А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Заказное убийство СССР. Подлинная история катастрофы" (страница 30)

   ФИНАНСОВО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ВОЙНА: ОТ АНТИАЛКОГОЛЬНОЙ КАМПАНИИ ДО ОБВАЛЬНОЙ ИНФЛЯЦИИ

   Первое значительное мероприятие «эпохи Горбачева» в этом ряду – печально знаменитая «антиалкогольная кампания», помимо прочих (а именно человеческих) потерь, унесшая с собой, по оценкам B.C. Павлова, 40 миллиардов бюджетных рублей. Дальнейшее наступление на экономическом фронте развивалось под диктатом «внешнеэкономической» мафии СССР. По ее воле было принято Постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «О мерах по совершенствованию управления внешнеэкономическими связями», опубликованное 19 августа 1986 г., согласно которому право самостоятельного ведения внешнеэкономической деятельности получили 20 министерств и 60 крупных предприятий. Постановлением от 1 января 1987 г. отменялась государственная монополия на внешнюю торговлю, в т. ч. на стратегические материалы, в получении которых был особо заинтересован Запад.
   В условиях же разделения СССР экономическая война приобрела и свой специфический аспект. Тогда, как по команде, все союзные республики перестали отдавать ресурсы, в т. ч. и финансовые, в Центр. В то же время были сформулированы усугубившие развал взаимные претензии как на уровне союзных республик, так и по отношению к Центру: «В 1989 году дело дошло до того, что все входившие в СССР союзные республики составили «неопровержимые» расчеты того, что национальный доход, произведенный на их территории, вывозится в другие республики. Ни одна не получала помощь и поддержку от других, все ее только оказывали. Грузия, например, насчитала среднедолевое превышение вывоза из республики над ввозом из России равным 4 миллиардам рублей» [48. С. 16]. В Литве с подачи экономиста из Гарварда Л. Саммерса насчитали, что весь Союз ССР должен ей 462 121 854 500 (четыреста шестьдесят два миллиарда сто двадцать один миллион восемьсот пятьдесят четыре тысячи пятьсот) долларов. Над этой цифрой поработала т. н. Комиссия для исследования и установления суммы репараций СССР Литовской Республике и литовскому народу [6.10. С. 3].
   В СССР и без негативного внешнего воздействия дела в сфере экономики обстояли не самым лучшим образом. Когда же к этому положению во исполнение Директивы СНБ NSDD № 66 добавили приемы по умышленному подрыву финансов и экономики, то система была сломлена окончательно. Особую роль тут, конечно же, сыграли «антиалкогольная кампания»; переориентация финансовых потоков, прежде всего инвестиций в непроизводственную сферу; остановка экологически «грязных» предприятий – как ответ на чернобыльский синдром (например, Армянской АЭС в 1988–1989 гг.); попытка трансферта 130 миллиардов рублей в 7 миллиардов долларов (дело Г.И. Фильшина, завлаба Института экономики и организации промышленного производства из Иркутска, в результате выборов ставшего народным депутатом СССР, а потом и заместителем Председателя Совета министров СССР). И наконец, забастовки – как в районах Закавказья, так и шахтеров Кузбасса: «Идея легализации забастовок стала одной из главных в т. н. «демократическом движении», а с 1989 г. и в программе Межрегиональной депутатской группы Верховного Совета СССР. Началась активная пропаганда этой идеи в печати и на митингах, а также просто лихорадочная агитационная работа в рабочих коллективах. По ряду причин, блестяще описанных в американской советологической литературе, самым подходящим контингентом для этого были шахтеры. В США досконально был изучен опыт стачечной борьбы в России в 1902–1907 гг., очень интересно читать эти работы» [29. Кн. 2. С. 561].
   В целом же получилась такая картина: «По оценкам западных финансовых кругов, валютные запасы СССР составляли 25–30 миллиардов долларов. Для того чтобы подорвать экономику СССР, американцам нужно было нанести «внеплановый» ущерб советской экономике в таких размерах – иначе «временные трудности», связанные с экономической войной, амортизировались валютной подушкой изрядной толщины. Действовать нужно было быстро – во второй половине 1980-х гг. СССР должен был получить дополнительные вливания от газопровода Уренгой – Западная Европа.
   Одновременно США продолжали ужесточать технологическую блокаду СССР, надеясь остановить добычу энергоносителей на новых месторождениях и нанести ущерб другим отраслям советской экономики. Американцы даже подбрасывали технологическую дезинформацию и бракованные детали. Дело доходило до остановок предприятий из-за таких «экономических диверсий». В 1975 г. 32,7 % наименований экспорта из США в СССР составляли высокие технологии (общая сумма – 219 миллионов). В 1983 г. эти показатели снизились до 5,4 % и 39 миллионов. В 1983 г. таможенники западных стран задержали почти полторы тысячи нелегальных технологических посылок на сумму 200 миллионов долларов» [60. С. 67–68].

   РАИСА И МИХАИЛ ГОРБАЧЕВЫ: ПОСЛЕ – ХОТЬ ПОТОП!

   Почему мы, как видно из заголовка, не только учитываем фактор «первой леди», но и пытаемся доказать, что Раиса Максимовна Горбачева – равноценный участник принятия решений на высшем уровне? Тому служат свидетельства целого ряда непосредственных наблюдателей и активных участников событий. Они прямо акцентируют наше внимание на том, что P.M. Горбачева играла в 1985–1991 гг. огромную роль в политике: «В государственные дела все больше и настырнее начинает вмешиваться Раиса Максимовна. Горбачев не мог отказать супруге, и она этим пользовалась. По ее рекомендациям снимались с постов высокие чиновники, прекрасные специалисты, а на их место заступали другие, зачастую вовсе не смыслящие в порученном им деле» [28. С. 103–104]. «Трудно сказать, как бы сложилось будущее Михаила Сергеевича, если бы в его жизни не появилась Раиса Максимовна. Может показаться удивительным, но позиция, характер жены сыграли определяющую роль в судьбе Горбачева и, полагаю, в судьбе партии, всей страны.
   Раиса Максимовна – человек с твердым, жестким и властным характером – умела подчинять своей воле других, добиваться желаемого всеми силами и средствами. Она быстро стала первой дамой страны, во всяком случае, значительно быстрее, чем М.С. Горбачев по-настоящему почувствовал себя лидером партии и государства. Не стесняясь, звонила и давала поручения помощникам генсека и некоторым членам руководства страны, особенно тем, кого знала. (…)
   Мне приходилось быть свидетелем, когда Раиса Максимовна изо дня в день настойчиво и неуклонно повторяла одну и ту же овладевшую ею идею и в конечном счете добивалась от супруга своего. Из-за своего довольно мягкого характера, неспособности настоять на своем, Горбачев часто находился под влиянием решений супруги. (…) В общем, Раиса Максимовна на протяжении многих лет правила не только домашним хозяйством, но и всем балом перестройки. Она участвовала в формировании политики, где это, разумеется, было возможно, и расстановке кадров. Но главное – она формировала характер генсека-президента, помогала ему искать путь в бурном море политических течений» [7. С. 116, 118, 125].
   Да и сами мы – простые телезрители – могли наблюдать, что присутствие на протокольных мероприятиях, реплики и взгляды P.M. Горбачевой значат для окружения не меньше, чем слова и мнения «Самого».
   Полагаю, что с доказательством огромной меры влияния Раисы Максимовны на государственную политику мы разобрались. Теперь о том, почему мы решили их объединить в единое целое. Прежде всего потому, как мы полагаем, что после обмена мнениями между собой они вели одну и ту же, всегда согласованную политику. И это относится как к пику их активности в 1985–1991 гг., что, конечно же, для нас главное, так и до и после него.
   Итак, первой задачей Горбачевых, как нам представляется, было скрыть свое прошлое. Корни Горбачевых ныне хорошо известны: «При Сталине дед по материнской линии – Пантелей Ефимович – сидел в тюрьме, по отцовской линии – Андрей Моисеевич – был сослан и несколько лет валил в Сибири кедры и пихты, и, как сейчас выяснилось, вовсе не по политическим мотивам. Дед супруги был расстрелян в 1937 году как ярый троцкист, отец Раисы Максимовны отсидел в тюрьме четыре года как противник Сталина» [6.11. С. 515].
   Второй задачей Горбачевых было совершить прорыв к вершинам партийной и государственной власти. Сейчас об этом довольно много литературы [24; 28; 38. № 9. С. 5; 38. № 10. С. 7; 39. № 48. С. 3; 39. № 49. С. 5; 50; 58. С. 77 – 124]. Конечно же, в рамках нашего исследования не стоит этот вопрос выделять как один из краеугольных, поэтому мы просто-напросто его упоминаем. Но прежде чем задать вопрос, как вообще мог прийти к власти Горбачев (или Горбачевы?), мы должны вспомнить, как это сделали Л.И. Брежнев, Ю.В. Андропов, К.У. Черненко. Тогда мы поймем, как мог М.С. Горбачев стать завотделом, секретарем парткома, первым секретарем обкома и т. д. Каким образом Михаил Горбачев за одну уборочную кампанию получил даже не медаль, а именно орден Трудового Красного Знамени и т. п. Правда, к настоящему времени стало известно, как М.С. Горбачеву «досталось» выдвижение из кандидатов в полноправные члены Политбюро ЦК КПСС: «Ким Ир Сен не захотел принять делегацию КПСС во главе с кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС М.С. Горбачевым на съезд Трудовой партии Кореи в 1980 г. Он считал, что наша делегация должна возглавляться членом Политбюро ЦК КПСС» [21. С. 445–446]. Член Политбюро ЦК КПСС, первый секретарь Московского горкома партии В.В. Гришин, поехавший вместо М.С. Горбачева, по возвращении из Кореи предложил перевести М.С. Горбачева в члены Политбюро – в самом деле, молодой, самолет будет переносить хорошо – пусть ездит. (А за такими поездками – бесконтрольные связи и т. п. – вот еще один из факторов позднесоветской геронтократии, сыгравший роковую роль в событиях.) Сказано – сделано, и причем на первом же Пленуме ЦК.
   Наряду со многими объективными факторами огромную роль сыграли партийно-номенклатурные правила выдвижения, интриги, подковерная борьба. Изучив, как это происходит на кремлевском Олимпе, кремленологи могли давать свои советы, как продвигать ту или иную «пешку в ферзи». С помощью кремленологии и ситуационного подхода можно было рассчитать возможности не только в связке Горбачев+конкуренты, но и в связках различных членов Политбюро, с учетом влияний извне и факторов изменений. Для «мозговых центров» чрезвычайно важно было зафиксировать сложившуюся ситуацию в той системе координат, в которой только она и могла быть прогнозируема, т. е. с прицелом на приход к власти М.С. Горбачева и той части его команды (что тоже очень важно!), которая управлялась из-за рубежа. Шла напряженная исследовательская работа по определению наиболее уязвимых мест в высшей структуре власти. При этом разделялись степени влияния, оказываемые на различных членов Политбюро в таком крайне щекотливом вопросе, как выборы нового главы. Делалось это как с прицелом на собственное мнение самих членов Политбюро, так и через их связи – личные, служебные, семейные. Без активного влияния извне здесь также не обходилось. Западом предпринимались серьезные попытки создания негативного имиджа для одних (Г.В. Романов) и благоприятного для других (М.С. Горбачев). Мощная интеллектуальная и организационная подпитка из-за рубежа позволяла М.С. Горбачеву и его команде добывать упреждающую информацию, заранее зная внутреннюю позицию членов ЦК при переговорах с ними, видеть, где есть поля совпадающих интересов с другими, прежде всего самыми старыми и влиятельными, членами Политбюро ЦК КПСС.
   И все же заседание Политбюро и Пленум ЦК, как бы мирно и «единодушно» ни проводилось голосование, проходили под знаком предельно напряженной схватки с неопределенным исходом. Хотя победа, как известно, и куется до боя, но исход был неизвестен до самого последнего момента. Даже то, что такая относительно новая фигура, как М.С. Горбачев, доказала определенными обещаниями свою привлекательность, к тому же не успев себя явно дискредитировать, не давало 100 %-ной гарантии. Многие помнили, что он на протяжении ряда лет курировал сельское хозяйство, но при этом не то что достойного рывка, на который надеялись, но даже стабилизации показателей от него не дождались.
   По ходу операции возведения на трон, полагаю, были решены и тактические вопросы – кого, когда и как устранить: например, Д.Ф. Устинова – навсегда, а В.В. Щербицкого – с временной изоляцией.
   В последние годы – с подачи Ан. А. Громыко, сына министра иностранных дел А.А. Громыко и бывшего директора Института Африки АН СССР – возникла и принята на веру версия о том, что его отец решил выдвигать М.С. Горбачева на первый пост в партии и стране в обмен на свое выдвижение на должность Председателя Президиума Верховного Совета. Лично мне не особо верится в то, что все решилось во время встречи Громыко-сына и А.Н. Яковлева. Ан. А. Громыко пишет об этом в своих мемуарах [6.12. С. 88–96]. А.Н. Яковлев подтверждает этот факт, уточняя, что посредником был Е.М. Примаков [63. С. 3]. Возникает резонный вопрос, почему Громыко-старший решил сделать ставку именно на М.С. Горбачева в обмен на пост Председателя Президиума Верховного Совета СССР? Неужели, предложи он такую сделку тому же Г.В. Романову, он получил бы отказ? Сомневаюсь и в том, что у Г.В. Романова была другая кандидатура на пост Председателя Президиума ВС, или же он лелеял амбиции обязательно самому совмещать оба высших поста – партийный и государственный.
   Да, действительно, 2 июля 1985 г. А.А. Громыко был избран Председателем Президиума Верховного Совета СССР, но и это еще не довод. Скорее, его поддержка М. Горбачева имеет совсем другие корни, рассмотрением которых мы и займемся. Безусловно, не следует считать А. Громыко эталоном чистоты в «аскетической» жизни политического Олимпа. Справедливости ради надо указать, что А.А. Громыко был замаран весьма сильно как лично, так и через знакомства; «Громыко тоже не без грехов. Любитель живописи, он не гнушался вывозить из советских посольств подлинники картин известных русских и европейских художников, остававшихся в посольствах с царских времен» [26. С. 66]; А.А. Громыко являлся почетным гражданином Израиля [6.13. С. 3]. Сын перебежчика А. Шевченко – Геннадий – в своем интервью указывает: «В КГБ подозревали, что утечка секретной информации может идти от трех высокопоставленных советских дипломатов, работавших в то время в США, в том числе и моего отца. Однако Громыко сразу же сказал, когда к нему обратились за разъяснениями: „Шевченко – вне всяких подозрений“. Громыко пробил у Брежнева специальную должность для отца – замминистра иностранных дел по разоружению. У А. Громыко были прекрасные отношения с Ю.В. Андроповым, сына которого он принял на работу в МИД и „не мешал“ весьма скорому получению им ранга посла. Это позволило Громыко усидеть на своем месте, несмотря на „неблагодарность“ своего выдвиженца Шевченко. (…) Отец окончил институт с „красным“ дипломом, потом аспирантуру и защитил диссертацию… Первому шагу в его карьере способствовала его дружба с сыном Громыко, Анатолием, в студенческие годы, что помогло моему отцу познакомиться с Андреем Андреевичем» [6.14. С. 5–6]. Точно так же он противодействовал и раскрытию американского шпиона «Трианона», некоего Огородника, работавшего 2-м секретарем Управления планирования внешнеполитических мероприятий МИД СССР. А.А. Громыко в ЦК КПСС называли масоном [10. С. 320]. В итоге «в результате интриг удалось привлечь на сторону Горбачева Громыко» [8. С. 6].
   Приходится как возможный учитывать и мощный внешний фактор в принятии решения о М. Горбачеве. Тогда тем более вполне возможно, что решить это можно было через министра иностранных дел – члена Политбюро ЦК КПСС. Из свидетельства В. Исраэляна [27. С. 5] нам известно, что А.А. Громыко заранее знал о желании бывшего директора ЦРУ Дж. Буша видеть на посту генсека М.С. Горбачева и тем не менее внес именно его кандидатуру. Повлиять на него могли и во время встречи с госсекретарем США Дж. Шульцем в январе 1985 г. Таким образом, мы приходим к выводу, что А.А. Громыко был вовлечен в игру задолго до того, как поднялся на заседании Политбюро и заявил о поддержке кандидатуры М.С. Горбачева. Об этом же свидетельствует и то, что именно ему «удается спровадить в США Щербицкого во главе какой-то проходной парламентской делегации» [38. № 10. С. 7].
   Сам М.С. Горбачев реально знал о возможности активного влияния извне на достижение высокого поста тем или иным человеком. Он уже сделал кое-какие выводы из того, что именно с помощью западных радиоголосов был дискредитирован его единственный конкурент Г.В. Романов, но это еще отнюдь не значило, что западное руководство сделало ставку на него и ему требовалось самому заявить о своем согласии на особые отношения с ними. И это было сделано во время известной поездки в Лондон в декабре 1984 г. Тогда-то, как утверждает единственный свидетель встречи М.С. Горбачева и М. Тэтчер, А.Н. Яковлев, и было заявлено о готовности на погромные действия по отношению к своей стране: «Переговоры продолжали носить зондажный характер до тех пор, пока на одном из заседаний в узком составе (я присутствовал на нем) Михаил Сергеевич не вытащил на стол карту Генштаба со всеми грифами секретности, свидетельствовавшими, что карта подлинная. На ней были изображены направления ракетных ударов по Великобритании, показано, откуда могут быть эти удары и все остальное.
   Тэтчер смотрела то на карту, то на Горбачева. По-моему, она не могла понять, разыгрывают ее или говорят всерьез. Пауза явно затягивалась. Премьерша рассматривала английские города, к которым подошли стрелы, но пока еще не ракеты. Затянувшуюся паузу прервал Горбачев:
   – Госпожа премьер-министр, со всем этим надо кончать, и как можно скорее.
   – Да, – ответила несколько растерянная Тэтчер» [6.15. С. 236]. Можно утверждать, что М.С. Горбачев своего добился: в Лондоне его утвердили раньше, чем в Москве.
   Подтверждением того, что на Западе заранее знали о готовящемся приходе к власти М.С. Горбачева, может служить и тот факт, что «первая биография Горбачева «вышла в свет» в Нью-Йорке в день его избрания Генеральным секретарем ЦК» [58. С. 509]. Да, на всех членов Политбюро велись досье, но одно дело – сырые документы, а другое – подготовленная к изданию книга. США торопились с созданием имиджа для друга Gorby и не хотели терять ни минуты. К тому же в глазах Запада он практически сразу стал «лучшим другом»: «Как по мановению волшебной палочки против него прекратились выступления антисоветских организаций, особенно Лиги защиты евреев» [18. С. 218].
   Сегодня можно уже совершенно уверенно утверждать, что А.А. Громыко совершил акт национального предательства, ибо он знал о выраженном, пусть и в не совсем явной форме, желании Запада. Исходя из многочисленных прямых и косвенных фактов, становится понятным, что к Г. Романову А. Громыко идти не мог, а вот М.С. Горбачев и А.Н. Яковлев навязать ему свою волю могли.
   Но вернемся к нашему «герою». Для любого номенклатурщика мало занять должность, нужно еще и устоять, если не навсегда, то по крайней мере до тех пор, пока не будут выполнены все основные задачи. Поэтому следующей его задачей было «удержаться в седле» до окончания выполнения задания. А для этого нужно было сыграть свою роль так, чтобы никто и не заподозрил его в злом умысле. И эти свои актерские способности он, с помощью статистов, широко использовал: он играл перед разными слоями общества и отдельными людьми сразу несколько ролей. И до последнего часа его никто не мог раскусить, наоборот, ему же еще и помогали дурачить остальных те, кто был одурачен им прежде: «Чем сильнее его критиковали «демократы», тем больше запутывались лидеры коммунистов, им даже казалось, что Горбачев с ними, что, защищая Горбачева, они защищают страну. И в этом была трагедия и коммунистов, и нашего народа.
   Горбачев же в это время, извиваясь как угорь, продолжал свою предательскую политику, разрушая КПСС и делая вид, что он уступает только под сильным давлением «демократов» [65. № 96. С. 3].
   Работал он как с применением отвлекающих действий, так и принимая решения двойного неоднозначного характера, пример: антиалкогольная кампания. Заранее зная, как топорно срабатывает система партаппарата: лоб разобьет, но обязательно доведет любое решение до абсурда, можно было не опасаться за негативный результат для себя лично.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 [30] 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация