А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Темный набег" (страница 13)

   Глава 19

   – Бре-е-евна! – перекрывая ор и визг темных тварей, гаркнул Бернгард.
   – Бревна! Бревна! Бревна! – приказ магистра подхватили и предали по цепочке: с пролета – на пролет, из галереи – в галерею, с башни – на башню.
   То там, то здесь зазвучали команды орденских рыцарей – лающие, громкие, краткие. Послышалось дружное уханье кнехтов. Скрип. Скрежет…
   – Броса-а-ай!
   Длинные рычаги-коромысла, слаженно, почти одновременно подняли над заборалом стен сучковатые, щетинящиеся крюками, лезвиями и посеребренными гвоздями лесины из цельных осиновых стволов. Секунду подвешенные на крючьях сырые тяжелые бревна еще покачивались в воздухе. А в следующую, перевалившись через каменные зубцы и защитные шипы, – уже рухнули вниз.
   Вертясь в воздухе, бревна падали по-над стеной. Падали, цепляя, взрезая и царапая бледные спины, сдирая, срывая и сбрасывая впившихся в камень упырей. Разнося голые шишковатые черепа.
   Сбитые со стен твари сыпались горохом. А осиновые стволы давили, крушили, ломали, насаживали на сучья и серебрёные гвозди тех, кто толпился внизу.
   Бревна помогли. Но – ненадолго. Они лишь чуть задержали врага. На время недостаточное для того, чтобы прочесть самую краткую молитву или выругаться от души. Через сброшенные лесины, увязшие в белесых телах и заваленные телами, на стены уже лезли новые кровопийцы.
   – О-о-огонь! – новый приказ тевтонского мастера разнесся над крепостью. – Ле-е-ей!
   – Огонь!
   – Огонь!
   – Огонь! – многоголосым эхом понеслось по замку.
   Затем – предупредительное:
   – Остереги-и-ись!
   Суета, движение на стенах. Мелькающие факелы. Стрелки, шарахающиеся в стороны и освобождающие место.
   Полыхнули, осветив ночь, котлы, полные жидкого греческого огня. И тут же опрокинулись, изливая пылающую смесь в широкие желоба. И по желобам – дальше, вниз, наружу. Через защитные решетки, под защитные шипы…
   Огненные потоки расползлись по черным закопченным стенам, облизывая камень и сжигая все, что на камне. Снова упыри горящими, вопящими комьями посыпались вниз.
   Водопады лавы обрушились на головы тех, кто не успел вовремя отступить. А успели немногие: внизу, в тесноте и давке для нечисти не было ни места, ни спасения.
   Под стенами разливалось и пылало. Под стенами ярилось пламя, растекались огненные лужи и целые озера с запрудами из мертвых тварей – дымящихся, горящих. Лежавших плотно и густо…
   Путь огню ко рву, наполненному дровами, перекрывала крутобокая насыпь. Но между валом и мощным крепостным фундаментом образовалось широкое русло, по которому пробивало и прожигало дорогу жидкое пламя, охватывающее стены огненным кольцом.
   В розливах и потеках греческого огня бились и орали темные твари, сгоравшие заживо. Занимались осиновые бревна, потрескивали сучья, капельки расплавленного серебра стекали с железных гвоздей, раскалялись и шипели сами гвозди, перемазанные черной кровью.
   Увы, пылающие, подобно гигантским светильникам, чаны быстро опустели. Горючей смеси вниз было излито слишком мало. А упыринной плоти на ее пути оказалось слишком много. Пламя не смогло опоясать замок, а лишь часто запятнало яркими всполохами и дымным чадом стены и подножие крепости.
   Однако между горящими полосами на стенах и огненными лужами под стенами, оставались проходы. Там же, где проходов не было вовсе, кровопийцы прыгали по дымящимся трупам, как по кочкам, прямо с трупов вскакивали на стены и вновь – карабкались вверх.
   А через заваленный убитыми упырями частокол и забросанный дровами ров все подходила и подходила подмога. Эх, перекрыть бы ей путь! Ведь можно же!
   – Ров! – не выдержав, крикнул Всеволод, – Ров не загорелся!
   – Вижу, – спокойно отозвался Бернгард. – Не загорелся – и хорошо.
   – Хорошо?! Его же поджечь сейчас – самое время?
   – Нет, не время, – не согласился тевтон. – Рано еще. Покуда нахтцереры внизу, а мы наверху – рано.
   – А поздно не будет? – зло сплюнул Всеволод.
   – Русич, быть может, ты и хороший воин, – сухо заметил тевтон, – но тебе не приходилось много ночей подряд оборонять крепость от темного воинства.
   – Не приходилось, – процедил Всеволод.
   Много ночей подряд – нет. Но одну ночь в Сибиу-Германштадте, вообще-то, им тоже пришлось хорошенько поработать серебренной сталью.
   – Тогда, будь любезен, позволь мне самому приказывать в своем замке.
   Бернгард отвернулся от него.
   Всеволод сжал покрепче рукояти мечей. А что еще остается делать? Ну да, только вот тискать оружие.
   Магистр тем временем отдавал очередную команду:
   – Сарацинский порошок! Зажигай! Кидай!
   В сплошную массу кровопийц сверху полетели щетинившиеся серебрёными иглами глиняные шары с огоньками на коротких фитилях и железные гладкобокие сосуды, тоже покрытые тонким слоем белого металла, так нелюбимого нечистью.
   Кнехты, стоявшие поблизости, метнули под ворота с полдесятка таких снарядов. И тут же опасливо отскочили от бойниц. Всеволод отпрянуть не успел. Сразу – нет. Он успел увидеть и услышать вблизи то, что уже видел и слышал на расстоянии выстрела из порока. Вблизи это оказалось куда как более впечатляющим. А ведь ручные снаряды, набитые сарацинским зельем, были не в пример меньше катапультных ядер.
   Внизу полыхнула вспышка и оглушительно грохнуло. Раз. Другой…
   Словно небесный гром и огненные молнии ударили в основание внешней стены.
   Третий. Четвертый…
   Выше заборала взлетели искры, дым, мелкие кусочки металла, большие куски дранной упыриной плоти и брызги черной крови.
   Пятый…
   Разрывные снаряды с громовым порошком и серебром, разносили в клочья тех, кто оказывался поблизости, осыпали убийственным дождем осколков тех, кто находился дальше, и сшибали со стен тех, кто карабкался по каменной кладке вверх.
   Однако вспышки-взрывы не могли смести всех. Слишком много тварей толпилось внизу. Осколки нещадно косили кровопийц, но застревали в белесой плоти и не способны были разбить и развалить прущую к замку живую волну.
   Прорехи в воющей толпе упырей заполнялись быстро, почти мгновенно. А глиняные и железные снаряды уже заканчивались.
   Кто-то бросил со стены запаленную деревянную, в железных кольцах, трубку, набитую сарацинским порошком вперемешку с мелкими кусочками серебра и серебряными опилками.
   Потом вниз полетела еще одна трубка. И еще.
   Фитили сгорели быстро. Трубки со свистом и шипением завертелись, заметались под ногами темных тварей между валом и стеной. Плюясь огнем, дымом, искрами и серебром, они десятками валили упырей, но место павших тут же занимали живые, рвущиеся к стене, на стену, за стену.
   Под грудами трупов уже не видно было греческого огня. Жидкое пламя оказалось завалено, задавлено и задушено. И лишь густой едкий дым, поднимавшийся снизу, свидетельствовал о том, что незримый огонь еще горит. Однако огонь больше не был непреодолимой преградой.
   А на приступ шла очередная волна. И вновь внизу толпилось, выло, вцарапывалось и вгрызалось в камень воинство иного мира. И вновь темные стены замка побелели от облепивших их упырей.
   – Вода! – рявкнул Бернгард.
   Вода? После огня? – не сразу понял Всеволод.
   – Серебряная вода!
   Ах, вот в чем дело! Пришло время раствора адского камня. Lapis internalis…
   – Ле-е-ей! Кидай!
   Лили… Кидали…
   Из открытых глиняных горшков кнехты выплескивали за заборало прозрачную жидкость. Летели вниз небольшие закупоренные сосуды. Разбивались о головы тварей, о стены, о землю.
   Разлетались во все стороны брызги.
   Щедрая капель оросила напирающую толпу. И толпа отозвалась диким многоголосым воплем. Что ж, было от чего вопить: под дождем из растворенного серебра упыри мгновенно покрывались глубокими язвами. Раствор адского камня без огня прожигал кровопийц насквозь. Дымилась бледная плоть, шипела, бурлила и вскипала, исходя зловонным паром черная кровь. Каждая капля раствора, разъедала белесую кожу, мясо, кости и потроха упырей. Это был краткий, но губительный для темных тварей ливень.
   Губительный, но краткий.
   Все…
   Опорожнены одни сосуды, сброшены вниз другие. И как уже случалось прежде, пока одни твари гибли в муках, другие – топтали гибнущих и взбирались по ним. Бросать и лить вниз было больше нечего. Отстреливаться – поздно. Над стенах замелькали обнаженные мечи и копейные наконечники.
   Все!
   Отсрочка перед неизбежной рукопашной схваткой кончилась. Люди столкнулись с нечистью вплотную, в яростной рубке на расстоянии удара клинком или когтистой лапой. Начиналось самое страшное. Но никто не дрогнул и не отступил. Тевтонский замок обороняли не трусы.
   Штурмующие сыпались вниз, будто зерно из побитых градом колосьев. И лезли опять. Сыпались. И лезли, лезли, лезли…
   И почти уже перелезли. Вон там, справа от ворот. И слева – тоже.
   – Ров! – снова прохрипел Всеволод, – Поджигай ров, Бернгард, если хочешь сохранить замок!
   Бернгард полоснул его гневным взглядом, но все же снизошел до объяснений:
   – Ров – наш последний шанс, русич, и чем позже мы к нему прибегнем – тем лучше. Если ров поджечь, огонь рассечет темное воинство, разделит силы нечисти и даст нам возможность расправиться с теми, кто прорвался и взошел на стены. Но когда огонь погаснет, на ров уповать мы уже не сможем. Так что подождем. Обойдемся. Пока еще стены держатся. Пока можно защищаться и так…
   Да, защищаться можно. Пока. Нужно только не зевать, поворачиваться побыстрее, крутиться волчком, вовремя рубить и колоть серебрёной сталью возникающие над стеной – то тут, то там – длинные когтистые руки-лапы, шишковатые безволосые головы, оскаленные пасти.
   А еще нужно забыть об усталости. Потому что стены снаружи буквально кишат от бледнокожих воющих тварей и упыри, подобно чудовищным паукам, ползут один за другим, один над другим, один через другого. Срываются и снова ползут, не давая ни секунды передыху.
   Уже почти из каждой бойницы тянутся, неестественно извиваясь, змееподобные руки. Только успевай отсекать!
   Перескочить заборало сразу, с наскока упырям не позволяли густые шипы на верхних ярусах стен. Острая сталь с серебром останавливала и сбрасывала вниз неосторожных кровопийц, наткнувшихся в горячке штурма на эту последнюю преграду. Но – увы – не всех.
   Белесые тела все же протискивались между заточенными штырями. Изгибаясь так, как недоступно людям, оцарапываясь, срывая кожу, разрывая плоть, визжа и ревя от боли, некоторые твари, увлекаемые неведомой человеку жаждой… нет – ЖАЖДОЙ крови, перебирались через посеребрённый частокол настенных рогаток.
   Цепляясь за камень руками и ногами, упыри лезли дальше. И когтистые руки тянулись…
   Тянулись…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация