А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Я – Елизавета. Любовь Королевы-девственницы" (страница 13)

   Правительница

   А в Англии жизнь шла своим чередом.
   Уильям Сесил сумел справиться с волнениями в северных графствах и шотландской проблемой (поддержка шотландских лордов, прежде всего графа Меррея, обошлась немалыми деньгами из казны, но оно того стоило). Правда, он едва не поссорился всерьез с Елизаветой, но та вовремя опомнилась. Умение признать правоту другого ради дела добавила Сесилу уважения к этой рыжеволосой красавице, и он решил не отдавать королеву Роберту Дадли.
   Сама Елизавета вела себя с фаворитом весьма странно, с одной стороны, она позволяла драгоценному Роберту слишком многое, с другой – постоянно твердила, что не намерена выходить замуж, потому что считает себя замужем за Англией, а всех англичан своими детьми. Сесил, радуясь, что Дадли пока женат, постарался поднять вопрос о замужестве Елизаветы даже на заседаниях Совета. К ней действительно то и дело сватались. Началось все с бывшего родственника королевы супруга ее сестры Марии Филиппа Испанского. Все прекрасно понимали, что сама Елизавета не нужна королю Испании ни в малейшей степени, как и он ей, но этот династический брак был бы очень выгоден обоим, и монархам, и странам. Женившись и произведя на свет наследника, супруги могли дальше жить каждый сам по себе, лишь время от времени обмениваясь посланиями.
   Такое положение в значительной степени развязало бы руки Елизавете в ее любви к Роберту, если бы не требование Филиппа – вернуть Англию в лоно римской церкви со всеми вытекающими последствиями. Это для Елизаветы, прекрасно помнившей костры инквизиции, было совершенно неприемлемо! И все же она вела переговоры!
   Почему?! – ужасались одни. Ай да Елизавета! – восхищались другие. Пока у ее противников есть надежда связать королеву узами брака, они не сделают и шага против Англии. Искусная игра Елизаветы и раздумья по поводу будущего супруга заставляла Европу жить в напряжении, прикидывая или отвергая всевозможные союзы против ее страны. Это понимали далеко не все и не сразу. Кто не понимал, считал Елизавету просто ветреной глупой кокеткой, а кто сознавал, как Сесил, искренне восхищались.
   – Но как долго вы сможете играть в эту игру, Ваше Величество? Женихи не станут вечно стоять у подножия вашего трона…
   – Я не собираюсь вечно, Сесил. Лет… десяти вполне достаточно! – насмешливо блеснула глазами Елизавета.
   Однако особой радости в глазах канцлера не увидела, ведь это ему, а не ей предстояло выслушивать все претензии многочисленных послов и посланников.
   Королева похлопала по рукаву своего верного советчика:
   – Ничего, Сесил, мы еще поморочим им головы…
   – Не стоит уж слишком стараться, Ваше Величество. Может, лучше действительно выйти замуж за подходящего претендента?
   – Вы знаете подходящих? Зануду Филиппа мне можно не представлять, и без вас помню. Его сын Карлос и того хуже. Эрик Шведский, говорят, не блещет умом… Кто там еще? Может, мне выйти замуж за младшего сына Екатерины Медичи? Сколько ему лет? Возраст вполне подходящий, чтобы водить его в тронный зал за ручку, подсаживать на трон и гладить по головке, если расхнычется.
   Королеве весело, а Сесилу грустно. Женщина на престоле – это всегда проблемы. Нужен король, хорошо бы англичанин, но только не Дадли! Вильям Сесил думал и не мог придумать…
   Филипп Испанский вышагивал из угла в угол комнаты, слегка покусывая губу в раздумье. Его действительно мало волновала смерть английской супруги, просто жалел, но не более. Да и жалеть ту, из-за которой стал посмешищем всей Европы, постепенно надоело. Любое христианское терпение способно иссякнуть от многомесячных тщетных ожиданий и игры в обожание той, которую всего лишь жалеешь. А он не ангел и не глубокий старик. Королю Испании хотелось настоящей страсти, а не сморщенных телес немолодой супруги. Как ни совестил себя Филипп, но в душе он был рад ее смерти.
   Однако оставался вопрос, что делать с Англией дальше.
   На престол взошла Елизавета, и это со многих точек зрения осложняло дело. Во-первых, она еретичка, никакие демонстрации тогда еще не королевы, а просто леди Елизаветы терпимости к католической вере не могли обмануть Филиппа, он слишком хорошо помнил саму младшую сестру Марии.
   Кокетлива, временами даже слишком, словно единственным желанием ее было завоевать внимание и сердца всех мужчин вокруг. А то вдруг из-за записного кокетства, словно истинное лицо из-за раззолоченного веера, выглядывала совсем другая Елизавета – расчетливый и очень опытный политик, которого не обмануть никакими льстивыми словами! Из такой невозможно вытянуть никакие обещания, не удавалось получить никакой откровенный ответ, слышались только ничего не значившие витиеватые слова. А если припереть к стенке прямым вопросом, то ответ снова звучал так, что при необходимости от него всегда можно было отказаться. Иногда Филипп восхищался подобным умением уходить от ответственности, но куда чаще это умение его бесило!
   Граф Фериа, отправленный в Лондон налаживать контакт между Филиппом и новой королевой, жаловался на то же. Она из тех, у кого на языке мед, а под ним лед. Королеву Елизавету невозможно заставить обсуждать хоть что-то, налагающее на нее малейшие обязательства. Немедленно следуют заверения в дружбе и понимании, что, по сути, означает вежливый отказ обсуждать неугодную ей суть дела. Граф попытался напомнить, что королева Мария назвала младшую сестру своей преемницей во многом благодаря Филиппу, об этом не мешало бы помнить. Недоговоренным осталось, что, собственно, и жизнь Елизавете была сохранена тоже ходатайством супруга королевы.
   Елизавета прекрасно поняла все намеки, но что же она ответила? «Я не вижу причин быть благодарной королеве Марии за доставшуюся мне корону, потому что являюсь законной наследницей и без ее благоволения! Я имела все права на трон, и никто не мог лишить меня их!» Прочитав эти строчки, Филипп смял письмо от злости. Не будь его, эта дрянь давно была бы погребена без головы! Как он мог надеяться, что кокетливая девчонка будет благодарной?! Но это не просто неблагодарность за оставленную жизнь, ее поведение граничило с откровенным вызовом. Елизавета словно говорила: вы спасли мне жизнь и подарили возможность наследовать корону? Отнюдь, Мария просто не рискнула казнить свою неповинную сестру, не опасаясь восстания в собственной стране, с которым справиться у нее едва ли хватило бы сил. А корона мне досталась бы и без вас, я законная наследница! Казалось, эти слова витали в воздухе.
   В воздухе витало еще одно – чтобы сохранить Англию под рукой римской церкви, Филипп должен жениться на молодой королеве. Ну уж нет! Жениться на этой фурии даже при том, что она не в пример моложе и привлекательней своей почившей сестры?! Но и это Филипп готов сделать ради торжества истинной веры. Заглянув в себя поглубже, испанский король был вынужден признаться, что не только забота об успехах папы римского двигала им. Где-то глубоко таилось желание подчинить себе Елизавету-женщину, познать, какова она в постели, увидеть восторг в этих голубых глазах, разметавшиеся по подушке рыжие волосы, услышать ее стон в ночи… Но Филипп загнал такое понимание поглубже, он не мог позволить себе любить эту женщину, как не должен был позволять жалеть ее сестру. Все Евины дочери даны мужчинам для их погибели и ни одна не достойна, чтобы из-за них страдать! Женщин можно брать на ложе только ради продолжения рода и ради физического здоровья, но не больше.
   А уже вести с ними дела?.. Глупость!
   Испанский король сделал над собой усилие и предложил свою руку младшей сестре своей бывшей супруги Марии Елизавете. Это означало признание ее прав на английский престол! Уже одним таким признанием Филипп основательно унижался и давал Елизавете надежду быть признанной всеми остальными странами римской церкви. Казалось, английская самозванка должна быть счастлива, вместе со всемогущим супругом она получала признание законности своего пребывания на троне, чего же еще?!
   Немного погодя не один Фериа, но и сменивший его посол Испании в Лондоне Ди Куадро скрипел зубами – английская кокетка отказала испанскому королю, вежливо, с улыбкой, но отказала! Якобы она даже не мечтала о замужестве и не надеялась так скоро пойти к венцу! И это женщина, которой впору зваться старой девой! Она не мечтала… Каждому ясно, о чем она мечтает – быть заваленной на ложе ее драгоценным Робертом Дадли! Держит этого хлыща рядом словно комнатную собачку, не позволяя ему и глаз скосить на кого-либо другого. И это при том, что Дадли женат. Поистине, Елизавета дочь Анны Болейн и удалась в мать!
   Но как бы ни злился испанский король, он вынужден был признать, что Елизавета Тюдор довольно ловко пользуется своим статусом королевы-девственницы, став самой желанной невестой Европы. К ней немедленно выстроилась очередь из желающих предложить руку. И кокетка принялась водить за нос самых знатных женихов, ловко играя в свою собственную игру.
   И тут к английской невесте на выданье добавилась шотландская. Юная вдова Франциска была явно неугодна вдовствующей королеве и в отличие от своей английской кузины вышла бы замуж с удовольствием, как только позволят приличия. А пока ей пришлось возвращаться в родные пенаты. Между двумя кузинами состоялась первая стычка.
   – Ваше Величество, – Сесил был заметно задумчив. К чему бы это? – Шотландская королева желает вернуться в Эдинбург через английские воды.
   – Она уведомляет меня или просит разрешения проехать? – мгновенно сообразила Елизавета.
   Канцлер даже улыбнулся такой скорости мышления, ученица явно демонстрировала успехи.
   – Уведомляет, но в вопросительном тоне.
   – Ни за что! Пусть сначала подпишет Эдинбургский договор! Не хватает присутствия на моей земле претендентки на мою корону! Ишь ты, она уведомляет… Давно ли объявляла себя хозяйкой Англии, а как прижали хвост в Париже, стала просить? Шиш ей!
   Сесил едва сдержал улыбку, но не из-за ругательства королевы, а из-за того, что Елизавета интуитивно делала то, что он считал нужным. Едва ли сама Мария торопится в родную Шотландию, агенты Уолсингема докладывали, что молодая вдова всячески затягивает свое возвращение, изыскивая предлоги для этого. Таким предлогом могло быть и требование королевы Елизаветы. Почему?
   – Сесил, чем дольше дела шотландской короны останутся неустроенными, тем лучше для нас.
   – Думаю, и для нее тоже, Ваше Величество.
   – Чего она ждет? Не хочется уезжать из Парижа? Боится, что двор и многочисленные льстивые поклонники быстро забудут, как только исчезнет с глаз? Интересно, поедет ли кто-то из ее бардов в Эдинбург или они предпочтут восхищаться издали и по памяти?
   Сесила поразил сарказм в голосе и словах королевы. Но, по сути, Елизавета была права.
   – Думаю, королева Мария просто ждет предложений руки.
   Ответом был изумленный взгляд.
   – Кому нужна ее Шотландия с долгами?
   Хотелось возразить, что долги не у одной Шотландии, но сказал другое:
   – Шотландия нужна только по двум причинам: она граничит с Англией, и ее королева претендует на английский престол…
   Сказал и сам ужаснулся. Бледное лицо Елизаветы пошло красными пятнами, скулы сжались так, что выступили желваки, ногти красивых пальцев впились в ладони.
   – Ваше Величество, вы зря так переживаете, претендовать можно хоть на царствие небесное, это вовсе не значит, что его можно достичь из одного желания.
   Елизавета рассмеялась злым нервным смехом:
   – Пусть претендует! Кто может посватать шотландскую королеву?
   Сесил поразился быстрому изменению тона своей королевы, ай да Елизавета, несдержанна, но как быстро умеет брать себя в руки! Пожал плечами:
   – Тот же Филипп Испанский… Его сын Карлос, Эрих Шведский, все, кому вы уже успели отказать…
   Эти слова можно было воспринять как лесть, но это была правда.
   Елизавета чуть подумала, походив по комнате, Сесил уже знал, что в такие моменты ей лучше не мешать. Изящный веер, который она держала в тонкой, красивой руке, тоже ходил ходуном, это означало серьезные раздумья. Наконец королева произнесла:
   – Сесил… а что если обещать назвать ее своей наследницей?
   – Зачем?!
   – При условии, что она будет во всем со мной советоваться…
   – Едва ли Мария Стюарт согласится на это.
   – А я объявлю, что любой, кто посватается к ней без моего на то согласия, станет моим врагом!
   Первой мыслью Сесила было, что это глупость, но позже, подумав, он решил, что столь хитрый ход против женщины могла придумать только другая женщина. Предстояла интересная борьба кузин. Канцлер почувствовал, что если только Мария Стюарт не выйдет срочно за кого-нибудь замуж, полностью подчинив супругу свою волю, то им с Уолсингемом придется изрядно попотеть, обеспечивая нешуточное противостояние королев. Ну что ж, они готовы. А в самой Шотландии поможет сводный брат Марии граф Меррей.
   Если бы только Уильям Сесил подозревал, как надолго растянется это противостояние, в какие нешуточные коллизии выльется и, главное, чем закончится, может, он и отсоветовал бы королеве обращать серьезное внимание на свою шотландскую кузину? Но никто не знает будущего, а если бы знали, то большинство провело жизнь на диване, не занимаясь ничем. Правда, Уильям Сесил был не из таких, канцлер из породы людей, кто сам делает и свою жизнь, и жизнь окружающих, и даже жизнь государств, Елизавете очень повезло встретить такого человека на своем пути, едва ли молодая королева так блестяще справилась бы со своей задачей без его помощи.
   А тогда договорить им не дали, принесли срочное известие. Как и следовало ожидать, королева Шотландии Мария Стюарт категорически отказалась подчиниться требованию английской королевы, что и высказала в весьма резких выражениях английскому посланнику. Трокмортон передал слова Марии Стюарт: «Я в крайней на себя досаде, надо же было мне так забыться – просить вашу повелительницу об услуге, в которой я, в сущности, не нуждаюсь… Когда б мои приготовления не подвинулись так далеко, быть может, недружественное поведение вашей августейшей госпожи и помешало б моей поездке. Однако теперь я полна решимости отважиться на задуманное, к чему бы это ни привело…» Посол увиливал от ответа, объясняя все исключительно недоразумениями и старательно напоминая о ситуации с гербом.
   Марии пришлось объяснять свое поведение нажимом почившего свекра и опровергать намерение захватить английский престол. Но когда английский посланник Трокмортон, чтобы снять все вопросы, настоятельно попросил ее просто подписать Эдинбургский договор, уже Мария начала увиливать от ответа, мотивируя тысячу отсрочек желанием посоветоваться со своим парламентом, с шотландскими лордами… О чем советоваться, ведь именно парламент и лорды этот договор заключили, значит, их мнение не вызывает вопросов? Снова начались увертки и ложь. В ответ и английский посланник умело избежал любых обещаний от имени своей королевы.
   – Сесил, она выдала себя с головой! Ей мало Шотландии, ей нужна Англия! Англия нужна шотландской королеве-католичке! И все же мы дадим ей разрешение, теперь, когда она явственно показала свое ко мне отношение, она может плыть в свою Шотландию. – Королева фыркнула. – Как только ее попросту вытурят из Франции!
   Елизавета была права. Как ни оттягивала свой отъезд Мария Стюарт, ее нервные метания окончательно надоели бывшей свекрови, и та вежливо, но твердо потребовала отбыть восвояси. Екатерине Медичи хватало и своих проблем, чтобы вникать в неприятности ненавистной бывшей невестки. Любимый поэт Марии Ронсар только стенал в своих стихах, но за музой на туманный остров не последовал. Как не последовали и все те, кто неизменно восхищался ее талантами и красотой, ее обаянием. Дворяне клялись в вечной преданности, но только на расстоянии, а королева прекрасно понимала, что, как только паруса ее кораблей скроются из вида, большинство забудет все эти клятвы. Мария Стюарт осталась со своими проблемами в одиночестве.
   Послы доносили своим монархам, сколь непривычно ведет себя молодая королева. Нет, в отношении танцев или развлечений она, как и любая другая женщина, весьма активна. Но активна и во всем другом! Королева Елизавета вставала рано, так рано, что в восемь утра ее можно было застать уже в парке на прогулке, а ведь до того она успевала помолиться, уделить некоторое внимание срочным государственным делам и позавтракать. Это не считая немалой траты времени на одевание и прическу.
   Щедро подкупленные послами повара и горничные не делали секрета из рациона королевы и ее мелких привычек. Знать бы им еще, что Елизавета сама по совету того же Сесила разрешила рассказывать определенные сведения. Лучше пусть ее горничные получают доплату от испанского посла за то, что она скрывать не намерена, чем клянчат повышение платы у нее. Так интерес других держав к ее персоне и мелким привычкам помогал меньше тратить на содержание собственного двора!
   Повара сообщали, что королева питается трижды в день, на завтрак у нее обычно белый хлеб, эль, пиво, вино и хорошая похлебка, сваренная из баранины на косточке. Позже эти сведения, распространившись и в народе, вызвали волну умиления – королева ест, как простая женщина! Она наша!
   Сама Елизавета была весьма умеренна в еде и питье, предпочитая эль и пиво вину, мало ела и мало пила. Но для своих многочисленных фрейлин ежедневно накрывала богатый стол. Агенты доносили Филиппу Испанскому, что королевский обед обычно состоит из двух блюд. На первое предлагались на выбор говядина, баранина, телятина, лебеди, гуси, каплуны, кролики, фрукты, сладкий крем из яиц и молока, оладьи, хлеб. На второе – мясо ягненка или козленка, фазанов, петухов, цыплят, голубей, жаворонков, фруктовые пироги, оладьи, масло. На ужин, тоже из двух блюд, снова подавалось мясо в самых разных вариантах, морская рыба и множество напитков. И снова королева весьма умеренно пила и ела, предпочитая больше развлекаться…
   Елизавета очень любила музыку и танцы. Возможность «попрыгать» для нее была часто важнее серьезных дел, но со временем королева умудрилась объединить то и другое, и во время придворных развлечений часто решались очень серьезные дела. Ее советники были и ее придворными, умение танцевать, играть на музыкальном инструменте или слагать стихи ценились наравне с государственным мышлением. Елизавета справедливо полагала, что одно другому не мешает.
   За картами или партией в шахматы можно решить серьезный вопрос не хуже, чем на заседании, а в танце между делом вполне позволительно посоветоваться по важному государственному вопросу, если таковой не составляет государственную тайну. Удивительно, но рыжеволосой королеве это удавалось, зато придворные чувствовали себя причастными к большой политике, так же как народ к королевской жизни из-за ее многочисленных поездок. Сознание, что Ее Величество посоветовалась с ним пусть и по пустяковому вопросу, поднимало придворного на невиданную высоту и добавляло ему веса в собственных глазах, таким образом крепче привязывая к собственной монархине.
   Так маленькие женские хитрости королева вносила в «мужское дело» правления страной. И все же у нее имелся один, как считали все, недостаток, сводящий на нет многие усилия ее пропаганды. Елизавета была влюблена со всей страстью недюжинной натуры, и это сильно осложняло жизнь ее советникам.
   Первые годы правления Елизаветы были для Сесила невыносимо тяжелыми, не раз он обдумывал мысль оставить свой пост и удалиться в имение. Влюбленная королева это прежде всего влюбленная женщина, какой бы она ни была умницей, ведет себя не лучше большинства глупышек. И Елизавета тоже.
   Сесил с досадой наблюдал, как одно лишь появление Роберта Дадли превращало королеву в послушную игрушку возлюбленного. Она ревновала его к каждому взгляду, брошенному на другую, к каждому взгляду, брошенному на него самого. И невыносимо глупела…
   Елизавета и сама чувствовала зависимость от Дадли, но поделать с собой ничего не могла. В глубине души она страстно желала, чтобы однажды Роберт переступил ту незримую черту, которая была проведена между ними. Он самый лучший, самый красивый, самый… все эпитеты со словом «самый» подходили Роберту Дадли! К тому же Дадли умел пользоваться своей привлекательностью.
   Первое время удавалось справляться… Сам Роберт Дадли был столь же разумен, как и молодая королева, он строго соблюдал границы дозволенного. Но как долго двое молодых влюбленных, ежедневно находясь рядом по много часов, могли сдерживаться?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 [13] 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация