А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Закон есть закон" (страница 17)

   – Обычно предлагали кого-нибудь убить, – сообщил Артур. – Но я отказывался.
   – Ты бы мог согласиться и сбежать, – я тут же выстроил примитивный план на два хода.
   – Нет. Они не дураки. У них был поводок. Я бы убил. Но не сбежал. Я это знал. И они знали. Поэтому я говорил «нет».
   – Так ты согласен вступить в мою команду?
   – Пока – да.
   – Что значит «пока»?
   Он не ответил.
   Я не стал спрашивать про поводок. Это по меньшей мере было глупо. Никто не расскажет, каким манером его можно посадить на цепь.
* * *
   Путешествовать в обществе призрака даже по улицам города спятивших практически безопасно. Если призрак на вашей стороне. Те двое, что не поняли, с кем имеют дело, даже не успели о своей глупости пожалеть. Их тела остались лежать на мостовой, и вид у них был такой, будто их пропустили через мясорубку. Два раза пропустили. Не думаю, что призрак это сделал из какой-то особой жестокости, он просто не знал своей силы. Вот видите, я сразу попытался его оправдать… Ладно, положим, он это сделал, потому что понравился запах крови.
   Пейзаж не радовал. Ближайшие улицы были пустынны, ставни на окнах закрыты наглухо, цепи натянуты. Солнце уже садилось и освещало дольку Седьмой круговой, образуя оранжевый яркий тоннель, который начинался во тьме и во тьме же обрывался. Мостовая была засыпала мелким мусором и палой листвой – деревья частично облетели в тот момент, когда рвануло Двойную башню.
   Я шел и думал о мстителе (так я назвал человека в черном), который неизвестно за какой синью тащился за нами следом на почтительном расстоянии. Я не собирался его брать в свою команду. Да он и не просил. Я думал о Полине – где она сейчас? О Кролике. И еще о Максе. Макс беспокоил меня больше всех. Где он? Жив… или убит? Я терялся в догадках. И – теперь я уже был уверен – эта сучка Мэй что-то такое подстроила Максу, чтобы он не смог вернуться. Или все же это был Баш, то есть человек Пеленца? Оба ответа были равновероятны. В дни хаоса всему можно узнать истинную цену.
   – Эй, парни, поможете мне эту дверь колотнуть! – Наперерез нам выскочил парнишка лет семнадцати в синей куртке с капюшоном и драных штанах до колен.
   Тощие голени, сбившиеся в гармошки носки. Ботинки казались огромными на его ногах-спичках.
   – Тут нужно хорошенько вдарить… Ох, ну и физия у тебя… – ахнул парень, не сразу разглядев мое лицо в наступающих сумерках. – Прикольная.
   До меня не сразу дошло, что он посчитал меня за бандита, который обзавелся призраком, и теперь мы, по его мнению, искали добычу. Клянусь синевой, я никогда не рассматривал себя в этой роли. Правда, я видел хаос дважды. Но сколько раз – как и любой из нас – я размышлял о том, что будет, когда Пелена падет и улицы вновь окажутся во власти беззакония! Всегда я думал лишь об одном – как оборониться, отстоять и еще – как захватить Двойную башню. В мире, который утратил даже подобие закона, я мыслил себя на стороне порядка, игнорируя хаос. Я всегда воображал себя внутри прочных стен (более или менее), всегда планировал, что буду оберегать и оборонять замок, а потом драться за Двойную башню. И вдруг оказалось, что нет у меня никакого замка, что я выставлен судьбой за ворота в компанию ко всякому сброду.
   Я вдруг подумал – с восторгом, – что было бы здорово взломать дверь в дом Мэй, ворваться и надавать пощечин предательнице, заставить ее ползать у ног, вымаливая прощение… Бесполезные мечты. Я ведь прекрасно знал, что пощечинами не обойдется, что, когда дверь рухнет, вслед за мной жирными крысами набегут другие, они будут грабить, насиловать и убивать. А я не хочу убивать Мэй, даже после того, как она меня предала. Хотя Бульдога убил бы.
   Я снова вздохнул.
   Парнишка истолковал мой вздох по-своему:
   – Одному не справиться. У меня есть знакомые крутые ребята. У них синь в глазах…
   Я усмехнулся.
   – Не веришь? – обиделся паренек.
   В принципе ситуация была мне понятна без слов: маленькая банда из подростков-школьников и неудачников-переростков, которые вышли не убивать, а куражиться, веселиться. Еще им очень хочется что-нибудь схватить по-быстрому в эти недолгие дни хаоса, но боязно, и нужен кто-то надежный и сильный (не смешно ли, что ищут надежного и сильного в столь ненадежное время). Но, с другой стороны, мне и не нужна серьезная банда. Мне нужна всего лишь ватага, с которой я мог бы вернуть себе дом, Макса и свою команду и начать бой за Двойную башню. Просто крик, гам, вопли устрашения. А если дело примет серьезный оборот, то надеюсь, призрак не подведет.
   – Зови своих ребят! – велел я. – Но дверь мы будем ломать не здесь. Как тебя зовут?
   – Гарри. То есть супербой, я хотел назваться супербоем синевы… – Парнишка окончательно смешался и добавил: – Супербой – это круто.
   – Это место уже занято. – Я слегка повел головой в сторону призрака.
   – Все, наверное, ржут, когда ты жуешь, да? – спросил Гарри.
   – Хочешь поржать? – спросил я мрачно.
   Повисла пауза.
   – Вообще-то нет… – смутился парнишка и даже слегка отступил.
   – Ладно, все синёво, не мельтеши. Пошли со мной, Гарри.
   – А можно, ты будешь называть нас бойцами? – спросил парнишка.
   Я кивнул. Не стал уточнять, что слово «боец» я мысленно буду брать в кавычки.
   – Отлично. Просто отлично! Мы в команде!
   Он кликнул своих, и они явились – такие, как я описал. Девчонки были совсем не отвязные, а просто девчонки – вроде Полины, хотя и накрасили темно-синей помадой губы. Мне очень хотелось отправить их по домам, но я знал, что они не уйдут. Самым младшим – лет четырнадцати, не старше – был тощий паренек по кличке Пончик. Все они были наивные, неумелые, глупые. Но при их виде я испытал такое воодушевление, такой прилив сил, что меня буквально стало распирать от гордости.
   У меня есть команда!
   И первым делом я решил проверить одно место, где могли держать Макса.
* * *
   Я привел своих «бойцов» к особняку Пеленца. В этот дом когда-то пришел сын моего учителя. А потом тело Кайла со сломанной шеей вынесли через заднюю дверь и выбросили на свалке. Пелена закона подарила Пеленцу прощение за это убийство. Ну что ж, теперь новый хаос позволяет мне его убить.
   И при магистре Конраде, и при магистре Берге, то есть семнадцать лет подряд Пеленц был судьей. Пелена не назначает наказания. Она просто хватает виновных и не замечает тех, кто соблюдает правила. Пеленц как судья выносил приговоры. То есть определял, на каком уровне и сколько арестованному сидеть. Разумеется, он не мог опустить человека на минус девятый за грабеж или воровство, но мог запереть его на минус третьем вплоть до падения. А мог отпустить после трех дней отсидки, назначив штраф. То, что этот человек по своей сути оказался хладнокровным убийцей, меня бесило больше всего. Жажда мести завладевала мной постепенно, как тяжелая, неподвластная медицине болезнь. Поначалу я испытывал лишь гнев и ненависть, когда в первый раз услышал от Графа рассказ о смерти его сына. Но и только. Мысль, что Пеленца необходимо уничтожить, мне на ум не приходила. Хаос выдал ему индульгенцию всепрощения, и я принял ее, как принимали все жители Альбы.
   – Почему мы решили, что хаосу имманентно присуща безнаказанность? – Этот вопрос Графа что-то сдвинул в моей голове.
   Граф много лет пытался отдать Пеленца под суд. Чтобы закон осудил судью? Получалось что-то вроде змеи, пожирающей свой хвост. Только я не видел, чтобы кто-то жрал сам себя, даже с большой голодухи.
   На другой день после смерти Графа Пеленц и его люди явились в дом умершего, которого еще не похоронили. У них был ордер на изъятие архивов. Они перерыли все в доме и наиболее ценные вещи упаковали в большие ящики – брали даже одежду, а если попадалась какая-нибудь старинная безделка, она тут же исчезала в коробке как улика. Пелена терпела – Пелене предъявили ордер за подписью Пеленца, и она проглотила эту видимость закона, одобрила и легализовала. Стражи не брали книги, их пальцы пауками сновали по полкам, выворачивая самые пухлые тома в поисках припрятанных денег и тайников. И еще они искали рукописи Графа по теории синевы. Искали, но не находили. Лишь недавно начатый дневник – записи за последние дни – попался им в руки. Когда Пеленц вынул его из ящика стола, Ада не выдержала и кинулась на судью.
   – Отдайте! – Она вцепилась в дневник и попыталась вырвать кожаный переплет из рук Пеленца.
   Обычного человека Пелена бы обездвижила. Но на Аду, похоже, покров не действовал вовсе. Как и на Графа, кстати. Но ему не требовалась Пелена, чтобы быть честным.
   Пеленцу понадобилось несколько секунд, чтобы понять: Ада неподчинима. Но за эти секунды Ада сумела вырвать из его рук дневник.
   – Ах ты сука! – Судья замахнулся ее ударить.
   Не ведаю, как отреагировала бы на этот удар Пелена. Может быть, тоже стерпела.
   Но я не стерпел. Оттолкнул Аду, а сам выставил в блоке руку. Пальцы Пеленца врезались в браслет. Его хорошенько тряхнуло при этом. Я думал – Пелена меня вырубит. Но этого не случилось. Я продолжал стоять. Пеленц тоже.
   Неизвестно, что было бы дальше, если бы не внезапный поворот событий. Возможно, Пеленц просто нас с Адой убил. Но дверь распахнулась, и в кабинет Графа, жалкий крошечный кабинетик, где пространства-то, не занятого книгами, было три шага на четыре, вошел Куртиц. Наследник, которого пригретые властью силовики прочили в новые магистры. В следующую минуту охрана Куртица выставила нас с Адой из кабинета (Ада продолжала прижимать к груди дневник отца), а Пеленц с Наследником остались разбираться друг с другом и делить наследство, которое им не принадлежало.
   – Отец держал свои архивы в тайнике, – успела шепнуть мне Ада. – Но где – никто не знает.
   Мы бежали из дома Графа. Я привел Аду в «Тощую корову» – лучшего убежища придумать не смог. Мы спрятались в маленькой комнатке за кухней, Дайна утверждала, что Пелене эта комнатка недоступна. Так это или нет, нам предстояло проверить. Мы ждали час, другой, сидели держась за руки. А потом сообразили, что наши браслеты соприкоснулись… и не размыкаются… Я дернул рукой изо всех сил, пытаясь разъединиться… Не сразу сообразил, что причиняю Аде боль. А потом наши губы нашли друг друга и слились, и – кажется – браслеты больше не удерживали нас… держало другое.
   Наутро я проснулся поздно, почти в полдень. Ада исчезла, и никто не мог сказать, куда она делась. Я отправился к себе, ожидая в любую минуту, что меня загребут. Меня и замели, продержали под арестом три дня на нулевом уровне, каждый день спрашивали, где архив. И я каждый день отвечал: не знаю. Пелена, в данном случае работавшая как детектор лжи, подтверждала мои слова.
   Меня отпустили. А потом Ада явилась ко мне на заправку и сказала, что нашла архив, и вывалила пепел на прилавок. Я понял, что она ничего не сжигала, как только графиня вышла за дверь. Это все было розыгрышем. Ада пыталась обыграть Пеленца и Пелену. Да, я понял, но не стал ее догонять. Я сгреб пепел в мешок для мусора и вернулся за прилавок своей заправки. В тот миг я испытывал боль и сознавал лишь одно: если я буду рядом с Адой, я подставлю ее под удар. Одна она могла спастись, со мной – нет.
   Ну а две недели спустя она уехала с острова.
   В тот день я мечтал стать призраком – сигануть в синеву, а дальше будь что будет. Я бы либо умер, либо стал бессмертным. Сами понимаете, третьего не дано. Меня остановил даже не страх… а то, что я навсегда утрачивал человеческое тело. Слишком уж я люблю все это – просто наслаждение движением, бегать, плавать, да просто лежать на диване тоже удовольствие. Грешен и чревоугодием, и к прекрасному полу меня тянет – не чрезмерно, но порой непреодолимо. Лишиться всего этого мне казалось обидным. Именно так – обидным… Даже когда синь изуродовала мне лицо. Даже после того, как я потерял учителя и девушку.
   Так я остался на берегу.
   «Необходимо уничтожить Пеленца…» – я пришел к этому выводу не сразу, а постепенно, по мере того как ненависть к этому человеку жгла мою душу все сильнее.
   «Зачем? Чтобы восторжествовать над ним?»
   Поначалу я думал, что да, – именно для этого, чтобы доказать свое превосходство. Потом понял, что нет.
   Я хотел рассчитаться с Пеленцем по иной причине. Если бы он был убийцей и бандитом, как Бульдог, – да, в этом случае речь шла бы именно о такой примитивной мести. Но он был судьей и замарал свои руки в крови. Я не мог ему позволить оставаться там, где он был. Как если бы вы стали свидетелем того, как врач, вместо того чтобы помогать больному, глумится над ним, а затем убивает. Разве в этом случае речь могла идти о мести?
* * *
   – Это дом Пеленца? Судьи? – спросил Артур.
   – Именно… Откуда ты знаешь?
   – Я был здесь однажды. Много лет назад.
   – В дни хаоса? – спросил я.
   – В дни хаоса… – отозвался призрак и не стал продолжать.
   Я смотрел на три этажа прочной кладки, стальные решетки на окнах и стальную дверь и в эту минуту представлял себя Кайлом, идущим на встречу с Пеленцем. Кайл был прекрасным Охранником кристалла. Скорее всего, Пеленц надеялся, что Кайл войдет в его команду и станет служить за обещание теплого местечка в будущем, но молодой граф отказался. Просто сказал «нет», и ему сломали шею. Под Пеленой Пеленц не отрицал свою причастность, он просто сказал: «Парень был глуп, явился ко мне в дом без охраны, да еще кочевряжился. Он получил то, что заслужил… Силе не говорят „нет“. Если он этого не понимал, значит, заслуживал смерти».
   Я много раз спрашивал себя: если Пеленц так поступил с невиновным, то как он обходился с теми, кто оступился?
   – М-да, дверка-то нехилая. Просто так не сломаешь, – заметил Гарри, с видом знатока оглядывая мутно поблескивающую сталь.
   – Не будем спешить. Мы постучим и попросим открыть, – сказал я.
   Вообще-то это была шутка, но не все ребята из команды Гарри понимали юмор. Одна из девчонок в самом деле побежала к двери, чтобы постучать. Видимо, думала, что ее не тронут, раз девчонка: пестрая широкая юбка, блестящая курточка, даже издалека не примешь за мальчишку. Напрасно я кричал ей в спину: «Стой! Назад!» Она пробежала лишь пять или шесть шагов. Болт, выпущенный из арбалета (кажется, стреляли из окна второго этажа), пробил ее грудную клетку насквозь и швырнул на мостовую.
   Гарри ринулся было к ней, но я ухватил его за полу куртки и заставил приземлиться за каменной оградой на другой стороне улицы. Его подстрелят точно так же, как только он высунется наружу. Остальные укрылись за оградой без моей подсказки. Когда-то это была стена обрушенного дома. Возможно, такие же, как Гарри и его друзья, резвились здесь пятнадцать лет назад, а потом особняк не стали восстанавливать, устроили на его месте садик.
   – Ее убили? Точно убили? – бормотал Гарри и, не в силах поверить в смерть девчонки, все пытался выглянуть из-за укрытия.
   Я почти силой усадил его на место.
   Остальные притихли и окаменели. Вчерашние школяры, они почему-то решили, что достаточно собраться в банду, и им уже ничто не будет угрожать.
   – Я же сказал: не будем спешить. Почему никто не умеет слушать?! Ты слышишь меня? – Я положил руку Гарри на плечо.
   Он молча кивнул. Мне показалось, он глотал слезы.
   Я взял двоих из команды, самых здоровых, смуглого черноволосого парня по прозвищу Гриф и Кабана, которому его кличка совершенно не подходила: это был красавец-атлет с длинными русыми волосами до плеч и наивно-хитроватой улыбкой. Хоронясь за оградой, мы направились к соседнему дому – еще когда мы подходили к особняку Пеленца, я приметил стальной наружный шкаф для баллонов синевы. Жильцы так спешно запирались внутри, что оставили оба титановых баллона снаружи. Мы вытащили баллоны из шкафа, и я спрессовал синеву в них до уровня взрывчатки.
   Пока я этим занимался, Гарри и его дружки притащили мне еще баллоны. Я спрессовал и эти. Потом велел остановиться – иначе мы взорвали бы весь квартал.
   Оставалось решить одну задачу – доставить баллон к дверям здания. Призрак предложил свои услуги, но я отказался. Я не хотел, чтобы люди Пеленца увидели призрака раньше времени. Я подозревал, что существует какой-то способ его пленить, и такие как Пеленц этот способ знали. К тому же все можно было сделать куда проще. Мы с Кабаном разломали столики и скамьи садика и, прикрываясь ими, как щитами, побежали вверх по улице. Отсюда я, слегка приоткрыв вентиль, и покатил первый баллон, направляя с помощью браслетов мой подарок Пеленцу прямиком к двери. А за ним еще один. Кто-то из охранников дома пустил болт, и баллон детонировал прежде, чем достиг двери. Но это им не помогло. Рвануло так, будто крейсер «Первый магистр» шарахнул по городу из главного калибра. Мы с Кабаном рухнули на мостовую, и над нами прокатилась волна жара.
   Когда мы подняли головы, первый этаж особняка пылал. Пламя, радостно гудя, вырывалось сразу из нескольких окон слева от входа, а на месте двери зияла дыра и светилась алым, как жадная хищная пасть. Видимо, я перебрал со сжатием. Я ведь всего лишь предполагал взорвать дверь.
   Кабан, раскрыв рот, смотрел на происходящее.
   – Вот же синь… – пробормотал он. – Ну ты, парень, и крут! Как самая крутая волна.
   Не дожидаясь, когда люди Пеленца опомнятся, я ринулся внутрь, прикрываясь деревяшкой, как прежде. Кажется, в меня выстрелили со второго этажа. Во всяком случае, щит в моих руках дрогнул, а потом какой-то дебил решил окатить меня концентратом синевы – и тут уж все вокруг запылало. Кабан и Гриф, бежавшие следом, завопили. Я оглянулся, но ничего разглядеть не успел: за мной была стена пламени. Впереди, правда, тоже была эта самая оранжевая стена. И я, как сумасшедший, сиганул внутрь – в горящий дом. Что творилось на первом этаже и был ли там кто-то, я уже не мог разглядеть. С потолка лениво брызгала противопожарная система, но затушить огонь она была не в силах – только чуть-чуть сдерживала его буйство. Кажется, возле обломков горящей перегородки кто-то лежал – явно уже не жилец и по габаритам тоже явно не Макс. Зато лестница на второй этаж, что поднималась из холла справа по дуге, была еще не тронута огнем, и я помчался по ней, опять же прикрываясь своим деревянным щитом. Но в меня уже никто не стрелял. Оказавшись наверху, я понял, в чем дело: здесь было полно дыма, человек шесть, непрерывно кашляя, выламывали решетки, надеясь выбраться наружу, – путь вниз был отрезан. Здесь тоже сверху чуть-чуть брызгало, и я услышал, как шипит у меня за спиной, – похоже, пока я бежал по лестнице, у меня начала тлеть куртка.
   – Грог, ты? – окликнул меня один из парней и, плеснув на кусок полотенца из бутылки, швырнул его мне. – Закрой рот и нос, так легче.
   Я поймал тряпку и приложил к лицу.
   – А где маски? – прохрипел я между приступами кашля. Идущий сквозь полотенце голос было, разумеется, не узнать.
   – На первом этаже… Там же, где и Жук. Сраная синь! Да кто ж их так вмуровал! – завопил он и принялся крошить дрелью, заправленной синькой, бетон вокруг стальной рамы.
   Один из парней так надышался дымом, что его стало рвать. Я взял со стола бутылку воды и протянул ему.
   – Спасибо, Грог… – пробормотал парень.
   – А где Баш? – спросил я.
   Если Макса привели к Пеленцу, то Вибаштрелл должен быть здесь.
   – Не возвращался… Эта скотина всегда на плаву, – пробормотал тот и зашелся кашлем.
   – Он же сказал, что приведет пленника…
   – Не знаю, что он там тебе сказал… – Парень глотнул воду, сплюнул, потом выплеснул остатки на обрывок рубахи и приложил к лицу. – А я сказал, что семеро человек – слишком мало для охраны такого особняка! Пеленц – идиот! Он хочет все и сразу. Ну вот, получай, хату его уже раскурочили. А Ганс – дурак. Всегда был дураком, дураком и остался…
   Парень снова закашлялся, да так, что стал задыхаться, я подхватил его под мышки и подтащил к окну.
   Ганс – это, по всей видимости, старший из Пеленцовой обслуги, что охраняла дом.
   Семеро человек… Я сосчитал силуэты в дыму – их было шестеро. Один труп на первом этаже. Семеро. Ни Баша, ни Макса, ни Пеленца я в особняке не застал. Не свезло. Как говорится, не наша пошла синева.
   Решетка наконец подалась, и первый смельчак сиганул вниз из окна.
   – Теперь ты! – указал на меня Ганс.
   Кто бы отказывался!
   Я вскочил на подоконник и прыгнул. Стукнулся пятками так, что боль пробила аж до затылка. Зубы клацнули. Я запоздало перекатился по мостовой. Окно выходило в небольшой двор, и мои гаврики не видели побега. Зато призрак не стал отсиживаться за оградой. Едва я выпрямился, как увидел его, идущего в мареве горячего воздуха, что струился от пылающего перед входом концентрата.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 [17] 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация