А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Изысканный адреналин" (страница 26)

   Глава 7
   ИЗВИНИТЕ ЗА БЕСПОКОЙСТВО

   Любовь Аркадьевна Колоскова проснулась после полудня счастливая и окрыленная и долго прокручивала в памяти прошлую бессонную ночь, полную страсти. Давненько у нее не было такого горячего любовника, давненько у нее вообще никакого любовника не было. И тем более никогда в жизни у нее не было следователя прокуратуры. Чем обернется роман с сотрудником правопорядка, Любовь Аркадьевна понятия не имела, но в душе возникло чувство защищенности, и оно грело и успокаивало. Андрей Витальевич был хорош, необыкновенно хорош. А как красив и как стильно одет! Любови Аркадьевне всегда нравились стильные блондины.
   Звонок в дверь, однако, встревожил ее. Любовь Аркадьевна засеменила в прихожую и посмотрела в глазок.
   – Что вам нужно? – поинтересовалась она, разглядывая посетительницу.
   – Простите за беспокойство, ради бога. Я подруга Инги, два дня подряд звонила ей по телефону, но трубку никто не брал. Забеспокоилась, приехала, а квартира опечатана. Вы не знаете, что произошло? Я очень волнуюсь.
   – Боже ты мой! Так вы ничего не знаете? – Любовь Аркадьевна отворила дверь и сердобольно покачала головой.
   – Что я должна знать? – напряженно спросила посетительница.
   – Убили Ингу в субботу. Ужасная трагедия, мне очень жаль.
   – Убили?! – Девушка покачнулась и уцепилась за дверной косяк.
   – Да, такое несчастье! Такое несчастье! – запричитала Колоскова.
   – Я пойду, – тихо сказала подруга Инги.
   – Куда же вы в таком состоянии? Пойдемте, – Любовь Аркадьевна обняла девушку за талию и проводила ее на кухню – гостья не сопротивлялась. – Присядьте на стульчик, милая девушка. Такое несчастье! Может быть, чаю? Только заварила, свежий.
   – Спасибо, – с благодарностью кивнула гостья, – еще раз простите за беспокойство.
   – Ну что вы, какое беспокойство! – Колоскова разлила по чашкам чай и присела на табуретку.
   – Что-то… сердце щемит, – поморщилась девушка. – Простите, у вас не найдется валидола?
   – Конечно! – засуетилась Колоскова, полезла в кухонный шкафчик, достала коробку из-под обуви, приспособленную под аптечку, порылась внутри. – Вы знаете, нет у меня валидола, к сожалению, – обернулась она к гостье. – Есть валокордин. Только вы сами себе накапайте, пожалуйста. Боюсь сослепу неверную дозу вам дать. – Девушка кивнула и поднялась. – Идите сюда, к свету поближе, – Колоскова подтолкнула гостью к лампе и вручила ей рюмку и флакон. – Ох, сама что-то разнервничалась, прямо на ногах еле стою. Сяду я, ладно? Кипяченая вода на подоконнике.
   Любовь Аркадьевна плюхнулась на табуретку. Девушка отсчитала положенные капли, разбавила их водой, выпила и вновь села за стол.
   – Спасибо… Сейчас отпустит.
   – Да не за что! Я же понимаю все. Сама близкую подругу недавно похоронила. Чаек пейте. Очень вкусный чай. Я туда травки разные добавляю успокоительные. Бессонница мучает в последнее время.
   – Действительно, вкусный, с приятной горчинкой, – попробовав напиток, улыбнулась подруга Инги.
   – Рецептик могу дать, – оживилась Любовь Аркадьевна, подхватив свою чашку и сделав из нее большой глоток. – Что же мы так разговариваем и не познакомились даже. Меня Любовью Аркадьевной зовут. А вас как?
   – А разве вы не знаете, Любовь Аркадьевна, как меня зовут? Странно… Вы ведь все всегда знаете. Зозулечкой – это прозвище прилипло ко мне в детском доме, с легкой руки Инги. Инга не знала, какую боль мне доставляет, каждый раз напоминая о кошмаре, в котором я жила. Откуда Инге было знать! Ее судьба сложилась иначе, ее забрали в гнездо, а меня – нет! Я осталась подкидышем навсегда. Зозулечка – кукушка – кукушкина дочка – подкидыш! Цепочка ассоциаций, которая доводила меня до припадка, каждый раз. Но я молчала, молчала потому, что мне нужен был тонус. А люди так близоруки и глупы!
   – Бедняжка, – сочувственно вздохнула Колоскова. – Поэтому вы Ингу убили, да?
   – Близоруки и глупы, – холодно повторила гостья. – Что ты понимаешь, курица безмозглая? Я убила Ингу, потому что так было нужно. Так было нужно, понятно? Она была всего лишь звеном в цепи! Пей чаек свой замечательный. Остывает ведь.
   – Я пью, пью, правда, из вашей чашки, – подмигнула гостье Колоскова. – Очень вкусный чаек!
   Гостья растерянно посмотрела на Любовь Аркадьевну, затем на чашку, вскочила и бросилась к двери.
   – Андрей Витальевич! Скорее! – крикнула Колоскова.
   Ильин выбежал из другой комнаты в коридор, чтобы преградить преступнице путь к отступлению, но получил мощный удар в челюсть и свалился на пол, стукнувшись головой о стену прихожей.
   – Андрюша! – метнулась к нему Колоскова.
   – Надо позвонить! В «Скорую» и ребятам! Любаша, что ты наделала? – охал Ильин, шаря по карманам и пытаясь найти сотовый. – Что ты наделала? Ты отравила подозреваемую! Ты ее убила! – Ильин попытался подняться, но тут же осел обратно на пол – в ушах скворцы пели брачную песню, а перед глазами прыгали взбесившиеся букашки. Конкретный нокаут, потряс головой Ильин.
   – Да не убивайся ты так, Андрей Витальевич. Я же просто пошутила. Отдельно себе в чашечку нормального чайку плеснула и под колпак для заварки поставила. Когда она отвернулась, чтобы лекарство себе накапать, я просто чашки поменяла, и все. Она обычный чай пила, с успокоительными травками. Правда, это что-то мало ее успокоило…
   – Фу-у-у, – с облегчением вздохнул Ильин. – Чуть до инфаркта меня не довела.
   Следователь наконец-то успокоил скворцов и букашек и созвонился с оперативниками, дав указание, чтобы преступницу задержали на выходе из подъезда.
   Со второй попытки ему удалось встать. Опираясь о стены и теплое плечо Любови Аркадьевны, Ильин доковылял до кухни и сел на табуретку. Колоскова засуетились у холодильника, вытащила из морозилки пакет с пельменями, обернула его в полотенце и присела рядом с Ильиным, нежно прикладывая компресс к подбородку следователя.
   – Да ладно, ладно, Любаша, нормально все, – засмущался Ильин.
   – Может, валокординчика? Я-то думала, ты видел все, что на кухне происходило.
   – Любаша, камера где?
   – Там, – показала пальчиком Колоскова.
   – Ну, правильно, за аптечкой.
   – Батюшки, я коробкой весь обзор загородила! – захлопала глазами Любовь Аркадьевна. – Значит, все напрасно, Андрюша? Я запорола всю операцию по поимке убийцы-рецидивистки?!
   Ильин прыснул со смеху.
   – Любашенька, не переживай, все нормально. Момент, как она тебе отраву в чай сыплет, камера зафиксировала, и разговор тоже. Теперь убийца от правосудия никуда не денется, – улыбнулся Ильин, поцеловал Колосковой руку и снова потянулся к мобильному телефону.
   Любовь Аркадьевна отошла в сторонку, чтобы не мешать.
   – Ольга Андреевна, это Ильин. Не разбудил? Как вы себя чувствуете? Голова болит? Аспиринчик выпейте, полотенце положите прохладное на лоб – полегче станет, – сочувственно посоветовал следователь. – Спасибо вам, голубушка, за все. Уверен, что театральные премьеры, которые вы регулярно посещаете, сыграли в этом деле не последнюю роль. Вы были безупречны, даже Штерн вам поверил. Но не это главное – все получилось! Прямо горжусь вами и… собой, – похвалил себя Андрей Витальевич. – Купившись на мою уловку и на вашу игру, Светлана Цветаева испугалась, что соседка по лестничной клетке Валетовой может столкнуться с ней в прокуратуре и узнать ее, и решила устранить свидетельницу. А тут мы ее, голубушку, ждали! Низкий вам поклон. Только одно мне скажите, милая: зачем вы стреляли в великого комбинатора?! В смысле, в гроссмейстера? Как вообще пистолет выстрелил, если он был не заряжен? Не знаете? Значит, это Ляличкин, Taraxacum подлый, обойму разрядил, а из ствола патрон не вынул. Урою! – рявкнул Андрей Витальевич, но тут же смягчился: – Что вы, Ольга Андреевна, не вас… В смысле, это я не вам. К вам никаких претензий прокуратура не имеет. Ну, Ляличкин! – еще раз рявкнул Ильин и снова смягчился: – Не волнуйтесь, со Штерном все в относительном порядке. Синяк. Конечно, Демьяну Ивановичу о ваших отношениях с Золотниковым я ничего не скажу, даю слово офицера. И вообще, не пойму, о каких отношениях мы говорим? – иронично спросил Ильин. – Вы ведь театральные постановки, в которых играл Золотников, спонсировали, так ведь? Поэтому вполне объяснимо, почему он вам регулярно звонил и вы ему тоже. А Штерну я постараюсь внушить, что о связи с актером я попросил вас сказать, чтобы подозрения прокуратуры в отношении вас выглядели правдоподобно. Надеюсь, что гроссмейстер не станет жалоб в прокуратуру на нас подавать, – поморщился Ильин. – Что касается вас лично, то должен сказать: Леонид Штерн не поверил ни на секунду, что вы убийца, и пытался вас оправдать. Так что будьте покойны, все хорошо. Однако, Ольга Андреевна, голубушка, зачем же вы выпили так много коньяка?! Понимаю, что волновались, но я же просил – одну рюмку! Так сказать, для запаха и куража. Одну рюмку! А вы? Вы же на ногах с трудом ходили, в смысле, стояли. Разве же можно так напиваться перед ответственным заданием? – с улыбкой пожурил Бутырскую Ильин.
   Ольга Андреевна ему понравилась с первой минуты знакомства. Объяснять, что от нее требуется, долго не пришлось, она тут же уловила суть и согласилась сыграть роль психически неуравновешенной личности, чтобы разыграть перед секретаршей – сестрой Бутырского – маленький спектакль. Штерн оказался прав, Ольга Андреевна Бутырская мужа любила безумно и ради него была готова на все. Публичное признание в любовной связи с другим мужчиной могло стоить Бутырской семьи, но она не испугалась и пошла на этот шаг. Ради мужа пошла. Парадоксальная ситуация! О причинах, толкнувших жену банкира к адюльтеру, Ильин предпочел не думать. Всякое в жизни случается, и каждый может сойти с праведного пути – не ему судить эту женщину, симпатичную, умную и талантливую. Правда, излишне худую. Ильин душевно простился с Бутырской и покосился на аппетитные формы Любови Аркадьевны.
   В дверь позвонили, Колоскова одарила следователя игривым взглядом и упорхнула открывать, оставив довольного Ильина одного. От радости, что все прошло так удачно, у Андрея Витальевича даже челюсть не болела. Смешно, но если говорить начистоту, то дело раскрыла пьянчужка Зойка, которая сначала брякнула про жену, а потом – про Санта-Барбару. Цветаеву вычислили быстро, достаточно было одного звонка в детский дом, где некоторое время находилась Инга Валетова, и все стало ясно. Вопрос был простым: кто из детей играл в пьесе «За двумя зайцами» Галю? Директор поднял архивные фото и выяснил, что Галю играла Светлана Сергеевна Цветаева. Зыбин сразу вспомнил, что уже беседовал со Светланой Сергеевной Цветаевой, скромной секретаршей Бутырского, в банке «Русский резерв», когда расследовал убийство Мариновского. Ильину же стал понятен еще один вопрос: кого имела в виду Инга Валетова, когда просила Зозулечку передать от нее кому-то привет. «Моим» означало – сослуживцам банка Бутырского, где Валетова когда-то работала, а Цветаева числилась по сей день. С Зойкиной легкой руки, вернее, языка в голове у следователя родилась гениальная идея разыграть маленькую пьесу, чтобы заманить неуловимую убийцу в ловушку. Другого выхода просто не было: Цветаева действовала настолько умно и осторожно, тщательно заметая следы, что не оставляла за собой никаких улик. И хотя Зойка сразу опознала Цветаеву по фото и сообщила следствию, что именно эта женщина назвалась Ирине Матвеевой в салоне магии вуду женой Бутырского, доказательств, чтобы привлечь Светлану Сергеевну к уголовной ответственности, было недостаточно. План заключался в следующем: ослабить бдительность Цветаевой подозрениями в адрес жены банкира и ненавязчиво сообщить ей информацию о том, что есть свидетель, который может опознать гостью Валетовой, чтобы спровоцировать убийцу к действию и поймать ее на месте преступления. Местом, где будет разыгрываться пьеса, выбрали номер Штерна, но гроссмейстера в сценарий посвящать не стали, чтобы все выглядело естественно. Бутырская выехала в гостиницу, туда же, после звонка сотрудника службы безопасности, отправилась и Цветаева. Однако предполагалось, что Светлана Сергеевна просто станет свидетелем задержания Бутырской в коридоре, куда по плану жена банкира должна была вывести Штерна, но Цветаева неожиданно проявила инициативу. Получился незапланированный экспромт. В результате пострадал гроссмейстер: Ольга Андреевна не ожидала внезапного нападения и нажала на курок. Гроссмейстер рухнул на пол. Цветаева понеслась в его номер звонить в «Скорую». Бутырская рванула в шоковом состоянии по коридору к лифту и благополучно слиняла из гостиницы. Остальные попросту растерялись. Благо шок длился недолго, сориентировались и продолжили постановку. Второе действие отыграли в квартире Колосковой. Любовь Аркадьевну тоже долго уговаривать не пришлось. Веселая пьеска получалась, улыбнулся Ильин.
   В кухню вошли оперативники, и улыбку с лица Андрея Витальевича как ветром сдуло – кислые физиономии сотрудников правопорядка красноречиво говорили о том, что неуловимую Зозулечку… упустили.
   – Вот вам и Санта-Барбара! – стиснул зубы Ильин и треснул со всей силы по столу. Что-то ему подсказывало, что Светлану Цветаеву он больше никогда не увидит.
* * *
   Старенькая «Волга» выехала на Минское шоссе и, благополучно миновав пост ГИБДД, набрала скорость. Светлана давила на газ. Нужно было успеть завершить свои дела. Она не знала, сколько у нее времени, – впервые не знала, впервые она попала в ситуацию, когда невозможно ничего просчитать, и была немного растерянна.

Не думаю, не жалуюсь, не спорю.
Не сплю.
Не рвусь ни к солнцу, ни к луне, ни к морю,
Ни к кораблю.

   Слезы застилали глаза. От напряжения онемели пальцы. В лицо били фары встречных машин. Свет мешал, мешал сосредоточиться.

Не чувствую, как в этих стенах жарко,
Как зелено в саду.
Давно желанного и жданного подарка
Не жду.

   Светлана едва не проскочила поворот, резко крутанула руль вправо – машина вильнула на дороге. Она ударила по тормозам, остановилась недалеко от железнодорожного переезда, заглушила мотор, включила «дворники». Они заскользили по сухому стеклу с легким скрипом. В глазах по-прежнему стояли слезы.
   Издав протяжный гудок, мимо прошел товарняк в сторону Москвы.

Не радует ни утро, ни трамвая
Звенящий бег.
Живу, не видя дня, позабывая
Число и век.

   Она родилась 8 октября, как и Марина Цветаева, и ей дали фамилию в честь знаменитой поэтессы. Возможно, поэтому Светлана так страстно любила стихи своей гениальной однофамилицы.

На, кажется, надрезанном канате
Я – маленький плясун.
Я – тень от чьей-то тени. Я – лунатик
Двух темных лун.

   Светлана вытерла слезы ладонью, облизала сухие губы и нажала на газ.
* * *
   Мэрилин прислушалась. Легкие торопливые шаги проследовали по ступенькам вниз, лязгнул замок, открылась дверь. Над потолком зажглась лампочка.
   – Вы кто? – хрипло спросила Мэрилин, щурясь от яркого света.
   – Я – маленький плясун. Я – тень от чьей-то тени. Я – лунатик двух темных лун, – прошептала незнакомая женщина, пристально глядя в глаза Мэрилин. Мэрилин отползла в угол комнаты, прижав к груди свой рюкзачок. Да что это такое! Какие-то фантасмагории с ней происходят. Села в машину к актеру Золотникову – и оказалась запертой в подвале неизвестной дачи. Держали ее в полнейшей темноте, не разговаривали, спасибо хоть кормили. Теперь еще это! Женщина с явным отклонением в психике.
   От света болели и слезились глаза, Мэрилин потерла их кулаком и вновь посмотрела на незнакомку. Реально, на лунатика похожа, с ужасом подумала девушка, глаза стеклянные, бледное лицо. Лицо… Впервые она увидела лицо своей похитительницы и услышала ее голос. Плохой знак. Очень плохой знак!
   – Не трогайте меня! Не трогайте меня, слышите! – закричала Мэрилин, вскочила на ноги и бросилась к двери, но ударом кулака в грудную клетку была отброшена назад, споткнулась и снова оказалась на полу. В ушах звенело, из уголка губы текла струйка крови, Мэрилин вытерла ее тыльной стороной ладони и шмыгнула носом.
   – Больше так не делай, – сухо сказала женщина.
   – Что вам от меня надо-то? – всхлипнула журналистка. – Кто вы такая? Я домой хочу. Отпустите меня домой. Я хочу домой!
   – Не могу, – пожала плечами женщина, подошла к Мэрилин и присела на корточки рядом с ней. – Понимаешь, – погладив девушку по голове, вздохнула незнакомка, – я хотела тебя отпустить, но теперь не могу. Все изменилось. Жаль… Игра была очень увлекательной, но теперь мне придется делать все самой.
   – Не хочу умирать, – прошептала Мэрилин, – пожалуйста!
   – Тогда позвони Марго и попроси ее приехать сюда, – женщина достала из кармана сотовый и протянула Мэрилин. Мэрилин сглотнула слюну. Вот, кажется, все и объяснилось. Ее с кем-то перепутали. За-ме-ча-тель-но! Что же делать? Что же делать? Господи, помоги!
   – Я не… – залепетала Маша, но осеклась, получив пощечину.
   – Милая моя подсадная уточка, я все знаю, – лукаво усмехнулась женщина. – Не надо, детка, пудрить мне мозги и врать, что ты понятия не имеешь, кто такая Марго. Раз она такую грандиозную аферу организовала, чтобы сосватать тебя Леониду Штерну, то, значит, ты Маргарите Петровне очень дорога. Звони! – жестко сказала женщина. – Скажи, что жду их обоих. Скажи, что если они не приедут через сорок минут, то ты умрешь. Время пошло. Звони!
   – Куда? Куда Марго должна приехать? Я же не знаю! Не знаю, где нахожусь!
   – Действительно… – озадачилась женщина, поднялась и отошла от Мэрилин. – Пусть приедет туда, где убили профессора Замятина. Она знает.
   – А с кем – с ним?
   – С его сыном.
   Мэрилин трясущейся рукой взяла сотовый телефон. Голова шла кругом. Единственный звонок должен определить ее судьбу. Но куда звонить, если она не знает никакой Марго? Звони не звони – но эта загадочная Марго, которая сосватала кого-то там Леониду Штерну, никогда сюда не приедет. А значит, жить ей осталось всего сорок минут. Точнее, тридцать восемь. На секунду возникло желание позвонить маме и попрощаться, но Мэрилин передумала и набрала другой номер.
* * *
   В квартире Чижикова вовсю шел ремонт. Макс в газетной шапочке и сатиновом халате, забрызганном краской, хмуро белил потолок, стоя на стремянке. Бутырский лежал на диване и читал газету. Маргарита Петровна делала маникюр.
   – Макс, а куда твоя жена подевалась? – поинтересовалась Уланская, оторвавшись от своего занятия.
   – В Бологое сослал, – буркнул Чижиков, продолжая возить валиком по потолку.
   – А чего в Бологое? – хихикнул Демьян Иванович.
   – Дом у меня от родителей остался, сейчас там живет братишка младший.
   – Не боишься, что, пока ты тут потолочек красишь, братец с женушкой твой шуры-муры закрутит?
   – Не закрутит, – гоготнул Чижиков, – вы ее фото видели? Скорее моя его в бараний рог скрутит. Зверь, а не баба, как треснет иной раз по лбу, так искры во все стороны – фейерверком. – Макс на секунду замер с мечтательной улыбкой на лице. – А готовит как! Как она готовит! – Чижиков выразительно посмотрел на Марго. – Шли бы вы, Маргарита Петровна, пожрать хотя бы сделали. Совесть надо иметь, в конце концов.
   – Сейчас пиццу закажу, – с готовностью поднялась Уланская.
   – Засуньте вы свою пиццу знаете куда?! Мне эта ваша пицца поперек глотки стоит уже, – Чижиков раздраженно сорвал с головы шапочку, спустился со стремянки, сунул валик в ведро с белилами и широким шагом направился на кухню.
   – Отбивные будет готовить, – предположил Бутырский, свернул газетку и сладко потянулся.
   – Я бы предпочла рыбу, вчера у него исключительно вкусная рыбка получилась, – докрасив последний ноготок, заключила Марго. – Что-то Штерн давно не звонил. Мне уже порядком осточертело сидеть в этом клоповнике.
   – Да уж, я тоже домой хочу. Поклеить обои, что ли, с горя? Сил нет без дела сидеть, – поддакнул Демьян Иванович и услышал телефонный звонок. – Чижиков! – заорал банкир. – Мобила твоя трезвонит! Может, это Штерн?
   Макс вернулся в гостиную и, потеснив бедром банкира, присел на диван.
   – Номер высвечивается незнакомый какой-то, – доложил оператор, поднес трубку к уху, гаркнул: «Алло» – и вытаращил глаза. Все с интересом на него посмотрели и заволновались – выражение лица Макса было очень странным. – Это самое, – сказал Чижиков, когда невидимый собеседник отключился. – Короче, звонила Мэрилин…
* * *
   Черт! Черт! Черт! Штерн никак не мог сориентироваться в темноте, петляя по улицам Жаворонков на такси. Ночью поселок выглядел иначе. Улицы казались другими. Как отыскать дом своего отца, Штерн понятия не имел. Ольга говорила, что участок большой, что дом рубленый, с верандой, что там сосны – но таких домов в поселке оказалось очень много. Отличительная черта – уникальные ворота. А чем уникальные?
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 [26] 27 28 29

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация