А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Братки – не значит братья" (страница 10)

   – А с этим что делать?
   – Боцман сказал, что надо голову отрубить.
   – Франк, где твоя катана?
   Палач кивнул и со скамейки, что стояла за столиком, взял японский меч, вынул его из ножен. Тускло блеснул стальной клинок. Франк легонько повел пальцем по лезвию и отдернул его так, будто порезался. Бритвенную остроту продемонстрировал.
   Белобрысый стал у Сани за спиной, попытался взять его за волосы. Но прическа у него короткая, как раз такая, чтобы нельзя было ухватиться за волосы. Поэтому бандит ладонями, будто щечками тисков, сжал его виски, поднял голову так, чтобы обнажилась шея. А Франк замер в готовности нанести боковой рубящий удар…
   Саня зажмурился в ожидании последнего для себя мига. Умереть не страшно. Лишь бы только у Франка рука не дрогнула, лишь бы он одним ударом голову срубил…
   Но палач не торопился, и от сильного нервного напряжения у Сани загудело в голове, как в трансформаторе под напряжением.
   – А ты смелый пацан! – восхищенно протянул белобрысый. – И я даже не хочу тебя убивать. Мамой клянусь, если сдашь нам Захара, домой отпущу! Прямо сейчас и отпущу…
   Но Саня молчал, ничего не говорил. И глаз не открывал.
   – Не хочещь говорить? Ну, тогда прощайся с жизнью. Раз… Два…
   На счете «три» что-то тяжелое и прочное ударило в шею, и Саня будто рухнул куда-то в пропасть.

   Глава 10

   Сменщица оставила переносной телевизор. Лариса в нем не нуждалась, но «спасибо» все же сказала. И телевизор выключать не стала. По местному каналу шли в основном заграничные фильмы из тех, что раньше крутили в видеосалонах – боевики, ужасы, комедии. Лариса смотрела их вполглаза и слушала вполуха. Но вдруг она услышала фамилию «Михеев», и ее словно током ударило.
   – Следствие не исключает, что гражданин Михеев был убит в результате так называемых криминальных разборок…
   Эта новость вывела ее из депрессии, в которой она пребывала последние часы.
   – Следствие также считает, что причиной убийства, возможно, стали притязания Михеева на долю в закрытом акционерном обществе «Красностальский металлургический комбинат»…
   На экране телевизора дымили заводские трубы, но следующий кадр открыл взгляду накрытый простыней труп человека, которого укладывали в машину «Скорой помощи». Еще камера показала дом, в котором Лариса чуть не погибла от рук бандита. Не оставалось никаких сомнений, что речь шла о том самом Михее.
   – Как мы сообщали ранее, гражданин Михеев, известный в криминальном мире как Михей, был убит снайперским выстрелом позавчера, двенадцатого августа. Убийство не раскрыто, следователи прокуратуры воздерживаются от официальных комментариев, но, тем не менее, уже можно делать определенные выводы. Журналистское расследование продолжается. С вами был Ефим Андреев!
   Кто такой этот Ефим Андреев, камера не показала. Возможно, тем самым журналист давал понять, что опасается за свою жизнь. Что ж, возможно, так и было…
   – Что, страшно жить? – спросил вдруг знакомый голос.
   Лариса подняла глаза и увидела Сергея. Он весело улыбался, глядя на нее из-за стойки. Похоже, видел и слышал все, что происходило на экране телевизора.
   – Снова кого-то убили?
   Лариса еще вчера заступила на второе свое дежурство. Прошла ночь, а она только сейчас увидела Сергея. Хотя хотела повидаться с ним раньше… Да, именно хотела. Хотя и пыталась откреститься от этого предательского, как ей казалось, желания.
   И вот Сергей появился. Его веселая улыбка должна была согреть ее, но Лариса вдруг ополчилась на молодого мужчину. Его беспечность раздражала. Вокруг лютуют бандиты, никому нет от них житья, а для него убийство – своего рода развлечение.
   – Убили! – сердито сказала она. – Михея убили. Бандитского подонка. Который убил моего мужа! Который хотел изнасиловать меня! Из-за которого я потеряла ребенка.
   На этом запал злости иссяк, и она закрыла глаза ладонями, чтобы Сергей не видел, сколько в них страдания и боли.
   – Извини.
   Похоже, он понял, что причиной этой отповеди стала его веселая беспечность.
   – Да нет, ничего… – Девушка нашла в ячейке ключи от его номера, положила их на стойку.
   Но Сергей не торопился их брать.
   – Извини, – повторил он. – Я не знал про твоего мужа… И про ребенка…
   – Это ты меня извини. Сама не знаю, зачем я тебе это сказала.
   – Наверное, потому, что хочешь выговориться. Или я что-то не так сделал?
   – Да, наверное… Наверное, мне нужно выговориться…
   – Давно ты мужа потеряла?
   – Два месяца уже прошло…
   – Теперь ясно, почему ты такая печальная. Прости, не знал… Пойду я…
   Его не было в номере всю ночь, и непонятно, где он пропадал. И почему он сегодня не на работе… Но Лариса не осмелилась спросить об этом Сергея. А сам он ничего не сказал и, забрав ключи, скрылся в своем номере.
   Полдень уже. Через два часа Лариса должна смениться. Она уйдет, а Сергей останется здесь, и увидеться они смогут только в следующей смене… Нет, она не хотела видеть его каждый день. Но ее смущало, что сегодня она уйдет с осадком на душе. Взяла и нагрубила Сергею, заставила его извиняться. Что, если он больше не захочет общаться с ней? Ей, конечно, все равно…
   Лариса до боли закусила губу. Нет, ей не все равно. И Сергея она хотела видеть каждый день. Но это предательство по отношению к мужу. И ей ничего не остается, как уволиться, чтобы не искушать себя…
   Сергей появился за час до пересменки. На этаже спокойно, постояльцы появляются редко. Можно и поговорить, хотя Лариса готова была разговаривать с ним хоть в час пик.
   – Я тут подумал… – пальцем коснувшись носа, сказал он. – Непростая ситуация вырисовывается. Два месяца назад погиб твой муж, сегодня застрелили его убийцу. И трагедия у тебя, и радость… Ну, не совсем радость, но все-таки приятно осознавать, что убийца близкого тебе человека получил по заслугам.
   – В какой-то степени – да, приятно, – кивнула девушка.
   – Вот я и подумал, что тебе нельзя сейчас замыкаться в себе. Тебе, Лариса, нужно выговориться. У меня сегодня выходной; ты, я так понимаю, скоро сменишься. Мы бы могли встретиться где-нибудь. Посидеть в кафе…
   – Я не могу, – вопреки своим тайным желаниям отказалась девушка.
   – Я понимаю, траур…
   – Да, траур. И не в моем положении развлекать… – она запнулась, не зная, как назвать Сергея.
   – А не надо меня развлекать. Развлекают пустопорожними разговорами. А ты мне о своих проблемах расскажешь. Обязуюсь алкогольные напитки не предлагать. И руки не распускать тоже.
   – Все это хорошо, но я должна отказаться.
   Лариса крепко взяла в узду свои желания, и Сергею ничего не оставалось, как уйти несолоно хлебавши. Она его не остановила. За что едва не прокляла саму себя…
* * *
   Захар щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся. Сигарета крепкая, но он этого даже не замечал, потому что сильно волновался. Не каждый день он встречается с Фирсаном, с человеком, от которого зависит его жизнь и судьба.
   К нему подошел Кеша, начальник личной охраны, легонько тронул за плечо.
   – Пошли.
   Фирсан ждал его в своем кабинете. Казино «Абсолют» считалось лучшим в городе – и размах здесь не хуже, чем в столице, и «звезды» из Москвы здесь частые гости. Неудивительно, что Фирсан считал это заведение своим любимым детищем. Правда, днем он заседал в офисе своего банка, но вечера посвящал казино. И дела свои здесь решал, и отдыхал.
   Обычно Фирсана можно было застать в компании двух очаровательных девиц из эротической подтанцовки, но сейчас он был один, что само по себе подчеркивало важность предстоящего разговора.
   Фирсан сидел в глубоком кресле, поглаживая роскошного персидского кота, которого он держал в руках. На пальце сверкал золотой перстень с крупным бриллиантом. Фактурный мужчина, представительный. Есть что-то аристократическое в его широкоскулом лице. Глаза у него большие, черные, глубокие. И бровь смоляная… Одна бровь. Второй нет. Вместо нее – глубокий рубец, слегка поросший бесцветными волосами. Фирсан подкрашивал эту поросль, потому нужно было хорошо присмотреться, чтобы заметить шрам.
   – Ну, и что ты хотел мне сказать? – небрежно спросил он.
   – Михея больше нет, – заискивающе отозвался Захар.
   – Я в курсе.
   – Теперь можно решить вопрос с Боцманом.
   – С чего ты взял, что с ним нужно решать? – удивленно повел бровью Фирсан.
   – Есть соображения…
   Захар уже встречался с боссом после своего ранения. Фирсану бы извиниться перед ним за свою несдержанность, так нет. Захар сам просил у босса прощения за срыв операции в Москве. И еще тогда он рассказал про парня, которого случайно нашел в больнице. Захар сам хотел набрать людей в свою новую команду, и Саня Муравьев казался ему кандидатом если не идеальным, то близко к тому. Фирсан отнесся к его затее с пониманием. И даже разрешил грохнуть Михея, с которым у него были старые счеты. Тогда же разговор зашел и о Боцмане, который мешал ему еще больше. Фирсан дал понять, что вовсе не прочь избавиться от своего давнего соперника. И даже цену вопроса назвал…
   – Я не знаю, что у тебя за соображения, но Боцман нам пока не мешает.
   – Как скажешь, Анатолий Геннадьевич, – склонил голову Захар.
   – А может, и мешает, но пока не очень… Думаешь, твой чеченец сможет его исполнить?
   – Ну ты же в курсе, что сработал он чисто. Как по нотам сыграл…
   – В курсе. Зацепок нет. Если не считать, что у твоего «чеченца» рамсы с Михеем были…
   – Рамсы к делу не пришьешь. К тому же мы проверочку ему на всякий случай организовали. Пацаны к нему подъехали, под ментов сработали, в подвал его отвезли. Конкретно Саньку развели. Другой бы на его месте в штаны навалил, а этот хоть бы хны. Ни себя не сдал, ни меня. А ведь мы ему голову отрубить собирались… Отчаянный пацан. Молодой, правда, горячий, но я его обточу, нормально все будет.
   – Ну, если проверка серьезной была… – задумался Фирсан.
   – Серьезней не бывает. У Гриши спроси, он мне со своми пацанами помог.
   – Спрошу. И где сейчас твой Санек?
   – Дома. В чувство приходит… Я ему сказал про проверку, так он ничего, возникать не стал. Надо было, говорит, самому догадаться. Без проверки, говорит, в таком деле никак нельзя…
   – Так, может, он догадался? – усмехнулся Фирсан. – Потому и держался…
   – Да нет, он еще хитрить не умеет. У него все на лице написано. Нет, не догадывался он ни о чем. И с ума натурально сходил.
   – С ума сходил?
   – Ну да, это у него защитная реакция такая – типа, если умирать, так с музыкой. Вот он и рвал на себе рубашку. Типа, стреляйте в грудь коммуниста!.. Да нет, Саня реально сильный пацан. Войну прошел. И стреляет отменно.
   – Стреляет, говоришь, отменно? Есть вариант, как Боцмана сработать, – в раздумье покачал головой босс. – Так, чтобы без проблем. Расстояние там большое, метров семьсот. Справится твой «чеченец»?
   – Думаю, да.
   – Так думаешь или справится?
   – Он говорил, чеченского снайпера с восьмисот метров снимал…
   – Ну, если снайпера… Что ж, можно вам Боцмана поручить. Только вот дальше что?
   – В смысле, дальше?
   – Опасно этого «чеченца» здесь держать, вдруг кто узнает…
   – Так ты же сам сказал, что если издалека стрелять, то без проблем все будет. А сам Саня никому ничего не расскажет. Я за него головой ручаюсь… За Митроху и Пустыря не ручался, а за него поручусь.
   – Может, все-таки лучше подчиститься?
   Захар и хотел согласиться с боссом, но не мог себе этого позволить. Если он сдаст своего исполнителя, то Фирсан может зачистить и его самого. А так если Сане будет дарована жизнь, то и ему ничто не будет угрожать. А если пацана вдруг убьют без его ведома, тогда он просто исчезнет из виду, пока не добрались до него самого. Соломка на случай такого падения у него подстелена…
   – А как же Москва?
   – При чем здесь Москва? – не понял Фирсан.
   – Ну, дело нужно доделывать…
   – А ты думаешь, мне больше некого туда послать?
   – Есть, конечно…
   Захар не был столь наивным, чтобы считать себя незаменимым. Он всего лишь составная часть карательного механизма, которым располагает Фирсан. Механизм этот, правда, ослаб после зачисток, которые произошли после большой войны, когда со сцены сошли сразу три криминальные группы… Еще два года назад в Красностальске вовсю зверствовали крутые и не очень бригады, дербанили местных коммерсантов так, что треск стоял. Ситуация в городе накалялась из года в год, пока не случился большой взрыв. Сначала в дело вступил Боцман со своими киллерами, затем подключился и Фирсан. Взрывы, автоматные и пулеметные очереди, снайперские выстрелы… Кровь лилась рекой.
   Сначала с орбиты сошла спортивная банда Кабана, затем уголовно-воровская кодла Запорожца, за ними развалилась «махновская» бригада Стригуна. Фирсан с Боцманом воевали между собой, и их бойцы изничтожали друг друга с завидным упорством. Но, в конце концов, между ними установился мир, а особо отличившихся бойцов из киллерских бригад Фирсан потихоньку вывел в расход, чтобы правда о той лихой войне ушла под землю вместе с ними. Остались только самые надежные. Захар в том числе…
   – Есть у меня спецы, Захар. Только московскую проблему пока не решили… – В тяжком раздумье покачал головой Фирсан.
   – Может, я смогу? Мне бы еще двух пацанов понадежней, на подхват…
   – Да нет, дело не в том, что некому решить. Если бы ты сразу отработал цель, все было бы нормально. А ты вспугнул жертву. Или она сама по себе в теплые края ушла. Лето, курорт, сам понимаешь… Но ничего, она уже вернулась, и с ней работают.
   – Кто?
   – А это тебе не надо знать. Хотя, возможно, ты еще сгодишься для этого дела.
   – Всегда готов!
   – А пока надо разобраться с Боцманом… И с Конотопом надо бы сразу решить… И с Брюхом… Ну, этих другие сделают. А ты давай Боцманом займись.
   – Какой срок?
   – Да нет, не надо никаких сроков. Дом у него на озере, там его и снимешь. Дело не сложное, если снайпер сильный… Ты пока со стрелком своим поработай, потренируй его. А как только Конотопа с Брюхом на мушку возьмем, я дам тебе знать. Всех разом и грохнете, чтобы некому было движение поднять. Мы тогда на них скопом навалимся… Ну, это уже детали, они тебя не касаются…
   – Санька Боцмана сработает, не вопрос. А если в Москву нас отправишь? – забросил удочку Захар.
   Смутно говорил Фирсан, и непонятно, то ли действительно кто-то из его киллеров работает в столице, то ли он нарочно тень на плетень наводит, чтобы сбить цену…
   – И что?
   – Санька за идею работать не станет. А я ему серьезные деньги предлагал.
   – Сколько?
   – Двадцать тысяч за Боцмана. Пацан расти должен. А на голодном пайке далеко не уедешь. Да и ты говорил, что Боцман больших денег стоит…
   – Так я и не отказываюсь от своих слов… А за идею работать надо. Потому что наша идея – это деньги, – снисходительно усмехнулся Фирсан. – Чем больше денег, тем больше идея… Пятнадцать тысяч ему оставь. Для начала. Если классно сработает, можешь больше пообещать. За московское дело можно тридцать штук срубить, и тебе конкретно обломится. Ставки там очень высокие.
   Фирсан выпустил из рук кота, с барской неторопливостью поднялся со своего места, вышел в соседнюю комнату, где у него находился сейф, вернулся с конвертом, в котором лежали деньги.
   – Здесь четвертной. За Боцмана. Пятнашку снайперу, остальное тебе и на расходы. Винтовку и патроны возьмешь у Полуяна… А с пацаном не жадничай. Ты правильно сказал, ему расти надо. Это ты за идею можешь, а ему другой стимул нужен, более серьезный. Мне кажется, что ты правильно на него поставил… Давай, дерзай!
   Особой щедростью Фирсан не страдал. За рядового бандита он мог заплатить копейки, но за того же Михея отстегнул пять штук, как за бригадира. За Боцмана же он готов был дать гораздо больше, и, честно говоря, Захар надеялся получить как минимум сорок штук. Но, увы, Фирсан пожадничал.
   Впрочем, Захар мог заплатить Сане всего пять тысяч, а то и вовсе три. Не проблема наплести ему, что Боцман упал в цене. Но Захар не поддался искушению снизить гонорар до такого минимума. У него очень серьезные виды на Саню, поэтому обманывать он его не станет и отстегнет ему назначенные боссом пятнадцать штук. Половину «до», половину «после»…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация