А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Встретимся у Амура, или Поцелуй судьбы" (страница 9)

   – Наверно, ты прав, – согласилась Настя. – Но у меня такое чувство, будто он ждет от меня помощи. Ведь не зря Сережа с Натальей поделился – знал, что она мне расскажет. Может, Борис его просил об этом?
   – Но что ты можешь сделать?
   – Не знаю. Может, для начала с папой поговорить? Он ведь заведует кафедрой, – у него всякие студенты учатся. Может, у кого есть родители из милиции.
   – Что ж, попробуй. Хотя я бы не советовал. Думаю, у твоего отца своих проблем хватает – у кого их нынче нет. Ладно, был бы этот парень вам близким человеком.
   – Но ведь должен же кто-то за него заступиться? Нельзя же так! А если со мной беда случится и все отвернутся – каково мне будет? Ты только представь.
   – Нет, не надо, не пугай меня. С тобой ничего плохого не должно случиться. Но я прошу: если тебя что-то тревожит, делись со мной. Хочу, чтобы ты считала меня своим другом, настоящим другом, хорошо?
   – Хорошо, – улыбнулась Настя, – спасибо тебе. Ты такой добрый.
   За разговором они незаметно добрались до Настиного двора. Туман стал еще гуще, – свет фонаря почти не пробивал его. Они остановились у ее подъезда и постояли некоторое время молча.
   Он решает, можно ли меня поцеловать, вдруг поняла Настя, еще подумает, что я только этого и жду. Надо прощаться. Но как не хочется!
   – Я пойду, – нерешительно сказала она, – поздно уже.
   – Как нога? Болит? – участливо спросил он.
   – Да я как-то притерпелась. Но немного печет.
   – Обязательно помажь «Спасателем». У вас есть?
   – А что это?
   – Мазь такая – сразу боль снимает. И заживет намного быстрее.
   – Впервые слышу.
   – Давай я в аптеку сбегаю, куплю. Она меня не раз в походах выручала.
   – Ой, мне неудобно тебя утруждать.
   – Ничего, я быстро.
   Он проводил ее до двери и убежал. Дома никого не было. Настя зажгла свет и разулась. Нога выглядела угрожающе: огромный пузырь и краснота вокруг. Она протерла водянку одеколоном и осторожно проколола иголкой. Из отверстия вытекла желтоватая жидкость, и стало легче. Вскоре прибежал Вадим. Настя помазала болячку белой, пахнущей травами мазью, и боль сразу утихла.
   – Уже не болит! – изумилась она. – Просто, чудо! Давай, я тебе деньги заплачу, мазь, наверно, дорогая.
   – Никаких денег, – отказался Вадим. – Ну, как там рыба?
   – Ой, я о ней совсем забыла! – И Настя кинулась в ванну. Рыбина неподвижно стояла на дне. Но едва зажегся свет, она поднялась к поверхности и открыла рот, явно ожидая подачки. Настя опустила в ванну палец, рыбина поплыла к нему, коснулась губами и, недовольно шевеля хвостом, отплыла. Под брюхом у нее висела длинная черная цепочка. Вскоре она оторвалась и медленно опустилась на дно.
   – Опять проголодалась. – Настя покрошила хлеба и немного вареного мяса, – все это толстолобик с аппетитом съел.
   – Во прожорливый! – Вадим потрясенно смотрел на рыбу. – Наверно, неделю не ел. Надо у него воду поменять, – вон сколько грязи на дне.
   Во время этой процедуры в дверь позвонили. Настя пересаживала рыбину в таз, поэтому пошел открывать Вадим. Настя слабо надеялась, что звонит Наташка или, в крайнем случае, ее братец, но за дверью оказались родители. По затянувшемуся молчанию она поняла, что они изумленно разглядывают гостя. Плюхнув толстолоба в таз, Настя выскочила в прихожую.
   – Папа, мама, познакомьтесь, это Вадим, Никитин друг, – затараторила она, покраснев до ушей. – Он мне помогает пересаживать толстолоба.
   – Куда пересаживать? – поинтересовался отец. – И зачем?
   – Он столько съел: и мяса, и хлеба – ужас сколько! А теперь на дне ванны – ну, сам понимаешь. Вот мы и решили поменять воду.
   – Понятно. Что ж, приглашай своего гостя с нами поужинать. Вы, как я понимаю, с вечеринки. Кстати, я вспомнил: этот молодой человек встречал с нами Новый год. А где Наташа с Никитой?
   – Мы их потеряли. – Настя покраснела снова. – Я ногу растерла, и Вадим помог мне дойти до дому.
   – Чем это ты растерла? И кто тебе разрешил надевать мое новое платье? – сердито спросила мать. – Я за него еще даже не заплатила. Боже, да оно все мокрое!
   – Так рыба. Мы же ее пересаживали.
   – Нельзя было переодеться? Все платье забрызгала, – теперь стирать придется.
   – Извините, мне пора домой, – заторопился Вадим. – До свидания!
   – Куда же вы? А поужинать? Да прекрати ты со своим платьем! – сердито прервал жену отец. – Не уходите, оставайтесь.
   – Нет, нет, спасибо, мне пора! – И Вадим быстренько ретировался.
   – Чего ты к ней прицепилась? Постеснялась бы при молодом человеке! – напустился отец на Галчонка. – Платье пожалела, а дочь позорить не жалко?
   – Подумаешь, молодой человек! Рано ей еще кавалеров заводить – пусть сначала школу окончит. Берет без разрешения мои вещи, а ты потакаешь. Если хочешь знать, это платье я взяла у нашей лаборантки, еще сама не мерила. А твоя доченька уже успела его выгваздать.
   Не желая больше слушать перебранку родителей, Настя переоделась и пошла в ванную. Толстолоб смирно сидел в тазу, свернувшись калачиком. Вода не покрывала его спину, но он терпел.
   – Бедненький! – пожалела его Настя. – Сейчас я тебе свежей водички налью, страдалец ты мой.
   Зашедший в ванную отец заметил:
   – Все равно ему в этой воде не выжить: она же хлорированная. Давай его почистим и пожарим. Так охота рыбки жареной.
   – Только через мой труп! – отрезала Настя. – Интересно, ты сам ему будешь брюхо вспарывать или меня заставишь? Ты погляди: он же смотрит на нас человеческими глазами.
   – Спусти воду, и он уснет.
   – Нет! Он не уснет, он задохнется.
   – Так что, он теперь здесь навсегда поселится? А купаться где?
   – Буду его в таз пересаживать. А потом обратно.
   – И долго это будет продолжаться? Может, его сразу отправить в реку, коли так?
   – Там вода ледяная, а он уже привык к теплой. Может простудиться. У него начнется воспаление легких.
   – У рыбы нет легких, у нее жабры. Чему вас в школе учат?
   – Ну, воспаление жабр. Или жабер? Нет уж, пусть живет здесь, пока не потеплеет. Нечего было такого живого приносить. А теперь терпите. Через месяц выпущу его в Дон.
   Галчонок с интересом слушала их диалог. По выражению ее лица было видно, что она уже простила дочь и одобряет ее решение. – Что с Федором? – спросила она. – Почему он из-под дивана не вылезает?
   – Пытался поймать толстолоба лапой и свалился в ванну. Так толстолоб ему чуть хвост не отъел. Он так орал! Наверно, никак в себя не придет.
   Во время их разговора рыбина стояла у края ванны, будто прислушиваясь. Заметив, что Настя опустила ладонь в воду, она подплыла и взяла в рот Настин мизинец.
   – Щекотно! – засмеялась девочка. – Он снова есть хочет.
   – Нет, вы обе, определенно, чокнутые. Кому расскажешь, со смеху помрут. Ну, шут с вами, делайте, что хотите. – Махнув рукой, отец направился на кухню. – Мы сегодня будем ужинать или нет?
   – Сейчас толстолоба покормлю, и будем. Мам, достань яйца и ветчину. И муку – я омлет сделаю.
   После ужина отец заглянул в комнату дочери. Та сидела на диване с книгой и усиленно пыталась делать вид, что увлечена чтением.
   – Переверни книгу, – хмыкнул отец, – она у тебя вверх ногами. Значит, этого красивого юношу зовут Питером?
   – Нет, – улыбнулась Настя. – Но он у меня с ним ассоциируется. Вадим родом из Питера и очень на него похож.
   – И что у тебя с ним?
   – Ничего. Просто друзья. Он из Никитиного класса.
   – Это я уже слышал. Значит, просто друзья? – Отец испытующе глянул на дочь. – А может, не просто? Ну-ка посмотри мне в глаза.
   – Ну, он мне нравится, – покраснела Настя. – А что?
   – Нет, ничего. Похоже, здесь симпатия взаимная. Что ж, пятнадцать лет – возраст первой любви. Только ты не теряй голову, – а то у вас, нынешних акселератов, все слишком быстро происходит.
   – Папа!
   – Ладно, ладно, не тушуйся. Как там с физикой?
   – А ничего хорошего: скачем галопом по Европам. Уже электричество заканчиваем, а задач толком не решали.
   – Не страшно, вы к этому материалу еще вернетесь в десятом классе. Ты, главное, готовь программу лицея: решай побольше задач по механике, у них на вступительных проверяют, в основном, этот раздел. Но зато задачи дают довольно трудные. Ты хоть в них разбираешься?
   – Да вроде, разбираюсь. Мы с Наташей уже почти всего Рымкевича прорешали. Лизавета сначала делала на нас квадратные глаза, а потом махнула рукой, – учите, что хотите. Даже не спрашивает. Говорит, чего вас спрашивать, – вы и так все знаете.
   – Ну, хорошо, дочка, отдыхай, не буду больше тебе докучать.
   Он вышел. Но едва Настя собралась стелить постель, как позвонил Никита. Тревожным голосом он сообщил, что Наталья домой до сих пор не явилась и неизвестно, где ее искать. И что он уже получил нагоняй от родителей. А когда возразил, что не обязан быть надзирателем этой вертихвостке, они пообещали оторвать ему голову, если с ней что-нибудь случиться.
   – Настя, пойдем, поищем ее, – робко попросил Никита. – Может, она где поблизости отирается. Дома невмоготу – меня предки уже задолбали. Пусть только явится – я ей такое устрою!
   Насте очень хотелось сослаться на больную ногу, но совесть не позволила. Все-таки родная подруга – а вдруг с ней действительно что-то стряслось? Испросив у родителей согласие, она похромала одеваться.
   Ищи ветра в поле, подумала Настя, когда они с Никитой вышли со двора. На темных улицах было пустынно. Туман немного рассеялся, но все равно контуры редких прохожих едва угадывались. Они постояли, размышляя, куда идти, потом пошли направо. С таким же успехом могли пойти налево – вероятность удачи была одинакова. Пройдя два квартала и так никого и не встретив, повернули назад. Часы показали половину двенадцатого. Они снова остановились у ворот и долго стояли, ощущая в душе нарастающую тревогу.
   Позади послышались торопливые шаги. Оглянувшись, они разглядели в мутной тьме Вадима, спешившего к ним. Оказалось, он позвонил Никите и, узнав о пропаже Наташки, решил присоединиться к друзьям.
   – Может, в милицию сходим? – предложил Вадим. – Сообщат по рации нарядам, пусть они тоже поищут.
   – Если до часу не явится, сходим, – хмуро отозвался Никита.
   – А давайте сейчас позвоним. И в милицию, и в «Скорую». – Настя с жалостью глядела на мертвенно бледное лицо Наташкиного брата.
   – Не, я домой не пойду, – отказался Никита. – Там меня мать живьем сожрет. Давайте еще подождем с полчаса, а тогда в милицию.
   И они снова погрузились в тревожное ожидание, временами поглядывая на светившийся циферблат Никитиных часов. Минут через пятнадцать послышался шум машины. Вынырнувший из темноты милицейский уазик остановился возле их двора – из открывшейся двери выскочила зареванная Наташка в сопровождении пожилого милиционера.
   В общем, история с ней приключилась ожидаемая – почти как на новогодней дискотеке. Очередной кавалер показался ей вполне положительным, и она позволила ему себя проводить. Но по выходе из Дворца к ним присоединились двое его приятелей, и они все вместе стали настойчиво звать Наташку в гости, – а когда она заартачилась, просто взяли под руки и поволокли к машине. Хорошо, что у нее хватило ума заорать. Ее вопль привлек внимание проходившего мимо патруля, и всю компанию забрали в отделение. Там их допросили, записали адреса, после чего отвезли Наталью домой. Что стало с теми парнями, ей неведомо.
   Никита поблагодарил милиционера, сделав попытку сунуть ему купюру, но тот вежливо отказался и укатил. Едва машина скрылась в тумане, Наташкин братец схватил сестру за плечи и принялся ожесточенно трясти, приговаривая: – Еще раз… еще раз… такое устроишь… своими руками придушу! Чтоб уже больше никого не мучила!
   – Да-а, а кто меня бросил? – вопила Наташка, размазывая слезы. – Эти смылись, а ты пошел свою дылду провожать! А я что – одна должна была возвращаться, да-а-а?
   – Марш домой! – прорычал Никита и с размаху дал ей под задницу Наташка взвизгнула и понеслась к подъезду, приговаривая: – Все маме скажу: и как ты меня бросил, и что дерешься! – Мрачный Никита, не попрощавшись, пошагал следом.
   Вадим с Настей молча глядели им вслед. Правота Наташки была очевидна, как и их общая вина, оставалось только благодарить Бога, что все закончилось благополучно. Когда брат с сестрой скрылись в подъезде, Вадим обнял Настю и притянул к себе. От неожиданности она онемела, неловко ткнувшись носом в его куртку.
   – Обещай мне беречь себя, – глухим голосом произнес он. – Если с тобой случится беда, мне будет очень больно. Обещаешь?
   Не поднимая глаз, она кивнула и, вывернувшись из его объятий, побежала через двор. Но у подъезда не выдержала, оглянулась. Он стоял, ссутулившись, на прежнем месте. Насте мучительно захотелось вернуться и еще раз прижаться к его куртке, – но, устыдившись, она стремительно нырнула в полумрак подъезда и понеслась к себе.
   После этого случая Наташку вообще перестали выпускать по вечерам из дому. На ее возмущенные вопли Никита молча показывал внушительный кулак. Но однажды во время очередной истерики не выдержал и выдал:
   – Ну, скажи, скажи, почему к тебе вечно цепляется всякая мразь? Почему к Насте и к другим порядочным девчонкам такие не пристают, а к тебе моментально?
   – Откуда я знаю! – ревела Наташка.
   – А я скажу: потому что ты так себя ведешь! Все эти твои ужимки, дурацкое кокетничанье и хихиканье умному парню до лампочки, а всяким подонкам, – то, что надо. Сама напрашиваешься! Сиди дома и носа не смей высовывать, пока не поумнеешь.
   С горя Наталья еще усерднее налегла на учебу. Тройки по математике совсем исчезли из ее дневника, да и с русским наладилось. Благодаря частым диктантам она почти перестала делать ошибки. Но зато другие предметы были в сплошном пролете – на них ее усердие не распространялось.
   – Ты что, совсем спятила? – возмутилась Настя, когда подруга схватила третью пару по химии. – Скоро конец четверти, а у тебя с химией полный провал. И по истории ни одной оценки, даже рефераты не пишешь.
   – Так ведь их в лицей не сдавать, – беззаботно ответила Наташка. – Трояки во всех случаях в аттестат поставят, а больше мне не надо.
   – А в лицее как будешь химию учить? Там ее по вузовскому учебнику изучают, а ты в основах ни бум-бум.
   – Да, а если я не поступлю? Буду зубрить, как дура, эту химию, а она мне потом не понадобится.
   – Натка, нет, ты невозможная! Можно подумать, что ты учишься ради оценок или лицея, а не ради того, чтобы просто знать. Неужели тебе ни капельки не интересно?
   – На химии ни капельки! Более занудного предмета я не знаю. Не буду ее учить ни за какие коврижки. Мне и трояка хватит. А история – это вообще полный бред. Сегодня нам одно внушают, завтра другое. А послезавтра еще чего-нибудь придумают. Три учебника – и во всех история разная. Разве это наука?
   – Ну тебя в болото! – рассердилась Настя. – Делай, что хочешь, только потом не обижайся. Как ты к предмету относишься, так и он будет к тебе, – по третьему закону Ньютона.
   В общем, полностью убедить эту лентяйку Насте не удалось, но все же их разговор не прошел даром: Наталья слегка напряглась и стала уделять внимание остальным предметам. Тем более, что мартовская погода этому способствовала: практически весь месяц то дождь, то снег, а под конец и вовсе начались пыльные бури при минусовой температуре, – носа не высунешь на улицу.
   – Будет, наконец, весна в этом году или нет? – тоскливо ныла Наташка, вглядываясь в хмурое небо. – Весь март ни одного солнечного денечка – ну сколько можно? Хочу на травку.
   – Придет апрель, будет тебе и травка, и солнышко. А пока зубри: до экзаменов меньше трех месяцев.
   Настя пару раз спросила Сережу Новикова о судьбе Бориса, но тому ничего не было известно. С отцом она на эту тему так и не поговорила, не решилась. Сначала совесть ее немного мучила, потом собственные заботы и проблемы оттеснили мысли о парне на второй план.
   Однако через пару недель, выйдя из школы, Настя внезапно увидела Бориса, поджидающего ее на привычном месте.
   – Выпустили? – облегченно спросила она.
   – Отец бабки заплатил, и отпустили, – мрачно ответил он.
   – Кому заплатил?
   – Да той девке. Чтоб написала заяву, что обозналась.
   – И она взяла?
   – А то! Ей только того и надо было. А из гимназии меня поперли.
   – Как поперли? Ты же ни в чем не виноват.
   – А кому это надо? Как только меня взяли, на следующий же день вывесили приказ. Чтобы, значит, не нести ответственность.
   – Но ведь тебя отпустили. Требуй, чтоб восстановили.
   – Отказали. Отец ходил к начальству – сказали, что мое место уже занято. Там у нас есть воскресная школа для желающих – как только кого отчисляют, сразу его место занимает один из них. Да я и сам обратно уже не хочу. Будут на меня косо глядеть да пальцем показывать.
   – И что теперь будешь делать?
   – Не знаю. Пока буду отцу помогать, – он торгует на вещевом рынке. Перекантуюсь до армии, а там посмотрю. Девятилетка у меня есть – может, потом пойду в вечернюю школу. Если дальше учиться захочется. А ты как?
   – Да все по-прежнему. Учусь, в основном.
   – Парень у тебя не появился?
   – В твоем понимании – нет, я ни с кем не гуляю. Но скажу тебе по секрету: мне очень нравится один человек.
   – А ты ему?
   – Кажется, тоже.
   – А кто он?
   – Это секрет. Не спрашивай, все равно больше ничего не скажу.
   – Значит, у меня никаких шансов?
   – Ты же это знал с самого начала. Борис, не обижайся, пожалуйста. Ты хороший, но мы с тобой разные люди. Давай остаемся друзьями?
   – Ладно. Что думаешь делать после девятого?
   – Будем с Наташей поступать в лицей при Политехе. Трудно, но мы попытаемся. Там ее брат учится.
   – Ого, куда вы замахнулись! Тогда действительно тебе не до гулянок. Но мне можно хоть иногда тебя видеть?
   – Конечно, о чем речь! Приходи, когда захочешь. Много времени я тебе уделять не смогу, но иногда пообщаться – почему нет? Может, чем тебе помогу или ты мне.
   Он проводил ее до дома, печально постоял несколько минут, повздыхал и, наконец, ушел. Потом еще пару раз навестил, а затем совсем пропал. Много времени спустя Настя встретила его в парке, – он шел, держа под руку симпатичную полненькую девушку, и выглядел вполне довольным жизнью. Мысленно порадовавшись за Бориса, Настя незаметно свернула в боковую аллею.
   Перед самыми каникулами Никита огорошил подружек сообщением, что в лицей уже подано заявлений – выше крыши. Там же всего пятьдесят мест. Уже три человека на место, – а что будет в июне? – Вы когда собираетесь подавать? – сердито спросил он. – Чего тянете кота за хвост? Всего делов: пойти да записаться. Особого приглашения ждете?
   – А куда спешить? – отмахнулась Настя. – Там заявления принимают до середины июня. Успеем еще. Подадим на каникулах.
   – Ну-ну, тяните. Дождетесь, что прием прекратят или еще чего придумают.
   И как в лужу глядел. Явившись в приемную лицея, подружки с ужасом прочли, что при конкурсе более пяти человек на место к экзаменам допустят только абитуриентов с аттестатами без троек. К Наташкиному ужасу, конечно, ведь Насте светили только пятерки, тогда как ее подруге грозили целых четыре трояка.
   – А я тебе что говорила? – выговаривала ей Настя. – Трояк по истории – это вообще маразм! Ты что, даты не в состоянии запомнить? А химия? Скажи спасибо, что химичка тебя пожалела по доброте душевной. А то могла бы и пару в четверти вкатать – при твоих знаниях.
   – Это ты виновата! – ныла подруга. – Ты меня плохо заставляла. Меня не уговаривать надо, а действовать силой.
   – Силой – это как? Лупить, что ли?
   – И лупить! А что? Если я иначе не понимаю. Бери ремень и лупи, разрешаю.
   – Больше ничего не придумала? Кому больше надо – тебе или мне?
   – А тебе не надо? Ты что, не хочешь, чтоб я поступила? Тогда так и скажи. Подруга называется!
   – Я тебе сто раз говорила: берись за химию, – ты здорово слушала? Завтра же иди на консультацию, – химичка двоечникам на десять утра назначила. Виляй перед ней хвостом, стелись половичком, но чтоб она позволила тебе по частям пересдать хвосты. И зубри, зубри, зубри!
   – А история? А география? А физкультура? Разве все исправишь?
   – Исправишь, если захочешь! Будешь делать все задания и не пропускать уроки, – историк и Ксения тебе четверки поставят, они люди покладистые. А физкультуру не надо прогуливать, и все. В лицее вообще пропускать занятия нельзя: там пару раз сбежишь – и на педсовет. А еще раз прогуляешь – и привет.
   – Господи, прямо казарма какая-то! Насть, может, не надо туда, а? Ни разу не косануть – я так не смогу.
   – Тогда нечего и соваться. Оставайся в школе и не морочь мне голову.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация