А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Жажда мести" (страница 46)

   Глава 74

   Пожарные машины и кареты «скорой помощи» уже были на месте взрыва, когда Джек вернулся туда через лес. Ночной воздух расцвечивали оранжевые сполохи пламени и мигание голубых, белых и красных мигалок.
   Джек нашел «скорую помощь» и подтащил туда Песочного человека. Вокруг него тут же засуетились санитары. Подошел национальный гвардеец, посмотрел на Джека и на окровавленную фигуру, которую привязывали к каталке.
   – Это…
   – Да, – подтвердил Джек. – Это он.
   Он вышел из-за «скорой помощи» и увидел их. Волна облегчения и радости была столь сильна, что он чуть не упал. Тейлор держала на руках Рейчел, которая ухватилась за ее шею, а санитар обрабатывал рану у нее на щеке. Джек спрятался за машину, потому что не хотел, чтобы они видели его заляпанным кровью.
   Майк Абрамс увидел Джека и облегченно улыбнулся.
   Джек удивился его появлению. Майк сказал:
   – Мне позвонил Флетчер. Сказал, что ты попал в беду, и дал этот адрес. Поэтому я здесь. Ты в порядке?
   – Кажется, сломал несколько ребер. А так все нормально.
   Майк посмотрел на мокрые джинсы, голую грудь, пятна крови на лице и руках Джека. Они стояли в паре метров от Тейлор и Рейчел, и те не могли их услышать.
   На всякий случай Майк подошел ближе.
   – Что с ним случилось? – шепотом спросил он.
   Джек постучал по машине «скорой помощи».
   – Он здесь. Его потрепало, но он жив. Где Флетчер?
   Майк посмотрел на пожар и повернулся к Джеку…
   – В доме была бомба… – начал он. – Он отвел Рейчел и Тейлор вниз, а сам вернулся.
   – Зачем?
   – Я не знаю. Но его здесь нет. Когда федералы начнут задавать вопросы, скажи, что он погиб в огне.
   Это было что-то новенькое. У Джека на языке крутился вопрос, но Майк опередил его.

   – Я знаю о программе, – сказал он. – Флетчер рассказал мне все о ней… О том, что Линч собирался сделать с тобой, со мной и моей семьей. – Он выглядел злым и расстроенным. – У меня есть копия их разговора с Драгосом.
   Джек обернулся. Жар огня сложно было выдерживать, слезились глаза. Десятки пожарных пытались справиться с пламенем.
   Малколм Флетчер не погиб, Джек был уверен в этом. Такие люди не умирают. Они восстают из пепла.
   Майк стоял рядом. Они молчали. Джек знал, что время залатывать дыры в их жизни придет позже. Теперь главным было то, что они остались в живых. Только это имело значение, когда окружающий мир сгорал дотла.

   Глава 75

   Угнанный темно-коричневый «кадиллак» восемьдесят седьмого года выпуска стоял на опушке леса, где-то в полутора километрах от главной дороги. Никто не слышал стуков и хрипов, которые доносились из багажника.
   Малколм Флетчер положил коробку с дискетами, два ноутбука и толстые пачки распечаток по программе изменения поведения ФБР на сиденье рядом с собой. Еще две вещи, которые были ему нужны, лежали на заднем сиденье. Он достал их, обошел машину и открыл багажник. Единственная лампочка освещала потеющую, напуганную фигуру внутри.
   – А-а, хорошо, что ты уже проснулся.
   Ноздри Алана Линча раздувались, он судорожно дышал. Он лежал на левом боку, руки его были скованы наручниками за спиной, рот залеплен.
   Флетчер взял с бампера охотничий нож. Тридцатисантиметровое лезвие великолепно подходило для свежевания оленей.
   – Я мечтал об этой минуте очень долго, Алан.
   Кадык Алана задергался, но говорить он не мог.
   Флетчер приставил лезвие клинка к щеке Линча.
   – Если не будешь дергаться, то не почувствуешь, как нож разрежет горло. – Флетчер провел клинком возле губ Алана. – Пришло время встретиться с дьяволом.
   Алан зажмурился. Его била дрожь. Лента не давала ему позвать на помощь.
   Флетчер улыбнулся. Одним быстрым движением ножа он разрезал ленту и сорвал ее с лица Алана. Тот сдавленно вскрикнул.
   Флетчер взял с бампера «поляроид» и посмотрел на Алана через объектив.
   – Улыбнись, – попросил он.
   Алан открыл глаза, в которых ясно читалось облегчение и смущение. Флетчер нажал на кнопку.
   – А ты фотогеничен. Очень натурально выглядишь.
   – Пошел ты, Малколм! К завтрашнему вечеру каждый человек в этой стране узнает, что ты больной психованный мудак.
   – Алан, я гуляю по земле много лет. С чего ты решил, что сможешь так легко избавиться от меня?
   – У ЦРУ есть вся информация по тебе и твоя фотография, – фыркнул Алан.
   – Ну да. Правительственные наемные убийцы. Если у вас на совести кровь, вызовите чистильщиков, они все приберут. Я бы процитировал Гамлета, но ты все равно ничего не поймешь. – Флетчер оперся локтем о край багажника и посмотрел на Линча. – Ты всегда переоценивал собственную важность. Никто не знает, что ты здесь. Когда они поймут, что ты исчез, то только обрадуются. Твои подчиненные невысокого мнения о тебе. А и я, честно говоря, тоже.
   – На земле не останется места, где ты сможешь спрятаться.
   – Первый раз в жизни у нас появилось нечто общее.
   Глаза Алана сузились, потом расширись – он пытался понять смысл услышанного.
   – Габриель Ларуш, пациент из твоей сверхсекретной реабилитационной программы, рассказал мне, где находятся файлы, – начал Флетчер. – Я не все их прочитал, но уже достаточно узнал о «Грейвз» и программе изменения поведения, чтобы обеспечить падение нашего бывшего нанимателя.
   Улыбка Алана выглядела жалко.
   – Более искусные люди, чем ты, пытались свалить меня. Они все лежат в земле. Но не волнуйся, Малколм. Скоро ты с ними встретишься.
   – Возможно, ты прав. Я видел, как работают недотепы в департаменте юстиции. Однако боюсь, что твоя карьера – а может, и твоя жизнь – закончена.
   – Ты думаешь, что ворох бумажек сможет похоронить меня? – рассмеялся Алан. – Они не будут иметь никакого веса в суде.
   – А как насчет демонстрации твоей компьютерной системы? Улыбка исчезла с лица Алана.
   – Виктор дал мне все коды доступа для входа в базу данных программы изменения поведения, – сказал Флетчер. – Я знаю, что коды не изменились, поскольку использовал их, чтобы заманить тебя и спецназовцев в дом в Нью-Лондоне. Я думаю, имеет смысл пригласить группу репортеров для частного просмотра.
   Флетчер поднес фотографию к лицу Алана, чтобы тому было лучше видно.
   – Когда это попадет в передовицы «Таймс» и «Ньюсуик», как ты думаешь, они дадут мне фотокредит?
   Алан закашлялся. На его лице были страх и ярость.
   – Думаю, я выкину тебя в лесу, чтобы ты посидел и подумал о защите. Надеюсь, что твои способности по выживанию на высоком уровне. Не хотелось бы, чтобы ты умер с голоду. – Флетчер помолчал, потом нагнулся к Алану и добавил: – Или чтобы тебя съели.
   – Ты покойник. Ты слышишь, чертов придурок, ты покойник!
   Флетчер снова залепил Линчу рот и захлопнул багажник.
   В магнитоле стояла кассета с «Временами года» Вивальди. Флетчер сделал звук погромче и завел мотор, наслаждаясь прекрасной музыкой.
   Дорога впереди была полна бесконечных возможностей.

   Эпилог

   Первая в этом году метель без всякого предупреждения накрыла Северный Нью-Гемпшир. К восьми часам утра намело почти двадцать пять сантиметров снега. Было начало двенадцатого, четверг накануне Дня благодарения. На центральных улицах городка Норт-Конуэй народу было много.
   Бар в ресторане «Боарс-хед» был набит в основном студентами, которые приехали на каникулы. Джек сидел в небольшой кабинке возле окна и наблюдал за прохожими. На небе не было ни облачка. Снег под лучами солнца сиял так, что было больно смотреть. Прекрасный день, чтобы забыть о заботах.
   – Джек…
   Рядом с ним стояла загорелая Тейлор в темно-синих джинсах и черном свитере. На ногах у нее были кроссовки. Джек заметил, что после августа, когда они виделись последний раз, она подрезала волосы. Увидеть ее снова спустя столько времени было очень приятно и одновременно болезненно.
   – Привет!
   Тейлор явно чувствовала себя немного неловко. Джеку вдруг захотелось прикоснуться к ней. Желание было столь велико, что он ощутил, как рука буквально тянется к ней. Потом он вспомнил, что последний раз видел ее и Рейчел тогда, в карете «скорой помощи». Когда газетчики заполонили Марблхед, она отправилась в Лос-Анджелес и остановилась там у друзей. На звонки она не отвечала и не перезванивала. Джек не знал, что с ней, где она и что делает.
   Тейлор Бартон жила дальше без него.
   – Отлично выглядишь, – сказал Джек и глубоко вздохнул.
   След от скальпеля у нее на щеке выглядел теперь как тонкая белая полоса.
   – Я ненадолго, – мягко предупредила она и села. – Мы собираемся пройтись по магазинам. Пакуем детишек, и все такое.
   У сестры Тейлор, Тары, был дом в Норт-Конуэй, и в каждый День благодарения семья собиралась вместе. Джек был на двух таких встречах вместе с Тейлор, Было больно вспоминать об ушедших хороших временах.
   – Рейчел с тобой? – спросил он.
   – Да.
   – Как она?
   – В первый месяц было сложно, мучили кошмары. Теперь ей лучше. Мистер Раффлз, я уверена, приложил к этому лапу. И конечно, терапевт, к которому я ее вожу… – Она замолчала.
   – Передай, что я скучаю по ней.
   Тейлор бросила взгляд на дверь, словно не решаясь уйти. Она положила руки на стол, всего в нескольких сантиметрах от Джека. Все, что ему было нужно, находилось в полуметре от него. Он попытался подобрать слова, но к нему вернулось чувство одиночества, какое посещает человека, преследуемого горькими воспоминаниями и разрушенными надеждами.
   Джек осмотрелся. Заметил, как некоторые студенты поглядывают на Тейлор. Он представлял эту минуту десятки раз, прикидывая, что сказать, как она отреагирует, о чем они будут говорить. Он проанализировал любой возможный ответ. Но теперь, похоже, все мысли его покинули.
   – Как поживаешь? – спросил он после небольшой паузы.
   – Хорошо, – ответила она с натянутой улыбкой.
   – Спишь спокойно?
   – Да не очень. Каждый раз… каждый раз, когда я закрываю глаза, оно там. И как все закончилось, и как ты пришел и хотел поговорить…
   – Я напомнил тебе о том, что случилось.
   Тейлор кивнула.
   – Мне хочется залезть к себе в голову со щеткой и все вычистить. Я пыталась… Но воспоминания возвращаются. Не хотят уходить.
   Флетчер был прав. Память – жестокий подарок Бога.
   – Извини, что не перезванивала, – сказала она. – И не отвечала на письма. Просто мне нужно было уехать. СМИ не давали покоя.
   – Они нашли тебя в Лос-Анджелесе?
   – К счастью, нет. В это… во все это верится с таким трудом. Ты смотрел новости?
   Да, он смотрел.
   Томас Престон из «Нью-Йорк таймс» первым начал освещать эту тему, и, по всей видимости, у него был надежный источник информации. Каждый день последние два месяца он открывал все новые подробности связи Песочного человека с «Грейвз» и программой изменения поведения ФБР.
   Еще одно событие произошло в начале текущей недели. Охранник, который патрулировал стоянку возле академии ФБР в Квонтико, услышал стоны из багажника темно-коричневого «кадиллака». Когда его открыли, то нашли внутри Алана Линча, связанного, с кляпом во рту, в одних грязных черных трусах. Линч исчез два месяца назад. Считали, что он погиб.
   На его шее была табличка с надписью красным мелком «Я сознаюсь».
   На аудиокассете, найденной в багажнике, были записаны беседы с неким человеком, который задавал вопросы относительно программы и зверств в «Грейвз», включая сфабрикованные дела и неудавшееся покушение на бывшего криминалиста ФБР, который собирался разоблачить «Грейвз» и программу. Эта кассета была заранее послана Престону по почте. Теперь она попала в руки других средств массовой информации. В ФБР заявили, что этот человек, Малколм Флетчер, бывший криминалист и отщепенец, виновен в похищении людей и убийстве трех федеральных агентов, в числе которых значился и человек по имени Виктор Драгос.
   – Ты говорил с Флетчером? – спросила Тейлор.
   – Нет. Он выслал мне пакет с вещами, которые украл у меня Песочный человек.
   Правда, там не было ни его дневника, ни свидетельства о смерти Аманды. Флетчер, как полагал Джек, убрал оттуда все, связанное с тягостными воспоминаниями.
   – Ты считаешь, что они его найдут?
   – Нет. Он слишком умен.
   – ФБР донимает тебя?
   – Я сказал им, что Флетчер погиб при взрыве. Теперь они знают, что это не так, а значит, скоро появятся у меня. Сейчас они заняты другим.
   – А Песочный человек?
   – Ждет суда.
   «Хотя он вряд ли доживет до него», – подумал он, но не сказал этого. Ему было все равно. Все закончилось, и он хотел все забыть. Он не хотел говорить о ФБР или Флетчере, не за тем он приехал.
   Наступила неловкая пауза. Он глубоко вздохнул и решился.
   – Я вижу, ты продаешь дом. Ты возвращаешься в Лос-Анджелес?
   – Да, – быстро ответила Тейлор.
   Боль пронзила сердце Джека. Он откашлялся и судорожно сглотнул.
   – Когда?
   – На следующей неделе.
   Она говорила таким тоном, словно он был совершенно посторонним человеком. Словно между ними никогда ничего не было. Словно она упорядочила и упаковала чувства, чтобы отвезти их на западное побережье, где собиралась начать новую жизнь… без него.
   – Не хочешь мне об этом рассказать? – спросил он.
   – Когда устроюсь.
   Джек посмотрел на ее руки. Он помнил, как они прикасались к нему, как прижимали его. Тогда он был счастлив. Теперь они были скрещены на столе, словно настороже. На Джека вдруг нахлынула такая тоска, что вся его защита рухнула. Уязвимость и одиночество всплыли на поверхность, а надежда, с которой он пришел, показалась такой призрачной.
   – Я сдал жетон.
   Тейлор не удивилась.
   – А чем теперь занимаешься? – спросила она.
   – Немного плотничаю.
   – В Марблхеде?
   – Пока да.
   Пауза.
   – Тебе этого достаточно?
   – Да.
   – Ты занимался этим же в Колорадо, потом тебе надоело. И ты взялся за работу детектива в Марблхеде.
   – Я ушел. Навсегда.
   – Ты никогда не перестанешь быть полицейским, Джек. Это то, кем ты есть. Это то, чем ты есть.
   – Я – это человек, который почти половину жизни провел в прошлом. Ты – единственный проблеск счастья, который у меня был. Я просыпаюсь каждое утро и думаю о тебе. Мне тебя очень не хватает. Ты нужна мне как воздух.
   Тейлор опустила глаза.
   – Я не Аманда. Я никогда не смогу заменить ее.
   – Ты права. Этого не случится. Аманда мертва. Я не могу изменить это. Хотел бы, но не могу, и придется с этим жить. Но это не меняет того, что я люблю тебя. Не воображаемую, не то, что я чувствую рядом с тобой, а тебя. Я люблю то, кем и чем ты есть.
   Она откинулась на спинку стула, уронила руки на колени и уставилась на них. Ее взгляд блуждал, словно она искала ответ, который постоянно ускользал. Джек не знал, что творилось у нее в голове. Может, она боролась с чувствами или искала подходящие слова, чтобы побыстрее вернуться к семье, а потом улететь в Лос-Анджелес, навстречу новой жизни.
   «Пожалуйста, возьми меня с собой!» – с отчаянием подумал он.
   Тейлор посмотрела на него, и Джек заметил в ее глазах нежность. Что-то еще было, между ними еще существовала хрупкая связь, он чувствовал это. Только бы не дать ей исчезнуть!
   – Я не уверена, что понимаю, чего ты хочешь, Джек.
   – Я хочу провести остаток жизни с тобой. Я хочу разделить ее с тобой. Всю.
   Тейлор замерла. Джек понятия не имел, о чем она думает. Вдруг ее глаза наполнились болью, она поморщилась и взглянула на часы.
   – Мне пора, – сказала она.
   – Я не буду любить тебя меньше.
   – Что?
   – Тогда вечером, на балконе, ты сказала: «Я не буду любить тебя меньше. Неважно, насколько серьезно все было, неважно, насколько серьезно все будет». Помнишь?
   – Да.
   – Ты говорила правду?
   Тейлор открыла рот, чтобы что-то сказать, и на какое-то мгновение Джек подумал, что надежда вернулась, что слова смогут соединить их снова.
   Наконец она ответила:
   – Проведи меня до машины, пожалуйста. У меня остались кое-какие твои вещи.
   «Остались кое-какие твои вещи…» Вот так все и кончается. Внезапно Джек почувствовал себя человеком, который стоит на краю причала и понимает, что дальше дороги нет, только назад.
   Нет. Он не хотел, чтобы она уходила. Он хотел выговориться, хотел ссориться или заниматься любовью – что угодно, лишь бы вернуть ее. Он готов был устроить скандал прямо в ресторане, ему было все равно. Она не могла покинуть его.
   Но когда она встала и посмотрела на него, это чувство исчезло. Так ничего не получится. Он не мог заставить ее поделиться с ним болью, как и она не смогла когда-то этого сделать. Было слишком поздно.
   – Хорошо, – сухо ответил он.
   Они молча прошли до выхода, а мир вокруг них был наполнен смехом и улыбками, яркими, как зимнее солнце.
   Тейлор остановилась.
   – Вот моя машина.
   – Значит, – сказал он, давясь каждым словом, – это все.
   Она молчала.
   «Это не может закончиться вот так!» – подумал Джек. Его жизнь, все, что он любил, находилось в полуметре от него, и через минуту все это исчезнет навсегда.
   Тейлор не шевелилась. Джек протянул руку и сжал ее безвольные пальцы. Рука незнакомки.
   – Я люблю тебя, Тейлор.
   Она отвернулась и сказала:
   – Я знаю, Джек.
   – Тейлор… Тейлор, я… – Слова застряли в горле.
   Она хотела уйти, но он не отпустил.
   Очень нежно Джек привлек ее к себе. Сначала она сопротивлялась, потом сжала его руку и посмотрела ему в глаза. Он снова ощутил хрупкую связь, это целебное облегчение, которое наполнило его опустошенную душу.
   Джек обнял ее и закрыл глаза. Он чувствовал, как зимнее солнце светит ему в лицо, чувствовал холод ее щеки и силу рук, обнимающих его.
   – Джек… Ах, Джек…
   «Так вот какое оно – искупление!» – подумал он. Ты проживаешь черные дни один за другим, на грани отчаяния, искалеченный воспоминаниями и старыми ранами, но она все равно притягивает тебя, прижимает к сердцу, и когда ты вступаешь в ее волшебный мир, то на мгновение ощущаешь покой. В этом мире, который существует лишь между двумя, где живет эта неописуемая связь, что объединяет нас, ты закрываешь глаза и приветствуешь небеса.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 [46] 47

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация