А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Воронье" (страница 14)

   16. Чудовище

   Аннетта тем временем освободилась от шейного корсета. Поскольку она больше не чувствовала себя гималайским медведем, то решила вместе с матерью Поля приобрести подобающее траурное платье. Например, какой-нибудь темный брючный костюм, который потом можно будет носить на работу с пестрой блузкой, шелковым платком или модными бусами.
   Манера свекрови водить машину Аннетте до того времени была незнакома, но на удивление ей понравилось, как Хелена держится за рулем. И покупка черного костюма удалась с первой попытки.
   – Черное тебе к лицу, Хелена, – искренне сказала Аннетта и сняла с вешалки темный костюм. – Как ты думаешь, может, мне примерить вот этот?
   – Надеюсь, не ради завтрашнего дня? – спросила свекровь. – Нет-нет, Аннетточка, ты не должна тратиться ради похорон, ты все-таки не кровная родственница…
   От бешенства Аннетта покраснела как рак, но справилась с собой и предложила выпить по чашечке эспрессо.
   Свекровь заметила, что Аннетта разозлилась, и ласково похлопала ее по руке:
   – Детка, ты неправильно меня поняла, – конечно, ты тоже родная нам, но иногда в тебе больше консерватизма, чем в нас, стариках!
   – Под консерватизмом ты подразумеваешь мещанство, – нанесла ответный удар Аннетта. – Но лучше я буду мещанкой, чем такой лицемеркой, как ты!
   Поскольку свекровь на этот выпад никак не отреагировала, Аннетта стала еще агрессивнее.
   – Зачем тебе вдруг понадобились черные тряпки? Ведь твой так называемый траур вовсе не по мужу, а по любовнику!
   Хелена застыла как громом пораженная.
   – Что ты сказала? – срывающимся голосом переспросила она и попыталась изобразить улыбку. – Любовнику? Откуда ты взяла эту чушь?
   Отлично сыграно, подумала Аннетта, и тут ее долго скрываемая ярость взяла верх. Аннетта знала, что ответить.
   Со стороны Хелены было совсем недурным ходом попытаться оправдать себя за счет Аннетты.
   – Хайко Зоммер? Но это же убитый владелец ресторана! У тебя в голове все перепуталось, Аннетточка! Ах, как я могла забыть, что у тебя сотрясение мозга! Мы сейчас же едем домой, тебе срочно надо в постель!
   Аннетта энергично покачала головой, тут же подумав, что такие резкие движения при ее травме ей пока противопоказаны.
   – Хелена, – продолжила она более спокойным тоном, – я вовсе не собираюсь болтать о твоих секретах направо и налево, но это никакая не чушь. Поль тоже был там, когда они застали твоего любовника на вашей кухне!
   Хелена потребовала сказать, когда это было, и недоверчиво прищурилась.
   – В прошлую субботу днем я была у парикмахера, – заявила она. – И если у меня на кухне в это время был чужой человек, то надо срочно сообщить об этом полиции. Но я не заметила, чтобы из дома пропали какие-то ценности. Возможно, здесь речь идет о какой-то кошмарной интриге. Аннетта, а ты абсолютно уверена, что услышала этот неслыханный бред от Ахима? А что об этом сказал Поль?
   Кофе был горячий и крепкий. Аннетта отерла пот с верхней губы. Она вдруг почувствовала, что была несправедлива к свекрови, а взглянув в ее растерянное лицо, всерьез засомневалась в том, что Ахим говорил правду.
   – Прости, Хелена. После этой аварии я действительно немного не в себе. А может быть, Ахим просто решил меня надуть?
   – Я спрошу у него, хотя мне это будет в высшей степени неприятно. Аннетта, я знаю, что ты больна, и знаю также, что Ахим – вечный ребенок. Иногда он преувеличивает или выдает какие-то фантастические идеи, но такой гнусной лжи я от него не слышала!
   Аннетта уже жалела, что обидела свекровь бестактным заявлением. Как можно вернуть назад необдуманные слова? От мысли, что голова у нее плохо работает, что она приняла какой-то бред за правду, Аннетта расплакалась.
   – Когда вы вернетесь в Мангейм, тебе надо будет сразу сходить к невропатологу, – посоветовала Хелена, но тон был какой-то отстраненный, не было в нем ни сочувствия, ни заботы.
   Чтобы прервать тяжелую беседу, Аннетта встала и направилась в туалет. Вернувшись через пять минут, кое-как взяв себя в руки, она увидела, что на ее месте сидит молодой человек, который, впрочем, тут же поднялся.
   – Сочувствую вам, – произнес он, протягивая Хелене руку.
   Представить Аннетте незнакомца свекровь не посчитала нужным. Она кивнула официантке, заплатила и вышла из кафе.
   Аннетта потрусила следом, как нашкодившая собачонка. До самого дома обе не произнесли ни слова.
   – Тебе надо срочно лечь в постель, – скомандовала свекровь. – Я поступила как форменная эгоистка, заставив психически нездорового человека сопровождать меня.
   Когда Аннетта с трудом стаскивала туфли, Хелена еще раз просунула голову в дверь:
   – Жан-Поль везет меня на вокзал, мы должны встретить Лило и Саскию. Если появится Ахим, скажи ему, чтобы накрыл стол к чаю.
   «Уж я найду, что ему сказать», – подумала Аннетта. Неизвестно, какими соображениями он руководствовался, но явно наврал ей с три короба. Правда, если бы Ахим появился в эту минуту и обнял ее, она бы не устояла. Он был здесь единственным, кто о ней заботился, кто понимал, что она тоже нуждается в помощи и участии. Поль и его мать были заняты только своими собственными переживаниями.
   Но Ахим не появлялся, и Аннетта решила накрыть на стол сама, одной рукой, чтобы хоть как-то загладить свою вину перед свекровью.
   Весь день Поль мучился неясным чувством вины из-за того, что накануне отцовских похорон мысли его заняты сексом, едой и деньгами. Он очень поправился, двойная жизнь с двумя женщинами плохо отражалась на здоровье. Прежде чем Ольга снова начнет его откармливать, думал он, обязательно нужно будет посидеть на диете. Решив приступить к диетическому питанию немедленно, Поль взял сырую морковку и сгрыз ее без всякого удовольствия. Когда мать позвала, он хмуро отправился к автомобилю. После аварии ему не хотелось садиться за руль, но в доме испокон веков было заведено, что мама не водит машину сама, если рядом есть кто-то из сыновей.
   Он сразу заметил, что мать чем-то подавлена.
   – Тебе не обязательно ехать со мной, я смогу узнать тетю, – предложил Поль, но она отказалась.
   – Знаешь, Жан-Поль, – нерешительно начала Хелена, – эти дни всем нам дались нелегко, но я никогда не ожидала, что Аннетта потеряет самообладание.
   Поль улыбнулся:
   – Не переживай, мама. Игрушки высохнут. На самом деле Аннетта очень крепкий человек, хотя и выглядит маленькой девочкой. Через пару дней она будет в норме.
   – Я вовсе не об игрушках, – возразила мать. – Мы ездили с ней в магазин, и она закатила там истерику.
   Поль, напрягшись, обогнал ползший еле-еле тягач с прицепом. Хотя слова матери не произвели на него серьезного впечатления, он все же спросил:
   – И что же она вытворяла?
   Когда растерянная мать выложила ему историю про любовника, на какую-то секунду Полю стало страшно, он не знал, как ему реагировать. Ахим все разболтал самым подлым образом, а ведь они договорились молчать. Как и у Аннетты, у него появилось чувство, что возмущение матери не наигранное, а настоящее. Что же делать? Может, успокоить маму, сказать, что у Аннетты галлюцинации?
   Чтобы как-то уйти от решения этой дилеммы, Поль решил перевести разговор на нейтральную тему. Для разговора о выплате их доли наследства момент был явно неподходящий, поэтому он решил расспросить мать о прибывающих родственниках.
   Но ее было не так-то просто сбить с толку.
   – До вокзала недалеко, а потом у нас с тобой не будет возможности поговорить так, чтобы никто не мешал… Аннетта заявила, что весь этот бред нагородил Ахим, во что я никак не могу поверить, хотя… с другой стороны…
   – Что? – спросил Поль, подыскивая место для парковки.
   Мать опять замолчала, а после паузы заявила:
   – Ахиму еще несколько лет назад надо было бы обратиться к психотерапевту. Он считал, что всю жизнь находится в твоей тени, и потому желал тебе всяческих бед, о чем ты, конечно, не подозревал… Однажды он даже…
   – Даже что? – спросил Поль, торопливо выруливая, чтобы занять освободившееся место.
   Мать не ответила, вернувшись к своим мыслям.
   – Как можно было выдумать такую историю?! Там же нет ни единого слова правды! – возмущенно воскликнула она. – Ведь ты же мне непременно позвонил бы, если бы вы собрались ехать в Майнц. И разумеется, навестил бы папу, если бы оказался здесь!
   – Разумеется, – невнятно пробормотал Поль.
   – Боже мой, Жан-Поль, как будто у меня мало других забот…
   – А что еще?
   Но мать уже выходила из машины. По дороге к перрону она пробормотала:
   – Есть вещи, о которых мне неприятно говорить.

   Что она хотела этим сказать? Рискованно, конечно, было скрывать от матери их визит в больницу, но нечистая совесть братьев не позволила рассказать об этом. Только недавно они узнали, что лечащий врач отца как раз на Пасху ушла в отпуск и с матерью перед этим не говорила – стало быть, Хелена не могла знать, что они были у отца. Постепенно до Поля дошло: мать, должно быть, совершенно уверена в том, что сильное возбуждение отца, приведшее к таким тяжелым последствиям, спровоцировано лично ею.

   Во время недолгого пути с вокзала в Майнц-Бретценхайм Саския расспрашивала об истории города. Полю представилась возможность блеснуть, и он рассказал, что хотя римляне и разбивали свой лагерь у самых ворот города, имя этому району дали франки.
   – Хотя наш Бретценхайм и был самой настоящей деревней, именно здесь впервые стали возделывать виноград, – гордо сообщил он. – Потом вы сможете попробовать наше домашнее вино. Жаль, что вас не будет здесь во время субботнего карнавала, когда по узким улочкам проходит шествие, или в июне во время нашего праздника…
   Кузина сухо оборвала его:
   – Может быть, это и потрясающе, но мы сюда приехали не на гулянку.
   Поль пристыженно замолчал. Как всегда, мать не растерялась и, не обращая внимания на реплику Саскии, продолжила лекцию, начатую сыном:
   – В 1946 году образовалась земля Рейнланд-Пфальц и Майнц стал ее столицей. Когда вновь открылся университет, появился новый район, в котором мы и живем. Ну вот, приехали. Добро пожаловать, несмотря на печальный повод!
   Тетя все это время одобрительно кивала, ведь она и сама выросла здесь.
   – Жаль, что я давно у вас не была. В детстве я частенько звонила в дверь в соседних домах и убегала, за это мне потом доставалось.

   Ахим появился, когда гости уже сидели за столом. От крепкого кофе они отказались, сославшись на проблемы со здоровьем. На голове у Ахима была новая кепка с козырьком, которую тетя Лило тут же обозвала нашлепкой, он принес оладий, кренделей с маслом и сразу стал для всех нужным. Сначала он откупорил бутылку игристого вина для кузины, потом приготовил тете Лило жидкий кофе.
   – Принеси, пожалуйста, кувшинчик молока! Выпечка просто изумительная, – похвалила тетя.
   Хелена напряженно наблюдала за своим услужливым сыном.
   «Наверняка думает о нашем разговоре, – решила Аннетта, – только она скорее согласится с тем, что спятила я, а не ее драгоценный сыночек. Давно пора было бы уехать домой, сил нет уже никаких».
   Кузина обладала неброской внешностью и чувством юмора. Полю она сразу понравилась. Саския, слегка полноватая, была в черном свитере и джинсах. Волосы у нее были темно-русые, стянуты в конский хвост; забываясь, она начинала грызть ногти.

   Тетя пожелала посмотреть последние фотографии покойного брата, и Хелена принесла несколько толстых альбомов. Некоторое время все были заняты разглядыванием и комментированием снимков. Только Аннетта скучала, потому что недавно ей пришлось пересмотреть их вce. Она потихоньку встала и взяла с дивана пиджак Поля, чтобы повесить его в шкаф на плечики. Выйдя из комнаты, вытащила из кармана пиджака мобильный телефон, быстро нажала на повторный вызов и стала ждать ответа. Ответила Ольга, и Аннетта тут же нажала отбой. Все ее надежды на то, что наряду с погребением отца будет похоронен и этот роман, рухнули.

   Вопросом Саскии, можно ли у них курить, Поль воспользовался, чтобы проводить кузину на террасу.
   – Почему, собственно, мы до сих пор не были знакомы? – спросила Саския, прикуривая «легкую» сигарету от зажигалки, поднесенной Полем.
   Он припомнил, как однажды, тридцать лет назад, ему подсунули под нос младенца.
   – Больше мы с тобой не виделись, – с сожалением произнес он. – Насколько я знаю, наши отцы терпеть не могли друг друга. Мама, кстати, говорила, что ты живешь с каким-то музыкантом?
   – Это давно в прошлом. Он оказался для меня жидковат. Угадай, какое хобби у моего нового приятеля?
   Пораженный Поль узнал, что ее друг занимается ковбойскими скачками. По словам Саскии, это в Германии очень молодой спорт, особенно поражают зрителей эффектные маневры всадников. Они скачут очень быстро, а когда внезапно останавливают лошадь, из-под копыт брызжет песок. При этом всадник держится за повод только одной рукой, управляя лошадью короткими приказами. Полю обязательно нужно будет сходить на такое шоу, когда его будут проводить в Мангейме.
   – В самом деле? И ты увлекаешься этим безумием? – спросил Поль.
   – Дорогой кузен, я флейтистка, для музыканта это слишком большой риск. На самом деле мне даже курить нельзя. Но мой друг заразил меня парусным спортом.
   Поль на секунду закрыл глаза, оглушенный свежим воздухом. Перед ним открылась великая свобода: синее море. Его милая кузина со своим диким приятелем управляли яхтой, а Поль наслаждался бездельем, лежа в шезлонге, восхищаясь заходящим солнцем и потягивая греческую анисовую водку. Это, наверное, стоит прорву денег, подумал он, а вслух сказал:
   – Я продрог, вернемся в дом.
   В теплой комнате ему стало нехорошо, он почувствовал, что заболевает. Тошнота, мелькание в глазах, ломота в суставах и мерзкая головная боль были верными признаками наступающей хвори.
   Лучше бы он воздержался от шести оладий.

   Похоже, сейчас все обсуждали, в какой ресторан пойти вечером.
   – Отец наверняка посоветовал бы пойти в «Дикого гуся», – произнес Поль, остановив неподвижный взгляд на матери.
   – Что за ужасная идея! – вскричала та. – Владельца только что убили, а мы…
   Ахим прервал ее:
   – «Дикий гусь» исключается, он пока закрыт. Я закажу столик в ресторане «Кучина».
   Наконец вечер подошел к концу. Родственницы захотели до ресторана поехать в гостиницу. Поля ангажировали в качестве водителя, на что он от слабости покорно согласился. Его мать захотела прилечь. Аннетта сидела в спортивных штанах и листала вчерашнюю газету. Неужели у ее спортивной свекрови тайная страсть к парусному спорту, удивилась она. В газете ей попалось обведенное красным объявление: «Команда шкиперов ищет спутников для турне по Средиземному морю. Умение управлять яхтой не требуется».
   Когда в дверь постучали, она сразу догадалась, что это Ахим. Тот вежливо предупредил, что через полчаса все едут в ресторан.
   Аннетта довольно сдержанно ответила, что ей не хотелось бы.
   – Хочешь умереть с голоду, малышка?
   – Все у тебя вертится вокруг еды, – буркнула в ответ Аннетта. – Ты вообще понимаешь, что своими россказнями поставил меня в дурацкое положение?
   Когда Ахим узнал, как глубоко Аннетта обидела его мать, выражение его лица стало очень неуверенным. Он отвернулся к окну и некоторое время стоял, уставившись на улицу.
   Потом повернулся к кровати. Оба виновато посмотрели друг на друга, не произнося ни слова. Затем Ахим вернулся к еде.
   – В ресторане «Кучина» тебе наверняка понравится, но в любом случае надо переодеться!
   Он опрокинул ее на подушку, поцеловал в шею и стал стягивать с нее штаны.
   «Это безумие, – подумала Аннетта, – свекровь может войти в любую минуту!» От одной только мысли у нее потемнело в глазах.

   Давным-давно, еще школьницей, она ездила на экскурсию во фрайбургский Мюнстер. Химеры, маскирующие водосток, их собачьи головы, крылья, чешуйчатые хвосты, вытаращенные глаза и разинутые пасти еще долго снились Аннетте. Внезапно деверь, которого она до этого времени считала Адонисом, превратился для нее в такое же мифическое существо. В панике она стала искать что-нибудь, чем можно было бы хлопнуть чудовище по губам. К сожалению, под рукой оказалась только вчерашняя газета.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация