А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Анатомия страсти" (страница 11)

   Семья, разводы и блуждающие одиночки

   Истинное одиночество – это присутствие человека, который тебя не понимает.
Элберт Хаббард
   Еще в начале ХХ столетия А. Чехов в юмористическом рассказе «Советы желающему жениться» замечал: «Жениться могут все, даже китайцы». Китайцы вняли совету великого писателя: их количество достигло за сто лет 1325 млрд.
   Несмотря на то что участники супружеского союза клянутся любить друг друга до конца, до последнего вздоха (что и является желанием большинства людей, вступающих в брак), такие взаимные обязательства для всех участников свадебного обряда не могут быть выполнимы. Любовь в повседневной жизни должна утверждать себя снова и снова, а иначе вероятность деформации отношений по причине различных внешних и внутренних причин очень велика. По оценочным данным, каждая четвертая пара представляет собой семью, в которой существует потенциал напряженности. Это выражается в том, что партнеры удаляются друг от друга, не получая радости и удовольствия от взаимного общения, что порою перерастает в очаг агрессии и депрессий.
   Неустройство быта является одной из ключевых причин постоянных раздоров. Например, 41% споров между партнерами в Германии возникает из-за отсутствия желания у одного из них своевременно помочь в уборке «семейного очага». Именно в этом каждый десятый гражданин Германии видит причину развода. Опросы в Англии приоткрыли еще одну сторону взаимоотношений супругов. Женщины брюзжат почти 8000 минут в году, причем темы, которые они в большинстве своем затрагивают, относятся именно к отсутствию мужской помощи в ведении домашнего хозяйства и, что удивительно, к отношению мужчин к своему здоровью. 70% мужчин признались, что ворчание приводит жен к победе: мужья после часа настойчивых просьб уступают требованиям женщин. Если же нет, конфликт обеспечен.
   В последнее время в европейском сообществе значительно изменилась сама структура семьи. Люди связывают себя семейными узами значительно позже или вообще остаются свободными. Несмотря на то что мечта провести жизнь с одним-единственным партнером является идеалом для всех, возможностей для ее реализации становится все меньше и меньше. Постепенно мы привыкаем к этому неуклонно развивающемуся тренду, нас уже нельзя шокировать. Каждый развод имеет причины и обоснования, которые могут лежать, например, в более чем дружеских отношениях супруга с одной из его сотрудниц по работе или же в непереносимых чертах характера жены, ежедневно действующей на нервы.
   Почему мы должны страдать, почему мы должны приносить себя в жертву, почему мы не можем разрубить связи, которые приносят нам столько страданий при наличии стольких противоречий и различий? Или, может быть, причины лежат в тенденциях непрерывного совершенствования, которое разрушает идеал, построенный на зыбкой основе, словно карточный домик? Барьеры, которые нельзя преодолеть, цели, которые вскоре становятся недосягаемыми, – со всем этим можно покончить и двигаться дальше, даже если и в другом направлении, и причем самостоятельно. Это очень тяжелое решение, которое принимать должен каждый для себя. Однако может создаться впечатление, что многие пары относятся к этому легкомысленно и принимают роковое решение без борьбы, без того, чтобы еще раз попробовать начать все сначала до того, как в отношениях наступит абсолютная тишина и холод. При этом часто возникает вопрос: быть ли одиноким вдвоем или лучше коротать жизнь в одиночку? Опытные терапевты, специалисты по бракам не могут стать приверженцами только одного лозунга, они пытаются посредничать между партнерами, устанавливать основу для переговоров, чтобы хотя бы наладить контакт. Но в большинстве случаев такое посредничество не дает ожидаемых результатов на длительное время, и здесь появляются характерные черты, которые сопровождают процесс отчуждения – или это стремление к самостоятельности, или проявление эгоизма.
   Например, в Вене ежегодный прирост одиночек составляет полторы тысячи человек, в то время как число семей, в которых число членов больше двух, резко падает. Увеличение количества одиночек является не только результатом роста количества разводов: очень часто молодые люди принимают решение побыть «временным одиночкой». Только в Германии существует 1 400 000 одиночек, в Австрии их миллион двести тыс. человек (пятое место среди европейских столиц по количеству одиноких людей). Рост числа одиночек находит отражение и в градостроительстве. Количество квартир для одиночек в Стокгольме – 60%, в Амстердаме – 54, в Париже и Цюрихе – около 50, в Берлине – 47%. Отчуждение и нежелание создавать общий очаг ведет к тому, что, например, неженатые пары на двадцать одну минуту дольше говорят друг с другом, чем супруги, которые общаются ежедневно по сто две минуты.
   Это подтверждают и швейцарские психологи: при желании и способности партнеров вести диалог, их умении выслушать и понять друг друга, сохранении теплоты и юмора в отношениях, также являющихся важными составляющими взаимопонимания, качество коммуникативных связей возрастает на 40%, в то время как стресс и напряженность в семье отравляют взаимоотношения.
...
   Опытные терапевты, специалисты по бракам не могут стать приверженцами только одного лозунга, они пытаются посредничать между партнерами, устанавливать основу для переговоров, чтобы хотя бы наладить контакт. Но в большинстве случаев такое посредничество не дает ожидаемых результатов.
   В столице Австрии Вене есть кафе, принадлежащее семье, которая вот уже более семидесяти лет живет в счастливом браке. На вопрос о секрете успеха их партнерства супруга ответила: «Муж работал в дневную смену, а я в ночную».
   И если для состоятельных владельцев пользующегося огромной популярностью кафе постель представляла собой хотя бы символическое место деловых встреч, то для тысяч потерянных и вытесненных, согнанных в резервации палаточных лагерей беженцев из бывшего СССР, стран Ближнего Востока и Центральной Азии, разоренных братоубийственными войнами и различного рода противостояниями и революциями, та же постель стала предметом роскоши.
   Возьмем, к примеру, затерявшуюся в горах Республику Таджикистан с населением в шесть миллионов человек. Между 1992 и 1997 г., воюя за независимость, страна потеряла полмиллиона мужчин. Миллион человек покинули страну в поисках заработка. На семь женщин в республике приходится один мужчина. Во многих деревнях живут только женщины, не имеющие ни материального благосостояния, ни любви. Мужчины пользуются огромным спросом, поэтому здесь так высоко количество абортов и столь широко распространена полигамия.
   Таджикские мужчины должны обеспечивать женщину всем необходимым: жильем, одеждой, пищей и, конечно, любовью. Если мужчина в полной мере выполняет свои обязанности, он имеет право, наряду с главной, привилегированной женой, взять в семью еще одну или нескольких женщин. Таджички согласны с этим, ибо одинокие женщины имеют значительно более низкий общественный статус, чем даже третья или четвертая жена в семье.
   Существующее правило декларирует, что вторая и каждая последующая жена может потерять место в семье, если в чем-то не соответствует требованиям мужа. Прав такие жены не имеют никаких. Только первая жена и ее дети пользуются всеми правами легального брака.
   Но существует и другой вариант – мужчина без женщины. В 2020 г. от тридцати до сорока миллионов китайских мужчин зрелого возраста вынуждены будут обходиться без женщин. После 1949 г. демографическая кривая роста населения резко пошла верх. Из-за отсутствия роста промышленности, сельского хозяйства и угрозы голода в 1980 г. был узаконен лозунг: 1 семья – 1 ребенок. Сто тысяч эмбрионов женского пола были абортированы, многие умерщвлены сразу после рождения. Тысячи девочек были усыновлены семьями из других стран. В сельских районах Китая отсутствие женщин вскоре вылилось в огромную социальную проблему. Девушек похищали, продавали в качестве невест, принуждали к проституции в городских борделях, что рассматривалось как тяжкое преступление, которое, однако, превратилось в доходный и процветающий бизнес.
...
   В столице Австрии Вене есть кафе, принадлежащее семье, которая вот уже более семидесяти лет живет в счастливом браке. На вопрос о секрете успеха их партнерства супруга ответила: «Муж работал в дневную смену, а я в ночную».
   Недостаток женщин, по мнению аналитиков, ожидается в будущем и в Индии. Известный журнал «Ланцет» предполагает, что за последние двадцать лет десять миллионов женщин были подвержены принудительным абортам, хотя определение пола ребенка посредством ультразвукового обследования в стране запрещено. Особенному давлению подвержены семьи, в которых уже есть дочери.
   Мало того, при создании новой «ячейки общества» отец невесты должен заплатить будущему зятю мзду, что грозит семье разорением и обнищанием.
   В сельских районах Индии наблюдается парадоксальное явление: выполняя всю работу и в доме и в поле, женщины обеспечивают своему супругу почти паразитическое существование.
   Философы Востока и феминистки подчеркивают: женщина – прежде всего прародительница человечества, дарующая жизнь, и в этом ее достоинство. Соратник А. Сахарова и однокурсник В. Жириновского (так тоже бывает!), профессор теологии, историк и востоковед Л. Тайванс сравнивает существующее столетиями мнение о презрительном отношении к женщине на Востоке с романтизмом и донкихотством Запада, где измученная жизнью и невзгодами Дульсинея искала себе защитника и нашла его в рыцаре печального образа и по совместительству борце с ветряными мельницами. Даже восточные гаремы находят аналогию в европейской цивилизации. Тайванс сравнивает их со своеобразными богадельнями, исторически существующими в Аравийской пустыне: они возникли вследствие переизбытка женщин, которым трудно выжить в одиночку в условиях непрекращающихся войн за территорию, воду, ресурсы и т.д. Эти своеобразные женские общежития создаются богатыми мужчинами, предоставляющими возможность женскому полу выжить для воспроизводства человеческого рода. Таких немного, но они создают женщинам условия, в которых они жили в отцовском доме. В итоге на Востоке царит полигамия, реализовавшая грезы Жириновского, а в Европе – романтический миф о жизни в гаремах.
   Восток, защищая свои духовные и моральные позиции, твердо противостоит различным веяниям Запада. Например, в феминистических тенденциях Запад хочет видеть в женщине своеобразного «боксера-профессионала», преимущественно рассматривая ее как вещь. Расстанется ли арабская женщина с образом Шахерезады, нестареющей рассказчицы восточных сказок? Станет ли она редактором глянцевого журнала, популяризирующего незащищенный секс?
   И при преобладании, и при дефиците женщин последствия всегда крайне тяжелы: это либо полигамия и насилие, либо одиночество мужчин, не имеющих никаких шансов на брачных рынках.
   Общая мировая количественная тенденция бракоразводных процессов не дает повода для оптимизма. В Европе каждая третья семья находится в стадии развода, другая треть семей остается стабильной, но не гармоничной. В противоположность еще недавнему прошлому, когда только 20% браков оканчивались разводом, сейчас это каждый второй.
   Иными словами, то, что раньше было нетипичным явлением, превращается в преобладающую тенденцию. По итогам последней переписи в США насчитывалось 34 000 000 супружеских пар, что на два миллиона меньше в сравнении с предыдущей переписью 1989 г. Впрочем, эта тенденция характерна для многих развитых стран. В Европе наблюдается устойчивый рост числа одиночек и временных сожительств, а также постепенное исчезновение родственных связей из-за отсутствия братьев и сестер. Модель этого близкого будущего уже сейчас существует в столице Швеции, где рухнул легитимный брак – там самое большое в мире количество одиноких людей.
   Внесли свою лепту в массовость разводов и открытые, прозрачные границы: разочарованные в своих соотечественниках женихи и невесты ищут друг друга во «всемирной паутине». Количество заокеанских холостяков вселяет надежду на успех. Если, например, в Бельгии на каждые сто браков приходится пятьдесят разводов, то по данным последней переписи в США, – 42% работающего населения не состоят в браке, 40% домовладельцев живут в одиночестве, 35% вообще не собираются связывать себя семейными узами. По данным исследования, проведенного Мичиганским университетом, 54% дипломированных женщин считают возможным завести ребенка не вступая в брак. 40% двадцатилетних девушек не исключают того, что будут растить ребенка самостоятельно, если до тридцати лет не найдут мужчину, который был бы достоин повести их к алтарю. Средний возраст женщин, вступающих в брак, по данным 1995 г., – составлял 26,5 лет, и в среднем за десять лет поднялся еще на два года. У мужчин этот возраст составлял 29 лет, причем у многих из них за плечами уже оставался семейный опыт.
   У пожилых людей при создании семьи наблюдается значительная возрастная разница. Теперь мы знаем, почему мужчинам больше нравятся юные женщины: по мнению английского научного журнала «Biology Letters», наибольшие шансы для выживания имеют те дети, отцы которых в среднем на пятнадцать лет старше матерей. Поэтому большинство мужчин старше шестидесяти пяти еще женаты, тогда как половина женщин в этом возрасте уже овдовела. Большинство одиноких пожилых женщин живут в Дании и Швеции: 52% женщин и 23% мужчин старше 65 лет живут в одиночестве (Kinsella et el 2000, European Comission, 2000).
   Хорошо ли, когда между поколениями не существует никаких различий? Действительно ли отсутствие препятствий, которые не надо преодолевать, – преимущество? Конечно, выгоды очевидны. Никакого давления, больше доверия, больше самосознания, огромные впечатления от пройденного жизненного пути, для женщин больше перспектив для улучшения здоровья вследствие уменьшения числа абортов. С другой стороны, наличие противоречий создает условия, во-первых, для психосексуального развития и, во-вторых, для эротического влечения.
   Поэтому не случайно, что везде и во все времена люди воздвигают традиционные искусственные барьеры на пути удовлетворения желаний, когда естественных препятствий недостаточно. Из первого и второго проистекает третье: возможно ли при нынешнем отсутствии влечений и желаний у молодых людей все же создать основу для их объединения? Это можно выразить словами Ц. Бауманса (Z. Baumans): «Желание не требует удовлетворения. Совсем наоборот. Желания порождают новые желания». Будут ли они идти в ногу с возрастом, будут ли они соизмеримы с тактико-техническими возможностями увядающего организма?
...
   В Европе наблюдается устойчивый рост числа одиночек и временных сожительств, а также постепенное исчезновение родственных связей из-за отсутствия братьев и сестер. Модель этого близкого будущего уже сейчас существует в столице Швеции.
   С возрастом человек может менять свое отношение к браку, отдавая предпочтение традиционным формам и устоявшимся приоритетам. Несмотря на то что вторые браки считаются более успешными, социологи считают, что связи и отношения с предыдущими партнерами часто сохраняются на всю жизнь хотя бы ради того, чтобы уберечь детей от стресса разлуки с одним из родителей. Уже на примере Австрии можно наблюдать смещение приоритетов в пользу второго и третьего брака, которые в 2006 г. составили уже более 37% от общего количества.
   Согласно австрийской статистике разводов, почти половина всех браков в среднем длится около девяти лет. Мужчины разводятся, когда находят замену своей стареющей лучшей половине, которая умело гладит рубахи. Женщины спешат сменить издерганного жизнью супруга при выходе на пенсию или когда, наконец, начинают замечать, что все члены семьи оставляют немытые тарелки в раковине.
   Западные демократии осознали, что только государство, вводя юридические ограничения и препятствия бракоразводным процессам, может сократить их число.
   Интересно, что в России после перестройки на фоне общего упадка нравов бракоразводные процессы захлестнули демографически пошатнувшуюся страну двумя волнами. Первая волна разводов накрыла Россию во времена перестройки, а вторая пришлась на дефолт 1998 г.
   Несмотря на предпринятые впоследствии кое-какие потуги властей сократить тенденцию увеличения разводов, трубить в фанфары еще рано. В последнее время официальные органы информации России считают своим долгом замазывать дыры в демографическом развитии страны, высасывая из пальца данные, свидетельствующие о появлении положительных тенденций. Так, например, Управлением ЗАГСа Москвы с гордостью было объявлено, что только за первое полугодие 2007 г. москвичи заключили на три с половиной тысячи браков больше по сравнению с аналогичным периодом 2006 г., – что для Москвы с ее более чем десятимиллионным населением выглядит достаточно жалко.
   И здесь прав российский журналист К. Кудряшов, который, анализируя первые успехи, пишет: «Даже если мы завтра станем свидетелями резкого скачка бракосочетаний, останется ряд очень важных вопросов. И первый – мотивация вступающих в брак» (Кудряшов К. Много браков развелось. // Аргументы и факты. № 36, 2007). В деревне или небольшом городке жизнь с детства идет по определенному сценарию: родился – учился – отслужил в армии – женился – дети… Все это – на фоне более-менее стабильного общества, где все не только хорошо знакомы, но и связаны друг с другом семейными и родственными узами, а также традициями, установленными с давних времен. Если до определенного срока человек не вступил в брак, то его социальный статус падает: свидетельство, что в небольших населенных пунктах еще работает принцип общественного мнения, укрепляющий институт семьи. В мегаполисах, например в Москве, мотивы вступления в брак уже принципиально другие. И основной причиной является возможность выживания, поскольку вдвоем это сделать легче, чем в одиночку. Возможно, именно в этом кроется причина роста браков в Москве, хотя по статистике там распадается каждая вторая семья, а в целом по России – только каждая четвертая.
   Два других феномена перекочевали из западных стран и нащупывают почву на российской земле.
   Первый – все большее распространение так называемых гражданских, т.е. неофициальных браков, наиболее популярных у молодежи и в основном у студентов.
   Второй феномен, особенно характерный для мегаполисов, – этнически смешанные браки, часто неофициальные, не соответствующие устоявшимся традициям. Например, для мусульманских традиций немыслимо существование таких внебрачных отношений между мужчиной и женщиной.
   «И будь ты трижды мусульманином, – восклицает К. Кудряшов, основательно изучивший проблему, – если жена отправляется на работу – иначе не выживешь – то с этим придется смириться». Даже если это внебрачные отношения, то благодаря цели совместного выживания принцип смещения в сторону равноправия и раскрепощения женщины оправдывает себя. И все же так называемая пьяная, свободная или теневая любовь начинает натыкаться на границы. Причиной является прежде всего СПИД и страх перед ним, что стало заметно уже в восьмидесятые годы, когда сексуальное исступление начало заменяться сексуальным отрезвлением. Например, в протестантской Америке общество вернулось к традициям семейной жизни. «Возможно, это труднее будет даваться русскому человеку с его «достоевщиной», неверием ни в Бога, ни в черта, ни в СПИД. Однако сильной государственной власти русский человек боялся всегда. Естественно, для возникновения этого чувства страха необходимо наличие этого самого сильного государства», – резюмирует Кудряшов.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация