А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Дневник сорной травы" (страница 16)

   Глава 16

   Анна распахнула балконную дверь и смотрела на улицу, вдыхая влажный утренний воздух. В проеме между домами виднелась часть Невы и мост с коваными завитушками перил. Речная вода блестела, придавая воздуху оттенок тусклого серебра…
   Юрий надевал перед зеркалом галстук; узел, как назло, не хотел завязываться. Салахов нервничал. Фигура Анны в проеме балконной двери действовала ему на нервы. Ночью он не мог уснуть, подавляя желание усилием воли. Его удивляло, как после стольких лет его влечение к жене не только не угасало, но становилось все сильнее. Иногда ему удавалось справляться с этим наваждением, как, например, сегодня. Но он чувствовал себя обессиленным, как после марафонской дистанции.
   Анна стояла к нему спиной, и Юрий в третий раз завязывал галстук, мечтая любить ее прямо сейчас, на смятой после ночи постели… и не мог себе этого позволить. Он думал, что страсть делает его рабом Анны, и не мог смириться. Он хотел «проучить» ее, но выходило наоборот. Анна спала, наслаждаясь отдыхом, а он промучился всю ночь, и теперь ему предстоит такой же мучительный день. О, черт!
   – Что случилось? – спокойно обернулась жена.
   Казалось, она видела его внутреннюю борьбу. Боясь потерять самообладание, Салахов кое-как справился с галстуком и вышел в гостиную.
   – Юра!
   Мелодичный голос Анны заставил его вздрогнуть, и портсигар, который он пытался положить в карман пиджака, выпал и загремел по паркету.
   – Я очень тороплюсь! – несколько громче, чем обычно, ответил он. – Опаздываю! Прости… Если что-нибудь понадобится, звони.
   Анна услышала, как хлопнула дверь, и улыбнулась. Юра слишком эмоциональный, волнуется по пустякам… Она с удовольствием зевнула и отправилась на кухню. В форточку тянуло сыростью и запахом мокрых камней. Анна уселась в глубокое мягкое кресло и закурила, закинув ногу на ногу. Под тихий плеск реки ей всегда хорошо думалось…
   Салахов все еще не мог успокоиться. Он ерзал на заднем сиденье своего «мерседеса» и нервно курил. Уже третью сигарету за утро. Господи! Эта женщина сводит его с ума! Что она себе позволяет?! Позвонила ему позавчера и сообщила, чтобы ночью он ее не ждал: она, видите ли, хочет остаться у себя в квартире. Интересно, тот наглый Гордеев… О, нет! Юрий скрипнул зубами и откусил фильтр сигареты. Тьфу! Он закурил следующую и глубоко затянулся. Ревность он считал чувством плебеев и никогда до женитьбы не испытывал подобного. Как унизительно! Супружество увлекает его на круги ада…
   Он не спал всю ночь, думая об Анне. Жена явилась утром, не соизволив даже объясниться. Он знал ее хладнокровную безжалостность – она считала, что предупредила его и этим все сказано.
   Кровь так сильно стучала в висках Юрия, что у него мутился рассудок. Это проклятие! Проклятие их рода! Может, он был прав, считая себя сумасшедшим? И женился на сумасшедшей!..
   Не надо было Арсению брать того кольца у неизвестного путника! Он навлек гнев богов на свое потомство… Что за легкомысленная беспечность? Прошли века, а Салаховы все еще расплачиваются!
   У Юрия заболела голова. Боль разливалась по шее и затылку, как ядовитое зелье. Дед тоже не смог разгадать эту загадку… хотя пытался. Он поработал на совесть, раздобыл все данные, какие только смог найти. И что? Его внук – жертва того же капкана, захлопнувшегося с жадным, плотоядным лязгом.
   – Вам плохо?
   Слова водителя привели Салахова в чувство. Он стряхнул накатившее отчаяние, закурил очередную сигарету и продолжал размышлять о Платоне Ивановиче, о тетрадях, торопливо исписанных его рукой…
   Тот пришедший из древности Арсений, удачливый торговец, благополучно выбрался из пустыни вместе со своим караваном. Он был уже не молод и подумывал о наследнике. Сундуки с золотом должны обрести нового хозяина, который будет разумно пользоваться богатством и преумножать его.
   Арсений женился. Его избранница, красивая молодая женщина, тоже была дочерью торговца. Супруги любили друг друга, но счастье их оказалось коротким. У них родились две дочери и долгожданный сын, но… Арсений начал хворать. Арабский врач, лечивший всю семью, боролся с недугом хозяина, который жаловался на озноб во всем теле, головокружение и дурные сны.
   – Почти каждую ночь ко мне приходит женщина, – жаловался он лекарю. – Она требует вернуть ей то, что у нее похитили. У женщины три лица, они улыбаются, но так, что по телу бегут мурашки, а сердце леденеет.
   Врач готовил питье и порошки, давал их больному и горестно качал головой. Он видел, что все его усилия тщетны и Арсений тает на глазах.
   После смерти торговца его дети поделили наследство по справедливости. Большая часть досталась сыну, а остальное вдова разделила между дочерьми. Она выдала их замуж за хороших, зажиточных людей. Род их процветал, золото так и текло в сундуки, дети росли здоровые и красивые. Только одно омрачало достойную старость вдовы – странный недуг, который время от времени поражал ее внуков. На вид цветущие, веселые дети вдруг замыкались в себе, боялись спать и жаловались на кошмары. Особенно пагубное влияние болезнь оказывала на мальчиков.
   Вдова тщательно скрывала тайну семьи. Старый арабский врач сказал ей однажды:
   – Это проклятие богов затерянного города! Они разгневались и требуют вернуть свою святыню – кольцо. Ваш род в опасности. Никто не знает, как могут отомстить боги… но лучше отдать им кольцо.
   – Мой покойный супруг не дал мне никаких указаний по поводу кольца, – отвечала вдова. – Я не могу нарушить его волю.
   – Ваши внуки страдают! – горячо убеждал ее врач. – Мой любимый господин, умирая, просто забыл о кольце. Он бы ни за что не стал подвергать опасности благополучие семьи.
   – Арсений мне ничего не сказал, – твердила вдова. – Я не могу самовольно распорядиться кольцом.
   Лекарь только разводил руками. Упрямая женщина!
   Вдова, тем временем, вошла в свою спальню. Перед узким окном горела лампа. Женщина нажала на рычаг, открывая известный только ей тайник. В темном углублении в стене стоял серебряный ларец. Она открыла крышку впервые после того, как умирающий Арсений показал ей кольцо и велел беречь его как зеницу ока. На черном бархате лежал золотой ободок…
   – Оно светится только при полной луне, – сказал ей тогда супруг. – Это магическая вещь, и ты должна ее сохранить во что бы то ни стало. Судьбе было угодно, чтобы она попала к нам. Пусть ждет своего часа. Когда будешь умирать, передай кольцо нашему сыну.
   Это были последние слова Арсения. Она сама закрыла ему глаза и положила на них две золотых монеты.
   Ее муж был мудрый человек, и она привыкла доверять ему. Но сегодня слова врача смутили ее душу. Что, если он прав и вместе с кольцом в их род пришло проклятие?..
   Лампа зашипела и погасла. В узкую щель окна полился лунный свет, от которого кольцо ярко вспыхнуло… Спальню заполнил нежный голубоватый туман. Испугавшись, вдова захлопнула ларец, и сияние исчезло.
   – Нет! – прошептала она, водворяя ларец на место и закрывая тайник. – Я исполню наказ моего мужа, а там… будь что будет.
   Нельзя удержать свет в ладони, как нельзя остановить людскую молву. Слухи о проклятии рода Арсения поползли по городу. Об этом шептались даже гребцы на судах и погонщики верблюдов.
   Наступил сезон дождей. Вдова тихо угасла, завещав ларец с кольцом сыну, болезненному юноше, страдающему бессонницей. Тот поглядел на тусклое желтое колечко, пожал плечами, да и забыл о нем. Вскоре умер и старый врач-араб. Тайна кольца с уходом тех, кто о ней знал, стала призрачной, как лунный свет…
   О кольце забыли, но оно, согласно традиции, передавалось из поколения в поколение. Время шло, одно царство ходило войной на другое, целые народы исчезали с лица земли, как и память о них. Варвары разрушили Римскую империю, скифские кони топтали чужие степи, горели города и лилась кровь, но торговля оставалась прибыльным и необходимым занятием. Люди меняли золото на лошадей и оружие, хлеб и железо, скот и вино, на предметы роскоши, пряности и благовония. Торговля процветала везде, где кипела жизнь.
   Внуки и правнуки Арсения вели выгодный обмен со Скифией. Женщины и мужчины в их роду были красивые, статные и горячие, а про загадочную болезнь кочевникам никто не рассказывал. Богатые скифы охотно брали в жены купеческих девушек, и кольцо перебралось в скифские степи, а оттуда во владения руссов. Кольцо надолго исчезало, но неизменно возвращалось к потомкам Арсения, которые давным-давно забыли и о своих предках, и о семейном проклятии.
   Во время войны с Наполеоном кольцо попало во Францию, в предместье Парижа. Офицер-француз влюбился в купеческую дочь и увез ее с собой. А во время Первой Мировой войны потомок француза оказался в России и пожелал остаться. Он с удивлением обнаружил, что многие его родственники – богатые люди, владеющие золотыми приисками, фабриками, заводами и шахтами. Поль Норэ, как звали молодого человека, женился на дочери одного из Салаховых.
   Купец проживал в огромном, похожем на терем доме на Волге и имел в своем распоряжении целую флотилию речных судов. Он неохотно согласился на брак красавицы-дочери и заезжего француза, уступив слезам и мольбам девушки.
   Сыграли пышную свадьбу. Жених подарил невесте старинное золотое кольцо, которое привез из Франции. Молодые души друг в друге не чаяли, но тут грянула революция, за ней Гражданская война… Многочисленная семья рассыпалась по всему свету. Многие бежали от советской власти в Европу, Турцию и Китай, некоторые остались…
   Тут история подходила вплотную к Платону Ивановичу Салахову, его сыну Арсению и внуку Юрию. Но кольцо странным образом исчезло. Никто о нем не упоминал. Куда оно делось после того, как Поль подарил его своей невесте? На этот вопрос и пытался найти ответ Платон Иванович. Успел ли? В тетрадях, переданных Гориным, записи обрывались…
   – Приехали, Юрий Арсеньевич.
   Водитель обернулся и посмотрел на хозяина, который сидел, уставившись в окно с потухшей сигаретой в зубах. Странный он какой-то последнее время…
   – Юрий Арсеньевич!
   – А? Да… приехали, вижу…
   Салахов поспешно вышел из машины и направился в офис. По дороге он тяжело вздыхал и потирал подбородок.
   Миновав приемную, он шумно распахнул дверь в свой кабинет и опустился в кресло. Любочка так и застыла с невысказанным приветствием на губах. Просидев неподвижно минут десять, Юрий бросил взгляд на край стола, куда секретарша складывала корреспонденцию. Сверху на бумагах лежало письмо…
   Стараясь ни о чем не думать, он разорвал конверт и начал читать.
   «Уважаемый господин Салахов! – писал неизвестный доброжелатель. – Пока вы занимаетесь бизнесом, Ваша жена предоставлена сама себе. Вам известно, что она не совсем здорова? Скрытая шизофрения – вот ее диагноз. Вы либо не замечаете этого, либо предпочитаете делать вид, что все в порядке. Вам так удобнее. А людям? Больной человек в моменты обострения может представлять угрозу для окружающих. Пока Вы спокойно спите, Ваша жена, босая и простоволосая, бродит по улицам и пугает прохожих. Неужели у Вас нет средств, чтобы поместить ее в хорошую клинику, где ей обеспечат надлежащий уход? Стыдно, господин Салахов, при таком богатстве экономить на здоровье близкого человека!»
   Юрий закрыл глаза и откинулся на спинку кресла. Боже! Как он устал! Что за наваждение с этими письмами? Почему всем есть дело до него и Анны? Шизофрения! Он не то что за нее, уже и за себя поручиться не может. Возвращение в Петербург, на которое он так надеялся, принесло новые неприятности. Почему все так сложно, так запутано? Живут же люди, ходят по вечерам ужинать в ресторан, смотрят дома вместе телевизор, гуляют… воспитывают детей, наконец. А что за жизнь у них с Анной? Сплошные тайны, непонимание и раздражение!
   «Да, да… – думал он. – Я знаю, что не могу не вызывать в ней ответного недовольства. Она же предупреждала меня, говорила – „конь может оказаться не по седоку“. Поди пойми, что она имела в виду на самом деле. Кто же мог предполагать все эти казино, карты, биржи, непонятные отлучки, а теперь еще и загородные дома, какие-то овцы, хождение босиком по ночам. Неужели все правда? И ведь ничего нельзя спросить, нельзя откровенно объясниться, как делают все супружеские пары в мире…»
   Салахов встал и налил себе коньяка. Так и спиться недолго. Коньяк обжег горло, остановился в желудке тяжелым комком.
   «Но почему я верю тому, что пишут? – спросил он себя. – Может, кому-то хочется поссорить нас. А как же агентство „Самсон“, тайно приобретенный дом? Не станет же адвокат Пономарев лгать? Надо проверить самому. Все, все проверить! В личных делах ни на кого нельзя полагаться…»
   – Юрий Арсеньевич…
   Робкий голос Любочки вернул его к действительности. Оказывается, он чуть ли не вслух разговаривает! Что подумают сотрудники?
   – Да, – строго сказал Юрий. – Я вас слушаю.
   – К вам пришли…
   – К черту! – взревел он, вскочил и с шумом рухнул обратно в кресло, которое чудом не развалилось. – Никого не пускать!
   Любочка выпучила накрашенные глазки и испуганно попятилась. В приемной топтались какие-то просители, нуждающиеся в благотворительной помощи. Салахов любил помогать деньгами, особенно музеям. Но сегодня он был не в духе.
   – Хорошо… – дрожащим голоском ответила секретарша, норовя поскорее выскользнуть за дверь.
   Тут Юрий Арсеньевич повел себя непредсказуемо. Он вскочил, так что кресло жалобно пискнуло и отъехало в сторону, схватил Любочку за плечи и хорошенько встряхнул.
   – Вот именно! – закричал он. – У меня все в порядке! Прошу запомнить. Салаховых не так-то легко выбить из колеи! Не получится, господа! Купеческая душа простора требует! Поедем кутить, Любочка? С цыганами, чтобы шампанское лилось рекой!
   Он сгреб недоумевающую секретаршу в охапку и поволок вниз по лестнице, под застывшими от удивления взглядами «ходоков». Сотрудники шарахались от шефа кто куда.
   – Машину к подъезду! – гаркнул Юрий так, что задребезжали люстры. – Сию минуту!
   Не помня себя, он выскочил из дверей офиса, буквально на руках внес Любочку в машину и бросил на заднее сиденье.
   – Гони к Петракову! – крикнул водителю, падая рядом с ним на сиденье. – С ветерком!
   Ресторан «У Петракова» славился русской кухней, цыганами и оркестром. Юрий один раз был здесь с Анной. Кухня ей понравилась, а цыганский ансамбль нет.
   «Слишком шумно, – сказала она. – И все эти Маши-Груши с их пестрыми юбками и неестественной худобой так экзальтированны! Излишний надрыв утомляет…»
   Мысли об Анне испортили Юрию настроение. Кураж пропал, и он, наконец, увидел, что притащил с собой в ресторан Любочку. Ее рыбьи глаза смотрели на него с такой преданностью, что хотелось плюнуть!
   «Что я за человек? – сокрушался Юрий. – Вот сидит напротив женщина, готовая идти за мной в огонь и воду – так нет! Не надо! Мне подавай ту, что непонятна, недоступна…»
   Он заказал то же самое, что в прошлый раз заказывала Анна. Даже тень ее была для него важнее и значительнее живой Любочки, которая сидела, ни жива ни мертва, и не соображала, что происходит.
   – Нам, пожалуйста, супчику ракового с овощами и зеленью, – сказал Салахов официанту. – Потом… лосось, запеченный в карамели, с яблочным соусом. Ну и куриных котлеток, конечно.
   – Все?
   – Почти. Еще соленых черных груздей под водочку…
   Анна была бы довольна таким заказом. Она любила поесть, а если уж пила, то делала это на славу.
   – Я… не люблю водки… – пробормотала Любочка.
   Юрий то ли не расслышал, то ли не захотел вникать, чего желает дама.
   Принесли водку, холодную, запотевшую, и он сразу много выпил, не дожидаясь горячего. Любочка цедила то, что он налил ей в рюмку, и задыхалась от волнения. Она боялась, как бы не повторилось пережитое уже в «Европе»: господин Салахов проводит с ней вечер, галантно провожает до дому, прощается и уезжает.
   Любочка ела суп, ковыряла вилкой лосося, а Юрий пил и пил водку. Его гладко выбритые щеки порозовели, взгляд тяжело блестел.
   Грянул цыганский хор, и у секретарши навернулись на глаза слезы. Молодая цыганка, смуглая и черноволосая, увешанная золотыми монистами, плыла по кругу, звеня браслетами и по-особому вздрагивая всем телом.
   – Пойдем! – сказал господин Салахов, грубо хватая Любочку за руку и увлекая за собой.
   – Куда? Танцевать?..
   Но он уже тащил ее наверх, на второй этаж, «в номера».
   – Нам комнату, – бросил он молодому человеку, привставшему из-за стойки. – Вот, держи! – Юрий сунул ему за пазуху несколько стодолларовых купюр.
   В комнате было темно и пахло березовыми дровами, горевшими в камине. Юрий задел головой низкий бархатный абажур и чертыхнулся. Любочка вскрикнула, когда он повалил ее на широкую кровать, покрытую периной. Они утонули в ее жаркой глубине, задыхаясь от нетерпения, срывая друг с друга одежду. То, что делал Юрий, больше походило на насилие, чем на любовь, но секретарше было все равно. Главное – он с ней! В постели! Наконец-то она добилась своего… Теперь настал ее черед заказывать музыку.
   Юрий утолил страсть, вспыхнувшую в нем, подобно пожару, и лежал, опустошенный. Над ним, в темноте, качалось лицо Анны. Она смеялась…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 [16] 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация