А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Академия Ранмарн" (страница 17)

   – Я потерял сто семьдесят шесть человек личного состава…
   И столько тоски было в этом простом предложении, столько боли… Ведущих учили чувствовать ответственность за жизни тех, кем они управляли, поэтому я понимала, насколько ему сейчас плохо.
   – Киен, мне очень жаль. – Действительно очень жаль, когда узнаешь о погибших.
   – Это моя вина, Эля, я поторопился… Я виноват!
   Киен, как же странно видеть тебя таким. Ты действительно винишь себя, и, видимо, не напрасно. Я знающая, я обязана поддержать ведущего.
   – Был шанс их спасти?
   – Да…
   – И какова вероятность в процентах?
   Он задумался, удивленно взглянул на меня, но ответил:
   – Процентов двадцать… может, чуть меньше…
   – Киен, – я позволила себе улыбнуться, – у них больше шансов было погибнуть здесь, передвигаясь на мигане, чем выжить там!
   Его полный изумления взгляд, затем хохот. Значит, я справилась. Ведущим нельзя терять веру в себя, иначе они перестают быть ведущими. Отсмеявшись, Киен снова посмотрел на меня:
   – Ты действительно думаешь, что я…
   Конечно, он не мог использовать термин «расстроен», это же не подходит образу ведущего. А моей задачей было вселить в него уверенность, что он все сделал правильно. Села, поставив сеор на подголовный валик, и начала работу:
   – Киен, ты лучший в выпускной группе. Твои ответы заставляют знающих удивленно приподнимать брови. Ты единственный, кто уже является действующим командующим, а не исполняет обязанности. Я видела, как ты действуешь в бою, – ты практически никогда не ошибаешься!
   – Но я ошибся, Эля…
   – И это замечательно, – постаралась придать голосу нотки искренней убежденности. – Ты только в начале пути, Киен, ты учишься. Эта ошибка сегодня поможет тебе быть собраннее и не ошибиться завтра. Согласись, ты лучший в выпускной группе, и я уверена, что ты лучший среди молодых командующих!
   Его лицо вопреки моим ожиданиям потемнело, затем Киен тихо произнес:
   – Отец потерял JE-нкор…
   Паника! Паника накрыла, заставляя сердце сжаться, потому что JE-нкоры – неприступные крепости, которые невозможно уничтожить! Что это? Кто смог нанести такой удар? Почему Киен так спешил с этим договором, и почему тогда армада двигалась на покорение неведомого врага? Что происходит?!
   – Эля, – усталый голос Киена вывел меня из шока, – знаешь, в чем твоя главная проблема? Ты очень умная, Эль. Слишком умная для того, чтобы быть запрограммированным на подчинение и служение Таларе человечком. Знаешь, я отбирал большинство для своей десятки сам, есть у меня умение разбираться в людях. Ты, Эля, видишь шире, чем остальные, ты видишь, но верить не хочешь. Сейчас у тебя участилось дыхание, и хотя продолжаешь улыбаться, в глазах промелькнул ужас. Твой страх обоснован… Я приказал доставить тебя на Талару, потому что сейчас там безопаснее… они знают, что Дайган – это место для избранных. Не ведаю, откуда у них эта информация, но они знают. Удар уже был нанесен…
   Я вздрогнула, посмотрела на него, но промолчала.
   – Эль, – голос Киена опустился почти до шепота, – так хочу снова услышать, как ты стонешь от наслаждения… Никогда не думал, что удовольствие женщины бывает важнее собственного… Хочу тебя снова, мой сладкий цветочек…
   И этот голос, этот тихий шепот напомнил мне то, что ведущий делал в маленькой комнате с деревянной круглой ванной…
   – Ты скоро вернешься? – Мне вдруг очень захотелось, чтобы он был рядом.
   – Я не знаю… Мы отбили удар, но никто не ведает, что у них на уме… Нет ничего ужаснее неизвестности… Даже смерть воспринимается спокойнее. Ты права, Эль, я лучший, и мои потери незначительны по сравнению с потерями других. Но это люди, и я мог их спасти, от этого больно и тяжело… Ты права и в другом – отныне я не совершу подобной ошибки, значит, смогу сохранить тысячи… И все же…
   – И все же больно терять тех, кто доверил тебе жизни. Я понимаю… – постаралась сосредоточиться на его словах. Знающих учили слушать, поэтому отбросила все мысли, концентрируясь на Киене. – Расскажи, как это случилось?
   Мы никогда раньше не разговаривали вот так, когда он только рассказывал, словно изливая свою боль. Киен говорил много, говорил о тех, кто погиб, вспоминал, как их звали и каким каждый из них был. Шао действительно оказался истинным ведущим – он знал почти всех из своей десятки тысяч. Это казалось невероятным, но он их помнил, и если не по имени, то по номеру. Он словно чувствовал, на что каждый способен, и в его словах была горечь потери. Мы говорили до рассвета, забыв о времени, забыв обо всем, и впервые я не испытывала ужаса при мысли, что с этим человеком проведу всю жизнь. За одну эту боль в глазах, когда он говорил о погибших, я простила ему все!
   Когда прозвучала сирена, призывая к утренним упражнениям, мы вздрогнули оба. И оба не хотели расставаться.
   – Киен, заберешь меня после занятий? – Нужно было вставать и одеваться, а так не хотелось.
   – Нет, Эля, там ты в безопасности, а рисковать тобой я не хочу. Впрочем… все может измениться. Удачного дня, моя сладкая.
   Из нас двоих Киен был сильнее, он смог отключить связь, а у меня рука не поднималась…
   – Эль, – в комнату вбежала Олини, – ты еще в кровати? Вставай, время! Во сколько вчера вернулась?
   Посмотрела на счастливую сестричку и невольно улыбнулась:
   – Мне кажется, я и не возвращалась…
   На площади Пяти Воинов издали увидела Шена… он не подошел. Неожиданно с нами начал заниматься и Ран, упорно игнорировала его. Утром так и не успела поговорить с мамой… наверное, так и лучше, потому что боялась проговориться, а маме лгать не привыкла…
   Я постаралась не думать о тех, кто уничтожил JE-нкор, кто нанес удар по прекрасному спутнику Талары, где росли деревья и текли ручьи…
   Дома я быстро проглотила завтрак под пристальным взглядом мамы, но она ничего не спрашивала… Я ее поняла, иногда действительно лучше просто не знать.
   – Мам, – оторвалась от чашки с минеральной водой, – мам, у меня все хорошо. Киен чудесный, правда.
   У мамы серо-зеленые глаза и длинные вьющиеся каштановые волосы – как и у меня. Сегодня ее локоны просто зачесаны назад… значит, опять дрожат руки… Мама, как же сильно ты переживаешь за нас всех…
   – Эля, тебе не следовало вчера сбегать к озеру. – Ран вошел в комнату для еды, и мое лицо против воли выдало гримасу отвращения.
   Мама это увидела… Мама, иногда твоя проблема в том, что ты слишком умная! И, кажется, это я унаследовала от тебя.
   – Мне пора, – подскочила, допивая и дожевывая на ходу, – ма, не переживай, очень прошу.
   Она редко провожала до двери, но сегодня поспешила за мной. Забрала чашку, затем недоеденный бутерброд, и пока я завязывала пояс на кружевной кофте, внимательно смотрела на меня.
   – Мам, я не могу сказать, – виновато взглянула на нее. Мама кивнула, но продолжала смотреть. И слова вырвались сами собой: – Киен хороший, правда. Немного такой, как и все ведущие, но хороший. Не переживай только.
   – Ты уже знаешь про Рана? – Тихий вопрос, который прозвучал скорее как утверждение.
   – Да… – Солгать маме я не смогла.
   – Прежде чем его ненавидеть, – еще тише произнесла мама, – пойми одно – он делает это ради Олини и их ребенка. А для Оли Ран – это вся жизнь, и Оли для него тоже.
   Пакет с сеорами едва не выпал из моих внезапно ослабевших рук. Как долго я могла быть такой слепой! Они же все знали! Знали про Рана, наверное, знают что-то и про Сана! Знали и не говорили мне, позволяя оставаться в счастливом мире неведения! Я ничего не замечала…
   – Мама… – Посмотрела на счетчик кан и поняла, что опаздываю, а так хотелось просто поговорить с самым дорогим в мире человеком… который все поймет и не осудит, который примет такой, какая я есть…
   – Вернешься, и мы поговорим. – Мама с ласковой улыбкой открыла дверь…
   – Мам, у меня все будет отлично. – Она кивнула, а в глазах слезы. – Киен действительно хороший…
   – Киен идеальный. – Мама опустила голову и, не глядя на меня, добавила: – Надеюсь, твоя болезнь пройдет быстро…
   И снова ты все поняла, мамочка! Абсолютно все…
   – Это не болезнь, мам, – я чувствовала себя в этот миг такой мудрой и такой взрослой, – это чудесное чувство, которое будет со мной вечно!
   На пол нашего кимарти упали две капельки… Мама кивнула и просто ушла в свою комнату… Почему она плакала? Хотелось догнать, расспросить, понять… Для ребенка самое ужасное – это видеть слезы в глазах матери! Я уже не ребенок, но эта недетская боль за маму застилала глаза бесполезной соленой влагой. Я вернусь, и мы поговорим. Обязательно поговорим, я должна рассказать ей все!
   Миган встречал толпой спешащих обучающихся и служащих. Терпеливо ждала своей очереди, вспоминая, есть ли в контракте пункт про перемещения в Академию Ранмарн. Гул кийта над головой подтвердил мои худшие опасения. Жаль, миган я любила, несмотря на удручающую статистику смертности.
   – Маноре Манире Шао, – военный в форме служащего чуть склонился, привлекая всеобщее внимание, – утром я буду отвозить вас в академию. Прошу следовать за мной.
   Возле мигана собрались те, кто проживал в нашем квадрате, – все меня знали! Под обстрелом любопытных, возмущенных, откровенно злых и порицающих взглядов проследовала в красно-черный кийт, игнорируя руку военного, забралась на сиденье. Надеюсь, я сейчас менее красная, чем обшивка.
   И мы взлетели над любопытной толпой, над прозрачной трубкой мигана, над городом.
   – Я ожидал вас на стоянке. – В голосе военного послышались укоризненные нотки.
   – Рада за вас. – Да, он ни в чем не виноват, но… мог бы сообщить о своем присутствии менее официально, а так «Маноре Манире Шао», и все всё сразу поняли – мало кто на Таларе не знал, кто такой командующий Шао! – После занятий вы же меня забираете?
   Первый раз позволила себе взглянуть на него: молодой, судя по всему, едва завершивший обучение, кареглазый, улыбчивый, со светлым ежиком волос. Посмотрела на его манеру вести кийт и осознала, что передо мной еще один наблюдающий – только у них чуть подрагивают руки.
   Он проследил за моим взглядом, и улыбка стала шире:
   – В окружение Киена Шао проникло всего трое из наших. Командующий Шао весьма… хорошо разбирается в людях. Что он рассказал вам?
   Грустно улыбнулась и очень спокойно спросила:
   – Вы действительно полагаете, что я буду сотрудничать с вами? Все, что сообщает мне Киен Шао, является личной информацией, и как его будущая спутница я имею право не разглашать ее. Вопросы?
   Вот теперь улыбка наблюдающего превратилась в оскал, а руки начали дрожать сильнее. Я вела занятия в группе «Наблюдающих» – их формируют только в старшей средней группе, отбирая наиболее устойчивых к подавлению. Этих обучающихся запугивают, заставляют подскакивать от жуткой сирены по ночам… Страшно смотреть на подростков, у которых дрожат руки… Пусть лишь чуть-чуть, и для несведущего это будет незаметно, но я знающая, я отличаю эту дрожь… Наблюдающие формируются из детей от государственных браков, у них нет семьи… И все же на Таларе всегда не хватает наблюдающих, поэтому есть те, кто работает на их организацию… как Ран. Странно, я только сейчас подумала: а кто наблюдает за наблюдающими?
   – Вы знаете законы. – В его голосе только вежливая констатация факта.
   – Вы знаете мой балл. – Уверена, мое личное дело ему читать давали.
   – Значит, мы с вами не подружимся? – Теперь это снова улыбающийся молодой парень.
   – Значит, нет. – Я тоже ласково и дружелюбно ему улыбнулась. – А вы рассчитывали на иной ответ?
   – Если говорить откровенно, то нет. – Он весело подмигнул мне. – Я же говорю, что командующий Шао разбирается в людях. А вы знаете, что указом таара Иргадема Киен Шао был переведен в ар-командующие «Алым клином»?
   С искренним удивлением посмотрела на военного, не в силах осознать сказанного. Переспрашивать смысла не видела, но осознать…
   – Надеюсь, он отказался… – очень тихо произнесла я.
   – Ему не позволили. – Наблюдающий с искренним интересом взглянул на меня. – А как вы догадались, что его ответом был отказ?
   Я просто поняла. Потому что для Киена тяжело командовать теми, о ком у него нет информации. Он привык именно знать, на что способны его войска. Сейчас ему трудно, он не чувствует себя способным командовать десятью JE-нкорами… Очень тяжело ощущать чужую боль, а сейчас мне казалось, что я чувствую, как горько Киену. Поддавшись эмоциям, достала сеор, вписала параметры связи, оставленные им ночью, и вскоре на экране мелькнула надпись о перестройке графического модуля в видео, а затем на меня посмотрели усталые черные глаза, он улыбнулся мне, и низкий, вызывающий доверие голос произнес:
   – Эля…
   – Ты справишься, Киен! – Я вложила в голос как можно больше уверенности, затем произнесла, используя методики убеждения: – Ты лучший и знаешь это. Да, будет не просто, да, придется работать с личным составом… но ты единственный, кто способен сделать это за такой короткий срок. И если не ты… больше просто некому, Киен!
   Он смотрел на меня несколько кан, просто смотрел, и на губах появилась улыбка. Ведущий сел прямо, плечи расправились, во взгляде появились уверенность и решимость:
   – Эль, я… просто знай, что люблю тебя. Свяжусь позже.
   Связь прервалась, а я с улыбкой посмотрела на приближающиеся очертания Академии Ранмарн. И каков бы ни был мой завтрашний день, сегодня я помогла ведущему. Я – знающая, и если моя задача сделать Киена лучше – я справлюсь и с этим. Перед глазами встал образ Алеса Агейры и его тихое: «Я заболел вами, Лирель…» Я тоже больна тобой, Агейра, но мое место рядом с ведущим… Так случилось, и я сделаю все, чтобы рядом со мной Киен Шао становился увереннее, сильнее, лучше! Я знающая, я сумею!
   А впереди день занятий и посещение Хранилища Талары. От одной мысли, что я вновь увижу хранящего Адана, стало светлее на душе.
* * *
   Знающие! Сила и ум, решимость и сдержанность… Мы скользим безликими тенями в комнату омовений, а выходим гордыми носителями света знаний. Мы несем свое знамя, и если есть сомнения, они исчезают, стоит лишь надеть форму. Мы не здороваемся в преподавательской с теми, кто не одет в форму знающих, потому что они просто люди.
   Я вышла из комнаты омовений, вошла в преподавательскую и произнесла традиционное: «Удачного дня, знающие!» – и услышала в ответ: «Продуктивных занятий!» И все радовались этому дню и предстоящим занятиям, потому что мы знающие! Цель нашей жизни – передать знания обучающимся, и эта цель остается единственной, стоит надеть форму и спрятать волосы в строгую прическу. Мы – знающие! Мы гордимся этим! Мы никогда не будем кричать, бежать или предаваться панике, если на нас форма. Даже в спешке мы сумеем держать спину прямой, а все движения останутся только уверенными и выверенными, потому что мы – знающие!
   Распахнулись двери, пропуская руководителя, и все мгновенно повернулись, готовые внимать словам инора Осане.
   – Знающие Академии Ранмарн 2776, я рад оповестить вас об успехах члена нашего танра! – И все внимали его словам. Инор Осане повернулся ко мне: – Младшая знающая, специализация «История становления Талары», маноре Манире… Шао!
   Я почувствовала странную дрожь в коленях, но едва сделала шаг, как все сомнения отступили – я знающая, сомнения непозволительны. Уверенно подошла, опустила голову в ожидании слов инора Осане.
   – Младшая знающая, специализация «История становления Талары», указом нашего великого отца таара Иргадема вы получаете звание «Свет Талары» за проявленное мужество и успешную ликвидацию стрессового состояния учащихся младшей группы Академии Ранмарн 2774!
   Знающие синхронно изобразили знак восхищения, и я склонила голову ниже, принимая поздравления. Это были бы мгновения моего триумфа… если бы инор Осане не добавил к моему имени приставку Шао. И теперь вместе с восхищением в глазах знающих было осуждение…
   – Инор Осане, – старший знающий и мой курирующий инор Этаен сделал шаг вперед, – позвольте уточнить… Вы сказали маноре Манире Шао?
   Он озвучил один вопрос, а в глазах читалось: «Знающая нарушила законы этики!»
   – Вы расслышали верно, – произнес инор Осане, закрывая крышку моего персонального киона…
   На меня смотрели с осуждением, которое даже не считали нужным скрывать, а я… я не имела права оправдываться. Старший знающий инор Этаен позволил себе продолжить:
   – Именно в силу… именно эти предположения и вынудили меня просить вас пересмотреть свое решение в отношении маноре Манире! Надеюсь, вы понимаете, сколь ценного сотрудника теряет наш танр!
   Хитрая усмешка на тонких губах инора Осане и полное угрозы:
   – Я понимаю… но надеюсь, вы понимаете, что распоряжения таара Иргадема не обсуждаются!
   Воцарилось напряженное молчание, которое угнетало больше, чем всеобщее осуждение. Не могу этого выносить, сделала шаг вперед, ненавязчиво прося уделить внимание.
   – Мы слушаем вас, знающая Манире Шао, – милостиво произнес глава Академии.
   – Инор Осане, в начале дегона я просила вас позволить посетить Главное хранилище Талары с младшей и средней группами отделения «Ведущие». В дни отдыха я получила разрешение от хранящего Адана. Могу ли посетить Главное хранилище Талары с двумя выпускными группами сегодня в двенадцать акан? – подняла голову, увидела искреннее удивление и поспешно добавила: – У группы «Ведущие» обнаружились значительные пробелы в знаниях по культуре покоренных народов. Лекция хранящего Адана позволит мне сократить время обучения по данному направлению на три занятия.
   Инор Осане бросил задумчивый взгляд на курирующего предмет «История становления Талары», инор Этаен вежливо кивнул и произнес:
   – Это именно то, о чем я пытался вам сказать – маноре Манире прирожденная знающая, ее способности к обучению впечатляют, ее умение строить процесс обучения достойно не только внимания, но и подражания. И вынужден сообщить – старший знающий Атанар действительно пропустил данную тему, чем вызвал нарушение в систематизированной подаче новых знаний. Мое решение – позволить.
   Вежливый кивок инора Осане и обращенное ко мне:
   – Но это не дети, маноре Манире, надеюсь, вы понимаете, и… посещение Главного хранилища Талары не завершится… набегом на заводы сахарной зоны!
   Я наклонила голову ниже, стараясь скрыть невольную улыбку. А некоторые из знающих откровенно улыбались, вспоминая, как в начале года обучения я и две младшие группы посещали музей Славы Талары, а оттуда я повела их на завод, где работал друг моего папы, и детям разрешили попробовать продукцию в дегустационном зале. Ничего плохого, кроме массы восторга малышей, не произошло – учащиеся Ранмарн никогда не позволяют себе нарушать дисциплину, но… к моему великому сожалению, инор Осане об этом узнал… И по возвращении ожидал нас на стоянке, а скрыть перепачканные сладостями мордашки и ладошки не удалось.
   – Подобное более не повторится, – заверила я, чем вызвала еще более широкие ухмылки – иного проявления эмоций знающие не допускали.
   Ну, действительно, сложно было представить себе «Атакующих» и «Ведущих» с мордашками, перепачканными шоколадом. Я усмехнулась и подняла голову, чтобы тут же замереть под пристальным взглядом главы Академии. Инор Осане задумчиво произнес:
   – Хорошо. Проконтролирую.
   Вот последнее предложение меня обрадовало – все же я испытывала некоторое смущение и страх перед выпускниками. Особенно в свете последних событий.
   Инор Осане покинул преподавательскую, а я, как и остальные знающие, направилась к своему столу, чтобы свериться с расписанием, взять подготовленный материал и покинуть преподавательскую. Правда, в отличие от меня, остальные знающие не изучали с такой повышенной внимательностью пол под ногами.
   И только выйдя из преподавательской, вновь почувствовала себя не человеком – знающей! Моя спина прямая, движения четкие и уверенные, все эмоции под контролем. Вошла в оге, нажала восемьдесят восьмой символ и стремительно помчалась на первое занятие в группу «Ведущие». Выйти из лифта, пройтись по коридору и подойти к аудитории. Прикосновение, и дверь взлетела вверх, освобождая для меня путь к обучающимся. На моем лице открытая, дружелюбная улыбка, в глазах уверенность и решимость. И еще немного радости – все же уверена, что «Ведущим» обучающее путешествие понравится. И я не буду думать о… Не буду!
   Прошла к доске, ввела код на панель управления, получила доступ, положила оба сеора и, выпрямившись, произнесла:
   – Приветствую лучшую группу Академии Ранмарн! Мне безумно приятно находится здесь и передать вам ту часть знаний, которой я обладаю. Садитесь.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация