А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Танцовщица в луче смерти" (страница 7)

   Глава 13

   Сергей неторопливо пил черный крепкий кофе из белоснежной тонкой фарфоровой чашки и молчал, как садист. Ну, может он немного отдохнуть после тяжелой работы. Взгляд клиентки, плотной, крепкой женщины средних лет в дорогущем брючном костюме цвета топленого молока, просверлил ему висок. Он безмятежно посмотрел на нее:
   – Стесняюсь спросить, Елена Васильевна: а сигару мне можно?
   – Бери, Сережа, сигару, выпей коньяку, только прекрати издеваться. Рассказывай. И, главное, показывай.
   – Ну, раз вы позволили, я выпью, покурю, потом покажу... Какая прелесть, просто райский аромат... Вы с таким видом ко мне приблизились... Я не разбудил в вас зверя? Рассказываю, хотя вы в общих чертах все уже слышали. Была длинная ночь, лютый холод... Она вышла утром из машины, чтобы мне первую помощь оказать.
   – Какую помощь?
   – Первую. Ну, как в песне: «Ко мне подходит санитарка, звать Тамарка, давай-ка рану первяжу...»
   – Ты что, опьянел уже?
   – Да нет. Я действительно был ранен, в километре от вашего особняка. Мою машину остановили менты, забрали мою девушку, нанесли вот этот порез. Включу, кстати, это в счет.
   – Какие менты, какая девушка? Ты с ума сошел? А... Это ты там цирк такой устроил? Ну, молодец. Вписывай свою царапину. Ну, дальше!
   – Добрая женщина, умелые, заботливые руки... Вы извините меня, конечно, но она ничего. Я примерно такую видел когда-то в кино про Джеймса Бонда. У вашего Вадима Петровича... Ладно, не туда меня занесло, все понял. Сейчас покажу.
   Елена Васильевна впилась острым взглядом в монитор, сжав от волнения руки в кулаки.
   – Слушай, я ее первый раз вижу. Я думала, это Нинка, жена Боброва, или Алиска Федорова. Но этой точно рядом с ним никогда не было. Ты распечатал фотки?
   – Вы собираетесь их на столбах клеить – «сообщите кто это за вознаграждение»? Или просто будете знакомым и прохожим показывать?
   – Ты у нас самый умный, как мне, дуре, такой достался? Парочку фоток мне оставишь, я рассмотрю получше. Остальные тебе пригодятся. Сколько тебе дней нужно, чтобы узнать все про нее?
   – Позвоню.
   – За то, что сделал, сейчас рассчитаться?
   – А вы какого ответа ждете?
   – Хорошо... Вот. Бери, пиши расписку в получении, иди, работай.
   – Я спать сейчас еду.
   – Хорошо. Иди спи.
   Сергей поднялся и с сомнением уставился на возбужденное лицо клиентки с бледно-голубыми глазами и крючковатым носом.
   – Вы в порядке, Елена Васильевна? Выглядите, как перед прыжком в безумство или преступление.
   – Я в порядке. Я должна подумать, решить, как лучше... Слушай, чего ты ко мне привязался? Иди!
   Сергей по дороге проехал несколько супермаркетов: дома у него в лучшем случае был батон полузасохшего хлеба да пачка пельменей в холодильнике, но желания остановиться ни разу не возникло. Конечно, приятно чувствовать, что у тебя в кармане сумма, с которой можно позволить себе купить и то, и другое, и третье... Но не попрется же он ради этого в магазин, чтобы убивать время, ползая по залу с тележкой, стоять в очереди в кассу, тащить пакеты. Нет, сегодня он точно перебьется. Сергей меланхолично представил себе другую ситуацию: он возвращается домой, а там его – ну почему нет – жена ждет. Могла бы у него уже быть жена. Ну, к примеру, такая платиновая блондинка с карими глазами. Он приходит, а в его квартире стоят вазы с гиацинтами (он понятия не имел, что это такое), элегантная жена целует его в щечку, накладывает свежую повязку на порез, красиво сервирует стол. Ну, там первое, второе, третье, мороженое, компот, дыня – предел воображения! Надо все это вдумчиво жевать, нахваливать, общаться, потом еще общаться... О, нет! Лучше пельмени. На этой оптимистичной ноте Сергей подъехал к дому, вошел в квартиру, глубоко вздохнул. Степной волк должен жить один, жизнь без своей норы для него мука. До утра столько времени... Своего времени... Он будет сидеть, лежать, бродить по квартире, ничего не делать, есть, спать, не думать о том, к чему приступать с утра. Сергею стало так хорошо, что он полез за мобильником, чтобы выключить его. Не успел. Раздался звонок.
   – Сергей? – спросил незнакомый, но очень специфический голос. – Из СИЗО звонят (ударение на первом слоге). С вами говорить будут.
   – Слушаю.
   – Сергей, – он с трудом узнал голос утреннего знакомого Николая Ивановича. – Ты узнаешь? Это я, Сидоров... Ты извини, вот помог парнишка тебе позвонить. У меня такое... Он мне глаз повредил, ухо разбил... Я... – Николай Иванович всхлипнул. – Он хочет, чтоб я в убийстве сознался. Сережа, я боюсь его...
   – Я понял. Завтра вас найду. Дайте трубку контролеру... Как ваша фамилия?
   – Сержант Иваньков.
   – Спасибо, Иваньков, за помощь. Просьба: срочно вызывай к нему врача: сильные боли, сердечный приступ, шепни, чтобы в больничку забрали. Скажи, Земцов просил. Он действительно просил. Утром на допрос Сидорову нельзя. Должен под капельницей лежать или что там еще. Когда выполнишь, позвони, скажешь, какой врач дежурит, дай ему мой телефон. Я утром найду вас обоих, рассчитаемся. Будешь доволен. Делай.
   Сергей пометался по квартире, откровенно и с удовольствием матерясь, потом набрал телефон Земцова.
   – Да, – зевнул тот в трубку. – И чего тебе надо среди ночи? Я в отпуске, у мамы в Дубне. Спать мы уже легли.
   – Привет. Знаю. Кто там за тебя? Какая-то мамзель.
   – Ну, Маша Осипова. Хорошая девушка. А в чем дело?
   – Позвони ей с утра. Дело очень серьезное. Следак один твой – Онищенко – невиновного человека прессует по поводу признания в убийстве.
   – А. Ну, он дурак. Настолько, что мечтает стать генералом. Но я из-за него отдыхать не брошу, не надейся. Даже вникать не стану.
   – Да я сам вникну. Пусть эта Маша не мешает, а лучше – поможет.
   – Нет, ну ты так вопрос ставишь. Она занимает сейчас мое место и сама принимает решения...
   – Слушай, не морочь мне голову. Позвони ей с утра, скажи, кто я, и что дело серьезное.
   – Да позвоню, какой ты без меня нервный. А как вообще дела в частном сыске? Бугра своего накрыл на супружеской измене?
   – Накрыл.
   – Почем?
   – Потом скажу, еще не все готово для победы. Но финотчет тебе представлю по дружбе.
   – И финотчет представишь, и все, что надо, поставишь...
   – Слав, ты действительно спать хотел? Или сказал это от нечего делать? Я вообще-то с ног валюсь. Пока. До созвона.
   – Ну, пока, – разочарованно ответил Слава.

   Глава 14

   Сергей открыл дверь кабинета руководителя отдела по расследованию убийств Вячеслава Земцова через пятнадцать минут после начала рабочего дня. У окна спиной к нему стояла высокая, стройная женщина с коротко стриженными белокурыми волосами и курила у приоткрытой фрамуги. Спина была идеально прямая, в развороте плеч, в манере держать голову на тонкой изящной шее Сергею почудилось высокомерие привлекательной женщины в мужском коллективе. Не хватало еще, чтоб выпендриваться начала. Времени мало. Он кашлянул.
   – Можно войти?
   – Да, входите, – отрывисто и четко произнесла девушка, повернувшись к нему.
   – Я Сергей Кольцов, частный детектив, вам Земцов должен был позвонить.
   – Я знаю вас. Еще по генпрокуратуре. Нас туда посылали на стажировку. И тут видела...
   – Да? – удивился Сергей. – Как я мог вас не заметить...
   – Я здесь недавно. Только, пожалуйста, не надо рассказывать, как вы восхитились бы, заметив меня. Я и так в курсе, что должна вам помочь. Слава звонил. Только не знаю, как это сделать. Дело, что ли, у Онищенко силой выдирать? Он тут работает дольше, чем я.
   – Но вы сейчас – руководитель.
   – На месяц... Ладно, неважно. Так в чем там дело? Слава ничего мне не объяснил.
   Сергей сел и начал рассказывать, с интересом наблюдая за тем, как меняется выражение лица Марии Осиповой. Небольшие светло-голубые глаза то были холодными, как льдинки, то теплели, то темнели в зависимости от ситуации. А лицо у нее совсем юное, круглое, лоб широкий и ясный. «Не дура точно», – осторожно подумал Кольцов.
   Выслушав его, она набрала номер по внутреннему телефону и произнесла: «Толя, зайди ко мне, пожалуйста». Онищенко вошел минут через десять косолапой походкой, с озабоченным выражением лица встал перед столом, за которым сидела Маша.
   – В чем дело? По телефону не могла сказать? Мне некогда. У меня сейчас допрос.
   – Садись. У тебя есть время. Ты вчера допрашивал Сидорова, свидетеля по делу найденного тела девушки, и он сейчас в больнице. То есть допроса не будет.
   – Чего-чего? Он тут мне прикидываться будет? Щас позвоню, его из этой больнички в целлофане доставят.
   – Да нет, Толя, информацию у врачей я получу. Распоряжение Вячеслава Михайловича. Если очень нужно, он тебе позвонит, самолично скажет.
   – Че это вы задумали? Дело у меня отобрать? Запахло раскрытием, так ты тут подолом стала мести? Не выйдет!
   – Встать, лейтенант Онищенко! – Маша произнесла это таким металлическим голосом, что Сергей сам с трудом удержал себя на месте.
   Онищенко оторопело поднялся.
   – Садись. Дело у тебя пока никто не отбирает. Разбираться буду в методах дознания как руководитель отдела. Параллельно уточню обстоятельства. Вот, кстати, еще один свидетель по делу. Наш коллега, следователь Сергей Кольцов. Судя по тому, что он рассказывает, ты не с того начал, Толя.
   – О! А я его вызывать собирался. И он там крутился – при лопате, у захоронения...
   – Здрасте, – любезно улыбнулся Сергей. – Чувствовал, что скоро увидимся.
   – Что ты тут наплел, частный сыскарь, который был на месте преступления с убийцей?
   – Какой убийца, Толя? – постучала ручкой по столу Маша. – У нас что, суд уже состоялся? Так, до выяснения я тебе запрещаю вызывать Сидорова. Можешь получать другую информацию по делу. Ну, вот, например, ты хотел вызвать этого свидетеля, а он сам пришел.
   – Да на хер он мне сдался, подсадная утка, – Онищенко вскочил, опрокинув стул. – Сколько ему Сидоров заплатил за присутствие на месте преступления и показания? Я узнаю. Я это так не оставлю. Вмешательство в расследование. Я пошел работать, и ты мне мешать не вздумай. Земцову она позвонила! Подсуетилась. Я найду, кому позвонить.
   Наблюдая за этой сценой, Сергей несколько раз отмечал растерянность в Машиных глазах. Сам он сидел, не издавая ни звука, с нейтрально-кротким лицом. Когда Онищенко пошел к выходу, разгневанно виляя толстым задом, Маша встала.
   – Стоять, Онищенко, – она вышла из-за стола и подошла к лейтенанту. Он остановился, но не повернулся к ней. – Повторяю. Я сейчас проверяю у врачей состояние Сидорова, то есть получаю информацию о методах дознания. Вы меня поняли?
   – Так купили они этих врачей, не ясно, что ли? Я еще и врача тряхну...
   Он повернулся, и теперь они стояли лицом к лицу. Коротенький пухлый Онищенко и вытянувшаяся в струнку, побледневшая Маша.
   – Ты не понял, Толя, – произнесла она тихо, почти интимно. – Если ты еще раз распустишь свои поганые руки, я сама их тебе выдерну и в твою же задницу засуну. Ты – резиновая подушка, ты только с подследственными сильный. А я из тебя мочалку могу сделать, если захочу. Идешь звонить своему... Тьфу, сказать противно, кому. Звони. Я успею. Я почти месяц – начальник. Свободен.
   – Да, – только и смог произнести Сергей, когда Онищенко испарился, а Маша вернулась на свое место. – Это было незабываемо, женственно и элегантно. У него действительно есть кто-то – тьфу, сказать противно?
   – Есть. Типа покровитель наверху.
   – Это небесполезная информация.
   – Давайте пока без ваших штучек с информацией, шантажом и всем тем, чем вы привыкли заниматься, – лицо у Маши было явно расстроенное. – Я попробую без этого разрулить ситуацию.
   – Конечно. План, в принципе, прекрасный. Выдернуть, засунуть... Мне идея понравилась. Не знаю, как ему...
   Маша вдруг весело рассмеялась.
   – У него полные штаны. Сто пудов. Мы с ним как-то провели один раунд в спортзале. На спор. Да не раунд, а две минуты получилось... Ладно, идите, Сергей Александрович. Я займусь этим Сидоровым. Позвоните мне, свидание дам. Получится дело забрать или нет, – не уверена.
   Сергей вышел во двор, сдерживая улыбку. Маша Осипова понравилась ему даже больше, чем старый друг Земцов. О чем он честно и сказал по телефону данному другу.
   – Понимаешь, я вдруг подумал – первый раз за все годы, – вот если бы ты был голубоглазой блондинкой, наше сотрудничество было бы плодотворнее.
   – Да ладно, не свисти, – не очень внятно произнес Слава. Похоже, он решил весь отпуск провести, просыпаясь лишь для того, чтобы позевать всласть. – Машка с тобой пить не будет. Она, конечно, голубоглазая, но я чувствую: дай ей волю, она половину МВД под статьи подведет. Я пару раз с ней говорил и был просто в шоке. Представляешь, она против взяток. Так она называет маленькие знаки внимания нашим нищим, по сути, сотрудникам. Ну, ты ж газеты читаешь: гонораров у нас нет, как у частников.
   – Да ты что! Такой монстр? Хорошо, что ты меня предупредил. А вообще спасибо. Пока все нормально. Можно тебя иногда будить?
   – Ну, я не знаю. Не увлекайся только.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 [7] 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация