно ехать собирались?
   – Первый раз, что ли? – усмехнулся Никитский. – Вы пьяный за руль не садитесь?
   – Нет, – искренне ответил Артем. Такого он себе не позволял.
   – Я тоже раньше не ездил… Друг у меня есть, Саша Мерцалов, это он меня научил ездить в любом состоянии. В жизни все так – попробуешь раз, два, а потом как по маслу!
   – И убийство?
   – Вы меня на слове не ловите! – возмутился Дмитрий Сергеевич. – Вы адвокат, а не следователь.
   – Я не смогу вам помочь, если вы мне не расскажете правду.
   – Я же вам все рассказываю, как было. Приехал в бар, пил… больше ничего не помню! Ничего! Сам удивляюсь, что за беспамятство такое. Как вышел, сел в машину… понятия не имею. Вы мне верите?
   – Стараюсь. Как Галина Яковлева оказалась с вами в машине, тоже не знаете?
   Никитский отрицательно покачал головой.
   – А раньше вы вместе ездили куда-нибудь?
   – Иногда я ее подвозил домой. Но чтобы специально… Как она могла оказаться в баре? Я точно помню, что приехал туда один. Я всегда ездил туда один, не хотел, чтобы кто-то знал о моих загулах, тем более Галина.
   – Значит, как оказались в лесу, вы мне тоже не скажете?
   – Да не знаю я! – твердил Никитский. – Не знаю! Как я вообще куда-то ехал… не могу представить!
   После разговора с Дмитрием Сергеевичем Артем перекусил в кафе и вернулся в офис. Ничего существенного он не узнал. Лекарство, обнаруженное в крови Никитского, было то самое, что он принимал от бессонницы, только доза большая. На ноже, которым убили Яковлеву, нашли его отпечатки пальцев.
   Плохи были дела Никитского. И все же… Артем сомневался в его виновности. Не было самого главного – мотива. Зачем хозяину «Альбиона» убивать свою сотрудницу? Деньги тут явно ни при чем. На шантаж тоже не похоже. Чем могла Яковлева шантажировать своего шефа? Ревность? У Дмитрия Сергеевича явно не тот темперамент, чтобы из ревности зарезать женщину.
   Звонок телефона заставил Артема отвлечься.
   – Слушаю, – ответил он, узнавая голос Салахова. – К сожалению, ничем вас пока не порадую. Новостей нет. Я тут занят по горло одним непредвиденным делом…
   «Таким ли уж непредвиденным? – поймал себя на мысли Артем. – Яковлева приходила, просила помощи, говорила, что ее хотят убить. А я…»
   – У меня поручение для вас, – помешал его самобичеванию Салахов. – Очень важное. Запишите, пожалуйста, имя женщины. Клара Шазаль. Лет десять назад на нее было совершено нападение возле вашего дома. Может, вы помните? Тогда еще умер ваш сосед. Возможно, это было не нападение, а… неудачное свидание. Теперь уже истину установить трудно. Женщина была психически нездорова и после того происшествия попала в больницу. Мне бы хотелось узнать, где она сейчас и что с ней.
   – Я понял, Юрий Арсеньевич. Сделаю. Это срочно?
   – Желательно поскорее.
   Артем положил трубку и глубоко задумался. События так тесно сплетались со старой историей, что о совпадениях смешно говорить. Клара Шазаль… Конечно, он помнит. Как он мог забыть?..
* * *
   Фариду нравились открытые кафе, где нет толчеи, духоты и запахов кухни. Он заказал пиво с креветками для себя и Людмилы. Когда она придет, то, может быть, захочет еще чего-нибудь. Здесь прекрасно готовят рыбу.
   Госпожа Авдеева ушла с работы на час раньше. «Альбион» гудел и клокотал: в коридорах и курилках собирались группки сотрудников и обсуждали создавшееся положение. Если Никитского посадят за убийство, фирма останется без руководства. Фактически ее владелицей станет Лена. Но какой из нее руководитель? Придется искать другую работу.
   Как и остальные, Авдеева не могла работать: все валилось у нее из рук. Она оперлась подбородком на сложенные в замок руки и закрыла глаза…
   Звонок Фарида раздался неожиданно и скорее удивил ее, чем обрадовал. Неудачное замужество, смерть супруга, несостоявшийся роман с Никитским привели ее к мысли, что на отношениях с мужчинами пора поставить крест. Очередное разочарование не для нее. Сколько можно наступать на одни и те же грабли.
   – Людмила, – произнес в трубке приятный баритон. – Когда вы сегодня освободитесь?
   – Могу уйти хоть сейчас, – ответила она. – А в чем дело?
   – Хочу пригласить вас поужинать. Вы любите морскую рыбу?
   – Люблю, но… мне не очень хочется есть. И вообще… вы получите гораздо больше удовольствия, пригласив на ужин какую-нибудь молоденькую девушку. Посмотрите, сколько их гуляет по городу, одна лучше другой.
   – Простите, Людмила… я хочу провести этот вечер с вами. Если вы не против, конечно.
   – Что ж, – сдалась Авдеева. – Вы мой спаситель, так что… придется согласиться. Только зачем вам мое общество?
   – Мне нравится с вами разговаривать.
   – Должна вас огорчить, но сегодня у меня не лучший день, особенно для болтовни. Только не говорите, что вам нравится, как я молчу.
   Фарид рассмеялся.
   – Вы придете?
   И Людмила согласилась. Домой идти не хотелось, на работе тоже тошно… Она достала из сумочки зеркало, посмотрела на свое хмурое лицо. Когда-то пятидесятилетний рубеж казался ей чем-то вроде завершающего этапа жизни. Теперь ей уже сорок шесть, а что она видела?
   «Господи! Как не стыдно! – оборвала она тоскливые мысли. – Я живу, дышу, сейчас вот пойду в кафе, где меня ждет приятный мужчина. А Гали нет… Для нее действительно все закончилось…»
   Она привела себя в порядок, подкрасила губы и направилась в условленное место.
   Фарид поднялся ей навстречу. Ему нравилась Людмила, – простая прическа, лицо без толстого слоя косметики, чуть крупноватые, мягкие губы, светлые глаза. Чисто славянский тип, ничего восточного.
   В свою очередь, Гордеев произвел на нее благоприятное впечатление. Белая тенниска оттеняла его загар, плотно обтягивала крепкую фигуру; открытое лицо гладко выбрито, лишь черные усики подчеркивают красивую линию губ.
   – Я рад, что вы пришли, – улыбнулся он.
   Они сделали заказ и сидели, просто глядя друг на друга.
   Теплый вечер опустился на город. Сладко пахли липы, в воздухе носилась их желтая пыльца.
   – Мне сорок шесть лет, – сказала Людмила. – Я вдова. У меня никогда не было детей и уже не будет.
   – У меня тоже, – сказал Фарид. – Какое это имеет значение сейчас?
   – И с мужчинами у меня ничего не получалось.
   – А у меня с женщинами.
   – Почему? – удивилась Авдеева.
   Официант принес заказ, и Гордеев получил возможность подумать, прежде чем отвечать.
   – Наверное, они хотели любви, а я… давал им только секс.
   Он решил, что с этой женщиной будет предельно откровенен, честен. Только так они смогут построить свои отношения правильно с самого начала. То, что основано на лжи, рано или поздно рухнет. Им обоим надоело выбираться из-под обломков.
   – Я тоже хочу любви, – вздохнула она. – Всегда хотела. Я не любила своего мужа, и он платил мне той же монетой. Думаю, это справедливо.
   Они беседовали, чувствуя, как им хорошо и легко друг с другом. Можно свободно вести себя, говорить то, что думаешь…

   Кора Танг бросила взгляд на открытую террасу кафе совершенно случайно. Она заходила в магазин – купить новое платье, чтобы разбудить угасающий интерес Фарида. Потом пошла пешком вдоль улицы… Что? Фарид с какой-то женщиной?
   Кровь бросилась в лицо Коры; сердце бешено колотилось, словно она бежала стометровку. Неужели Левитина подцепила-таки его на крючок? Они уже тайно встречаются! Сидят, воркуют, как два голубка!
   Ревность и обида ослепили ее, ноги сами понесли к столику, за которым сидели Фарид с «меценаткой». Только подойдя вплотную, Кора увидела, что женщина не та. Кажется, это соседка Фарида… она живет с ним в одном доме. Все равно! Как он посмел? Мерзавец! Скрытная, лживая тварь, как все мужчины!
   – Приятного аппетита, – ехидно вымолвила она.
   – Здравствуй, Кора, – спокойно ответил Фарид, но внутренне весь напрягся.
   Он не хотел, чтобы она устроила скандал, испортила Людмиле настроение.
   – Вот, решила подойти, посмотреть, какие они вблизи, стервы! – злобно прошипела Кора. – Оказывается, ничего особенного. На какую приманку они вас ловят? А, Фарид? Давай спросим у нее. Пусть поделится секретом.
   – У меня его нет, к сожалению, – улыбнулась Авдеева.
   – Вам не стыдно? Вы, я вижу, женщина уже в возрасте! Пора своего мужика иметь, а не охотиться за чужими.
   – А этот ваш? – спросила Людмила, указывая на Фарида.
   – Мой!
   – Так забирайте его.
   Кора Танг опешила. Она покраснела и растерянно озиралась по сторонам.
   – Пошли, Фарид, – выдавила она, наконец. – Разве нам плохо вместе? Ну что ты нашел в этой старухе? Может быть, ты ее перепутал с Левитиной? Так у той хоть деньги. Она будет содержать тебя! А на эту тебе самому придется тратиться…
   – Замолчи, – тихо сказал Фарид. – Уходи, Кора.
   – Уходить? – взвизгнула она. – Только вместе с тобой. Я не отдам тебя этой… потаскухе, сучке! Будь ты проклята! – завопила она, переключившись с Фарида на женщину. – Отпусти его! На чужой беде счастья не будет!
   Фарид встал, положил на стол деньги за ужин, взял Людмилу за руку и повел к выходу. Кора Танг рванулась было следом, но наткнулась на холодный, презрительный взгляд бывшего любовника и остановилась. Рыдания душили ее.
   – Простите, что вам пришлось выслушать все это, – сказал Фарид уже в такси, сидя рядом с Людмилой и держа ее руку в своей. – Мне очень жаль.
   – А знаете, – задумчиво произнесла она, – меня первый раз в жизни всерьез приревновали к мужчине. Я всегда думала, что это ужасно. Но, оказывается, и такое может быть приятно…
   – Вы на меня не сердитесь?
   – Что вы! Я вам благодарна…
   Такси мягко шуршало шинами по остывающему асфальту. Повсюду загорались огни ночного города, ярко светились витрины магазинов, подцвечивая темную листву деревьев.
   – Хотите немного пройтись? – предложил Гордеев.
   Людмила согласилась. Вечер получился необычный – странное свидание, сцена ревности, ночная прогулка…
   – Вы чувствуете, как дышит город? – спросил Фарид, наклоняясь к ее уху. – Как его зловещее величие обступает нас со всех сторон?..
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 [21] 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация