А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Паутина" (страница 2)

   Глава 3

   В половине первого ночи Илья Иванович Архангельский подъехал к автостоянке, расположенной рядом с элитным особняком, в котором у него была шестикомнатная квартира на пятом этаже.
   С женой у Архангельского отношения складывались так, что дело подходило к разводу. Она с начала лета жила с детьми на даче, в город предпочитала не приезжать, но звонила ему почти ежедневно.
   Архангельский не сомневался в том, что его ненаглядная завела себе там молодого любовника, который и ублажает ее. Только Илье Ивановичу на это наплевать. Во-первых, в скором будущем ожидаются грандиозные перемены не только в его профессиональной деятельности, но и в личной жизни. И Архангельский к ним уже внутренне подготавливал себя. А во-вторых, у него тоже была любовница. Красавица, каких во всей Москве не сыщешь. А жена, это пройденный этап его бесшабашной жизни. И он даже старался не вспоминать о ней. И не вспоминал бы вообще, если б не ее звонки, которые большей частью касались денег. Хотя Архангельский, как добропорядочный семьянин ежемесячно присылал ей по тысячи долларов на содержание детей и ее. Но ненасытная женская натура требовала больше. И приходилось уступать.
   Илья Иванович был в плохом настроении. Весь вечер он названивал по сотовому своей любовнице, которая уже из разряда таковых по его убеждению, стала верной подругой. С ней он и хотел соединить свою жизнь. Сегодня на вечер заказал столик в престижном ресторане.
   Но девушка так и не позвонила ему. Тогда в половине одиннадцатого он поехал к ней домой, и соседи сказали, что девушка куда-то уехала. Даже видели, как к подъезду за ней подъезжала машина такси.
   Это озадачило Архангельского. Он послал своего охранника телохранителя объехать всех ее знакомых девиц, с которыми та поддерживала отношения. А сам, кое-как промучившись до двенадцати ночи, поехал домой, лишний раз, убеждаясь, что все бабы стервы.
   Он припарковался поближе к воротам, чтобы утром удобней было выезжать, и попросил охранника приглядеть за его новенькой недавно купленной «Вольво». После чего, направился к дому.
   Вечера в конце июля уже достаточно темные. И каждый раз проходя, в общем-то, небольшое расстояние, от автостоянки до дома, Архангельский думал об одном и том же, о проклятых фонарях, которые отсутствовали вдоль тротуара. И всего-то сюда требовалось установить три, четыре фонаря на столбах. Больше не нужно. И никаких мучений для людей. А так, попадая в темную часть улицы, пусть и небольшую, любой человек чувствует себя неуютно.
   И подобное, Архангельский сейчас испытывал на себе. Стараясь идти так, чтобы было не слышно его шагов, он чутко прислушивался ко всем звукам, доносившимся из темного сквера, расположенного возле тротуара.
   Неприятное место. Это единственное, что омрачало Архангельского при переезде на новую квартиру. В этом сквере частенько по вечерам собиралась шпана, большей частью, состоящая из местных подростков, которые после дозы дурмана начинали искать себе острых развлечений, не знающих границ.
   Дежурный наряд милиции никогда не заходил сюда. Наверное, этот темный, густо заросший кустарником сквер, не представлял для них интереса. А хулиганам, здесь простор. Несколько дней назад, примерно в такое же время, проходя мимо, Илья Иванович слышал сдавленный крик молодой женщины. Она вопила, просила о помощи.
   Архангельский не сомневался, каким образом она попала в кусты сквера, и что там с ней делали молодые отморзки. Но у него и мысли не возникло вмешаться. Во-первых, он ее не знает. А во-вторых, подобное вмешательство не в его правилах. Да и нечего ей без мужского сопровождения шляться по темноте. Если она, конечно, не дура.
   Но Архангельский, не женщина. Вряд ли эти начинающие беспредельщики захотят с ним связываться. Но если такое все-таки случится, постоять за себя Илья Иванович сумеет. В кармане пиджака всегда лежит заряженный «Вальтер». С близкого расстояния, нет надежней вещицы. Пусть только мальцы сунутся. Потом узнают, с кем имеют дело. Их он не побаивался, хотя каждый раз проходя мимо сквера, прислушивался, крутил головой. Могут засранцы запустить пустой бутылкой в голову. Темнота все скроет. А потом ищи, кто кидал.
   Войдя в подъезд, Илья Иванович инстинктивно прислушался. Кто-то из соседей пустил слух, что скоро у них на входных дверях будет дежурить милиционер. И Илья Иванович втягивая голову в плечи, подумал: «Уж скорей бы». Ментов не уважал, но и время такое, что приходится обращаться к ним за услугами. Но чувствовать себя в полной безопасности, он мог только в своей квартире, где на окнах крепкие решетки, а дверь сделана из такого металла, который даже автомат не пробьет. Да еще на ней есть три сверхсекретных замка.
   Но самый главный гарант его домашней безопасности не в этом. Не в двери с замками и окнами с решетками. В конце концов, найдется спец и вскроет любые замки. Войдет, и вот тут его и поджидает сюрприз. Потому что не пройдет и десяти минут, как на пороге появятся мордовороты в бронежилетах и с автоматами.
   Как не хотелось связываться с милицией, но пришлось. Для своей же безопасности и сохранности имущества. А благополучие надо охранять. И Архангельский после недолгих размышлений, поставил свою шикарную квартиру на сигнализацию. Зато, теперь уходя из дома, можно не опасаться, что проникнет вор и обчистит до последней рубахи.
   Илья Иванович поднялся на лифте на пятый этаж, но когда открылась дверь, не спешил покинуть кабину. Его не покидало проклятое чувство, будто кто-то все время находится рядом и смотрит на него. И Архангельскому от этого было не по себе.
   Тишина на площадке немного успокаивала, вселяла уверенность, что подобное состояние обеспокоенности – всего лишь плод плохого настроения. А все из-за этой негодной девчонки.
   Завтра Илья Иванович непременно выяснит, где она пропадала весь вечер. Разговор будет неприятный, но, уж видно его не избежать.
   Архангельский достал из кармана ключи. Быстро подошел к двери. Сунул зубастый, похожий на царскую корону ключ в верхний замок. Повернул.
   Один оборот. Другой. Третий.
   Верхний замок открыт. Теперь надо открыть средний. И ключ к нему не менее замысловатый, с многочисленными зубчиками и прорезями. Отмычку вот так сходу под него не подберешь. Покопаться надо.
   Когда второй замок вытащил свой металлический запор из дверного косяка, Архангельский вдруг почувствовал, что за его спиной кто-то стоит. Он не слышал шагов, но чувство… Это было особое чувство, как у зверя, когда ему вдруг что-то начинает подсказывать о смертельной опасности от подходящего охотника. Это дает зверю шанс на спасение. Тогда он пытается убежать. Но Архангельскому бежать было некуда. Дверь он еще не открыл, а кабина лифта уже скользнула вниз.
   Он обернулся и вздрогнул. Не ошибся. Позади него действительно стоял человек. Роста чуть выше среднего, широкоплечий. Воротник куртки поднят. На глазах темные очки. И в правой руке тот человек держал пистолет с глушителем, ствол которого был направлен прямо в грудь Архангельскому.
   Повинуясь инстинкту, Илья Иванович резко поднес руку к карману, где лежал «Вальтер».
   Но человек сказал почти миролюбивым тоном:
   – Не глупи, Илья. Зачем? Неужели ты думаешь, что я позволю тебе воспользоваться этой пукалкой?
   На бледном лице Архангельского появилась глупая улыбка. Переоценил себя. Это действительно глупо. Пока засунет руку в карман, вытащит пистолет, взведет… Несомненно, тот окажется проворней и выстрелит первым.
   – Чего там у тебя в кармане? – все тем же тоном спросил человек.
   – Да так. «Вальтер» старенький, – стараясь унять в себе волнение, ответил Архангельский, словно стыдясь, что вот он такой солидный, а не обзавелся, оружием посерьезней. Пожалуй, к его фигуре больше бы подошел «Глок». Или на худой конец, штуковина отечественного производства – пистолет «Стечкина». А маленький «Вальтер» совсем не смотрится в его руке.
   И как бы подумав о том же, человек улыбнулся, сказал:
   – Вот видишь, – словно укорил он. – Старенький. Зачем тебе суетиться? Совать руку за ним в карман? Чтобы внушить себе, что с ним ты не боишься смерти?
   – Да, – неожиданно для себя, сказал Архангельский. Стыдно признаться, но именно это он и пытался внушить себе.
   Человек безнадежно усмехнулся.
   – Глупости, – строго заметил он и сказал, кивнув на дверь. – Лучше открой третий замок. И смотри, – предупредил он, показав пистолет.
   – Ладно. Хорошо, – согласился Архангельский, решая протянуть время. И было бы совсем неплохо, появись сейчас здесь кто-нибудь из соседей. Тогда уж точно ситуация сложится не в пользу этого типа с пистолетом. Встреча со случайными свидетелями не входит в его планы. Потому он так и торопит с замком. Не хочет светиться тут.
   – Нельзя ли побыстрей? – спросил тот, но в голосе не чувствовалось нервозности.
   И это особенно насторожило Илью Ивановича. Перед ним был человек с крепкими нервами, и, скорее всего – безжалостный убийца.
   – Замок что-то… – соврал Архангельский, беспомощно провернув ключом. Но на того с пистолетом, это оправдание не устроило.
   – Придется поднапрячься, – посоветовал он и добавил как важный аргумент: – И сделай все как надо, если не хочешь умереть досрочно.
   Архангельский почувствовал, как ему в спину уперся ствол. Прямо под левую лопатку. Тот человек с пистолетом, знает куда следует стрелять, чтобы не оставить жертве никаких шансов.
   Но Илья Иванович не спешил расстаться с жизнью.
   – Да я открыл уже, – поспешил сказать он. Сунув ключ до упора, сделал последний оборот.
   И дверь предательски открылась.
   Архангельский, не оборачиваясь, ждал, что будет дальше. Почувствовал легкий толчок в спину.
   – Заходи, – ядовито прошипел человек стоящий позади него.
   Он как будто уже бывал здесь, в этой квартире. Не успели они войти, провел рукой по стене за шифоньером прихожей, нащупал клавишу выключателя. Когда свет вспыхнул, закрыл дверь и сказал:
   – Теперь быстро позвони во вневедомственную охрану и скажи, чтобы твою квартиру сняли с пульта.
   Илья Иванович медлил, стоял как вкопанный и отупелым взглядом таращился на ствол пистолета, направленного теперь ему в переносицу.
   Понимая, что драгоценные секунды уходят и там, на пульте, это могут принять за сигнал тревоги и направить сюда группу, человек произнес уже раздраженно:
   – Я сказал, позвони. Не заставляй меня нервничать. Видишь, у меня уже палец дрожит на курке. Ну, как нажму. Тогда твоя башка разлетится. Ты этого хочешь?
   – Нет. Не надо. Я сейчас позвоню, – Илья Иванович почувствовал, тот не врет. Еще пару секунд его задержки, и тот выстрелит. А потом уйдет. И приехавшие милиционеры всего лишь найдут тут труп Архангельского.
   – Вот и правильно. Вот и молодец, – похвалил убийца. Но в голосе ничего, кроме насмешки не чувствовалось. Этот человек знал, судьба Ильи Ивановича Архангельского решена. Для этого он здесь. И ни просьбы, ни посулы Архангельского, уже ничего не могут изменить. Все случится так, как должно произойти.
   Архангельский позвонил на пульт, и когда трубка легла на аппарат, убийца язвительно улыбнулся и сказал:
   – Надеюсь, тебе не стоит объяснять, зачем я здесь? Ну, пораскинь мозгами. Ты же слишком смышленый. Постарайся догадаться.
   – Я догадываюсь, – голосом обреченного, ответил Илья Иванович, ни на минуту не забывая о лежащем в кармане «Вальтере» и о том, как бы воспользоваться им. С такого расстояния он бы точно не промахнулся.
   – Видишь, какой ты догадливый. Если бы был таким с самого начала, то может, ничего бы и не случилось, – как бы с сочувствием проговорил убийца, внимательно глядя в глаза Архангельскому.
   Тот невесело улыбнулся.
   – Как не прискорбно, но должен признать, это так. О многом я догадался, но, – он развел руками, – увы, слишком поздно.
   Теперь в холодном взгляде убийцы он видел сожаление. Видно эти наемные убийцы тоже чертовски устают от своей нелегкой работы. Вот и этот устало сел в кресло и даже полуприкрыл глаза, словно собирался задремать.
   А Илья Иванович и не думал его беспокоить своей болтовней. Замолчал, и его правая рука медленно поползла к карману. Вот уже пальцы осторожно дотронулись, до чуть холодной стали.
   Голос убийцы заставил его вздрогнуть:
   – Давай, – сказал тот и его жесткий взгляд нацелился в Илью Ивановича. Тот быстро убрал руку от кармана, сделав вид, будто поправляет складку на пиджаке.
   – У меня… – начал было врать Архангельский, но убийца резко остановил его.
   – Только не говори, что у тебя был вор. Или ты потерял. Меня такой расклад совсем не устраивает. Да и не убедительно это как-то. Разве вор проберется в такую бронированную квартиру? – Он указал стволом пистолета на решетки защищавшие окна, потом добавил для большей убедительности: – Я не имею ничего против тебя. Но я должен выполнить свою работу. Так что ты, Илья, лучше не тяни. Не отнимай у меня время. Ладно? – прозвучало, как просьба, на которую Илья Иванович отреагировал вопросом.
   – Ты убьешь меня? – Он едва сумел произнести эти слова. Так ему стало жалко себя. Умереть сейчас, в рассвете лет, когда все в его жизни и карьере стало налаживаться? Когда он почувствовал себя выше серой толпы? И вдруг – смерть. И сделалось страшно не за то мгновение, которое ему предстоит пережить, а за то, что же будет с ним после того, как он умрет. Все, что он раньше считал бредом, эти разговоры о рае и аде, теперь будоражили его ум. Не хотелось сознавать, но много грешков водилось за ним, чтобы уготовить ему прекрасное будущее на том свете. И он опять повторил тот же самый вопрос.
   – А как ты думаешь? – с холодным равнодушием ответил убийца.
   – Убьешь, – произнес Илья Иванович это так, словно угадывал кроссворд и выпала удача. Он угадал слово, и теперь ему полагается приз.
   Убийца снисходительно пообещал:
   – Если отдашь, избавишь себя от мук. Согласись, умереть практически сразу, это тоже награда для такого человека как ты. Такую смерть надо заслужить. Хотя не скрою, меня настоятельно просили помучить тебя перед тем, как убить. Так что выбор за тобой. Только не забывай, у тебя ведь дети и жена…
   Архангельский вздрогнул, услышав это.
   – Они здесь не при чем. Да и жена не при делах. Она ничего не знает, – он изо всех сил старался убедить убийцу в несостоятельности его рассуждений. И тот, кажется, призадумался, но требование свое все же выдвинул.
   – Тогда, отдай. Не тяни.
   Архангельский тяжело вздохнул, словно вот сейчас, как на исповеди перед священником, признается в тяжком грехе. А тот отпустит грех, точным выстрелом в голову. Или – сердце. Это не очень-то заботило Илью Ивановича. Важнее другое, чтобы выстрел оказался точным и не заставил его мучиться.
   – Ладно. Будем считать, ты меня уговорил, – сказал он и, почувствовав легкость не только в душе, но и в теле, вскочил с кресла, подошел к книжному шкафу. – Забирай. Все вы сволочи. Я всегда знал это.
   Убийца расплылся в радушной улыбке, чем выказал жертве особое расположение, словно убеждая, что выстрел будет точным и тому не придется мучиться. Он уже выбрал на крупном теле Архангельского точку, куда влепит пулю.
   – Давай ее сюда. И не говори лишних слов. Ты и сам – сволочь.
   Илья Иванович достал с полки книжного шкафа книгу Валентина Пикуля, раскрыл ее… Минуту, другую он хлопал глазами, потом закрыл ее и уставился на убийцу взглядом безумца.
   – Только не говори, что ее там нет, – гробовым голосом посоветовал убийца, впервые за все время пребывания в квартире, почувствовав себя неуютно. Такого он не ожидал. Пытался разгадать, не морочит ли безумец ему голову.
   – Отдай, Илья! – голос его зазвучал с еще большей угрозой.
   – Богом клянусь… Она была тут в этой книге…
   – И где же она сейчас? – спросил убийца. Вскочив с кресла, подошел, вырвал из рук Архангельского книгу.
   – Ее здесь нет, – произнес Архангельский, сам не понимая, как такое могло случиться. – Нет, – уже совсем тихо добавил.
   – Слушай ты, жирный осел! Я тебе отстрелю яйца. Если не отдашь, – убийца опустил ствол пистолета и ткнул им Илью Ивановича между ног, так, что тот чуть присел.
   Но эта угроза не помогла. Архангельский продолжал смотреть на него глазами умалишенного человека. И тогда последовало несколько ударов в лицо, от которых банкир упал, скорчившись.
   – Отдай, Илья. Отдай, по-хорошему, – в голосе убийцы слышалась и угроза, и просьба одновременно. Он не ожидал, что так получится. Надеялся на скорый успех. И вот тебе, такая неудача. Можно было покончить с этим толстым ублюдком одним выстрелом. Так бы и поступил, если бы…
   – Куда ты ее дел, сука? Отдал? Кому? Ну, отвечай! – требовал он признания, при этом целясь носком ботинка банкиру по печени.
   С трудом поднявшись с ковра, Илья Иванович вытер рукавом пиджака с лица кровь. Брезгливо поморщился.
   Передние зубы убийца высадил ему рукоятью пистолета, поэтому голос его изменился. Язык точно был лишним во рту, и все норовил выскочить, втискиваясь между разбитых до крови губ.
   – Хватит. Не бей больше, – попросил Архангельский, видя, что убийца притомился махать руками и ногами и, возможно, он захочет покончить с ним, наконец-то, воспользовавшись пистолетом. Илья Иванович даже внутренне подготовил себя к этому.
   – Пристрели меня, – попросил Архангельский.
   Но убийца оскалился в улыбке и покачал головой.
   – Нет. Сейчас я передохну и продолжу тебя колотить. Я же сказал, все зависит от тебя. И только от тебя.
   Архангельский встал с колен и, глядя в лицо убийце, расхохотался. Со стороны это могло бы показаться игрой двух искусных актеров трагиков, если бы не намеренье одного, прикончить другого.
   – Знаешь, о чем я жалею? – прекратив свой идиотский смех, сказал Архангельский, выплюнув на ковер сгусток крови.
   – Ну и о чем же? – с полным равнодушием спросил убийца, но, судя по интонации голоса, его это совсем не интересовало. Архангельский сам навязался к нему с вопросом. А убийца не отказал в уважении.
   – Что я протянул время и … проиграл.
   – Возможно, ты прав. Не мне судить. Но все-таки, давай о главном?
   Предложение было дельным для сложившейся ситуации, и Архангельский согласился, понимая, что вся эта болтовня совсем не интересна человеку, пришедшему его убить. У него другая задача.
   – Да. Конечно. Давай о главном, – заговорил Архангельский голосом человека, которому сейчас исполнят смертный приговор. Тоскливо глянул в глаза убийце и вдруг кинулся на него, пытаясь сомкнуть пальцы на горле. Это был жест отчаянья, причем безнадежно обреченного. Даже сам Илья Иванович понимал, что, вряд ли убийца позволит ему, дать прикончить себя. Он слишком опытен и готов ко всякого рода неожиданностям.
   Выстрел прозвучал как хлопок в ладоши.
Чтение онлайн



1 [2] 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация