А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Посредник" (страница 1)

   Сергей Цветков
   Посредник

   – Мистер Норман Гейц? – Голос в телефонной трубке, судя по всему, принадлежал молодому мужчине. Частный сыщик, телохранитель, посредник?
   – К вашим услугам, господин э-э-э…
   – Зовите меня Джон Смит.
   – Смит? Случайно не родственник Папаши Смита с Эверли-роуд?
   – Нет. Боюсь, что нет.
   «И даже не однофамилец», – заключил я про себя, вслух же поинтересовался:
   – Чем могу быть полезен?
   – Мне вас рекомендовал Мозес Браун.
   – Я помню господина Брауна. Продолжайте.
   – Скажите, «посредник» на вашей визитке означает именно то, что я думаю?
   – По правде сказать, я не читаю мыслей и не могу знать, что вы себе думаете, но, если вы слышали обо мне от господина Брауна, полагаю, вам известно, о каком посредничестве идет речь.
   – Значит, я не ошибся.
   – Не мне судить.
   – Надеюсь, что не ошибся. Впрочем, услуги посредника могут и не понадобиться. Для начала я просто хотел бы попросить отыскать одного человека. Пять сотен для начала хватит?
   – Для начала – да. Полагаю, нам нужно встретиться и обсудить детали. Как насчет ресторанчика «У Тимми» на углу Кловер-стрит и Фредерикс? В пять устроит?

   Девушка в легком не по погоде платье на мгновение остановилась, затравленно посмотрела через плечо – и вновь ускорила шаг. Не решаясь открыто просить о помощи, она заглядывала в лица встречных прохожих в надежде, что те заметят в ее глазах мольбу и отчаяние и проявят участие. Тщетно. На девушку просто не обращали внимания.
   Как не обращали внимания и на следующую за ней пару рослых мужчин. В одинаковых черных костюмах-тройках они так походили друг на друга, что не будь один из них белым, а второй – чернокожим вполне сошли бы за близнецов. От девушки они держались на почтительном расстоянии, не приближаясь, но и ни на шаг не отставая.
   Когда та поравнялась с баром «Ирландское рагу», я решил, что пора вмешаться: нагнал ее, сгреб в охапку и силой втолкнул в двери заведения. Все произошло быстро, можно было бы сказать, что девушка даже не успела испугаться. Если бы к этому моменту она уже не была смертельно напугана.
   Понимая, что слова вряд ли ее успокоят, я все же шепнул:
   – Все в порядке, я друг.
   То ли я был на диво убедителен, то ли у нее просто не осталось сил сопротивляться, но она покорно проследовала со мной к барной стойке. За стойкой, как обычно в этот час, стоял Алекс – как и все бармены в «Рагу», веснушчатый парень с огненно-рыжей шевелюрой. Ирландцем, как и большинство его коллег здесь, он не был, но тех, кто приветствовал его словами «ди э гвит», разуверять не спешил – поддерживал репутацию заведения. Кроме того, для Алекса это была возможность попрактиковаться в актерском мастерстве: работу в баре он считал временной, судьбу же свою намеревался связать со сценой.
   Алекс кивнул мне. Спросил:
   – Бурбон, как обычно?
   Я отмахнулся:
   – Не сейчас. Помоги обрубить «хвост».
   Бармен невозмутимо откинул панель столешницы, пропуская нас за стойку. Не теряя ни секунды, я направился в подсобку, увлекая спутницу за собой.
   Шкаф у дальней стены подсобного помещения маскировал выход к лестнице черного хода. По ней мы поднялись на третий этаж и, миновав офисы адвокатской конторы «Лифшиц и Лифшиц», торговой компании «Импорт Инкорпорейтед» и представительства фирмы «Солвинг Индастриал», оказались у двери с табличкой «Норман Гейц, частный сыщик».
   – Ну, вот мы и пришли, – сообщил я девушке, безропотность которой начинала меня тревожить. – В моем логове вы будете в безопасности.
   Гостья задержалась у порога, пристально посмотрела мне в глаза, затем тяжело вздохнула и вошла в кабинет. Я, естественно, последовал за ней.
   Усадив даму в кожаное кресло, которое по сравнению с прочей, весьма спартанской, обстановкой комнаты можно было бы назвать даже роскошным, я достал из шкафчика медную турку и жестяную банку с молотым кофе.
   – Против кофе, надеюсь, не возражаете? – Вопрос был задан мной скорее для проформы. Девушка в ответ пожала плечами, что я расценил как согласие.
   Я приготовил чашки, бросил на дно турки пару ложек кофе, немного сахара, залил все холодной водой из кулера и поставил на электроплитку. Конечно, была у меня в хозяйстве и эспрессо-машина, но эспрессо – напиток утренний, его задача – бодрить, пинками прогоняя сон. Сейчас же требовалось иное – согреть, дать в полной мере насладиться вкусом и ароматом, создав ощущение покоя и уюта. Разве машине по силам такая задача?
   – Меня, как вы уже наверняка поняли, зовут Норман. Норман Гейц, – решил я не затягивать повисшую паузу. Кофе между тем дал пену, и мне пришлось отнять турку от плитки, помешивая содержимое. – Вы не сочтете за бестактность, если я поинтересуюсь вашим именем?
   – Хелен, – еле слышно выдохнула гостья.
   – Рад знакомству, Хелен. – Я вернул турку на плиту. – Простите великодушно, кофе – напиток очень ревнивый, если не уделить все внимание ему – убежит.
   Словно подтверждая мои слова, кофе вновь запенился, и я опять поднял турку. Подождав немного, снова поставил ее на раскаленную поверхность. Вскоре пена поднялась в третий раз, что означало: напиток готов, пора разливать его по чашкам.
   – Ну-с, Хелен, надеюсь, вы не в обиде на мою бесцеремонность? Мне просто показалось, что вы в беде…
   – Скажите, вы видели их?
   – Кого? Двоих молодцов, вырядившихся людьми-в-черном?
   Девушка кивнула:
   – Когда вы меня схватили, я решила, что вы с ними заодно.
   – Уверяю вас, Хелен, все совсем не так.
   – Это я уже поняла. Впрочем, будь вы одним из них, я и тому была бы рада.
   – Вот как? Почему же?
   – Видите ли… Норман, да?
   – Совершенно верно.
   – Видите ли, Норман, эта пара преследует меня уже несколько дней. Преследует неотступно, но… Нет, вы, наверное, сочтете меня ненормальной.
   – Если не станете кидаться на меня и крушить мебель – не сочту. – Я улыбнулся.
   – Просто все это так… странно. Обнаружив, что они повсюду следуют за мной, я пыталась убежать. Бесполезно. Тогда я решила: какого черта?! Подойду к ним и спрошу, что им нужно.
   – Смелое решение. Даже безрассудное.
   – Да, но… У меня ничего не получилось! Я ни на шаг не смогла приблизиться к ним. Они всякий раз отступали, сохраняя расстояние между нами неизменным. Вот почему я начала думать, что схожу с ума и эта парочка – лишь порождение моей больной фантазии.
   – Готов присягнуть, что видел их так же ясно, как вас сейчас, а значит, они вполне реальны. И, боюсь, представляют для вас вполне реальную опасность.
   – Да, вероятно.
   Хелен потянулась было к чашке с кофе и вдруг замерла, о чем-то напряженно размышляя.
   – Послушайте, Норман, вы же частный детектив? – спросила она, откинувшись в кресле.
   – Да. Нечто вроде того. – Я положил перед гостьей свою визитку.
   – «Норман Гейц. Частный сыщик. Телохранитель. Посредник», – прочитала Хелен. – Мистер Гейц, я хотела бы нанять вас.
   Ого. Клиенты пошли косяком. Впрочем, нельзя сказать, что я не приложил к этому усилий.
   – В качестве телохранителя?
   – И это, видимо, тоже. Но в первую очередь – в качестве детектива.
   – Мои услуги недешевы.
   Гостья скептически оглядела кабинет.
   – Да, я вижу, что большинству жителей нашего городка они, видимо, просто не по карману. – Девушка впервые с момента нашей встречи улыбнулась. И, надо сказать, весьма язвительно. Удивительно, как даже в самом отчаянном положении женщины умудряются сохранять прагматизм в том, что касается денег. – Не переживайте, я не стеснена в средствах.
   – Вы улыбнулись? Я готов принять это как задаток.
   – Если вы берете плату улыбками, то, чтобы получить гонорар сполна, вам придется изрядно потрудиться – положение мое к веселью не располагает. Может, все-таки согласитесь на деньги?
   – Посмотрим. Как бы то ни было, задаток я получил. Выкладывайте вашу проблему. Я так понимаю, преследователи в черном – не единственное, что вас тревожит?
   – О да, вы все поняли верно. Хотя раз мы выяснили, что странная пара – не галлюцинация, возможно, она каким-то образом связана с… Возможно, их послал мой отец.
   – Ваш отец? Но для чего?
   – Неважно. Они ведь меня здесь не найдут?
   – Полагаю, на какое-то время мы избавились от них. И все же, что случилось между вами и вашим отцом?
   – Я сбежала.
   – Он что, бил вас, держал взаперти?
   – Нет, вы все не так поняли!
   – Так объясните же. – Я чуть было не добавил «черт вас дери!», но, взглянув собеседнице в глаза, осекся. – Вы, насколько я могу судить, совершеннолетняя молодая женщина. В вашем возрасте нормально покидать родительский дом…
   – Только если это не дом Полеску.
   – Что, простите?
   – Только если это не правящий дом Полеску. Мой отец – европейский монарх.
   – Король?
   – Князь. Его Светлейшее Высочество князь Алдонии Борис Полеску.
   – Так вы – принцесса?
   – Я не нарочно.
   – Это шутка?
   – Увы. Мы с папой старались сохранить свой визит в вашу страну в тайне.
   – У вас получилось, Ваше Высочество.
   – Прошу вас, зовите меня просто Хелен. Боюсь, после всего, что я сделала, я потеряла права на титул.
   – Что же вы сделали?
   – Вышла замуж.
   – И, разумеется, не за принца крови?
   – Дональд – клерк в страховой компании. Он начал ухаживать за мной, не зная, кто я. Это было так… необычно. Не могу сказать, что я сразу потеряла голову, но в конце концов он покорил меня. Мы поженились в Вегасе.
   – Втайне от отца?
   – Втайне от всех. Но я не смогла удержаться и сама обо всем рассказала папе. Его реакция меня поразила. Я ждала вспышек гнева, метания громов и молний. Он же оставался спокоен, хотя я видела, что мой поступок сильно расстроил его. О том, чтобы принять Дональда в семью, он, конечно, и слышать не хотел. Муж потом рассказал, что отец предлагал ему деньги, угрожал… Дональд, само собой, оставался непреклонен, но ни о какой нормальной семейной жизни, пока я принцесса, речи быть не могло.
   – И вы решили сбежать от отца?
   – Да, Дональд придумал отличный план, у нас почти все получилось. Мне удалось незамеченной, как мне казалось, покинуть особняк – нашу временную резиденцию. Но когда я явилась в условленное место, Дональда там не оказалось. А еще через какое-то время я обнаружила…
   – Что за вами повсюду следует парочка клоунов в черном.
   Госпожа Полеску кивнула.
   – И вы хотите, чтобы я отыскал вашего ненаглядного?
   Снова кивок.
   – Тогда расскажите мне все, что о нем знаете.
   Через десять минут с полдюжины страниц в моем блокноте были заполнены сведениями о Дональде Транке, двадцатичетырехлетнем страховом клерке из Вулриджа, Оклахома.
   – А теперь, Ваше Высочество…
   – Я же просила – просто Хелен. Или миссис Транк.
   – О’кей, миссис Транк, полагаю, вам стоит прилечь и отдохнуть. Вон там за ширмой – вполне приличный диван. Конечно, не пуховая перина, зато отсутствие горошин я вам гарантирую.
   – А как же вы?
   – У меня назначена деловая встреча в городе. Да и по вашему делу предстоит побегать, и чем раньше я начну, тем больше шансов на счастливую развязку.
   Хелен, только-только начавшая оживать, вновь помрачнела, услышав в моих словах намек, что развязка может быть и несчастливой. Иногда мне хочется вырвать свой язык к чертям собачьим. Вместо этого я взял со столика чашку кофе, к которому гостья так и не притронулась, и, обнаружив, что напиток совсем остыл, без жалости вылил его в помойное ведро.

   Вторую встречу молодому человеку, назвавшемуся Джоном Смитом, я назначил все там же – «У Тимми». Клиент, как и в первый раз, пришел раньше меня, но теперь, наученный горьким опытом, ничего из еды заказывать не стал, ограничившись пинтой английского эля – кухня в ресторанчике была преотвратная, зато расположен он – лучше не придумаешь. Потому-то я и любил использовать его как площадку для переговоров на нейтральной территории.
   Заказав себе двойной бурбон (в «Ирландском рагу» так и не удалось получить свою порцию), я подробно изложил все, что успел накопать по делу. Новости были печальные.
   – Вы уверены, что моя жена мертва? – В голосе молодого человека читалось, что втайне он, несмотря ни на что, надеется услышать отрицательный ответ. Но дарить напрасные надежды – не моя работа.
   – Да, мистер Смит, боюсь, оправдались ваши худшие подозрения.
   На мгновение Джон закрыл лицо ладонями. Справившись с известием, продолжил:
   – Как она умерла? Где ее тело? Я могу ее видеть?
   – Я могу ее видеть. А значит, скоро смогу ответить на все ваши вопросы. Найдете пару долларов – заплатить за мой бурбон?
   – О, само собой.
   – Хорошо.
   – Дайте знать, как только что-нибудь выясните.
   – Разумеется.

   Перед тем как отправиться к «Тимми», я позвонил старому приятелю – Шляпе Мэтту. Сейчас его, понятное дело, никто так не называет, даже я рискую делать это только за глаза – все ж таки целый полицейский инспектор. Инспектор Хенриксен. Одиннадцать лет назад мы были с ним напарниками, и уверен, оставались бы ими до сих пор, если бы не чертов «браунинг» одного из громил Слона Макки. Слоном в Уорвик-сити до сих пор пугают детей. Он держал в кулаке весь наш городок, пока Неистовый Марк Стилецки, заняв офис прокурора, не объявил крестовый поход против организованной преступности. Так вот, громила из банды Макки всадил в меня три свинцовых боба двадцать второго калибра. Два в плечо и один в голову.
   Двадцать второй – калибр вроде бы несерьезный. Пулька крохотная, пороха в гильзе – кот наплакал. Так что плечо пострадало не сильно. А вот голова… Нет, мне, конечно, повезло. Пуля покрупнее прошила бы череп насквозь, вышибив из него все содержимое. В моем случае почти вся ее энергия ушла на то, чтобы пробить кость, проделав входное отверстие. После этого пуля пошла по пути наименьшего сопротивления – между внутренней поверхностью черепа и мозгом, остановившись где-то в районе темени. Так, по крайней мере, сказал рентгенолог из госпиталя, куда меня доставили после инцидента. Правда, случился этот разговор гораздо позже, после нескольких месяцев, проведенных на больничной койке между жизнью и смертью.
   Само собой, из полиции меня с почетом проводили, и я завел собственное дело. И тут вдруг оказалось, что приятель в полицейском управлении – серьезный козырь в моем бизнесе. Особенно если этот приятель не забывает, что порция свинцовых бобов, которую я получил, предназначалась ему.
   В этот раз я попросил Мэтта отыскать все, что можно, на Дональда Транка, а также выяснить, какой из особняков в окрестностях Уорвик-сити стал резиденцией князя Алдонии. Последнее, конечно, можно было узнать и у Хелен, но я не хотел, чтобы она, чего доброго, вообразила, будто я хочу вернуть ее отцу в надежде на более щедрое вознаграждение. Да и Шляпе будет полезно узнать, с птицами какого полета я теперь имею дело.
   В ответ Мэтт обозвал меня распоследними словами, сообщил, что достаточно подтирал за мной, пока я валялся в коме, и что мне уже пора хоть что-то делать самостоятельно. В общем, выдал свой стандартный набор, означавший, что в назначенное время в назначенном месте я получу все, что надо, и даже сверх того.
   Так оно и вышло.
   Мы договорились встретиться в городском парке, возле городка аттракционов. Я пришел раньше, чем нужно, и успел перехватить пару хот-догов в ларьке у колеса обозрения – ведь за все свои сегодняшние походы по барам-ресторанам я отправил в желудок лишь чашку кофе да двойную порцию виски. Едва я успел слизать с пальцев горчицу, явился Хенриксен:
   – Судя по манерам, ты уже вовсю освоился в высшем свете.
   – И ты будь здоров, инспектор! – Я решил проигнорировать подколку.
   – Неплохая, кстати, идея: поедешь к принцу – прихвати пакет хот-догов.
   Вот такой он, Мэтт, не успокоится, пока не убедится, что его чувство юмора заметили и оценили.
   – Во-первых, не к принцу, а князю, во-вторых, ха-ха-ха, очень смешно. Ну а в-третьих, я так понимаю, ты узнал, где он обосновался.
   – В точку. Особняк «Ноорд-гебау» на северном выезде из города.
   – Ага, знаю такой. А что по Дональду Транку?
   Инспектор протянул мне картонную папку:
   – Сам понимаешь, официально ссылаться на эту информацию ты не можешь, просто прими ее к сведению.
   – Ты спешишь?
   – Да, служба.
   – Ну, давай, удачи тебе.
   – Тебе тоже. В кислое дело ты влез, приятель.
   Читать досье, собранное Хенриксеном, я закончил, когда такси уже подвозило меня к «Ноорд-гебау» – внушительному строению в неоготическом стиле, больше похожему на костел, чем на жилой дом.
   Разумеется, распахивать ворота, ведущие к княжеской резиденции, перед каким-то такси никто не собирался. Я отпустил машину, а сам стал интенсивно давить на кнопку интеркома. В особняке долго делали вид, что дом пуст, но спустя какое-то время сдались.
   – Да? – раздалось из динамика.
   – Я бы хотел поговорить с его Светлейшим Высочеством князем Борисом.
   – Вы ошиблись.
   – Передайте князю, что дело касается его дочери.
   – Подите прочь, – ответил уже другой голос.
   – Ваше Высочество, это вы? Я знаю, что случилось с вашей дочерью.
   – Пойдите прочь. Принцесса Елена сейчас в Париже, гостит у своих друзей.
   – Я знаю, что случилось с вашей дочерью. Догадываюсь, что вы во всем вините себя. Но вы ни в чем, слышите, ни в чем не виноваты! Мое имя Норман Гейц. Наведите обо мне справки – и все поймете.
   Динамик смолк. Потянулись минуты. Через какое-то время я начал жалеть, что отпустил такси – пешком до города путь неблизкий, а встретить попутку в такое время практически невозможно. Когда я уже готов был отчаяться, раздался щелчок электромагнитного замка, и калитка приоткрылась. Мне поверили. Поверили в то, во что я сам порой отказываюсь верить.

   Ранение изменило меня. Поначалу я думал, что сошел с ума, что месяцы комы повредили мой мозг. Мне потребовалось немало времени, чтобы понять: придя в себя, я так и остался между жизнью и смертью. Среди живых людей я стал видеть души умерших.
   Обычно душа, покидая тело, не задерживается на земле, отправляясь либо к райскому блаженству, либо на адские муки. К месту назначения ее всегда сопровождают двое. Я называю их ангелами смерти, хотя и не уверен, что они проходят именно по этому – ангельскому – ведомству. Я вижу их одетыми в старомодные черные костюмы. Возможно, так мозг интерпретирует то, что не может адекватно воспринять, а может, высшие силы просто без ума от стиля пятидесятых.
   Однако не всегда все проходит гладко. Бывает, человек так и не успевает понять, что умер, и продолжает бродить по улицам, удивляясь, почему его перестали замечать, почему он вдруг стал никому не нужен. Ангелы смерти следуют за ним, терпеливо дожидаясь, когда умерший наконец осознает свое положение.
   И чем ближе этот момент, тем ближе к покойному ангелы.
   Вас удивляет, как человек может не заметить, что стал бесплотным духом? Дело в том, что наше сознание (или подсознание – не силен я в мозговедении) – штука крайне консервативная, оно готово до последнего отгораживаться от всего, что угрожает его статус-кво. Не скованное физическими рамками, оно продолжает поддерживать иллюзию телесной оболочки, не пуская умершего сквозь стены и закрытые двери, заставляя реагировать на тычки и легкие прикосновения. Конечно, эта симуляция взаимодействия с предметами материального мира – односторонняя. Сами мертвецы не могут ничего ни подвинуть, ни поднять, повернуть дверную ручку для них – неразрешимая проблема. Но, хранимые подсознанием от потрясений, они не замечают этого. Если, допустим, на их пути встанет дверь, то вместо того, чтобы толкнуть ее или потянуть на себя, они застынут, задумавшись – подсознание услужливо подкинет нужную мысль, – и будут так стоять, пока дверь не откроет кто-нибудь из живых. Мертвецы решат, что этот кто-то, видя их нерешительность, захотел помочь, – и шмыгнут в открывшийся проход. Если же живого рядом не случится, подсознание убедит их, что не очень-то им и надо входить в дверь. Впрочем, со временем такая защита начинает давать сбои. И чем чаще, тем ближе к умершему парочка в черном.
   Судя по тому, как вела себя с чашкой кофе алдонская принцесса, время у нее было.
   А значит, оно было и у меня.
   Когда я понял, что могу не только видеть мертвых, но и общаться с ними, мне в голову пришла идея: ведь почти у каждого из них на этом свете остались друзья, знакомые, родственники, которые не прочь о чем-то спросить их, что-то выяснить. И я могу в этом помочь. Так на моей визитке появилось слово «посредник» – термин «медиум» казался мне отдающим балаганом и шарлатанством.
   Чтобы успеть выяснить у покойного все, что нужно, я стараюсь затягивать приближение людей-в-черном, и преуспел в этом настолько, что иногда умудряюсь даже отдалить их от преследуемой души. Конечно, ненадолго. Рано или поздно они всегда настигают ее.
Чтение онлайн



[1] 2

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация