А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Княгиня Ольга. Обжигающая любовь" (страница 25)

   Глава 41

   Ольга прислушалась – нет, ей не показалось, из-за стены доносился приглушенный девичий смех и перешептывания. Чем они там занимаются? Неужто кто из парней у девок? Но женский голос не один, а мужского не слышно.
   Княгиня тихонько, стараясь не скрипнуть, отворила свою дверь и вышла в темный переход верхнего яруса терема. Она не зажгла огня, чтобы не спугнуть собравшихся, те продолжали свое занятие, но все равно не сразу поняла, откуда голоса. Потом, прислушавшись, улыбнулась – девки гадали. Княгиня даже знала как, она вспомнила тот единственный раз, когда делала это и сама.
   Хельга была еще мала, чтобы гадать на замужество, в том году, просто наблюдала за родственницами постарше себя. Девушки налили в гадальную чашу с двумя ручками воды, и каждая в свою очередь завязывала глаза и пускала туда половину пустой яичной скорлупки, покрутив посередине. По ободку чаши были нанесены вперемежку знаки двенадцати месяцев. К какому прибивалась скорлупа, в том и замуж идти. А если вставала у ручек, значит, придется подождать до следующего года, а может, и дольше.
   Погадали, кажется, уже все, замужество выпало только двоим из семи, остальные расстроились. Вдруг Лузя предложила погадать и Хельге. Если бы девушки не рассмеялись, она не стала бы этого делать. Но насмешка подруг заставила Хельгу вскинуть голову и протянуть руку за платом, каким завязывали глаза. Когда пущенная ею скорлупка остановилась у травеня, ахнули все. Ольга, еще не развязав глаза, по слуху поняла, что гадание показало не на ручки чаши.
   Древнему гаданию верили все, оно не обманывало. До матери Хельги дошел слух, что дочь тоже гадала. Ингрид рассердилась – девочка еще слишком молода, разве можно испытывать судьбу?! Тем более что вскоре в просинец, как и пообещала чаша, дальний родственник увез Лузю, забрав ее в жены своему сыну. Но все вышло по гаданию – приехал вдруг Олаф из варяжских невест князю жену выбирать и решил взять совсем девочку с синими глазами и гордой осанкой, потом был пир, после которого она поселилась в Вышгороде – взрослеть. Не обманула скорлупка.
   Княгиня усмехнулась и так же тихо шагнула обратно в ложницу. Вот если бы можно было так же погадать на всю жизнь. И сама себя остановила. Пошла бы она тогда за Олафом, не оглянувшись, из родительского дома, если бы знала, сколько будет сидеть в Вышгороде без мужа, сколько всего вынесет? И поняла, что пошла бы. Все равно она все эти годы была княгиней, она устроила на этой земле так, как ей показалось лучше. Русь сильна, с ней считаются, хотя вокруг полно недругов.

   Глава 42

   Это было на Луге, Ольга остановилась в одной из весей и, пока меняли лошадей, вышла размять ноги. Рядом тут же оказались любопытные мальчишки. Княгиня скупо улыбнулась, ни мороз их не берет, ни ветер, вон как носы и щеки раскраснелись, ручонки озябли, ногами перебирают, а в дома не идут. Взрослые стояли чуть поодаль, осторожно косясь. Ольга посмотрела на ворон, перелетающих с дерева на дерево в ожидании, чем бы поживиться близ людского жилья, на ездовых, возившихся с конской упряжью, и снова повернулась к ребятишкам, залюбовавшись детскими любопытными глазенками. У стоявшего поближе малыша глазенки были синими-синими, точь-в-точь как у Святослава в детстве. Святослава?! Ольга невольно обернулась к ребенку снова. Видно, внимание княгини испугало кого-то из его родственниц, к малышу метнулась женщина, подхватила и утащила подальше от важной особы. Мальчишка от неожиданности заорал благим матом. Княгиню уже звали в сани, а она все стояла и смотрела вслед уходящей женщине. Что-то в ее фигуре и походке показалось очень знакомым. Малуша? Святослав? Что за наваждение? С трудом удержавшись, чтобы не перекреститься, на людях старалась этого не делать, тем более здесь, далеко от Киева, Ольга села в сани и вдруг спросила у заботливо укутывающего ее волчьей полостью Любомира:
   – Чей это?
   Тот сделал вид, что не расслышал вопроса, махнул рукой ездовому:
   – Поехали!
   На ночевку они остановились недалече, и княгиня почти сразу подозвала к себе Любомира:
   – Ты не слышал, что я спрашивала? Чей ребенок?
   По тому, как прятал глаза друг, княгиня поняла, что сердце-вещун не обмануло, требовательно переспросила сама:
   – Малушин?!
   Любомир только кивнул:
   – Ее.
   – А женщина?
   – Бабка, – вздохнул Любомир и добавил, все так же пряча глаза, – княгиня, к тебе княжий стольник Добрыня просится.
   Говорил и не знал, что последует, княгиня была зла на брата Малуши, не станет ли сейчас ругаться? Но Ольга вдруг кивнула:
   – Потом позовешь в трапезную. Без всех.
   Она не знала, что делать, впервые не знала. Женщина-мать с маленькой иконки, что у княгини всегда с собой, смотрела все так же строго и понимающе. Ольга в который раз всматривалась в младенца на ее руках, мать не пожалела ради людей своего долгожданного единственного сына, родное дитя. На то она и Божья Матерь, Заступница. В который раз к Деве Марии неслась мольба княгини: «Помоги! Вразуми!» Прогнав от себя Малушу, Ольга всегда гнала и мысли о ней и не подозревала, что у князя Святослава растет сын. Нет, она не хотела видеть опальную ключницу, но мальчик… Княгиня вдруг отчетливо увидела синие глазенки, глаза ее сына Святослава, ее собственные глаза. Теперь она знала, что у нее есть внук. Княгиня не допускала мысли о женитьбе князя Святослава на простолюдинке, ему уготована другая судьба, но внук… Она хорошо помнила, что сыновей долго может и не быть.
   Ольга так и не решила, что делать. Когда вошел и низко склонил перед правительницей голову сын Малка Любечанина Добрыня, она устало показала на лавку: «Сядь», и вдруг точно светом озарило – пришло решение. Княгиня не стала ждать просьб Добрыни, остановила его жестом и тихо произнесла сама:
   – Малушин?
   Стольничий понял, о ком речь, кивнул:
   – Да, князя Святослава.
   – Как назвали?
   – Володимером, – в голосе дяди прозвучала горделивая нотка за удачно выбранное для племянника имя.
   Ольга мысленно усмехнулась: «Ишь ты, владеющий миром!», а вслух заявила:
   – Станешь жить с ними в Новограде, я распоряжусь. Выбуты себе возьмете, это моя вотчина. Иди!
   Добрыня, изумленный таким поворотом событий, не решаясь возразить, шагнул к двери. Он хотел только просить, чтоб дозволила взять сестру с ребенком в Любеч, а тут вон как обернулось. Ольга вдруг спросила вслед:
   – Князь знает?
   – Нет, – опешил Добрыня. До того ли князю, да и разве один Владимир рожден от Святослава рабыней?
   – Почему?
   – Недосуг…
   Добрыне очень хотелось сказать, что, не попадись Малуша на глаза княгине у ложницы княжича, так и об этом внуке не знала бы, но он не рискнул. Княгиня снова махнула рукой: «Иди!»
   Для себя Ольга уже решила, что синеглазому мальчику достанется Новгород. Он рожден рабыней, но все равно это сын князя Святослава и внук княгини Ольги. Княгиня не догадывалась, что синеглазому Владимиру достанется вся Русь и он сможет сделать то, что не удастся его бабке, – крестить эту страну. Но тогда под Любичем жил маленький мальчик со своей мамой, бывшей ключницей грозной княгини, а сама княгиня отправилась дальше распоряжаться огромной страной.

   Глава 43

   И еще одна встреча на Луге потрясла княгиню, в одной из весей ей встретилась та самая Лузя, которой выпало выйти замуж в один год с Хельгой. Узнала княгиня свою давнюю приятельницу только по большой родинке на шее и бровям вразлет. Лузя очень постарела, поседела и сама ни за что не подошла бы к правительнице, но на Ольгу вдруг дохнуло детством, она вспомнила, как ходили с Лузей по грибы и ягоды, как потерялись однажды, заплутали на болоте и выбирались буквально по пояс в страшной жиже, вздрагивая от малейшего звука. Как вместе с другими подругами на спор переплывали речку, спрятав одежду в кустах, а та, что сторожила, отвлеклась, и озорные парни все перепрятали, пришлось до посинения сидеть в воде, пока виновница не разыскала рубахи.
   Хотя Ольга и была моложе Лузи лет на пять, но их все равно связывали воспоминания детства. Княгиня позвала к себе бывшую подругу. Когда та пришла и низко склонила голову, приветствуя всесильную правительницу, Ольга рассмеялась:
   – Лузя, да ты никак меня не узнала?
   – Как не узнать, узнала, княгиня. Здрава будь.
   Ольга заметила, что у Лузи глаза красны и губы дрожат. Долго пришлось вытягивать из бывшей подруги, отчего это, не хотела женщина говорить княгине свою печаль. Но потом рассказала: ее младший сын слюбился с красивой девушкой, просил мать и отца сосватать. Лузя с мужем согласились, им невестушка тоже понравилась – тихая, скромная, ласковая и красива очень. Ее родители дали согласие, но беда в том, что девушка глянулась и их князю. Нет, князь Смелк не собирался жениться на простой девчонке, но вот взять ее по праву «княжья» случая не упустил. Ладно бы просто взял в первую ночь, так ведь держал у себя долго, а когда отпустил наконец к мужу, молодая женщина была сама не своя, никого не хотела видеть, ни с кем говорить. А еще через несколько дней утопилась. Сын Лузи не смог перенести такого, князя подстерег и из лука застрелил, его самого княжьи гриди тут же убили, отца замучили, а дом сожгли. Два старших сына Лузи погибли в походах, снохи с детьми живут при ней, теперь у них лишь выкопанная землянка да голодная смерть впереди. Лузя плакала:
   – Дети-то не виноваты…
   Княгиня задумалась, это был не первый случай, когда из-за права князя на первую ночь с красивой девушкой в семью приходила беда, молодые мужья не прощали женам рождение первенца от князя, точно те виноваты в своей порче. Иногда и сами князья гибли от рук бедолаг. Ольга вдруг представила себя на месте девушки, вынужденной отдаваться нелюбому князю, часто старому и развратному, ей стало мерзко.
   Княгиня распорядилась, чтобы всю семью отправили в Вышгород на ее двор и устроили там. Но главным было не спасение Лузи с ее снохами и внуками, а то, что Ольга отменила «княжее»! Своим гридям, оставленным на погостах, княгиня наказала следить за такими случаями, а местным князьям объявила, что, если узнает, кто пользовался таким правом, сама то, чем пользовался, отрежет! Мало кто поверил, но Ольга тут же показала, что вполне способна выполнить угрозу: в первой же веси, обнаружив, что никто не собирается выполнять приказ, она велела оскопить боярина, посягнувшего на чужую молодую жену. Это было невиданно! Боярин не из самых сильных, но то, с какой злостью княгиня расправилась с бедолагой, заставило содрогнуться остальных. Все поняли: с Ольгой шутки плохи.
   Свенельд, узнав об этом случае, долго хохотал, что ж, пусть лучше так распоряжается, чем в его дела влезать.
   Воевода ошибся, лишение князей и бояр права «княжея» не помешало Ольге распорядиться и остальным, причем так, что Свенельд узнал о ее деятельности, когда возражать было уже поздно. Княгиня буквально прибрала к рукам всю страну. Свенельд даже ахнул:
   – Ай да баба! Всех обскакала!
   Не оставалось ничего, кроме как верно служить новой правительнице. Но Свенельд предпочел служить новому князю Святославу, с которым чувствовал себя на месте. А Ольга? Ну что ж, со временем князь Святослав возьмет все в свои руки, мать отодвинет на задний план, а он, Свенельд, возьмет в руки самого князя, как было и при Игоре.
   Все вышло так, да не так.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 [25] 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация