А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Встретимся у Амура, или Поцелуй судьбы" (страница 14)

   – О чем? Опять о мальчишках? Мне это уже не интересно и интересовать больше не будет.
   – Как это «не будет»? Ты что, бабка сорокалетняя? И почему только о них? Мало что ли других тем? Ну, поспрашивай меня по математике, хоть формулы проверь, – знаю или не знаю. А вдруг я завтра напишу на пару.
   – Папа сказал, если за год тройка, то в аттестат двойку не поставят, не переживай.
   – Почему тройка? Светлана мне четыре за год поставила. Я годовую почти на пятак написала, только в чертеже напутала.
   – Вот видишь. Прости, Наташа, но я пойду. Пусти меня.
   – Не пущу! Ну, пойдем, ко мне! Пожалуйста! – не отставала Наташка. – Или к тебе – как хочешь. Настя, ну не уходи!
   И Настя нехотя согласилась. Впустила Наталью к себе, положила на сковородку окорочка и, прикрутив огонь, занялась с подругой алгеброй. Оказалось, что та довольно неплохо подкована: несложные примеры Наташка решала с лету. Правда, в синусах и косинусах путалась, как всегда. В этом месте у нее был безнадежный заскок еще с прежних времен, – сколько Настя с ней ни билась, запомнить тригонометрические функции Наташка так и не смогла. И что обидно: определения она декламировала без запинки, но как только дело доходило до конкретного треугольника, неизбежно ошибалась. Оставалось надеяться, что ей повезет: угадает ответ или такие примеры не попадутся.
   – Все! Мне надоело, – наконец, заявила Наташка. – Как напишу, так напишу. Гори оно все синим пламенем! Давай лучше поболтаем, мы же столько не общались. Как ты жила все это время?
   – Да никак, – призналась Настя. К удивлению она вдруг тоже захотела пооткровенничать с подругой. – Знаешь, как в поезде: все проносится мимо, а я сижу и смотрю в окошко.
   – Да, здорово тебя прихватило, – посочувствовала подруга. – Но знаешь, так убиваться из-за этих козлов правда не стоит. Наши на тебя даже сначала обиделись. А потом, когда поняли, что с тобой что-то не так, жалеть стали. Но не знали, как к тебе подступиться, – ты же как стенкой от всех отгородилась.
   – Дело не только в этом. Просто мне все стало противно, особенно мужчины. Видеть их не могу, всех вместе и каждого в отдельности.
   – Тю, да ты что! За что – на всех? Нет, Настя, тебе точно надо к доктору.
   – Может, и надо. Ладно, давай о чем-нибудь другом поговорим. Как ты насчет лицея, не передумала?
   – Знаешь, когда ты так стала ко мне относиться, я засомневалась. Я же из-за тебя туда собралась – сам по себе мне этот лицей до лампочки. Думала, чего мне там делать, если ты от меня отвернулась? Но потом Никита с Вадимом уговорили не отступать. Мол, все равно образование надо получать, так лучше настоящее, фундаментальное.
   Вадим. Нет, при этом имени прежняя радость не шелохнулась в Настиной душе – но и недавнего отторжения тоже не вызвало. Будто далекий колокольчик напомнил о себе тихим звоном. И Наталья, внимательно следившая за выражением ее лица, вдруг притихла.
   Они недолго помолчали. Потом Настя решилась:
   – Как его брат?
   – Плохо. Их отец приехал. Ему отпуск дали на месяц. Но только… врачи говорят, столько не понадобится, все кончится раньше. Дениска давно уже без сознания. Все бредит: «Колеса! Колеса!» Колеса ему мерещатся, будто наезжают на него. В общем, полный мрак.
   Дениска. И перед Настей всплыл образ худенького мальчика с ввалившимися глазами. Почему-то вспомнилось, как она подавала ему судно и как он беспомощно заплакал. Она обещала его навестить – и не навестила. Несчастье, постигшее ее, перевесило чужую беду. Даже сейчас она воспринимала мир как-то отстраненно. У одних все хорошо, у других плохо. Так бывает, и с этим ничего не поделаешь. Потом она вспомнила, как смотрела на спящего Вадима, как любила его. Она покопалась в себе, но никакого отзвука не нашла. Ужасные слова матери грубо разрушили очарование его образа, надолго оставив в душе дочери пустоту и отвращение.
   – Как у Иры дела? – спросила она, чтобы о чем-нибудь спросить. Все-таки Соколова дала ей почитать редкую книгу, значит, надо испытывать к ней чувство благодарности, умом Настя это понимала. Хотя, если честно, ничего не испытывала.
   – Цветет и пахнет. Уж не знаю, как там ее предки постарались, но только ей светят в аттестате все пятаки. Представляешь: Соколова – круглая отличница. Со смеху помрешь.
   – Она что – тоже куда-нибудь переходит?
   – Не-ет, что ты! Зачем? Ей и здесь хорошо. Раз родители нашли общий язык с директрисой, теперь будут тянуть ее на медаль, вот посмотришь.
   – А как у тебя? Троек в аттестате не будет?
   – Не должно. Если, конечно, не схвачу на экзаменах. Знаешь, говорят, в наш лицей уже конкурс – ужас! Весь город туда прется. А берут всего пятьдесят человек. Вдруг не поступим, что тогда делать?
   – Я поступлю. У меня нет другого выхода.
   – А я?
   Настя пожала плечами. Что тут скажешь? Хочешь поступить, выбрось все из головы и не отрывайся от учебников. Но Наташка обиделась.
   – Молчишь? Ну, конечно, у тебя же папа завкафедрой. Небось, и блат у него там имеется.
   – Наташа, я сама все сдам. При чем тут папа? Хочешь поссориться?
   – Ну, хорошо, ты сдашь. А я? Что мне делать, если не наберу нужных баллов?
   – Вернешься в школу. Вот Светлана будет рада.
   – Ни за что! Ведь все будут знать, что провалилась. Настя, спроси Олега Владимировича, может, правда, он там кого-нибудь знает, может, поможет чем? Хотя бы репетиторами. Попроси отца, умоляю.
   – Наташа, ты представляешь, сколько стоят репетиторы?
   – Плевать. Мамахен согласна платить сколько угодно, лишь бы приняли.
   – Ладно, я поговорю. Но только в лицее у него никого нет, это точно. В министерстве есть. Я почему знаю: они нам предлагали репетиторов из лицея, но я отказалась.
   – Вот видишь! Только попроси побыстрее, а то времени мало остается. Сегодня же поговори, хорошо?
   – Хорошо. Но ничего не обещаю. Ты же знаешь моего отца: он никогда за меня не просил, сама барахталась. Может не захотеть связываться.
   – А ты хорошенько попроси, скажи, что хочешь, чтоб мы были вместе, все-таки вдвоем не так страшно среди чужих. Постарайся уговорить. А откажет, что ж, тогда ничего не поделаешь, придется самой. Но ведь попытка не пытка?
   Когда Настя вечером обратилась к отцу с Наташкиной просьбой, тот вначале нахмурился:
   – Тебе самой поступить бы. И вообще, это не в моих правилах.
   – Правильно! – вмешалась Галчонок. – Пусть ее мамаша идет в лицей и сама просит за свою доченьку. И репетиторов сама находит.
   – Но ведь мы подруги, – робко запротестовала Настя. – Разве мы не должны друг другу помогать?
   – Это не та помощь. Эта помощь на грани криминала. А мне в моем положении такими делами заниматься негоже. Хотя, конечно, попросить, чтобы Наташу проконсультировал кто-нибудь оттуда, я могу, правда, не напрямую. Через третье лицо.
   – Зачем ты связываешься? – закричала мать. – Делать тебе нечего! А если потом за свою дочь придется просить?
   – За меня не придется, – твердо сказала Настя, – можешь не беспокоиться.
   – Ладно, Галина, я сам разберусь, что мне следует делать, а чего не следует. Скажи Наташе, что попытаюсь ей помочь, но ничего не гарантирую. Поэтому пусть, в первую очередь, надеется только на себя.
   – Спасибо, папа, – поблагодарила Настя. Она чувствовала недовольство родителей друг другом, но не сделала ни малейшей попытки их помирить, – ей было достаточно отцовского обещания. Черствая корка, покрывавшая ее душу, позволяла не реагировать на такие мелочи, как их ссора.
   Экзамен девятиклассники сдавали в Центре тестирования при университете. Там их посадили так, чтобы соседи были из разных школ, да еще и предупредили, что за разговоры будут отбирать работу. Поэтому у Насти не было никакой возможности помочь подруге, та сидела на три ряда выше.
   Задание Насте досталось очень легкое, даже задачи повышенной трудности показались простыми. Быстро справившись с ними, она попыталась заглянуть в работу соседа и тут же получила замечание от экзаменатора. Решив больше не искушать судьбу, она сдала работу и вышла из аудитории. В коридоре Настя подошла к окну, чтобы дождаться кого-нибудь из своих: может, кому попался ее вариант.
   Минут через десять из аудитории выскользнула Наталья и, многозначительно взглянув на подругу, направилась в туалет. Настя последовала за ней. Там дежурила студентка-церберша, всем видом показавшая, что никаких переговоров она не допустит. Тем не менее Настя заняла соседнюю кабинку, справедливо полагая, что подруге срочно нужна помощь. И точно – из-под перегородки, разделявшей кабинки, высунулись пальцы, сжимавшие смятую бумажку. Развернув ее, Настя увидела рисунок: прямоугольный треугольник с обозначенными углами и большой вопросительный знак. Стало ясно, что эта балда опять забыла, когда нужно применять синус, а когда косинус. Быстро написав требуемое, Настя сунула клочок в подставленные пальцы и покинула кабинку. Церберша подозрительно посмотрела на нее, но ничего не сказала. В коридоре Настя дождалась выхода благодарно улыбнувшейся ей Наташки, показала ее спине кулак и отправилась домой.
   Следующим экзаменом было изложение. Настя и здесь не подкачала. Она удачно обошла все подводные камни, и потому, сдавая работу, была уверена в ней на сто процентов. Наталья, писавшая с другой группой, тоже поклялась, что у нее все верно, но Настя ей, конечно, не поверила и оказалась права: подруга опять понаставила уйму ненужных запятых – на всякий случай. По математике Наташка получила четверку, чем страшно возгордилась, ведь большинство учеников их английской школы заработали по этому предмету трояки, а несколько лодырей, включая и Костю Парфенова, математику позорно провалили. Но поскольку добрые учителя поставили им за год тройки, то и аттестаты лентяи получили без неудов, чему были несказанно рады. Ирочка Соколова завалила «красный» аттестат, схватив на математике четверку. Несколько дней она ходила зареванная – в наказание ее перестали выпускать по вечерам из дому. Родители Ирочки требовали от нее только отличной учебы, чтобы одиннадцатый она окончила с золотой медалью: в дальнейшем планировалось «поступить» ее в медицинский институт, где медалисты сдавали одну химию.
   В знак протеста Ирочка объявила голодовку и целых полтора дня сидела на одной воде. Но ее мамашу это ничуть не обеспокоило – она сама практиковала подобный способ похудения.
   Третьим экзаменом подруги выбрали физику, поскольку знали ее лучше остальных предметов. Сидя на диване, они гоняли друг друга по формулам, когда вдруг в дверь отчаянно зазвонили. Настя пошла открывать. За дверью стояла осунувшаяся, похожая на привидение Ирочка. Не говоря ни слова, она влетела в комнату, упала на диван и отчаянно зарыдала. На попытки подружек узнать, что стряслось, Ирочка только мотала головой, продолжая заливаться слезами.
   Настя принесла из кухни стакан воды, но Ирочка оттолкнула ее руку. Тогда Настя грозно объявила, что немедленно выльет воду Ирочке на голову, если та не прекратит истерику. Это возымело действие, и Ирочка на миг остановилась.
   – Ну? – строго спросила Настя. – Выкладывай, что стряслось.
   – Он опять! – страдальчески простонала Ирочка и попыталась снова зарыдать, но, бросив взгляд на стакан, удержалась. – Опять бегает за этой грузинской сучкой! Как я ее ненавижу! Ну почему ей все, почему?
   – Какой сучкой? Ира, о чем ты?
   – Девка одна. Из ее прежней школы, – пояснила Наталья, сблизившаяся с Ирочкой за время Настиной болезни. – Вроде бы стоит ей пальцем поманить любого парня, тот сразу бежит за ней, как собачка. Только по-моему, Ира, ты все преувеличиваешь. С чего ты взяла, что он тебя бросил?
   – Уже две недели… не приходил! А вчера! – Ирочка закрыла лицо ладонями, и между ее пальцами опять заструились слезы. – Ой, Настя, прости, я не могу! Видела, как он с ней стоял. А на меня… как на пустое место. Даже отвернулся!
   – Ира, да плюнь ты на него! – возмутилась Настя. – Чтоб из-за парня так убиваться, – я вообще этого не понимаю.
   – Не понимаешь, так и молчи! – вдруг огрызнулась Наташка. – Может, тебе этого вообще не дано понять. Ира, но если он с ней только стоял, так, может, там ничего нет. Может, он просто занят или предки не пускают? Ведь экзамены.
   – Нет! – замотала головой Ирочка. – Я видела, как он на нее смотрел. Как на богиню. Еще ладно, если б он ей был нужен. Так ведь нет, ей никто не нужен.
   – Что, такая красавица? – полюбопытствовала Настя.
   – Не знаю. По мне – так хуже крокодила. Девочки, что мне делать? Как его вернуть? У меня из рук все валится, и ничего в голову не лезет.
   – Ну, давай я с ним поговорю, – храбро предложила Наташка. – Скажу, что ты заболела. Если любит, сразу прибежит.
   – А если не прибежит?
   – Значит, не любит. Тогда Настя права, – плюнь на него и размажь. На что он такой сдался?
   – Девочки, да я не могу без него, просто погибаю! Сижу – и вдруг он! Вот он, рядом… вижу его. Руки протяну – а ничего нет. Господи, как мне больно!
   Настя неприязненно смотрела на плачущую Ирочку. Нет, этого она совсем не понимала. Чтобы так страдать, – из-за чего? Может, из-за того, что у них все было… и Ирочке снова хочется? Неужели это ей так нужно? Но она не решилась произнести это вслух – не хотела обижать несчастную Ирочку. И еще ей вдруг захотелось, чтобы та поскорее ушла. Потому что – Настя остро почувствовала – Ирочка ей стала неприятна. Неприятны ее страдание и она сама со своими слезами и стенаниями. Никогда, никого! – думала Настя. Из-за них я не пролью ни слезинки. Ведь все они так отвратительны! – с их гадкими желаниями и поступками.
   Почувствовав Настино отчуждение, Ирочка встала. – Пойду, – сказала она, вытирая слезы, – извините меня. Вы занимаетесь, а тут я приперлась со своими проблемами.
   – Пойдем, я тебя провожу, – поднялась следом Наташка. – Держись, Иришка, мы его сделаем. Прибежит, как миленький. Раз он этой девке не нужен, то никуда не денется. Как приспичит, так и прибежит.
   Они ушли. Настя подошла к окну и стала смотреть во двор. Она видела, как вышли из подъезда Наталья с Ирочкой. Наташка что-то говорила, размахивая руками, а Ирочка понуро кивала. Настя долго стояла, бездумно наблюдая за уходящей в небо блестящей точкой с длинным белым хвостом, – это с близкого аэродрома очередной самолет взял курс на Москву. Наконец она коротко вздохнула и снова взялась за физику.
   Но все, в конце концов, проходит, и хорошее, и плохое. Прошли и выпускные экзамены. Отгремел выпускной бал, и бывшие одноклассники разбежались по гимназиям и лицеям – кто куда. Кто побогаче – в престижные медицинский и экономический колледжи, кто победнее – в гимназии и лицеи при технических вузах. А умники рванули в самые трудные лицеи при университете и Политехе за настоящими знаниями. По словам Ирочки в их классе осталось меньше половины ребят.
   В аттестатах Насти и Ирочки сияли одни пятерки. Как Соколовой удалось добиться такого результата, оставалось только гадать, – если учесть, что на протяжении второго полугодия она нахватала массу трояков. Но догадливая Наташка резонно предположила, что, наверно, не зря Ирочкины родители наведывались в школу практически еженедельно весь последний месяц. Ей самой историк влепил таки трояк, как Наталья его ни умоляла, но зато по физике она добилась отличной оценки, чем страшно гордилась. И очень надеялась, что в лицее ее допустят к экзаменам, невзирая на одну тройку в аттестате. Так, в конце концов, и случилось: приемная комиссия смилостивилась и стала принимать аттестаты с трояками – лишь по физике и математике требовались хорошие оценки.
   Забежав после выпускного бала в лицей за расписанием консультаций, подружки с восторгом прочли объявление, что обладатели отличных аттестатов будут приниматься в лицей без экзаменов. Правда, им придется пройти собеседование по математике – но это, конечно, много проще.
   – И чего я, балда, не была отличницей с самого начала, – горевала Наташка, – сейчас бы одно собеседование прошла – и привет. А то париться еще неделю на этих вступительных. Эх, вернуться бы в первый класс или хотя бы в третий, я бы так жала на учебу, аж за ушами трещало бы. Ведь смогла бы, как считаешь?
   – Конечно, – поддержала ее Настя, – вон как ты рванула в этом полугодии. Ну, ничего, поступишь, будешь учить, как следует, и тоже, глядишь, выбьешься в отличницы. Если меньше будешь о всяких глупостях думать да на свиданки шляться к разным олухам.
   – Но ведь без этого скучно. Разве нельзя и влюбиться, и учиться? – не согласилась Наташка. – А может, он тоже будет умным и будет мне помогать. Во всяком случае, в дурака я уже ни за что не влюблюсь. Но там, в лицее дураков, наверно, и не будет, там же конкурс. Одни умные поступят. Ох, Настя, а вдруг я провалюсь? Что тогда делать? Обратно в нашу школу я не вернусь ни за какие коврижки.
   – Ладно, не будем гадать. Иди, учи, а вечером папа тебя погоняет по алгебре.
   На собеседование по математике Настя шла без страха – была уверена в своих знаниях. Но когда в коридоре института она очутилась в толпе незнакомых отличников и прислушалась к их разговорам, ей сделалось не по себе.
   – Ты уже с тензорами разобрался? – спрашивал веснушчатый парень лохматого очкарика. – Не, я сейчас функциями Лагранжа увлекся, – солидно отвечал тот.
   «Мамочки, я об этом и понятия не имею! – с ужасом подумала Настя. – Вот сейчас опозорюсь! Но ведь в школьной программе этого нет. А вдруг я что-нибудь пропустила?»
   – Ты из какой школы? – обратился к ней очкарик. – Из математической? Что-то мне твое лицо знакомо. Может, на олимпиаде встречались?
   – Нет, я из сорок седьмой, – ответила Настя, окончательно стушевавшись.
   – Из англи-и-йской? – разочарованно протянул он. – Да, нелегко тебе придется. Если, конечно, поступишь. У вас ведь там пятерки только так ставят – ни за что.
   Оскорбившись за родное учебное заведение, Настя приготовилась дать нахалу отпор, но в этот момент дверь отворилась и прозвучала ее фамилия. Сердце екнуло и упало куда-то в пятки. Сразу забыв об очкарике, она бочком протиснулась в класс и остановилась в нерешительности.
   – Ну что же вы? Смелее! Проходите, садитесь. – Миловидная сероглазая женщина указала ей на стул рядом с собой. – Не надо бояться, все будет в порядке. Как у вас с математикой?
   – Думаю, неплохо. – Настя вдруг почувствовала к ней доверие и даже симпатию. – Я люблю этот предмет.
   – Даже так? Замечательно! – обрадовалась экзаменатор. – Вы из какой школы?
   – Из сорок седьмой – Настя сразу упала духом. Вот и она сейчас скажет: – А-а, из английской! Н у, тогда с вами все ясно.
   – Это где углубленно изучают английский? Что ж, хорошая школа. И на информатике вам будет полегче, там ведь много английских слов. У нас учились некоторые ваши выпускники и неплохо учились. Правда, им поначалу пришлось нелегко: все-таки у нас математики побольше, чем в вашей школе. Но если будете стараться, обязательно справитесь. Какой раздел вам более интересен: алгебра, геометрия, тригонометрия?
   – Да я как-то ничего не выделяла, готовилась по всем разделам. Люблю решать алгебраические уравнения. И задачки по стереометрии.
   – Тогда попробуйте справиться вот с этой системой уравнений.
   Настя хотела попросить разрешения отсесть, чтобы успокоиться и подумать, но, вглядевшись в задание, вдруг сообразила, что размышлять особенно не над чем: достаточно сложить левые и правые части равенств и, выполнив приведение подобных членов, решить квадратное уравнение. Она сказала об этом женщине, и та согласно закивала.
   – Верно, верно. Ладно, можете не продолжать – я вижу, вы, действительно, неплохо подготовлены. Сами занимались или с репетиторами?
   – Сама. А где было трудно, папа помогал. Правда, все больше по физике, он ведь физик.
   – Ваш отец педагог?
   – Да, он заведует кафедрой общей физики в педуниверситете.
   – А, помню, помню, встречалась с ним на совещаниях. Очень приятно, что его дочь будет у нас учиться. А что вы знаете вне школьной программы?
   – Честно говоря, ничего, – упавшим голосом призналась Настя. Ну вот, попалась. – Я не знала, что надо. Если бы знала, обязательно что-нибудь подготовила бы.
   – Ничего, не страшно. Советую вам посещать наши кружки, там вы узнаете много интересного. Н у, что ж, поздравляю, вы приняты. Можете обрадовать родителей. Да, вот еще что. На первом же занятии в сентябре мы проводим проверку остаточных знаний. Поэтому недели за две до сентября непременно все повторите. Вы свободны.
   Настя поблагодарила ее и уже у двери, набравшись храбрости, спросила:
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация